Учитесь спокойствию

Олегу тяжело. На него почти что давит тяжелый, осязаемый взгляд. Наверно, глупо было оставаться на ночь. Просто на ночь. Они долго гуляли: вначале выставка, потом прогулка по паркам, затем они сидели до заката на ступеньках пирса на набережной напротив Петропавловки и пили весьма дорогое шампанское прямо из бутылок. Чудом успели до развода мостов, но только до квартиры Сережи — целый этаж высотки «Вместе»! Уставшие и расслабленные из-за алкоголя завалились спать на разных спальных местах, к неудовольствию Сергея и облегчению Олега. Разумовский все утро с больными ногами и головой ворчал на все и вся, особенно на йога. Олег последствия прогулки ощущал только легким напряжением и сумбуром в голове. Поэтому он выпросил у Сергея — почти запинаясь и заикаясь попросил — коврик для йоги и спортивные штаны. Разумовский еще расщедрился на футболку, но во всем этом Олег чувствовал себя скованно — будто его не просто обняли и облепили, присвоили этими вещами. А потом начался этот «взгляд». Олег делал простые асаны: сначала лежа настроился на дыхание, потом продолжил повторять в позе горы — стоя, на вдохе поднимая руки к нему, вытягиваясь к потолку. Футболка неприятно задиралась, оголяя низ живота, который тут же горел от прожигающего взгляда. Дальше он слегка сменил позу — согнул одну ногу, положив стопой на внутреннюю сторону противоположного бедра. Олег не подозревал, что кто-то может так съедать взором его щиколотки. Олег очень не хотел и очень боялся переходить к следующим асанам. А точнее к двум определенным. Но Сергей, который сидел в кресле уже в рубашке, казалось только этого и ждет. У Волкова вообще появилось в голове смущающее сравнение, что он не в комнате занимается йогой, а в стрип-клубе выступает перед VIP-клиентом. Ну, Сергей Разумовский оставался VIP'ом в каком-то смысле. И черт возьми, будь у них немного другие отношения, то… Никакого «то», Олег! Не думай, ты не имеешь права думать о большем, чем сейчас. Даже сейчас — слишком много. Он не заслуживает столько внимания и от такого человека. Но Олегу кажется, что он умрет от того, как подобрался Разумовский в своем кресле, когда йог все же принял асану «Собака мордой вниз». А он даже не спиной к нему был, но казалось, это не имеет никакого значения. Разумовский готов был его сожрать. — Можешь прекратить? — хрипло просит Олег, стараясь не сбивать дыхание, перетекая в позу кобры, прижимаясь тазом к полу, выгибаясь в спине. — Что прекратить? — сипло переспрашивает Сергей, изображая невинный интерес. — Так… пялиться, — резко выдыхает Волков, возвращаясь обратно в позу Собаки. — Ох, если бы я мог, — усмехается хрипло Разумовский, закусывая губу, часто дыша. — У тебя невероятный прогиб… и не только… Давно занимаешься, чтобы достичь такого уровня? — Я вроде рассказывал, — отвечает, сбивая дыхание, Олег, замирая на некоторое мгновение в стойке. Руки немного дрожали от напряжения, поясница стала каменной. Усложненный вид планки. Он ее как любил, так и ненавидел. — Да? Прости, твои занятия выбили все мои мысли, — вздохнул Сергей, не отрываясь от созерцания красивых мышц спины, которая немного оголилась из-за сползшей ткани футболки. Глубокий шумный вздох. Олег снова перекатывается в позу Кобры, оставляя ладони и ступни на прежних позициях. Снова прекрасный прогиб, запрокинутая голова. Соблазнительная шея, в которую хотелось вцепиться зубами. Вместо этого Сережа вцепился в собственную губу, стараясь сдержаться. — А кошечкой можешь? — спрашивает ехидно Разумовский у поднявшегося на ноги йога. Тот выгибает эмоционально брови — господи, только он может бровями описать миллиард эмоций! — и встряхивает руками и ногами. — На занятия чащи ходи, особенно на групповые, — отвечает с придыханием Олег, медленно опускаясь на колени. Садится на пятки, вдыхает, поднимая руки вверх, а затем выдыхает, наклоняясь вперед и вытягиваясь вперед, упираясь лбом в пол. Разумовский взвыл, подскакивая с места. — Господи, ты не выносим! — вскрикнул Сергей, громко удаляясь на кухонную часть квартиры. Олег проводит в позе несколько дыхательных циклов, а затем поднимается в обратном порядке. — Не хочешь расслабиться? — без скрытых смыслов предлагает Олег, укладываясь на спину, проводя в таком положении несколько новых циклов дыхания. — Ты про йогу? — с какой-то жалобной интонацией спрашивает Разумовский. Йог слышно усмехается, а затем делает то, отчего у Сережи мозг взрывается — он, удерживая руки на месте, вдоль тела ладонями вниз, поднимает прямые ноги, перекидывая их за голову. Даже поставил носки на пол. Дышит несколько циклов, а затем возвращается обратно. Сергей за это время задержал дыхание. Выдохнул только когда Волков снова вытянулся на полу. А потом все повторилось. — Какой ты гибкий, — с восторгом выдохнул Разумовский. У Олега от такого тона скрутило низ живота. Черт возьми, это все больше походило на соблазнение! Он этого не хотел. Йог занял завершающую позу — Шавасана. Ему она была точно необходима, как никогда, чтобы привести мозг в порядок. Сергей больше не отвлекал, но чем-то шуршал на фоне, как-то еще больше успокаивая. Чувствуется какой-то уют что ли? Тепло. Это тепло он особенно сильно ощущает, когда, завершив занятие, садится на коврик, растирая мышцы, а Сережа подает ему чашку с чаем. Он как-то смущенно улыбается. — Прости, — подает голос Разумовский. — Я не хотел тебя отвлекать… такими комментариями. Извини, что смущал и, возможно, я произвел очень дурное впечатление. Точно произвел. Прости. — Все в порядке, — покачал головой Олег, отпивая чай. Сергей хмурится как-то неопределенно, заламывая пальцы. — Не в порядке, — вздыхает все же он, садясь рядом с тренером. — Ты мне правда очень нравишься. И ты недостоин того, как я себя вел с тобой сейчас. — Все нормально, — отмахнулся недовольно Волков. — Ты можешь… ну, я не против. — Почему? — хмурится Разумовский, кладя ладонь на чужое колено. — Ты не должен позволять так вести с собой. Ты достоин самого лучшего! Светлого, прекрасного. — Не надо, — покачал головой Олег. — Я не хороший человек, как бы ты себя не уверял в обратном. И я не вижу ничего плохого в том, что и как ты делал. Хотя ты ведь ничего не делал. — Олег… Я постараюсь тебя убедить в своей правоте, — обещает серьезно Сережа, беря крепкую ладонь Олега в свою. — Хорошо, — улыбается мягко и скромно тренер, щуря глаза. — А теперь… давай сам на коврик. — Теперь сам хочешь посмотреть? — хитро усмехается Сережа. — Что ж, со мной так можно. Смотри. И теперь Олег прожигал Сергея взглядом. Это было… впечатляюще. И несколько забавно. Но он не скажет об этом никогда.