Чувства к тебе

Светили яркие звезды на ночном черном покрывале. В Мондштадте сегодня было шумно, все горожане от мала до велика вышли на улицы. Все вокруг сияло, казалось, что во всем Тейвате ночь, но город за величественными стенами стал маленьким фонариком. А причиной этому был день основания города и мондштадцы с каждым годом устраивали праздник все с большим размахом. Даже маленькие дети не спали, они кружились в праздничном танце вокруг фонтана, распевали радостные песни. Цветочница Флора бесплатно украшала волосы всем желающим ветрянными астрами — символом свободы. Хозяйка местного кафе Сара только и успевала подавать цыпленка в соку сахарного цветка гостям. Казалось, что радость распространилась на всех, даже серьезная Эола улыбалась, сидя за дальним столиком с кружечкой главного праздничного напитка взрослых — одуванчикого вина. Сегодня в городе нет печали, лишь детский смех и радостные возгласы в меру пьяных горожан. Лишь один Кэйа старался держаться в стороне от праздника, он ловко обходил толпы людей, которые пытались затянуть его в свою компанию. Являясь весьма заметной личностью, он при желании умело ускользал в темные переулки и растворялся в темноте как тень. Так же и сегодня капитан Ордо Фавониус старался уйти подальше от всех незамеченным. И только он решил, что побег от всеобщего веселья удался, как маленькая рука схватила его и резко выдернула из темноты. — Капитан, что вы бродите в переулке? Я соскучился по любимому собутыльнику! Розария уже не в силах продолжать, ты просто обязан прикрыть товарища! Это был местный бард, который не упускал возможности пропустить по стаканчику, а то и два. Венти всегда казался Кэйе лучиком света, бард всегда помогал отвлечься от грустных мыслей, которые с каждым днем все сильнее душили капитана. — Как же так, Розария и чтобы выдохлась, не верю я тебе, — улыбнулся Кэйа. Бард лишь хитро прищурился и продолжил тянуть друга в сторону таверны «Доля англелов». Кэйа часто заглядывал в это заведение со своими спутниками — любителями выпить и поделиться историями из жизни. Ему нравилось проводить там время после работы до самого закрытия, пока хозяин уже не выгонял друзей-алкоголиков. Единственное, что могло вывести его из равновесия, так это те дни, когда хозяин сам вставал за барную стойку, чтобы приготовить несколько фирменных напитков. Сегодня и был тот день, когда Дилюк лично угощал всех гостей. Он был последним человеком, с кем Кэйа хотел сегодня пересекаться. Сводные братья почти не проводили время, да что уж таить, они даже и словом не обмолвились за пределами таверны. Сложные отношения с Дилюком были основной причиной, по которой капитан не мог спать ночами, не выпив крепкого напитка. Дилюк заполнял все его мысли и это порядком изводило. Но этого не знал никто, Кэйа умело скрывал свои эмоции и чувства за маской вечно беззаботного игривого капитана. — Добро пожал… А, бард, ты привел капитана Ордо Фавоноус, — легкая улыбка в миг пропала с лица Дилюка. Кэйа понимал, что ему тут не особо рады и был уверен, будь такая возможность хозяин таверны запросто внес его в черный список. Кэйа улыбнулся и слегка махнул рукой в сторону брата. Как назло, все столики были заняты, таверна и так пользовалась популярностью, а в праздники тут и яблоку упасть было негде. — Ну вот, пока я ходил, искал тебя, столик заняли. Ну ничего, сядем за барную стойку, — бард сел прямо перед Дилюком и звонким голосом добавил, — Мне и моему товарищу по кружке самого лучшего вина! Все что и мог сделать Кэйа, так это тяжело вздохнуть и сесть рядом. Самый худший исход дня, о котором он старался и не думать произошел здесь и сейчас. Внутри у капитана все сжалось, неловкость, недосказанность давили сейчас на него неподъемным грузом. Но встать и уйти он тоже не мог, проницательный Дилюк сразу бы раскусил своего брата. Единственное, что сейчас бы помогло избавиться от чувств к Дилюку, появилось прямо перед носом Кэйи. — Красное вино? Мастер Дилюк, могли бы хоть сегодня отнестись к капитану с теплотой, — Венти заглянул в кружку Кейи и утешающе похлопал того по плечу. У мондштадцев была традиция, если хочешь высказать неприязнь — угости человека красным вином. А в праздники красное вино и вовсе не ставили на стол, основное предпочтение отдавали сладким белым винам и сидру. Кэйа прекрасно понял жест Дилюка, ему тут не рады. — Что ж, с праздником! — поднял вверх кружку Кэйа, в ответ ему по всему залу разнеслись возгласы и удары деревянных кружек. Вино сегодня казалось Альбериху горьким и оставляло неприятное послевкусие. — Запиваю горечь горьким вином, — шепотом произнес капитан. Утешил парня лишь тот факт, что вино быстро дало в голову и чувства стали притупляться, а с ними ушли и мысли. Кружка за кружкой и Кэйа уже не испытывал того дискомфорта, какое он ощущал в самом начале своего прихода в таверну. Он громко спорил с бардом и спустя глоток вина сразу же забывал о чем шла речь и снова начинал выдавать вульгарные шутки. Казалось, что уже ничего не выбьет сейчас дурман алкоголя из головы Кэйи, кроме Дилюка, который наклонился над ухом Альбериха. — Не составит труда сейчас выйти на улицу подышать воздухом? От этих слов Кэйю как током ударило. Теплое дыхание красноволосого парня в миг отрезвило. Кэйа взглянул на барда, который уже положил голову на барную стойку и неразборчиво что-то пытался объяснить. Альберих кивнул и следом за Дилюком отправился к двери. Выйдя на улицу Кэйю окатил приятный теплый летний ветерок, у таверны было тихо, только из стороны центральной площади доносились песни и музыка. Парни завернули за таверну, чтобы их разговору ничего не смогло помешать, и случайный зевака не стал свидетелем разборок братьев. — Еще не устал? — ровным голосом произнес Дилюк. — От чего я должен устать? — Тошно смотреть, как ты каждый раз ищешь повод напиться. Ладно бы делал это где-то подальше от меня, но ты каждый раз устраиваешь зрелище на моих глазах. — Я виноват, что в этой таверне подают хороший алкоголь? Сделай ты наконец черный список и внеси меня под первым номером. Может хоть где-то я буду в твоем списке первым, — Кэйа развел руками и наигранно улыбнулся. — Отец не хотел бы видеть тебя таким. И я тоже не хочу. Я бы был признателен тебе, если бы твои визиты в таверну сократились вдвое, а то и вовсе прекратились. — Переживаешь, мастер Дилюк? Не стоит тратить свое время на меня. Если это все, что ты хотел сказать, то я, пожалуй… — Кэйа не успел договорить. Дилюк крепко сжал плечо парня, тем самым удержав на месте. Кэйа и не помнил, когда в последний раз брат касался его. Кажется, это было еще до смерти отца Дилюка, когда братья были еще подростками. Тогда они часто проводили вместе, беззаботно бегали по поместью, устраивали дружеские дуэли на мечах. Но все это было прошлое, и его не стоит ворошить. Это прикосновение не сравнится даже с шепотом Рангвиндира на ухо Альбериха в таверне, Кэйю словно парализовало, все чувства вырвались из-под маски, капитан проиграл. Секунда и он уже берет руками Дилюка за лицо, и пока тот не успевает осознать в какой он ситуации находится, Кэйа целует брата. Поцелуй со вкусом красного вина и отчаяния. Кэйа испытывает надежду, что этим поцелуем будет сказано больше, чем всеми словами мира. Он хочет показать брату, что по прежнему относится к нему, не испытывает ненависть. Дилюк отвечает Кэйе, но в следующий миг хватает его второй рукой за плечо и отталкивает. — Ты остатки мозгов и чести тоже пропил?! — лицо Дилюка окатило жаром то ли от смущения, то ли от злости, на лбу выступили морщинки. — Больше ты меня не увидишь, — бросает вслед Дилюку ускользающий в темноту ночных переулков Кэйа. Если кажется, что отношения больше портить некуда, то вы ошибаетесь и Кэйа это прекрасно прочувствовал на себе. Так паршиво капитану не было никогда. Безразличие со стороны Дилюка не казалось таким уж и плохим вариантом по сравнению с тем, какое сейчас у него сложится впечатление о Кэйе. Скорее всего брат решит, что Кэйя издевается над ним, хочет опозорить перед всеми, пошатнуть его гордость. Терять уже было нечего, прошлого не изменишь. Кэйе было дурно от самого себя, от шума праздника, от всего. С клубком чувств, которые распутать будет очень не просто, он дошел до высокой стены окружающей город. Все что ему сейчас хотелось — укрыться от всех и побыть наедине со своими мыслями, подумать, как ему теперь себя вести, если он пересечется с Дилюком. Взобравшись на стену по лестнице в одной из башен, он оперся руками на каменное ограждение и стал всматриваться в темноту ночи. Вид открывался на глубокое озеро, в котором отражалась Луна, которая при малейшем порыве ветра искажалась на поверхности воды и становилась уродливым бледно-желтым пятном на кристально-черном лице озера. — А ведь я такое же пятно в его тихой жизни, — со смешком произнес Кэйа. — Что-то случилось? Не подумай, я не подслушивал, — холодная рука коснулась щеки Кэйи. Парень и не заметил, что он был не первым, кто решил уединиться подальше от всех. Перед ним стоял алхимик Ордо Фавониус — Альбедо. Первая встреча Кэйи с Альбедо произошла в кабинете магистра Джинн, когда он попросила присоединиться Кэйю к экспедиции Альбедо на Драконий Хребет. Место это довольно опасное, поэтому девушка решила, что на вид хрупкому алхимику стоит найти компаньона. Тогда ей и попался под руку бездельничающий капитан. С тех пор встречи Альбериха и Альбедо стали происходить все чаще и, что более странное, в самых неожиданных местах. Однажды Кэйа, в очередной раз выпив лишнего в таверне, в попытках скрыться от товарищей, решил насладиться ночной тишиной в Долине Ветров. Как оказалось, Альбедо как раз в это время расположился под могучим деревом и писал очередную картину. Это очень удивило алхимика, когда капитан кавалерии попросил у него побыть рядом. Так они провели свою первую ночь вместе, прислонившись к стволу могучего дуба, за разговорами о себе. Это была непринужденная беседа не вызывающая дискомфорта, как будто они много лет знакомы друг с другом. И сегодня опять внезапное появление Альбедо, в тот момент, когда Кэйе нужен кто-то, кто сохранит его тайны, оказалось как нельзя кстати. — Я нарушил твое уединение? Не думал, что кто-то предпочтет городскую стену праздничной площади, — очередная наигранная улыбка Кэйи. — Я не мондштадец, ты же знаешь. В принципе, как и ты, — Альбедо отвел взгляд вперед. — Да, Каэнри-ах, наша родина. Тебе не кажется, что мы лишние на этом празднике? Альбедо промолчал. Он не знал, что ответить. Хоть они живут тут, но их родной дом уже давно перестал существовать в этом мире, отголоски былой славы Каэнри-аха живут лишь в мрачных легендах. — Я вижу, что ты чем-то огорчен. Ты можешь выговориться, — Альбедо посмотрел на Кэйю. — Да что таить, — произнес Альберих, — Ты когда-нибудь решался на действие, которое сулит крах, но желание попробовать превозмогает страх? — Нет, я стараюсь сдерживать свои желания, — после этих слов алхимик снова отвел взгляд вдаль и положил свою руку на руку Кэйи. Это движение было настолько естественным, капитан даже не придал ему значения. — А есть что-то, что ты хотел бы исполнить, вдруг завтра не наступит? — Кэйа вел себя как на допросе, пытаясь переключиться со своих проблем на понимание личности загадочного алхимика. — Да, я бы хотел, — Альбедо перешел на шепот, — Как бы странно не звучало, Кэйа Альберих, я бы хотел провести с тобой эту ночь и встретить утро. Кэйа, конечно, и до этого момента замечал пристальные взгляды парня на себе, случайные касания. И в последнее время ему не казались случайные встречи с Альбедо такой уж и случайностью. Отвлекшись от тревог, разум Кэйи снова застилала пелена, вино еще грело его изнутри и во рту больше не чувствовалась горечь. Он прикрыл глаза, голова немного закружилась, он полностью отдался ситуации. Нежное дыхание Альбедо остановилось на его губах, парень медлил, изучал реакцию капитан. Он действовал медленно, не настойчиво, давал время оттолкнуть его. Кэйа был полной его противоположностью — он действовал сразу, а о сделанном думал уже потом. Поняв, что его никто не собирается отталкивать, Альбедо соприкоснулся своими губами с губами Кэйи, просунув свой язык ему в рот и снова замер. Кэйа обхватил Альбедо за его тонкую талию, прижав ближе к себе, затем углубил поцелуй, встречаясь своим языком с Альбедо. Алхимик перестал сдреживаться и стал проявлять свою натуру — слегка укусил Кэйю за губу, на что воторой издал тихий стон. Альберих подхватил парня, на что тот в ответ обвил его торс ногами, и прижал к одной из каменных башен. Поцелуй был страстный и только ночь могла наблюдать за этой картиной. Сама погода благоволила им, Луна стыдливо спряталась за облаками, чтобы скрыть пару от любопытных глаз. Кэйа остановился и тихим низким голосом спросил: — Может продолжим в более комфортной обстановке, если ты конечно этого хочешь? Это скорее было утверждение, нежели предложение. Оба перевели дух и пошли к одной из лестниц башни, чтобы вернуться в город. Тихо проскочив мимо сонного дозорного, они влились в шумную толпу и, как течением бурной реки, их вынесло к главной площади. Праздник подходил к кульминации и поэтому танцевали уже все — кто-то разделился по парам, а кто-то кружил один дружный хоровод. Альбедо на секунду замешкался в толпе и его чуть не затащили в озорной танец, но Кэйа вовремя прижал парня к себе. — Первый раз на празднике? Держись меня, — Кэйа, не отпуская алхимика, нырнул с ним в переулок между тавернами и повел в направлении своего дома. Комната, в которой жил Кэйа, располагалась недалеко от штаба, в трехэтажном доме и занимала весь верхний этаж под крышей. С улицы по лестнице они, стараясь не привлекать внимания, быстро поднялись по ступенькам, и как только Кэйа закрыл за Альбедо дверь, они оба не проронив ни слова слились в поцелуе. В этот раз они не сдерживались, Кэйа не стесняясь скинул плащ Альбедо на пол и стал расстегивать рубашку. Прервав поцелуй Кэйа коснулся маленькой татуировки на шее алхимика. — А, это… — Альбедо не успел договорить, как Альберих укусил парня за шею. — Это сегодня мое на всю ночь, — лукаво улыбнулся Кэйа. Подхватив парня на руки, капитан понес его к кровати, распахнув дверь спальни ногой. Он повалил его на мягкую незаправленную с утра кровать и продолжил его раздевать. Когда Альбедо лежал перед ним полностью нагой, Кэйа довольно улыбнулся и сделал шаг назад от кровати. В кромешной темноте в спальне алхимик мог четко разглядеть каждый участок загорелого тела, который оголял капитан кавалерии. Небольшие шрамы на руках и ногах, полученные в битве, накаченный пресс и мускулистые руки. Кэйа показывал себя и внимательно наблюдал, как в глазах партнера разгорается желание. Словно дикая кошка Альберих стал двигаться в сторону Альбедо, аккуратно разводя парню ноги и поглаживая внутреннюю часть бедер. Он оставлял горячие невесомые поцелуи на бледной, словно фарфоровой, коже алхимика, заставляя последнего вздрагивать. Кэйа был опытным любовником, он никогда не торопился, сначала пытал свою «жертву», дожидаясь мольбы о большем с ее стороны. Он не хотел торопиться, желал растянуть каждое мгновение этой ночи, утонуть в этом моменте, откинуть все свои чувства. Капитан всегда испытывал превосходство во время секса, ему нравилось когда он чувствует себя желанным хотя бы на миг. Также парень любил сам все контролировать, за редким исключением он мог позволить повалить себя спиной на кровать. Альбедо издал тихий томный стон и попытался ухватиться руками за плечи Альбериха, на что его руки были заведены над его головой и крепко прижаты к изголовью кровати. — Расслабься, я все сделаю сам, — прошептал Кэйа и приставил палец к губам парня. Альбедо, который не желал поддаваться полному контролю обхватил своими губами палец капитана и слегка покусывая начал его облизывать. Кэйа игриво усмехнулся и вставил в его рот еще один палец. Ему нравилось, что парень не смущается. Пока Альбедо играл с пальцами Альбериха, тот в свою очередь продолжил возбуждать парня, нежно покусывая того за аккуратные маленькие соски, пока они не покраснели и немного увеличились в размере. — Думаю, можно приступать к самой интересной части, — прошептал капитан. — Постой, — простонал алхимик, на что получил вопросительный взгляд партнера, — Сними повязку с глаза, я хочу видеть твое лицо. Впервые Кэйа получает такую неожиданную просьбу во время секса. В основном его партнеры не то что про повязку не заикались, так вообще старались не руководить парнем, они только наслаждались процессом находясь под Кэйей и не осмеливались позволить лишнего. Кэйа удивленно посмотрел на Альбедо и ослабил хватку левой руки, которая держала тонкие запястья алхимика. Это было завуалированное одобрение, что беловолосый может снять повязку с глаза капитана и увидеть его настоящий облик. Высвободившись из хватки Альбедо аккуратно нащупал завязки на голове капитана и повязка легко соскользнула на кровать. На алхимика пристально смотрел хищный взгляд — глаз, который так тщательно скрывал капитан Ордо Фавониус был золотого цвета.Кэйа прикрыл глаза и с усмешкой произнес: — Твое желание удовлетворено? Альбедо кивнул головой. — Ты прекрасен. Позволь только мне видеть тебя таким. Альберих и не подозревал, что всегда тихий и серьезный алхимик может быть настойчивым и таким сексуальным. Но все же Кэйа, хоть и был частично смущен сложившейся ситуацией, не стал останавливаться и приставил влажные пальцы к промежности алхимика. Он не торопился, игрался с парнем, сначала просто водил пальцами вокруг и наблюдал, как от каждого прикосновения вздрагивает под ним Альбедо, лишь потом вдовль наблюбовавшись партнером, он вставил один палец. Внутри было узко, что навело капитана на мысль, что скорее всего это первый раз Альбедо с мужчиной. Он не стал действовать резко, плавно двигался внутрь сначала одним пальцем, немного растягивая Альбедо, затем добавил второй палец. Парень издал громкий стон и сжал руками простыни. — Скажи, если мне стоит остановиться. Альбедо покачал головой, давая понять, что все в порядке и Кэйа может продолжать. Альберих стал быстрее двигать пальцами и когда почувствовал, что Альбедо достаточно растянут вытащил их с непристойным хлюпающим звуком. Его член уже стоял и был готов войти в манящую дырочку. Так бы и сделал капитан будь на месте Альбедо кто-нибудь опытнее. Обычно у капитана не было привычки долго церемонится и подготавливать партнера, но сегодня особый случай. Губами Альберих коснулся уже твердого члена Альбедо и языком провел по головке, облизав небольшое количество стекающей солоноватой смазки. Послышался тихий стон, Альбедо был на пределе, по его телу пробежала волна удовольствия, он изогнулся, сгибая пальцы на ногах. Кэйя понял, что двигается в верном направлении и обхватил губами розовую головку члена, он очертил круг вокруг нее и остановился на уздечке, немного надавливая на нее. — Войди в меня. Капитан хмыкнул, он хотел еще поиграться с Альбедо, насладиться его хриплыми стонами. Парень немного смочил слюной головку своего члена и приставил ее к заднице парня, слегка надавив он вошел с большим усилием. Хоть Кэйа потратил некоторое время на растягивание парня, внутри по прежнему было узко и тепло. Альберих чувствовал, как Альбедо сжимает его и немного затягивает вглубь. Он попробовал двинуться внутри Альбедо, на что тот крепко впился ногтями в спину Кэйи. Останутся следы, но капитана это сейчас не особо заботило. Его член проталкивался как можно глубже. Тишину, которая стояла до прихода парней в комнату, заменили тихие стоны Альбедо, сбившееся дыхание Кэйи и влажные непристойные звуки. Когда Альбедо немного привык к новым ощущениям и перестал впиваться в спину капитана, Кэйа немного ускорил свой темп. Нависая над алхимиком он заглядывал тому в глаза и пытался прочитать в них эмоции, которые вспыхивали с каждым толчком. Он заметил на его щеках уже высохшие полоски от слез, капитан слизнул слезинку с его щеки и продолжил двигаться с чуть большей скоростью. Альбедо приоткрыл рот, чтобы слиться с капитаном в поцелуе. Кэйа прекрасно понимал язык тела и прильнул к губам парня. Тихие стоны заглушил продолжительный поцелуй и когда оба поняли, что уже не хватает кислорода, Кэйа отдалился. Он продолжал набирать темп, рукой он закинул ногу Альбедо себе на спину. — Хватайся ногами, — хрипло произнес Кэйа из-за сбившегося дыхания. Когда Альбедо обвил его ногами, то Альберих решил сменить позу и перевернулся на спину, посадив на себя Альбедо. — Попробуй двигаться сам, не торопись. Альбедо сделал упор ладонями рук на уже смявшиеся простыни, наклонился немного вперед и попробовал сам сесть на член капитана. Громкий стон разнесся по комнате. Алхимик немного поморщился от болезненных ощущений, но продолжил двигаться уже не так быстро и не на всю длину члена. Кэйа улыбнулся, он был не против, что теперь процессом будет руководить парень. Ему нравилось смотреть, как парня колотит мелкая дрожь, но он не останавливается и с упорством насаживается на его член. Альбедо потихоньку набирал темп и при каждом глубоком толчке громко стонал, все его лицо пылало от румянца, на лбу выступила легкая испарина пота. Кэйа, достаточно налюбовавшись открывающимся видом, слегка обхватил своей рукой член Альбедо и стал плавно ею двигать. Член парня приятно пульсировал в руке капитана, из дырочки на головке стекало небольшое количество вязкой смазки. Наигравшись с Альбедо Альберих резко сменил позицию, снова начав доминировать. Кэйа чувствовал, что почти достиг кульминации и заметно ускорил темп, его ноги немного вздрагивали, руки согнутые в локтях немного поднывали от усталости. Альберих нежно покусывал Альбедо за шею, оставляя светло-красные засосы, которые к утру уже приобретут бордовый цвет. Парень закрывал скрещенными ладонями лицо, прикусывал собственные пальцы. Кэйя продолжал выбивать своим членом хриплые стоны удовольствия из Альбедо. От всех этих ласк Альбедо немного вздрогнул и тонкая струйка спермы выстрелила ему на живот и грудь. Кэйа довольно улыбнулся и звонко шлепнул Альбедо по упругой ягодице рукой. Альберих тоже собирался приблизиться к разрядке вслед за партнером. Больше не сдерживаясь, он с силой вдалбливался в Альбедо, задевая простату, но алхимик уже не стонал, только немного щурился и терпеливо ждал, когда партнер удовлетворит свои желания. Почувствовав, что сейчас он кончит, Альберих собирался вытащить член, чтобы дальше помочь себе рукой, но Альбедо обвил его ногами. — Кончи в меня, — томным голосом произнес парень на ухо капитана. Кэйа сделал еще несколько грубых толчков и вздрогнул, член пульсировал внутри задевая стенки, его теплое семя излилось в Альбедо. Он без резких движений достал член и алхимик почувствовал, как сперма вытекает из его промежности на белые простыни и пачкает покрасневшие ягодицы. Без сил и с тяжелой отдышкой капитан спиной упал на смятые простыни, которые пропитались потом парней. Они пролежали так несколько минут не проронив и слова. Кэйа порядком вымотанный не нашел в себе сил встать, чтобы привести себя в порядок, он проваливался в сон, все же вино и занятия физической активностью давали о себе знать. Альбедо, стараясь не разбудить парня аккуратно слез с кровати и медленными шагами пошел к уборной, придерживая рукой капающую из его промежности сперму. Он знал, что сегодняшнее удовольствие завтра доставит ему не самые приятные ощущения.