Несмертной тенью

»…И прольётся тогда с небес огонь будто дождь в Потоп,

И сменят его слёзы отчаянья и скорби,

И новую весть принесёт всадник без Копья и Коня,

но с Сердцем, подобным грому и праху —

«Король идёт!»

«Наш Король идёт…»

”

Книга Ион’диагоней-Адизраал’тира — старшего летописца и предсказателя Крепости Фрой’дат,

«Эпоха Чудовищ». Часть I, изречение XXVIII.

Помимо откровенной глупости и веры в Пафос и Превозмогание, должных вылиться в героический пинок слайма с известным пятьдесят на пятьдесят итогом, вариантов было немного. Всего два, если быть честным — закидывать инфернальное чудовище дальше, в надежде то упокоить, либо банально сбежать. С последним проблем не было — мой шаг быстрее его «крейсерской» скорости. Правда, нужно учитывать посредственную (для меня) проходимость окружающей местности, но это мелочи… Уж не знаю, есть здесь какие проверки, или я себя накручиваю, но что-то подсказывает, что бежать не стоит. До банального простой вывод — сбежав однажды, бежать придётся снова. Никогда так не делал, и не собирался. Победа или смерть, ха-ха! Пусть и без перегиба. Итак, элементальный слайм! Противник грозный, ибо мало восприимчив к физике, и под давлением сего аргумента выбор стоит простой. Или нет? Меж двух дорог, коль есть возможность, пошарь в канаве рядом — авось там кто забыл алмазов горсть иль меч армагеддона. Или нет. Иначе говоря, если у меня есть мозг — пришла пора им воспользоваться. Буквально. Стат «Интеллект» в подавляющем большинстве случаев отвечает за взаимодействие с миром способами кратно интереснее изначально доступных простому человеку. Узри же, забавный шар со светящимися глазками — магию! Немного некомфортно осознавать, что именно такое несуразное создание станет свидетелем моего маленького триумфа. Откуда я знаю, что получиться? Долгая история, хе-хе! Неизвестное количество времени спустя. «Нарастить отрыв, обернуться к объекту, сосредоточиться… Эффекта нет… Повторить!» Сколько бы не было попыток, ничего не менялось. Шар кислоты всё прыгал ко мне, не сводя немигающего, уже давно кажущимся жутким взгляда. Те несколько десятков квадратных метров были мной уже неплохо изучены, что порой позволяло двигаться спиной вперёд. Слабое утешение, особенно осознавая, сколь глупо было начинать противостояние, не зная почти ничего. Нужна ли мне еда, отдых? Возродятся ли зомби, появятся ли новые слаймы. Чудовищный просчёт. И чем больше совершалось неудачных попыток сделать хоть что-нибудь, выбивающиеся за рамки человеческих возможностей, тем чаще и глубже порой скатывались мысли. Лишь упорство, или скорее упрямство? Воля и вера в то, что на смену пеплу прошлого мира, осыпающегося с сапог, должно прийти чудо. Сама возможность, и как символ веры выступает это… идеальной формы существо. Мне начало казаться, что в его белых, светящихся неосязаемых светом глазах, я начал различать разум. Не простой набор инстинктов, что ведёт простейших из существ, но именно разум. Притом Чужой. Не похожий на мой собственный, не похожий ни на что, чему я был свидетелем или чью идею помнил. И это было жутко. Сколь отличная от простых человеческих страхов вещь, и сколь действенная. Уже много лет я не боялся. Опасался, да, но именно страха — не было. Многому я находил объяснение, как например неприятию высоты. Со временем, имея на то желание и немного способностей, человек учится чувствовать мир большим количеством способов, чем общепринято считать. И когда находясь, например, в высотном здании, ты, банально, подходишь к открытому окну, и часть твоей ауры, простирающейся на несколько метров эдакого тактильного (и не только) восприятия, оказывается снаружи… вот тогда становится неприятно. Когда-то, будучи ребёнком, в очередной раз встревоженный звуками ночи, когда все точно спали, но что-то продолжало шуметь, то тронув посуду на сушилке, то скрипнув неподвижной дверью, я неожиданно нашёл способ. Воображение рисует самые страшные картины и само, пугая собственной работой зачастую куда лучше, чем внешние источники. Тогда, ещё сознательно не оформив такую мысль, я тем не менее воспользовался этим знанием. Ужасы ночи были сожраны, и первый эксперимент, экспромт вынужденного на это человека — удался. Принесло ли оно проблемы в дальнейшем? Да. Особенно в купе с излишней информированностью о ряде идей и образов, кои в дальнейшем и способствовали неприятному исходу. И сейчас, вспоминая это как один из первых случаев осознанного вмешательства, воскрешая в памяти все те успехи и неудачи, самые странные способы и закономерности, порою так и не найденные, я продолжал пытаться. Что-то должно было случиться. И случится — ведь я не ощущаю голода, жажды, или сильной усталости. Темп выработан — силы восстанавливаются во время «погони». Пока не рухнет мир, то, что от него осталось — я всё-таки «возьму» это трансцендентное «возвышение». *** «Зачем мы сражаемся?» Кажется, так назывался тот фокус? … Хах, в опустошаемом с такой извращённо-педантичной неспешностью сознании — чего только не вспомнится. Сколько бы не было эмоций, сколько бы их не генерировали события извне, ментальный ресурс постепенно истощается. Медленно, куда медленнее чем я ожидал, и очень подробно. Согласно внутренним ощущениям, осталось его, этого абстрактного нечто, процентов сорок. Все те способы сотворить «магию», что пришли в голову в реалиях нового мира или были извлечены из памяти и её недр, были уже перепробованы. Ничего. Или эффект не проявился, ввиду природы объекта влияния. Будь это человек, было бы понятнее, да. С другой стороны, я здесь за однозначным физическим проявлением, здесь и сейчас. Что толку оттого, что я мог путать чужие мысли, если слайм не думает, в привычном мне понимании? Что мне даст контроль вероятностей, настолько же неосознанный, насколько и слабый, заставивший порождение нового мира перекатиться «через-голову» после очередного прыжка, в виду скользкой поверхности? Её, этой самой поверхности, там, кстати, до этого не было. Всё ещё слабое утешение. Все те идеи, которые лежали на поверхности и те, что были давно похоронены в памяти ввиду своей наивности или личного неприятия. Ничего. Привыкнув к преследователю, почти механически точно исполняя преисполненный надеждой алгоритм, должный привести к мечте, я как мог углублялся в понимание нового мира. Или того, что заменило его. Зомби ведь появились из ниоткуда, всё чаще встречались «шаблоны» — в памяти всплывали одинаковые в тех или иных значениях участки руин. От чего зависит окружение и почему меняется, стоит только принять на веру некоторые аспекты. И почему последнее утверждение не абсолютно, ведь до сих пор проклятый шар не получил ни единицы урона, с момента как я в последний раз кинул в него куском бетонной стены. Отвратительно. Сама ситуация, моё бессилие, тщетность усилий и никакой конкретики. До сих пор — как и в старом мире. Даже хуже. Там подобные действия имели куда больший смысл. Раз так, остаётся только одно. Нет, не бежать. Пытаться дальше, покуда не прилетит какая годзилла и не сожрёт меня, или этот план реальности не схлопнется. Продолжаем. ***

Нанесён урон: 2

Враг:

Тип: слайм элемента (яд/кислота)

ур: 2

прочность: 164

другое: —

Ещё два куска покоятся в ладонях, неспешно переминаемые пальцами. Спешить не стоит, ибо прокачка характеристик действиями доказала свою реальность. А потому наиболее крепкие куски стоит запитать той энергией, что прямо сейчас восстанавливается в неуказанном системой резерве. «Заряженные» метательные снаряды наносят в среднем на две единицы урона больше и не требуют для большей эффективности попадания в края слайма, дабы выбить из него чуть больше кислотно-зелёной, светящейся жижи. Откуда я знаю, что это не вырос скрытый навык дальнего боя? Куски стен, редкие обычные камни и обрезки арматуры постепенно приобретают ясно различимую фиолетовую ауру. А условный «резерв» чувствуется и так, без всяких уточнений. Стоило опустошить свой «ментальный ресурс», или чтобы то ни было, как с последним рывком выброшенной куда-то энергии (скорее всего в никуда), начала медленно поступать новая. Появилось чувство движения где-то внутри. Там, где его раньше не было. Занятно. Новой (?) силы было куда меньше, чем условного ментального ресурса — гораздо меньше. Но она работала, и это было главным. Пусть ей нужен был проводник, ведь без него она также бесцельно изливалась вовне, даже не проявляясь в визуальном спектре, но доказательство было. И стало одним из столпов новой реальности — будь у меня силы радоваться, уверен, так бы и сделал.

Нанесён урон: 3

Враг:

Тип: слайм элемента (яд/кислота)

ур: 2

прочность: 24

другое: —

Хорошо идём. Ровненько. В какой-то момент поставил целью оставлять четвёрки в единицах. Эдакая практика дозирования вкладываемой энергии и сил в бросок. Ни разу ещё не получилось превысить пятёрку урона одним броском — подручный мусор не держал больший «заряд». Проблема ли? На пятом десятке оставшейся прочности стабильно получалось добивать следующую четвёрку с четвёртого броска. Однозначный успех. Напрягает разве что попытка упороться в цифры на ровно месте, не прошедшая даже после смерти. Впрочем, если оно было и раньше — то всё нормально? Бездна! О чём я только думаю…

Убит: Слайм элемента 2ур.

опыт: 256

Я не знаю сколько прошло времени. Больше нет смены дня и ночи, я всё-ещё не чувствую той невосполнимой в ближайшей перспективе траты сил, также как и голода или жажды. Под рукой нет часов, а чувство времени вытеснила концентрация. Впрочем, что час, что несколько суток — всё вокруг осталось неизменным. Кажется, даже мои «снаряды» пропали, что должны быть раскиданы тут и там — процент попадания был в лучшем случае не сильно выше шестидесяти. Бывало сложно сосредоточиться на новообретённом «колдунстве», особенно поначалу, про то, где оказывались мысли до обретения «магии», лучше и не вспоминать. Ну, буду считать, что первый шаг сделан. Самый важный — демонстрацию того самого чуда, что не спишешь на удачу или совпадение. Ведь мир изо всех сил старается казаться нормальным. Как же хорошо более не потворствовать ему в этом! — Г-р-р-кх… — Со стороны пустоши послышался знакомый по множеству медиапродуктов звук. Обернувшись, застал старого знакомого в новом обличии — всё тот-же старый зомби, разве что скрюченный в спине и конечностях, будто нечто прошлось по его нервной системе… зачем-то? — В любом случае, степень трупного окоченения слишком мала, и ты всё ещё можешь издавать звуки тем, что осталось от речевого аппарата. — Вступать на опасную дорожку содержательных монологов в условном бою я конечно не планировал, но раз уж тут такой повод! — Или же то, что контролирует тебя, отозвалось своими действиями на биоэлектрические импульсы, пробежавшие по нейронным цепочкам твоих, видимо не до конца сгнивших, мозгов. Или восстановленных? *Чвяк! * — Впрочем, этого мы никогда не узнаем. — Прервал «неожиданный» рывок условного мертвеца ударом памятной трубы в голову.

Убит: Зомби+ 4ур.

опыт: 396

А ещё выяснилось, что потеря контроля над заряженным объектом изрядно уменьшает его кинетический урон — разорванная голова зомби и фонтан его мозгов после удара как подтверждение — присутствуют.