Случайно в прошлое

Теодор Нотт должен был уехать через несколько дней после дня рождения близнецов. Лира радовалась этому, как маленькая девочка. Но предвкушение от встреч с мужчиной было омрачено драмой, которая развернулась вокруг новости о смерти Дафны Гринграсс. И пока Лира пыталась вытащить брата из ямы, дни пролетали мимо, приближая дату прощания. После семейного пикника все Малфои спрятались в разных уголках поместья, занимаясь своими делами. И может Лира была бы рада провести время с братом, но тот лишь поблагодарил ее за все, что она для него сделала и попросил оставить его на время одного. Мама снова превратилась в министра, а папа в делового бизнесмена. Все играли свои роли и только она осталась без дела. Взяв первую попавшуюся книгу, отправилась на летнюю террасу. Она не была любительницей проводить вечер за чтением, но сейчас казалось, что персонажи романа единственные, кто ее точно не променяют на свои заботы. Лира размышляла о том, что стоило захватить что-то из еды, когда открыла дверь и заметила того, кого не ожидала, но искренне хотела увидеть. — Звездочка, — Нотт обернулся на нее и одарил своей этой фирменной ухмылкой, которая сражала наповал каждую. — Тео? Ты сегодня у нас ночуешь? — вопрос был глупым, но ничего лучше в голову не пришло. На часах было что-то около восьми вечера, а Нотт сидел с бокалом крепкого в гордом одиночестве. — Мы договорились с твоим отцом выпить сегодня вечером, но у него появились рабочие вопросы, которые срочно надо было решить. Я завтра улетаю, — от этих слов ноги подкосились и она неграциозно упала в пустующее плетеное кресло. Он не должен был уезжать не вспомнив ее или не узнав заново. Нотт не заметил изменения в настроении девушки и лениво отпил глоток огневиски. — Будешь? Тебе же уже есть 17, — он поиграл бровями, пуская ток под кожей Лиры. Интересно, она когда-нибудь будет чувствовать себя нормально в его присутствии или всегда будут эти вспышки, от которых внутри все загорается. — Буду, но если папа появится, то это все твое, — усмехнулась она и, подождав, пока Тео наполнит бокал, приняла порцию. — Как дела в школе? — неловкий вопрос. Странно говорить об учебе, когда предмет твоего воздыхания закончил школу два десятка лет назад. — Все хорошо. Можешь этот же вопрос и папе задать. Его туда частенько вызывают, — идея перевести все в шутку показалась Лире идеальной. Так оно и было. Послышался хриплый смех. Тео одобрительно закивал. — Ты маленькая бунтарка, не так ли? — розовые щеки сдали бы ее с потрохами, если бы не приглушенное свечение уличных фонарей. Они скрыли оттенок ее смущения. Или это было что-то другое? — Я бы сказала, что я просто слизеринка, — игриво подметила она и отпила глоток огневиски, который сразу ударил в голову. — Давай лучше ты что-то расскажешь. Мама с папой мало говорят о студенческих проделках. — Это явно не для девичьих ушей, — смешок заглушил новый глоток. Лира и не заметила, что Нотт был уже слегка выпившим. За этим было интересно наблюдать. На что он еще был способен? Он взглянул на девушку и не смог сопротивляться ее умоляющему взгляду. — Ладно, — он прикрыл глаза пытаясь вспомнить что-то менее развратное и порочащее имя ее родителей и его самого. — Хорошо, история. Это было Рождество 1997, — очередной разряд тока. 1997. Если бы они задержались там на несколько месяцев, то близнецы стали бы частью этой истории. — Мы все специально остались в школе, решили отпраздновать вместе последнее Рождество в Хогвартсе. Нам запретили покидать стены замка после отбоя. То есть гулять по коридорам еще можно было, но вот куда-то сбегать нельзя. Мы выбрались и отправились в Кабанью голову, — Лира скривилась. Сейчас это место больше походило на руины. Владелец намеревался его полностью переделать, но что-то явно пошло не по плану и теперь там гнилые стены шатались от порывов ветра, а внутри уже давно никто кроме бродяг не появлялся. — Мы напились, что было очевидно. Оставили там очень много денег. Твой отец танцевал на барной стойке, а крестная закинула лифчик на люстру, — от пикантных подробностей, Лира залилась хохотом. Тео даже прервался, чтобы послушать приятный звон ее смеха. Смотрел на нее и не мог оторваться. Взгляд помутнел и на мгновение все вокруг рассеялось, а он оказался высоко в ночном небе. Руки крепко сжимали метлу, Нотт точно знал куда летел. Но на этот раз он был не один. Этот смех и белокурые волосы. Такое даже под заклятьем не забудется. Кто она? Он никогда никого не водил на “свою” крышу. Взгляду вернулась резкость и он снова разобрал в блондинке Лиру. Бокал звонко опустился на столик. Перепил. — Но это не вся история, — продолжил он, пытаясь отогнать странные воспоминания. — Когда все были уже изрядно пьяны, Блейз заметил крохотного волшебника в центре зала. Все ненадолго остановились, чтобы разглядеть отжигающего, но тут, тот же Блейз пискляво выкрикнул, что это профессор Флитвик. Он так хорошо праздновал, что нас так и не заметил, но мы его издалека щелкнули. У твоих родителей где-то должно быть колдо, — смех стал только громче и Тео начало мутить от непонятных воспоминаний, которые снова мелькали перед глазами. Туманное прошлое, которое кто-то ему нарисовал. Перед глазами снова блондинистая девушка с размытыми чертами лица. — Ты обещала мне свидание. — Обещала. Ему даже пришлось помотать головой из стороны в сторону и активно заморгать, чтобы вернуть взгляду четкость. Нет, это какое-то глупое наваждение. Лира протянула ему свой пустой бокал и он налил туда еще немного. — У нас такого не было, — Лира задумалась, пытаясь вспомнить что-то, хотя бы отдаленно похожее на то, что творили ее родители. — О, я вспомнила. Однажды мы решили играть в правду или действие, но перед этим изрядно надрались, — Тео не сдержал рвущийся смешок. — Нет, забери этот смешок назад! — Я ничего не делал, — он поднял руки вверх, сдаваясь. — Ладно, — закатила глаза. — Альбус загадал мне желание и у меня был шанс отказаться, потому что многие уже собирались расходиться. У пуффендуйцев даже травка закончилась, а когтевранцы понимали, что им тащиться до свой башни настолько долго, что они успели бы протрезветь. Но я согласилась. Представь себе картину. Дюжина вусмерть пьяных студентов стоят и смотрят, как я магловским маркером рисую рога и усы спящим портретам, — теперь была очередь Тео. Он рассмеялся и не заметил вкрадчивого взгляда Лиры. Она пыталась запомнить каждую изменившуюся черту повзрослевшего лица. — Ты не могла, — продолжал хохотать мужчина. И вот в этот момент разница в их возрасте стерлась. Он снова был тем наглецом с багажом пошлых шуток, а она американкой с острым язычком. — Директор МакГонагалл наказала меня на три недели и даже вызвала маму, хотя обычно отдувается папа, — их смех слился в единую музыкальную композицию. — Ты отличная слизеринка, тебе это кто-нибудь говорил? — риторический вопрос сквозь смех, но Лира не смогла отказать себе в удовольствии ответить на него в свойственной манере. — Слышу это каждый день, — смех Нотта стих практически сразу. — Ты неописуема, тебе кто-нибудь это говорил? — Слышу об этом каждый день. Удар тока был слишком ощутимым. Закололо в висках. Лира не заметила изменения в настроении Тео, так что продолжала хихикать. Бокал в руках снова опустел и она решила от него избавиться отправив его на столешницу к бокалу Нотта. — Вы нарушаете спокойство моего поместья, — нарочито недовольный голос Драко раздался ровно в тот момент, как смех его дочери совсем стих. Глаза девушки округлились и она непроизвольно посмотрела на ополовиненную бутылку виски. — Папа, — Лира подскочила на ноги, скрывая столешницу от его цепкого взгляда. Тео понял, что к чему и решил перенять внимание на себя. — Я и забыл, что ты уже старый и скучный дед, — он щелкнул пальцами будто в подтверждение своих слов, но сам беспалочковой магией убрал следы со второго бокала. — Лира спрашивала об Америке. Может ты, как-нибудь, отпустишь их ко мне? — пока Драко закатывал глаза, Тео подал знак девушке, успокаивая ее разгорающееся волнение. Будь ей хоть сорок, мистер Малфой не вынес бы того факта, что его дочурка уже может распивать крепкий алкоголь в компании мужчин. Никогда. — Когда-нибудь - понятие весьма растяжимое, — отмахнулся Драко. Лира обогнула кресло и шмыгнула к проходу. — Доброй ночи, — пока отец устраивался в кресло и наливал себе огневиски в чистый бокал, она в последний раз кинула взгляд на Нотта и одними губами поблагодарила за спасение. Голову окутал легкий дурман и она отправилась в свою комнату, совершенно забыв о чтении. Теодор в свою очередь слушал Драко, но не слышал. В мыслях только неизвестная блондинка из, вроде бы, его воспоминаний. Голова продолжала болеть.

***

Уже ночью, после еще парочки бокалов, он лежал в кровати дорогого отеля и думал. Сон совершенно не шел. Казалось, что кто-то вколол ему десяток унций кофеина в чистом виде. Из головы не выходил дурман, который на него наслала беседа с Лирой. Тео недовольно цокнув, поднялся с кровати и вышел на балкон. Ему была необходима родная ночная английская свежесть. Он невыносимо в ней нуждался. Еще со школьных лет, когда уже умело орудовал метлой, Тео частенько выбирался на поздние полеты, чтобы разгрузить сознание. Сейчас он сделал бы точно также, если бы не выпитый алкоголь. Жизнь была дороже ясного разума. Он вдохнул эту ночь так глубоко, как только мог и протяжно выдохнул. В такие мгновения он скучал по дому и всерьез задумывался о возвращении. Но его все равно тянуло в Америку. Нью-Йорк звал откуда-то из недр подсознания. И у этого зова был девичий голос. — Отсюда уже кто-нибудь падал?— Тео всерьез испугался, вздрагивая и озираясь по сторонам. Он точно что-то слышал… Но его номер находился на девятом этаже. У соседних апартаментов не было выхода на балкон. Голосу попросту не откуда было взяться. Он снова обернулся к комнате, всматриваясь в пустоту. Никого там не было и быть не могло. Вернув взгляд в небо, Нотт увидел не улицу магловского Лондона, а ночную темень и крышу Когтевранской башни. В горле зависло волнение, а он, кажется, онемел. Крик страха никак не мог вырваться наружу. Кто-то наслал на него проклятье? — Ты первая, кому я показал это место. Так что статистика недостоверна,— взрослый Тео стоял на краю крыши и видел свою молодую копию времен учебы в Хогвартсе. Он точно сошел с ума. Или быть может это сон? Видение? Очень яркое воспоминание? — Я польщена,— снова этот голос. Мягкий, нежный, с нотками ядовитого сока. Точно сон. Он отроду никого не водил на крышу. Однажды намеревался предложить эту авантюру Падме, но быстро отмел все идеи и просто пригласил ее в Хогсмид. Банально, но кажется было весело. Но вот он, юный и красивый, приобнимает ту самую неизвестную блондинку и что-то шепчет ей на ухо. Немыслимо. — США, Нью-Йорк,— любимый штат Нотта губами тайной ночной незнакомки. Ее лицо по прежнему было размыто, а голос вибрировал, как из поломанной кассеты, но все равно звучал, как самое любимое воспоминание. — Я люблю Нью-Йорк, хочу уехать туда. Может мы там встретимся, и ты мне покажешь город, штат или даже страну?— Теодору всегда казалось, что решение уехать на другой континент было вызвано неудачным разводом, но никак не желанием прошлого. Он был уверен, что все студенчество пророчил себе успех в семейном бизнесе родной Англии. — Тебя назвали в честь звезды? —вопрос со вкусом поцелуя. — Созвездия. — Устрой мне урок астрономии. Я как раз прогулял его на этой неделе. Он отвел взгляд от юного себя и неизвестной девушки, всматриваясь в звездное небо. Находя там какое-то особенное созвездие, которое должно было дать ему ответ на все вопросы. А когда снова хотел увидеть незнакомку, наваждение рассеялось и он снова оказался на своем балконе. Тео невесомо коснулся своих губ. Так это было в реальности? Или Блейз прав и мозги проспиртованы напрочь.

***

Следующий день начался в обед. Самолет был поздним вечером и у него еще было достаточно времени наведаться ко всем друзьям, чтобы попрощаться. По щелчку пальцев все вещи запрыгнули в чемодан. И после плотного обеденного завтрака он направился к семейству Забини, после них к Поттерам, а оттуда и к Малфоям. Было странно осознавать, что он единственный оставался одинок. Его друзья давно обрели любовь и обзавелись домашними питомцами, в лицах уже повзрослевших детишек. Наверное, с таким подходом, ему было еще рано заводить своих “питомцев”. — Тео, — поприветствовал его Скорпиус и пожал руку другу отца. — Скорп, как самочувствие? — Знаете, уже лучше. Начинаю принимать действительность, — хоть все взрослые не понимали почему новость о давней смерти Дафны Гринграсс так повлияла на молодого парня, который отроду не знал девушку, все равно было горько смотреть на его боль. — Рад слышать. Я пришел попрощаться, — пояснил Нотт и засунул руки поглубже в карманы. Мальчишка снова поменялся в лице. — Оу, так скоро, — он замялся. За его спиной выросли две фигуры родителей и это отвлекло от странной реакции парня. А Скорпиус по настоящему расстроился. Он понимал, что теперь будет его очередь откачивать сестру. — Я был очень рад вас всех снова увидеть, — Тео обнял Драко, затем Гермиону. — Буду ждать вас в гости. Уверен, что министерство Америки примет министра Англии с распростертыми объятиями, — Гермиона горделиво улыбнулась, приклеиваясь к боку мужа, приобнимая его. В тени прохода пряталась Лира. Она стояла и молча смотрела на режущую сердце картину. Как жестока судьба, которая специально отзеркаливает происходящее в разных временных слоях. Это все не должно было произойти с ней. Созвездия сияют ярче всех, а она с каждой минутой потухала и блекла. Скорпиус знал, что она стояла поодаль в своем наблюдательном пункте. Знал, что она не подойдет, если в комнате будет кто-то еще. И пока мама с папой обменивались прощальными шутками с Теодором, он генерировал предлог, под которым сможет увести родителей отсюда. Ничего не шло на ум. Что могло заставить их уйти вместе с ним? Сказать, что дом горит? Нет, вариант не из лучших. Просто нагло увести их, тоже глупо. Думай. Думай. Думай. — Мам, пап, вы собирались показать мне колдографии с Дафной, — быстро выдал Скорп и даже не заметил, как легко имя подруги слетело с его губ. А больно было нещадно. — Точно, — опустив взгляд сказала Гермиона и, еще раз обняв Тео, подошла к сыну. — До встречи, Нотт, — последнее рукопожатие и родители в компании Скорпиуса покинули зал. Тео провел их взглядом и протяжно выдохнул. Ночь его слишком сильно вымотала и сил не хватало на положительные эмоции. Голова по прежнему гудела, а странные, не его,воспоминания пеленой врывались в настоящее. Он уже развернулся, чтобы пройти к камину, но услышал тихий шорох и развернулся. — Тео, —тихо позвала его Лира. — Звездочка, — играючи позвал девушку и быстро подошел поближе. — Чуть было не забыл с тобой попрощаться, — виновато отметил он. — Ты уже уезжаешь? — печальный голос звучал обреченно, отдаваясь в сердце ноющей болью. — Да, меня ждут в Нью Йорке, — слишком знакомая ситуация, но откуда Тео знал, что такое уже случалось с ним, было неясно. Зато Лира все понимала. И от того ситуация окрашивалась синей печалью с горьким привкусом. — Мы же еще увидимся? — удар. Сердце хотело вырваться и улететь вместе с ним. Печальный голос Лиры, как острое лезвие, оставлял неприятные болезненные раны. Почему это все ощущалось слишком интимно и важно? В глазах снова поплыло. — Да, думаю да,— безумное наваждение. Блондинка без лица, в форме Слизерина, а вокруг не поместье Малфоев, а чертов Хогвартс. На губах вкус соли и ее поцелуя, а внутри гасли огоньки. Она забирала его душу вместе с собой. — До встречи в будущем,— и вот перед ним снова Лира. Это говорила она? Или снова его помутневшее сознание играло злые игры. — Что? — До встречи в будущем, — повторила Малфой. Она. Новый удар о ребра. Тео нахмурился. Его взгляд был совершенно стеклянным. Он автоматически обнял девушку, дочь своих друзей, пообещал отправит открытку и прошел к камину. Перед тем, как все вокруг окутало зеленым пламенем, Нотт снова взглянул на Лиру и услышал голос Гермионы. — Все будет хорошо, Тео. Вы еще обязательно увидитесь,— голос юной Гермионы, которая еще даже не представляла, что когда-нибудь будет Малфой. Из прошлого, которое возможно было, а возможно и нет. Прошлого, где звезды были ярче, а поцелуи слаще.

***

Нотт обожал самолеты, поэтому всегда выбирал их, если выдавалась такая возможность. Наверное, это было глупо, если речь шла о четырнадцати часах полета. Но билет бизнес класса и хорошая книга творили чудеса. В такие моменты он чувствовал себя совершенно обычным, необременным делами бизнеса, мужчиной. Он сидел в зале ожидания, когда объявили начало посадки на его рейс. Он быстро допил свой кофе и двинулся в сторону прохода номер три. На небе уже виднелись первые звезды и Тео улыбнулся ночному небу. Оно снова его манило. Казалось, что прошла целая вечность с того момента, когда он летал где-то там наверху, считая пылинки и общаясь с луной. — Посадка на рейс BA 185, Лондон - Нью-Йорк, — роботизированный голос ворвался в его пустые мысли и напомнил, что он собирался улетать. Как-будто о таком можно было забыть. Забыть. Глаза округлились. На душу будто вывалили килограмм песка. Отчего-то стало тяжело и волнительно. Он похлопал себя по карманам, проверяя паспорт и деньги. Их он не забыл, но что-то точно вылетело из его головы. Вертелась одна единственная мысль… —Я забыл узнать ее адрес,— проговорил вслух, а потом нахмурился. Напряжение никуда не делось, на лбу выступили крупинки пота. Чей адрес? Ощущение, что он больше не контролировал происходящее, осточертело и он принял решение игнорировать то, что происходило. Поэтому он выдохнул, взял себя в руки и сделал еще пару шагов в сторону нужного прохода. Воспоминание прибило его гвоздями к полу. Вместо аэропорта он оказался в гостиной родного факультета, а вместо голоса уведомляющего о конце посадки, Нотт услышал смешки друзей. — Сегодня на отработках подслушал странную беседу директора и Снейпа, — Тео обернулся и увидел Крэбба. Все такого же пухлого с круглым лицом и розовыми щеками. — Они говорил что-то про зелье частичного забвения. Мы такое проходили? — Драко сразу отозвался, что это варево уже давно убрали из курса зельеварения. Его лишь вскользь проходят на третьем курсе. — Зачем старику частичное забвение? — малышка Стори в недоумении взглянула на сестру, а Дафна в ответ пожала плечами. — Может хотят чтобы мы что-то забыли? — отозвалась Пэнси рассматривая штрихи на своем эскизе. — Или кого-то, — отшутился Блейз и все, не придав значения этому разговору, размылись в пространстве. Во рту встал неприятный запах трав и яркий вкус ягод омелы. Забыл и вспомнил. Туманный образ загадочной блондинки обрел очертания, а Тео, в ту же секунду, все понял. Понял, зачем Дамблдору тогда нужно было то зелье, а самое главное вспомнил ее.

***

Лира гуляла перед поместьем, надеясь, что никто ее не хватится. Хотелось пережить очередное прощание без лишних глаз. Завтра, возможно, ей понадобится тонна салфеток и присутствие брата, но сейчас ей нужна была ночная прохлада и свежий запах одиночества. Оно пахло горечью обиды и утерянными воспоминаниями. Малфой уже несколько минут, как вышла из сада и блуждала по небольшой опушке. Мысли о ее личном конце света были настолько громкими, что заглушили хлопок аппарации. Она рассматривала звезды, просила вернуть все назад. Умоляла избавить от этой тупой боли внутри. Страшнее безответных чувств, только то, когда один любит, а второй не помнит, что любил. — Лира, — голос возник из ниоткуда. Неужто небо правда услышало ее и Мерлин смилостивился? Она жила в мире, где магия это обыденное дело, но не верила в чудо, которое могло произойти. Помотала головой, избавляя себя от болезненного наваждения и развернулась, чтобы вернуться в сад. Тогда то ее глаза и наткнулись на него. — Тео? — Звездочка, — это не был голос взрослого мистера Нотта. Так звучал ее Тео из 1997. Глаза растерянно забегали по его фигуре, пытаясь найти ответы, но нигде не было даже подсказки. — Что ты тут делаешь? Самолет отменился? — хотелось расплакаться. Мужчина сделал шаг вперед, затем еще один и еще. Ее лицо наконец-то не расплывалось под гнетом зелья забвения. Теперь ему хотелось смотреть только в ее чистые карие глаза. — Я забыл узнать твой адрес, —так тихо, что Лира даже не сразу поверила своим ушам. В глазах встали слезы. — Тео, о чем ты? — Я забыл узнать твой адрес, — повторил он уже громче, все так же глядя на нее прозревшим взглядом. — Ты тогда ушла и я понял, что забыл узнать это. Я прибежал к кабинету директора. Там стояла Грейнджер. Она пообещала, что мы еще обязательно увидимся, — нет, это точно были проделки ее бурной фантазии. Тео говорил нечто другое, но слышала она лишь то, что хотела. Осталось разобрать, что же он пытался до нее донести. — Тео, я не понимаю, — по щеке скатилась слеза. Все она понимала, но боялась поверить. Момент мог раствориться и превратиться в сон. А просыпаться совершенно не хотелось. — После вашего отбытия в вымышленный Нью-Йорк, нас напоили зельем частичного забвения и мы вас забыли, — она кивала на каждое слово. Точно сон. — Но я вспомнил, я вспомнил тебя, вспомнил наше свидание на крыше и поход в Три метлы, — Нотт смолк. Он аккуратно стер скатывающиеся слезы с ее щек. Лира думала, что сегодняшним вечером не будет плакать и горевать, но эта ситуация сорвала пластырь с больной раны. — Я искал тебя всю жизнь, с момента нашего прощанья, — Малфой прижалась щекой к его руке и прикрыла глаза. Увядающие бабочки снова запорхали, оживая от одного его прикосновения, а от звука голоса приходили в безумное буйство, заставляя ее сердце биться с невыносимой скоростью. — Спасибо, что вспомнил, — она оставила невесомый поцелуй на внутренней стороне его ладони. Теперь это воспоминание стало тем самым, которое поможет вызвать самый сильный патронус в ее жизни. Тео боролся с невыносимым желанием прильнуть к любимым губам. А Лира только этого и ждала. — Я очень хочу тебя поцеловать, — шепот разрывающий душу в клочья. Она тоже этого нещадно желала. — Но нам надо многое обсудить и понять, как быть дальше. — Хорошо, Тео. Я согласна на все… Чувства, не знающие времени и прорывающиеся сквозь зелье забвенья. Все наконец-то встало на свои места. Что их ждало дальше? Вечность вместе? Пожалуй, стоило начать с серьезного разговора с мистером и миссис Малфой.