Беспамятство

Деймона не удивило наличие брата в гостиной. В конце концов, это – их общий дом. И он имеет точно такое же право находиться в родовом гнезде, как и Деймон. Он все еще злился на младшего, за то, что тот не дал прикончить Клауса. Но, как не крути, Стефан был и остается его братом, которому старший Сальваторе был готов простить практически все. И даже живого могущественного вервампа. Гораздо более удивил Деймона дневник брата, лежавший на его коленях корешком вверх. Он же так давно забросил это свое дурацкое занятие. Сам Стефан, сидя в кресле, неотрывно глядел на пламя камина. Вид у братца был… какой-то уставший и слегка помятый. - Это ты освободил Элайджу? – вместо приветствия услышал старший Сальваторе. - Предположим, - усмехаясь, ответил Дей. - Но как ты узнал, где я спрятал гроб? Старший недоуменно вздернул брови: - Это важно?... – он прошелся к бару, наливая в стакан любимый бурбон. – Главное, он поможет нам разобраться с Клаусом, который благодаря тебе, между прочим, все еще угрожает безопасности Елены. Стефан хохотнул, отбирая стакан у подошедшего Дея. Залпом осушил его и вернул настороженному брату: - Стефан, так что случилось-то? - Ничего особенного, - улыбнулся младший, собираясь покинуть гостиную. – Древние приглашают нас завтра на ужин. Обоих. Он похлопал брата по плечу и направился к выходу. Деймон, сбитый с толку, опустился на диван и задумчиво покрутил головой в поисках ближайшей бутылки спиртного. Внезапно его взгляд упал на кожаную обложку дневника: - Хэй, Стеффи, ты забыл… Но брата уже не было в комнате, и Деймон неуверенно прошелся рукой по пожелтевшим страницам, открывая на самой последней записи. «Я слишком долго считал себя безумным. Пока не понял: я действительно безумно счастлив. P.S. Никогда не связывайся с двумя Древними одновременно:)…»