уборка класса

       сегодняшний день явно отличался от предыдущих. нет, не тем, что сегодня дождь, а тем, что альбедо и не совсем приятный для него кэйа успели поругаться прямо на уроке, что, естественно, не понравилось всему классу и преподавателю.        — сегодня класс убирают альберих и его сосед по парте, — классная руководительница устало выдыхает, глядя на парней за партой, которые вновь успели провиниться очередной ссорой прямо на уроке. юноши в страхе и недопонимании взглянули друг на друга, мысленно проклиная и себя, и сидящего рядом. что ж, приказу учителя перечить не стоит, иначе будет еще хуже. парни поняли это давно.

***

       уроки прошли достаточно быстро, что было не по нраву крайдепринца и синеволосого юноши. им повезло хотя бы в том, что кабинет не был слишком грязным и управятся они быстро. хотя блондину с кэйей не хотелось проводить ни минуты. уже в скором времени все вышли из класса. остались лишь альбедо, альберих и преподавательница, которая в скором времени тоже ушла на другой урок, позабыв и оставив ключи от класса на столе.        — ну что, бедо, нашел себе кого-нибудь уже? — вопрос с не очень-то и уверенным тоном слетает с чужих губ. нет, голос кэйи не противный, не отвратительный. он вновь стал казаться роднее, спокойнее, но крайдепринц отбросил данные нежелательные мысли в сторону, после чего отвернулся.        — мы друг другу уже никем не являемся, я не хочу разговаривать на эту тему, — парнишка с волосами пшеничного цвета хмурится, но все же опускает голову вниз. воспоминания кровоточат слишком больно. ему одиноко без альбериха. порою, конечно, бедо отвлекается на домашнее задание по химии и дополнительное изучение данного предмета, но даже во сне кэйа от него не уходит. от похожих сновидений навевало грустью, тоской и до боли ужасной ностальгией.        — значит не нашел, — синеволосый усмехается, хоть и в усмешке его присутствует малейшая доля горести. он обходит собеседника и облокачивается на парту прямо напротив. альберих знал, что блондин свободен, ведь только с кавалеристом он мог открыться, мог что-то испытывать, был счастлив.        — даже если так, какое значение это имеет? — парень тяжело выдыхает, наконец глядя в родные синие глаза с крошечной звездочкой каэнри’ах. кэйа словно расслабился от вида чужих глаз, на лице его было лишь спокойствие. хочется вымолвить что-то, и альбедо уже открывает рот, как его перебивает повествование синеволосого.        — я скучал по твоим глазкам, бедо, — эти слова он произнес негромко, смущенно, без привычной для персоны его ухмылки. это маленькое предложение заставило сердце блондина пропустить удар, сжаться и забиться вновь. крайдепринц кусает щеку изнутри больно-больно, раздумывая над ответом. кэйа не сводит с него взгляд. не хотелось ранить альбериха, и желания видеть его грустную физиономию не было, хоть он уже давно перестал чувствовать что-либо к своему бывшему. или ему так казалось.        ал молчит, сглатывает ком в горле и наконец открывает уста вновь.        — а я по твоему, — на его лице столь неуверенная и такая слабая улыбка. наверняка любой человек скажет, что это все до жути неправильно, но парней это уже не волновало. хотелось просто поговорить вновь, как раньше. альберих затаивает дыхание, чуть краснеет от сказанных собеседником раннее слов и раздумывает над следующим ответом. в голову лезут такие дурные для него мысли, что хочется провалиться под землю. сдерживаться сил нет.        — а еще, — кэйа делает напряженную для обоих паузу, словно тянет, пытается оттянуть момент, когда наконец сможет сказать то, что хотел сказать месяцами. — я скучал по губам твоим, альбедо.       алхимик округляет глаза в стеснении и растерянности, все же подходя на сантиметр ближе к кавалеристу. четкого ответа давать не хочется совершенно, поэтому он молчит, дожидается и в собственной голове подсчитывает, какова вероятность того, что альберих поцелует его.        юноша с косичками по бокам не успевает закончить расчет, как его губы накрывают чужие, целуя так невесомо, словно это был первый раз. альберих целует мягко, кропотливо, и совсем осторожно притягивает бывшего за талию, заставляя его приблизиться еще больше. альбедо первое время пытается осознать, что вообще сейчас происходит и где он находится, но все же вскоре отвечает. поцелуй становится напористым, жарким. не спеша синеволосый с помощью приоткрытых губ проникает языком в теплый рот, проводя по зубам. в животе крайдепринца тепло, напряженно, и он чувствует, словно внутри завязывается узел. такого он не чувствовал крайне давно. но когда алхимик влезает в чужой рот и чувствует тихий стон, ему словно срывает крышу. он не спеша отстраняется.        — здесь слишком мало места, — говорит бедо серьезно, но не строго, после чего ведет юношу к учительскому столу и закрывает дверь на ключ. кэйе это определенно понравилось, и он знает, к чему это все приведет. отступать не хочется, а лишь наоборот.        ал копотливо подходит к предмету мебели, в то время, как альберих отодвигает все бумаги и садится. в жутко обтягивающих брюках виднеется бугорок. художник до сих пор удивляется и думает, как кавалерист умудряется натянуть данную вещь на себя, но его это лишь украшает. теперь блондин перехватывает инициативу, целует напористо, уверенно, не стесняясь расстегнуть пару пуговиц чужой рубашки и огладить грудь. обладатель ее мычит, обвивает руками бледную шею одноклассника, после чего зарывается в пшеничные локоны и совсем не противится его действиям. в кабинете становится ужасно душно, но альбедо не хватает руки, чтобы смахнуть капельки пота со лба. молодые люди нехотя и лениво отстраняются друг от друга, и бедо позволяет себе расстегнуть рубашку полностью и снять ее к чертям с красивого, чуть подкаченного смуглого тела, сразу же пялясь на привлекательную грудь. белокурый прильнул ко вставшему соску, вылизывая его с весьма похотливыми вздохами и стонами, через пару мгновений и вовсе беря его в рот. альберих охает, закидывает голову наверх и кусает ладонь, заглушая сладостные стоны, что так ласкали слух белобрысого. парень лижет усерднее, старается, в то время, как узел в его животе затягивается и кровь вновь приливает к органу. кэйа выглядит таким беззащитным, таким слабым. альбедо вновь хочется сделать его своим, присвоить себе, сделать еще более грязным, выбивая из него гортанные стоны.        он проводит аккуратной ладонью по груди вниз, обводя чуть видные кубики пресса и спускается вплоть до паха, сжимая в руке стоящий орган. альберих вздрагивает, и вздрагивает вновь, когда бедо прислоняется к уху и опаляет его горячим дыханием:        — скучал по моим прикосновениям? а по моему члену скучал, а? ну же, скажи, как ты хотел меня все эти месяца, — художник перестает отдавать отчет собственным действиям, несет пошлый бред и несуразицу, но его партнеру нравится такой альбедо. властный, доминантный и в меру строгий. кавалерист уже тянется к паху, но его запястье перехватывает светлая ладонь.        — я запрещаю, — серьезным тоном произносит парень, после чего лицо синеволосого приобретает пунцовый оттенок. ал расслабляет чужой ремень, после чего вовсе расстегивает его и, естественно ширинку. косички уже растрепались, впрочем как и вся прическа художника. это сейчас неважно. прядки светлых волос прилипали к лицу, а глаза его были чуть прикрыты, и кэйа считал это довольно сексуальным. он тянется к рубашке альбедо, пытаясь расстегнуть хотя бы одну пуговицу.        — мм… тебе уже не терпится увидеть меня? — мурлычет художник, помогая кавалеристу избавить себя от ненужной, на данный момент, вещи. сидящий на столе парень кивает, не в состоянии говорить и тем более думать. бедо не обращает на это внимание и пытается медлить, дабы чуть подразнить альбериха. но в скором времени синеволосый тяжело вздыхает, после чего наконец видит любимого без рубашки. он остался таким же красивым.        — возьми меня.        — что?        — блять, альбедо, возьми меня прямо здесь, как можно скорее… — таких слов юноша и ждал. ждал, пока его будут умолять. естественно, в таком случае медлить не стоит, поэтому крайдепринц отошел от стола, подходя к чужому рюкзаку. кэйа кинул на него вопросительный взгляд, пока одноклассник рылся в чужих вещах.        — я ведь знаю, что здесь всегда есть то, что мне нужно, — и правда, тюбик со смазкой действительно там находился, отчего обладатель рюкзака чуть смутился.        в скором времени альбедо вернулся к альбериху, ставя флакон рядом. юноша продолжил покрывать поцелуями чужое тело, попутно спуская с любимого брюки вместе с тесным бельем. кавалерист уже ни капли не смущался, только лишь раздвинул ноги перед художником. блондин открыл бутылёк с прозрачной субстанцией, выливая ее себе на пальцы. кэйа предварительно расслабился до максимума, после чего наконец ощутил палец у анального прохода. юноша с косичками подразнивал дырку так умело, изредка вставляя внутрь лишь одну фалангу пальца. нижний скулил, моля о том, дабы белокурый наконец вошел полностью. альбедо не слушал. он чертовски любил играть с телом своего парня и слышать его мольбы. на удивление прошло совсем немного времени и бедо уже был внутри, начиная двигаться.        — сегодня ты быстрее, чем раньше… что за спешка? — усмехнулся синеволосый, прикрывая глаза. ал предпочел не отвечать на данный вопрос и ускориться, что было неожиданным для альбериха.        вскоре в парне двигалось уже два пальца, и альбедо разводил их «ножницами», потом вставляя и третий. кэйа просил большего и по его лицу было ясно, чего он хочет.        — бедо, бедо… господи, я прошу тебя, просто войди в меня, я хочу твой член… — он сам слегка покраснел от собственных слов, но парень продолжал смотреть алхимику в глаза.        честно, ал и сам не мог долго держаться, поэтому послышался звук расстегивающейся молнии. задача альбериха заключалась в том, чтобы терпеливо подождать. орган альбедо выглядел таким же красивым, как и он сам, хотя нельзя утверждать, что синеволосый помнит каждую венку на члене. короткие пшеничные волосы лезли в лицо и грели шею, но обладатель их не обращал на это никакого внимания и подвинулся ближе к объекту воздыхания. кэйа чуть откинулся и оперся на ладони, дабы вход был менее болезненным и более приятным. партнер его вылил прозрачную жидкость на член, после чего повторно смазал анус. кавалерист вздрогнул от неожиданных поддразниваний и горячего органа. он кивнул, после чего почувствовал головку внутри себя. до жути приятно и тепло, ему нравилось чувство заполненности. его партнер хоть и вел себя грубо, но забота присутствовала всегда. дал время, дабы привыкнуть. горячие губы проходились по всей шее, оставляя дорожку мокрых поцелуев и алых засосов. они не имели понятия, как кавалерист это спрячет, но сейчас это не имело значения. парни беспорядочно целовались, кусая друг друга и получая от этого удовольствие. альбедо решил сделать несколько первых толчков, после чего возлюбленный его выгнулся, издавая не совсем приличный звук. никакой боли не было, только приятные и возбуждающие ощущения, алхимик хорошо постарался с растяжкой, поэтому он стал двигаться быстрее, прижимая кэйю к себе свободной рукой.        — боже, бедо… я так хотел тебя все это время… — сейчас юноша был на пике чувствительности, ведь терпел он довольно долго. это белокурый понял еще с момента растяжки. — милый, я люблю тебя безумно сильно, — он перешел на шепот, зарываясь руками в мягкие волосы и скуля. художник долго молчал, после чего все же произнес:        — и я тебя, детка, — произнеся эти слова крайдепринц ускорился, попадая по самой простате. боже, и словами не описать, как же, блять, кэйе сейчас было хорошо. в нем сейчас толкался чертовски охуенный парень, которого он безумно любит. что может быть лучше?        с каждым глубоким толчком стенки ануса сжимали член, что доставляло удовольствие и самому алхимику. его рука бесстыдно полезла к органу альбериха, начиная стимулировать его. глаза синеволосого стали намокать, а по щекам потекли теплые слезы. слишком приятно. честно, бедо и сам хотел излиться, но старался сдерживаться, дабы продлить этот момент. казалось бы, глаза его сияли гораздо сильнее, чем раньше. юноша двигался максимально быстро, а кэйа двигал бедрами. в скором времени синеволосый наконец-то кончил, после чего излился и альбедо, медленно выходя.        — ох, прости, что внутрь, — с неловкой усмешкой извинился светловолосый, наблюдая за отходящим от эйфории парнем.        — это было шикарно, я так люблю тебя… — мямлил он, пытаясь осторожно встать со стола.        — мы про уборку класса забыли, идиот.