После литературного вечера

      — Дейви, ты проводишь меня? — спросила Тори, поднимаясь и с надеждой смотря на Лололошку.       — Да! — с лёгкой улыбкой, которая была так ему присуща, ответил Лололошка. Он взял её бархатную ладонь в свою и вышел с ней в вечерний город. Небоскрёбы, пронзающие небо, фонари, освещавшие тёмные улицы, а машины наполняли город шумом моторов, создавая непередаваемую атмосферу. Лишь вокруг этой парочки витала некая аура спокойствия. Простые прохожие то и дело кидали на них взгляды, завидуя им. Комиссар и молодая звезда Империи, тот ещё вид. Тори прижималась к его левому плечу, крепко держалась за него, уткнувшись личиком в приятно пахнущую толстовку.       — Ты всегда такой молчаливый, Дейв, — сказала Тори, проходя мимо очередного переулка. — Я совершенно не понимаю, о чём ты думаешь в такие моменты.       — Что ты очень красива в свете ночного города.       Она вздрогнула от неожиданного комплимента, слегка краснея и сжимая своим пальцы на нём. Несмотря на то, что он был не разговорчив, каждый раз звук его голоса заставлял её чувствовать тепло внутри. И вот опять его слова согревают её, несмотря на прохладную погоду и сильный ветер от машин.       — А теперь я думаю о том, как удивительна Империя... Раз позволила появиться такому счастью, как ты, — улыбаясь, продолжил Дейв, смотря на неё       Хотя он почти каждый день видел Тори, но почему-то именно сегодня она была особенна прекрасна. Сейчас ему лишь хотелось видеть её краснеющее лицо, счастливую улыбку, развевающиеся золотые волосы на ветру. Забыть о проблемах, о тайнах, наслаждаться этим моментом.       — Ты дурак, Дейв, — краснея, выругалась Тори. — Нельзя же так смущать.       — Прости-прости, но, глядя на тебя, ничего больше на ум не приходит.       — Правда?       — Конечно, ведь ты самая милая девушка, которую я встречал, — с улыбкой сказал Лололошка и поцеловал её красный от смущения лобик. — И ты не заставляешь меня в этом сомневаться.       Дейв не переставал её удивлять. Он буквально осыпал её комплиментами сейчас. Она искренне улыбнулась ему, привставая на носочки и целуя его щёчку. Вместе с ним можно было ничего не бояться, чувствовать себя в безопасности и защищённой.       Лололошка положил свою ладонь на её талию, прижав к себе, совершенно спокойно продолжая идти. Она повторила за ним, положив на него голову и закрыв глаза. Наконец можно было расслабиться.       — Почему ты начала писать? - ненароком спросил Лололошка. — У тебя так хорошо получается.       — С раннего детства. Я хотела выразить всю свою любовь к Империи.       — Правда? Моя девочка пишет с самого детства?       — Да. Я уже тогда писала об Але и Терре. Хотя тогда я не умела в рифму, и все закрывали уши, когда я начинала читать.       — Хи-хих, я бы хотел послушать твои работы, Тори.       — Ни за что, Дейви. Я тогда сгорю со стыда!       — С удовольствием посмотрел бы на это.       Она обиженно стукнула по нему кулачком, заставляя Лололошку тихо смеяться. Они наконец подходили к двери её дома. Тори смотрела на него, кусая губы, не желая прощаться, когда они уже были у подъезда. Но звать его к себе в дом... Но на улице уже поздно... А может... Она боролась с собой, пока неожиданно для себя не выпалила, что, не хочет ли он остаться на ночь. Резкая просьба удивила Лололошку, заставив краснеть и отводить взгляд. Он тоже не был готов к такому.       — Прости! Я знаю, это была глу...       — Я с радостью останусь с тобой, Тори.       — Что? — не веря ушам, спросила она Дейва.       — Я буду с тобой этой ночью. А завтра утром поеду обратно в своё поселение, — неуверенно настаивал Дейв.       — У меня только одна кровать дома... Я не знаю, где ты будешь спать.       — Поспим вместе. Это же нормально, когда пара спит вместе, нет?       Эти слова заставили взорваться сердце Тори. Столько мыслей проносилось у неё голове. Она старалась не показывать свой восторг, пока они поднимались по лестнице к её квартире. Она встречается с комиссаром. У неё появился парень. И он будет ночевать сегодня у неё. Тори просто сияла от счастья, пока они снимали свою форму и вешали на специальное место.       — Вау, Тори, ты прямо оживилась.       — Сегодня мой самый счастливый день в жизни... Сразу после моего первого концерта и смены алгоритма, — ответила она, выглядывая из дверного проёма. — Я сейчас в душ, а после меня ты. Нам обоим точно нужно очиститься от городской грязи. Подождёшь меня в спальне?       — Хорошая идея, — ухмыльнувшись, ответил Лололошка, заходя в спальню. — Сразу после тебя       Она пропала в ванной, а после почти сразу послышался звук воды. Её спальня была большой, гораздо больше, чем у него. Широкая кровать в золотисто-тёмных цветах. Рабочий стол с ноутбуком, а рядом большое количество исписанных черновиков. Он упал на кровать, которая пахла её запахом, запахом ромашек и чернил. Он не знал, что его натолкнуло назвать их парой. Или согласиться переночевать у неё. Он сжал пальцы на одеяле, желая зарыться в него с головой, но его фантазии прервала Тори, которая уже вышла к нему в пижаме. Волосы были ещё влажные, а лицо озаряла улыбка       — Ванна свободна, Дейви. Иди, я подготовлю кровать.       — Спасибо, — проходя мимо неё, он поцеловал её в щёчку, заставив вновь краснеть. — Я скоро буду.       Он мылся, не переставая осматривать её дом. Везде были золотые цвета, которые символизировали Империю. Всё прибрано, стоит в ряд. Ничего лишнего. Это точно комната исправной гражданки Империи, подумал он, наконец вытираясь и переодеваясь в лёгкую одежду. Она уже лежала в кровати, держа рядом с собой свободное место. Когда он подошёл к ней, она протянула к нему руки, прося объятий. Как тут можно отказать. Он залез к ней, обняв и прижав к себе её хрупкое тело, спрятав лицо в её ещё влажных золотистых волосах. Она уткнулась в его плечо, дыша им, просто обнимая. Так и заснули, рядом с друг с другом, забыв про внешний мир.       Тори проснулась поздно, чувствуя во всём теле лёгкую сонливость, хотя солнце уже давно встало. Еле встав с кровати и переодевшись в домашнее, она зашла на кухню. Её голову не покидал странный сон, словно Дейв ночевал у неё... Такого точно не могло быть, она бы не решилась. И он бы не согласился. И то, что он признался ей. Бред. Открыв холодильник, она заметила уже готовый завтрак из яиц, пожаренного бекона и с короткой запиской:       «Приятного аппетита, Любимая»