Система хранителей миров

Син Цзю сидел на улице, прислонившись к какому-то дому. Сквозь тонкую изодранную ткань своей одежды он чувствовал холодную шершавую поверхность стены. Промозглый ветер поднял в воздух пожухшие листья и пыль, он сжался в комок, пытаясь согреться и унять режущую боль в животе. Последний раз он ел два дня назад, но с наступлением холодов еду удавалось находить все реже. Эту зиму он, наверно, уже не продержится. Ему было восемь или девять лет, он точно не знал. Мама исчезла два года назад, она часто уходила надолго, но в этот раз не вернулась. Возможно, сбежала с одним из своих мужчин, по крайней мере, Син Цзю на это надеялся. Тогда, возможно, она еще жива. Он ждал ее в их маленькой сырой комнате больше недели, а потом пришел хозяин дома и выгнал его, потому что Син Цзю было нечем заплатить за этот обветшалый угол. Но там хотя бы была крыша над головой и почти не задувал ветер. С тех пор он заботился о себе сам, перебираясь с места на место и промышляя мелким воровством и попрошайничеством. Несколько дней назад ему пришлось бежать из крупного города, он едва не попался страже, за пару дней он добрался до маленького городка, но не смог здесь найти даже теплого места для ночлега. Из сарая, в который он забрался, когда пришел в город ночью, его наутро выгнал хозяин, да еще и побил. Син Цзю сидел и размышлял, что ему делать дальше. С каждым днем становилось все холоднее, поэтому надо было идти на юг, пока дороги не завалило снегом, но в таком состоянии долгий путь ему не осилить. Он не был уверен, что сможет прокормить себя подножным кормом, собирая ягоды и орехи в лесах, к тому же там были дикие звери. Безопасней было идти по тракту, вот только с пустым желудком далеко ли уйдешь. Проходящие люди окидывали хмурыми взглядами маленького оборванца, какая-то девочка засмотрелась на него, и мама схватила ее за руку и потащила дальше. Мимо проходящий человек достал из сумки белоснежную паровую булочку и откусил от нее, с наслаждением жуя. От места укуса поднялся пар и в воздухе разнесся аромат мясной начинки. Рот Син Цзю тут же наполнился слюной, а живот скрутило еще сильнее. Он следил за этим человеком взглядом голодного волка, а потом медленно встал. Этот человек был довольно молод и на нем была простая одежда, он не был похож ни на воина, ни на богатого господина. Син Цзю шел за ним следом, не отрывая взгляда от булочки в руке человека. Человек поднял руку, намереваясь сделать еще один укус, когда Син Цзю подскочил, вырвал булочку у него из руки и бросился прочь. Но не успел он пробежать и с десяток шагов, как его схватили за воротник. Син Цзю поднял булочку ко рту и вцепился в нее зубами. Даже если его побьют, он ее не отдаст. Мужчина повернул его к себе и замер, увидев, как Син Цзю пытается целиком запихнуть булочку себе в рот. — Ты прямо как хомяк, — покачал мужчина головой. Он достал из сумки какой-то сверток и сунул ему в руки, после чего разжал хватку. — Не ешь слишком быстро, а то подавишься, — сказал он спокойно, а потом развернулся и пошел дальше, словно ничего не произошло. Син Цзю тут же рванул по улице прочь, пытаясь прожевать на ходу, и только пробежав три переулка, наконец, остановился. Он развернул сверток, который все еще держал в руке и увидел в нем пять горячих булочек с мясом. Пораженный он смотрел на них, а потом спрятал сверток за пазуху и быстро пошел прочь из города. Горячий сверток, прижатый к телу, согревал его, и он почти перестал чувствовать холод. Но больше всего его грело воспоминание о добром взгляде того человека. Добравшись до юга, он смог пережить эту зиму, а весной найти подработку, помогая на стройке перетаскивать мешки с песком. Сначала его не хотели брать, но он был настойчивым и очень выносливым для ребенка, поэтому начальник стройки согласился дать ему шанс. Когда стройка закончилась, он двинулся дальше, находя работу то здесь, то там, а когда не мог найти, воровал. Он был уже слишком взрослым, чтобы попрошайничать, люди охотнее давали медяки маленьким детям, которые умели делать щенячьи глаза. Син Цзю так не умел, он был похож на волчонка, а не щенка, и люди обходили его стороной. Через два года таких скитаний он услышал, что на севере известный орден скоро будет набирать учеников, чтобы обучить их боевым искусствам. Испытание проводили ранней весной, поэтому Син Цзю пришлось отправиться на север еще осенью, но добравшись до ближайшего к ордену города, он не смог найти никакую работу, поэтому отправился в соседние города, но и здесь ему не везло. Чтобы выжить, ему приходилось воровать, и в один паршивый день его схватили. Те люди даже не стали вести его к городским властям, а просто избили и выкинули за ворота города. Син Цзю лежал на промозглой земле в луже крови и думал, что это конец. Он был не в силах пошевелиться, не то что подняться на ноги. Все его мечты стать учеником известного мастера и добиться чего-то в жизни испарились. Он просто умрет здесь, как побитая собака. Сознание медленно отключалось, когда он почувствовал, как кто-то поднял его на руки. Человек нес его, крепко прижимая к своей груди, и Син Цзю чувствовал, как бьется чужое сердце. Син Цзю очнулся, когда человек положил его на что-то мягкое. Он приоткрыл глаза, но в комнате было слишком темно, поэтому он не увидел лица того, кто его сюда принес. А потом этот человек стал развязывать его одежду, и Син Цзю охватил ужас. Он слишком хорошо знал, для чего используют детей некоторые люди. Он был всего лишь слабым избитым ребенком, а тот мужчина был сильным, и все же Син Цзю начал отчаянно бороться, а потом укусил его за руку. Мужчина зашипел и отдернул руку, а потом отошел от него. Син Цзю лежал на кровати, вцепившись в свою одежду, и его сердце стучало так быстро, что едва не выпрыгивало из груди. Повозившись, человек зажег свечу и повернулся к нему, Син Цзю, наконец, смог разглядеть его лицо, и оно показалось смутно знакомым. — Все хорошо, я не причиню тебе вреда. Я просто хотел осмотреть твои раны, — сказал он мягко, а затем поставил свечу на небольшой столик и медленно сел на край кровати. Син Цзю не отрывал от него взгляда, готовый в любой момент начать защищать себя. Но этот человек просто сидел и спокойно на него смотрел. — Кто ты такой? — наконец, не выдержал Син Цзю его взгляда. — Я просто случайный прохожий, — ответил мужчина, а потом достал из сумки бинты и какие-то склянки. — У меня нет денег, — нахмурился Син Цзю. — Мне не нужны твои деньги, — покачал головой мужчина. — Тогда что тебе нужно? — Знаешь, я искренне верю, что один добрый поступок может изменить душу человека и не дать сердцу ожесточиться. — Большей глупости я в жизни не слышал, — угрюмо сказал Син Цзю. Но человек вместо того, чтобы разозлиться, рассмеялся. — Возможно, ты и прав, но я действительно в это верю. Позволишь мне осмотреть твои раны? А после я сразу уйду. Син Цзю смотрел в его глаза и внезапно вспомнил, где видел его раньше — это был тот человек с булочками. Он поджал губы и медленно отпустил свою одежду. Мужчина наклонился и аккуратно снял верхнюю часть, оставив штаны, а потом принес таз с водой и чистую ткань. Намочив ткань, он нежно взял подбородок Син Цзю двумя пальцами и начал протирать ему лицо, а потом и тело. Очистив и замотав бинтами раны, а ушибы намазав какой-то мазью, мужчина убрал таз с водой и оставшиеся бинты и накрыл Син Цзю одеялом. За все это время он не произнес ни слова. — Теперь можешь поспать. Я оставлю тебе мазь, обрабатывай ей раны каждый день, так они быстрее заживут и не загноятся, — поставил мужчина бутылек с мазью на столик, а затем повернулся к выходу из комнаты. — Подожди, — позвал его Син Цзю, — ты уйдешь? — Да, мне надо идти, — кивнул мужчина. Син Цзю поджал губы и отвел взгляд, а потом, борясь с собой, все же произнес: — Останься, пока я не засну. Он уже не был маленьким ребенком, но о нем так давно никто не заботился, что он не смог устоять перед искушением удержать этого странного человека возле себя подольше. — Хорошо, я побуду рядом, — сказал человек и присел на кровать, а потом потянулся и погладил рукой его по волосам. — А теперь спи. Син Цзю закрыл глаза, чувствуя, как чужие пальцы перебирают его волосы. Он не помнил, когда в последний раз ему было так тепло и уютно. И уже проваливаясь в сон, он услышал, как тот человек тихо сказал: — В минуты отчаянья помни, что самый темный час перед рассветом. Если ты не будешь знать, что делать, слушай свое сердце, маленький герой, оно укажет тебе верный путь. Когда Син Цзю утром проснулся, тот человек уже ушел. На столике помимо мази он оставил сверток с едой, кувшин воды и мешочек с деньгами. Син Цзю остался в этом маленьком доме, ожидая, что тот человек вернется, а потом узнал, что в этом доме давно никто не живет. Денег, что оставил тот человек, хватило, чтобы протянуть зиму, а весной он отправился на вступительные испытания в орден. Он был так счастлив, когда известный мастер взял его в ученики и лишь потом узнал, что его учитель был настоящим ублюдком. Но даже когда тот ругал Син Цзю или несправедливо наказывал, он никогда не отчаивался и стойко все переносил. Потому что в его мире была путеводная звезда — тот человек, что дважды ему помогал, не прося ничего взамен. И этот свет освещал его путь даже в самые темные времена. Единственное, о чем он жалел, так это о том, что не спросил его имени. Когда спустя годы он стоял перед своим трясущемся от страха учителем и услышал голос за спиной, его сердце пропустило удар. Он боялся обернуться и узнать, что ошибся. За все эти годы в его памяти остался лишь смутный образ, он даже не помнил его лица, но все же, когда повернулся и увидел его, то сразу узнал. Его ублюдочный учитель нес какую-то бессмыслицу, Син Цзю хотелось приложить его хорошенько к дереву, чтобы он, наконец, замолчал. А потом тот человек остановил мир. Ветер затих, насекомые просто повисли в воздухе, совсем как несколько дней назад. Син Цзю был настолько поражен, что просто оцепенел. Он стоял к ним спиной и слушал их разговор, не понимая, о чем они говорят. А потом тот человек внезапно принял облик его учителя и занял его место, прижимая свое горло к мечу, который Син Цзю все еще держал в руках. Он выглядел абсолютно также, но взгляд был другой. Спокойный и отстраненный. В тот момент Син Цзю решил, что человек перед ним был богом, поэтому последовал за ним. Но оказалось, что он ошибся. Цзюй Ши не был богом, но и обычным человеком он тоже не был. Он был тем, кто накормил его и перевязал ему раны. Тем, благодаря кому сердце Син Цзю не превратилось в камень. Какой смысл иметь гарем из сотни женщин, которых ты не любишь? Все, что ему нужно было, это быть любимым всего одним человеком, этого было бы достаточно. Цзюй Ши изменил судьбу Син Цзю, и тот очень хотел знать, почему. Син Цзю отложил книгу и откинулся на спинку стула, внезапно ему захотелось увидеть Цзюй Ши и обо всем расспросить. Он попросил своего голосового помощника показать ему путь до комнаты Цзюй Ши, но на стук никто не ответил. Тогда он пошел в столовую, надеясь найти его там. Заметив за одним из столов Сяо Чи и Цунь Мэй, он подошел к ним. — Вы не знаете, где Цзюй Ши? — О… — протянула Мэй Мэй, — разве ты не знаешь? Он уже ушел. — Куда ушел? — замер Син Цзю. — Вчера, сразу после вечеринки, он отправился на миссию. Сердце Син Цзю пропустило удар. — Но я уверена, что все будет хорошо и он скоро вернется, — быстро добавила Мэй Мэй, заметив, как побледнело лицо Син Цзю. — Эти миры — это сюжеты из книг? — спросил Син Цзю, присаживаясь к ним за стол. — Ох, мы точно не знаем, — развела руками Мэй Мэй. — Кто-то считает, что они были созданы по сюжету книг, а другие думают, что книги просто написаны по истории миров. Но правды никто не знает. — Но как можно написать в книге то, что еще не случилось? — Ты задаешь такие сложные вопросы, Цзю Цзю, — вздохнула Мэй Мэй. — Наше время не совпадает, — вставил слово Сяо Чи. — Время здесь и в других мирах течет по-разному. Поэтому отсюда мы можем попасть в любую временную точку другого мира. Понимаешь, о чем я? — В целом, — нахмурился Син Цзю. — Значит, мы можем отправиться в любой мир и изменить его историю? — Не можем, и даже не думай об этом, — лицо Сяо Чи было серьезным. — Если ты попытаешься сделать нечто подобное, и об этом узнают, у тебя будут огромные проблемы. — То есть, подобное запрещено? — Да, мы можем вмешиваться в сюжет миров только в рамках миссии. — Но Цзюй Ши… — Замолчи! — резко прервала его Мэй Мэй. — Ничего не говори! Сяо Чи непонимающе на нее посмотрел. — Что бы там ни произошло между вами двумя, никому об этом не рассказывай, — покачал головой Сяо Чи, а потом наклонился ближе и понизил голос. — У Цзюй Ши есть эта привычка, лезть в чужие дела, понимаешь? Те два штрафа, что он получил, были не за провалы миссий, а за то, что он вмешивался в судьбу главных героев. — Но зачем ему это делать? — нахмурился Син Цзю. — Ну у него своя философия на этот счет. Он считает, что к главным героям мир слишком несправедлив. Если кратко, то ему их жалко. Цзюй Ши говорит, что даже один добрый поступок может изменить душу человека. Будь у него возможность, он бы всех давно осчастливил, но так нельзя. Поэтому, если наверху узнают, это будет конец для него. Син Цзю был поражен. Цзюй Ши так сильно рисковал, помогая ему… из жалости? — Просто Цзюй Ши отличается от нас, — добавила Мэй Мэй. — Он ведь тоже пробудившийся, как и ты. — Видишь ли, обычно люди попадают сюда после смерти, — пояснил Сяо Чи. — Но вы другие, вы уже при жизни смогли понять, что ваш мир ненастоящий, поэтому система забрала вас. За все время было лишь пятеро таких людей, и Цзюй Ши был первым пробудившимся. Только он не был главным героем, а всего лишь второстепенным персонажем, которому была отведена незначительная роль. — А остальные? — спросил Син Цзю. — Вторым был главный герой своего мира, который выбрал остаться и все забыть. Третий согласился заключить договор с системой, но, когда осознал, как устроен этот мир, его психика не выдержала, и он сошел с ума, с тех пор он живет в медблоке. Четвертым был Жу Лун, который тоже был второсортным персонажем, как и Цзюй Ши. Поэтому он везде лезет и всех задирает, пытаясь доказать, что он не хуже главных героев. Ну а пятый — ты, поэтому Цзюй Ши так с тобой носится. Все оказалось так просто. Все эти улыбки, знаки внимания и заигрывания от Цзюй Ши он получал лишь потому, что они были похожи? Боялся ли Цзюй Ши, что он сойдет с ума или станет вести себя как подонок? — Та миссия ранга SSS, что это за мир? Лица сидевших за столом резко изменились. — Знаешь, — ответил Сяо Чи, — некоторых вещей лучше не знать, для твоего же блага, просто поверь мне. И если Цзюй Ши вернется, даже не думай спрашивать его об этом. Вряд ли он захочет такое вспоминать. — Он вернется. — Син Цзю, мы все на это надеемся, но все же надо быть реалистами. — Он вернется. Он обещал мне. Сяо Чи молча вздохнул, а Мэй Мэй отвела взгляд. Как же Цзюй Ши повезло заполучить такого красавчика.