Беспамятство

Порой Стефан приходил в себя. В голове прояснялось, и он с ужасом вспоминал события последних дней: какие-то города, незнакомые улицы, люди… Вернее то, что когда-то было людьми: их развороченные тела и выпирающие кости, разбросанные – кем, неужели им? – повсюду внутренности. И кровь, его постоянно окружала кровь: на одежде, на обивке сидений машины, на руках и лице, на губах. Казалось, что она въелась в кожу, закупорила поры. Каждый раз, приходя в себя, Стефан чувствовал, что пропитан им, этим сладковатым запахом разложения, будто он сам гниет. Гниет изнутри. Он вспоминал, но не хотел этих воспоминаний: предсмертных хрипов и противного, булькающего звука, когда жертва захлебывается собственной кровью, но продолжает умолять о пощаде. Когда Клаус улыбается, похлопывает по плечу, бросая короткое: «Пей», – и руки сжимают хрупкое человеческое тело до хруста в костях, а клыки погружаются в еще пульсирующую яремную вену… И кровь, такая горячая, солоновато-пряная заполняет собой все вокруг, всего тебя, вытесняя остатки человечности, которые так хочется сохранить. От этих воспоминаний больнее всего: от удовольствия, которое спазмом сопровождает каждый глоток. Оно такое острое и ни с чем несравнимое – пить из еще живого, дрожащего тела, забирая, выкачивая из него жизнь. Отнимая, просто потому, что так хочется. Тебе. Воспоминания накатывают грязной, оглушающей волной, которая сбивает с ног и заставляет сознание корчиться под тяжестью вины, сожаления, ужаса. Не оставляя после себя ничего, кроме жажды. В этой пропитанной кровью псевдореальности нет места хрупкой девушке с нежными ладонями и мягкой улыбкой. Нет места ехидному, но любящему брату. Нет места уютному городку, в котором он родился, вырос и умер. В ней нету места даже для собственного «я». - Ты потерялся, Потрошитель. Мой маленький, глупый Стефан, - это Клаус шепчет ему. И Стефан просыпается, открывает глаза, чтобы увидеть у себя на руках девушку с холодными, пустыми глазами. Он смотрит на гибрида с непониманием. Он не помнит, как они попали в этот гостиничный номер, не помнит, зачем. Не хочет помнить, кто убил эту девушку. Клаус улыбается и высвобождает мертвое тело из рук Стефана. Касается щеки вампира кончиками пальцев. И тихо произносит: - Ты потерялся столетие назад, Стефан. Но я нашел тебя. И уже никогда не отпущу.