Система хранителей миров

Дойдя до главного здания, Син Цзю отправился в архив. С помощью коммуникатора он мог получить только общие данные своей миссии, но ему нужны были подробности. Спустя несколько часов он отложил книгу и потер глаза. Что ж, это будет не слишком сложно. Просто сам он бы в жизни не выбрал такую миссию, но Лю Тан сказала, что Цзюй Ши это не спланировал — просто ткнул первую появившуюся, так что она могла быть какой угодно. Шестая сказала, что ему еще повезло, в конце концов, он должен был играть роль одного из членов императорской семьи, а не куртизанки из борделя или раба, и Син Цзю не мог с ней не согласиться. Это была история о третьем принце правящей династии Шан. Первая жена Императора Чу Фэй1 имела слабое здоровье, поэтому первая беременность и роды прошли тяжело, а ребенок прожил недолго. Дворцовые лекари говорили, что ей нельзя иметь детей и второй раз ее тело не выдержит, но она была супругой Императора и должна была подарить ему наследников. Чу Фэй умерла во время вторых родов, явив на свет Второго принца Шан Циньшао. Погоревав, Император взял в жены одну из своих наложниц, которая родила ему двух детей — Третьего принца Шан Циньлуна и Четвертого принца Шан Циньханя.

[1妃 (fēi) — официальная супруга императора или главная жена.]

Вторая супруга Бай не только подарила царственному мужу двух наследников, но и смогла пленить его сердце, поэтому Император решил вопреки традициям передать престол третьему принцу Шан Циньлуну. Второй принц Шан Циньшао, рассчитывающий как старший получить трон, был разгневан и начал плести интриги во дворце и вставлять палки в колеса своему младшему брату. Но в итоге он был предан собственным любовником и отправлен в заточение, а спустя несколько месяцев выяснилось о его связи с главой вражеского государства. Второго принца Шан Циньшао казнили, а единственным человеком, остававшимся ему преданным до конца, был лишь его слуга-евнух, который последовал за своим господином. Бай Фэй стала старшей женой, а позже Третий принц Шан Циньлун унаследовал престол. Син Цзю предстояло взять на себя роль второго принца. С одной стороны, ему претило играть роль злодея, но с другой, разве не подобная судьба его ждала изначально? Там, где он должен был стать Императором-тираном, с помощью интриг захватившем престол и упивающемся кровью своих врагов. Син Цзю отложил книгу и пошел в свою комнату, завтра ему предстояло отправиться в новый мир, чтобы жить там в чужой шкуре, и он намеревался хорошенько выспаться, чтобы привести мысли в порядок. К тому же сегодняшняя история с Цзюй Ши никак не выходила у него из головы. На следующий день Син Цзю стоял перед металлической аркой, полностью собранный и готовый ко всему. Повернувшись, он увидел Шестую и Мэй Мэй, которые помахали ему с балкона. Кивнув им, Син Цзю нажал на свой коммуникатор и сделал шаг в загоревшуюся голубым арку. Он ожидал, что сразу перенесется в новое тело, поэтому немного растерялся, оказавшись в белом пространстве. Нулевая зона, кажется, так ее называли остальные хранители. — Син Цзю, вы приняли сюжетную миссию, — раздался знакомый женский голос системного помощника, — желаете ли вы получить воспоминания своего хоста до начала ее выполнения? Син Цзю не знал, что такое хост, но подозревал, что речь о персонаже, в роли которого ему предстоит действовать, поэтому он согласился. А потом его голову наводнили чужие воспоминания. Обхватив голову руками, Син Цзю стоял и хватал ртом воздух, казалось, его голова вот-вот взорвется от количества новой информации. Все-таки за столь короткое время получить все воспоминания человека, прожившего двадцать лет, было слишком интенсивным опытом. Когда головная боль немного утихла, он привел дыхание в порядок и медленно открыл глаза. Син Цзю не знал, что ему теперь делать. Он и до этого не особо хотел выполнять эту миссию, но теперь это нежелание достигло наивысшей точки. Потому что теперь он знал, как все было на самом деле, и мысль о том, что в итоге все должно закончиться казнью, вызывала в нем противоречивые эмоции. Все оказалось совсем не так, как он думал. И все же, ему надо было идти вперед. Зарабатывать проклятые баллы, чтобы выбраться отсюда. — Я готов, — сказал он скорее себе, и мир вокруг погрузился во тьму. А когда он открыл глаза, то солнечные лучи уже пробивались в его покои, вырисовывая причудливые узоры на потолке. Шан Циньшао повернул голову и осмотрелся — все было как обычно. Какой странный сон ему приснился. В дверь постучали, а затем вошли его слуги, чтобы помочь ему одеться. Лу Сиань, разумеется, тоже был здесь, тщательно следя, чтобы они не допустили ни малейшей ошибки. Как будто они могли после его многолетней муштры. Голова болела уже с утра, и это сильно раздражало, но Шан Циньшао было не привыкать. Дела не могли ждать, пока он разберется со своей мигренью. Выйдя из покоев, он сразу же направился в свой кабинет, его рабочий график был плотным, а из-за головной боли есть совершенно не хотелось. Он сел за свой стол в кабинете и принялся разбирать бумаги. Лу Сиань принес холодный чай и деликатно поставил его на край стола, от него невозможно было ничего скрыть — он сразу заметил по чуть замедленным движениям и слегка нахмуренным бровям, что его господина мучает мигрень. Бесшумной тенью он находился рядом, убирая готовые документы и молча подсовывая те, что требовалось рассмотреть. Так они работали в полной тишине, Шан Циньшао взял в руки чашку чая и отпил глоток, а потом внезапно замер. Он смотрел на свое отражение на поверхности чая, и что-то было не так. Это было его лицо, немного более уставшее, чем обычно, но все же привычное. И тем не менее что-то настораживало, словно он не видел себя очень давно. Шан Циньшао нахмурился и отставил чашку. — Ваше Высочество? — тут же услужливо спросил Лу Сиань, заметив перемены в его настроении. — Я выйду погулять в сад, — бросил ему Шан Циньшао и встал из-за стола. Обычно он не устраивал прогулки во время работы, но сейчас ему было необходимо проветрить голову. Он медленно шел по узким дорожкам дворцового сада, Лу Сиань и двое из его личной стражи шли позади на почтительном расстоянии. На одной из клумб он увидел маленькие цветы, они были довольно непримечательные, но по какой-то причине привлекли его внимание. Нагнувшись, он сорвал один цветок и поднес к лицу, задумчиво рассматривая. Внезапно перед его глазами появилось лицо человека, который протягивает ему руку с таким же цветком. У него была широкая улыбка и смеющиеся глаза. Шан Циньшао моргнул и образ исчез. Он смотрел на маленький хрупкий цветок в своей руке и не мог вспомнить имя, которое он хорошо знал. Оно словно ускользало от него, как маленькая ящерка, прячущаяся меж камней и сливающаяся с ними, так что пока не уткнешься в нее прямо взглядом, и не увидишь. Но по какой-то неведомой причине вспомнить было важно. У того человека было хоть и милое, но не очень примечательное лицо, он не обладал яркой красотой, скорее вызывал симпатию и чувство доверия. У него были добрые глаза и мягкий голос. Его нежные руки перебирали непослушные волосы. «Если ты не будешь знать, что делать, слушай свое сердце». — Цзюй Ши, — прошептал он одними губами, а потом резко обернулся. Лу Сиань тут же шагнул вперед, готовый к любому приказу, но его господин молчал. Стражники переглядывались — Его Высочество второй принц сегодня вел себя более странно, чем обычно. Син Цзю поспешно отвернулся и продолжил прогуливаться по саду, словно ничего не произошло. Он лишь надеялся, что прямо сейчас никто не увидит его лица. Как он мог забыть, кто он такой?! Всего минуту назад он был уверен, что он — Шан Циньшао, второй принц императорской семьи Шан. Воспоминания этого человека полностью поглотили его собственные, и это было страшно. Впервые в жизни он задумался, а был ли он на самом деле Син Цзю, или просто каким-то незнакомцем, получившим воспоминания Син Цзю. «С такими мыслями тебе обеспечена дорога в рекреацию», — раздался знакомый голос в его голове, и Син Цзю чудом не вздрогнул. Но едва он открыл рот, как снова услышал: «Не говори со мной вслух, иначе все вокруг решат, что ты сумасшедший. Обращайся ко мне мысленно». «Ты читаешь мои мысли?» «Нет, просто ты слишком громко думаешь. Когда ты обращаешься ко мне или задаешь вопросы, я это слышу». «Лю Тан, что ты делаешь в моей голове?» «Помогаю тебе, вообще-то. На этой миссии я буду твоим старшим хранителем, а ты моим подопечным. Так что слушайся меня и веди себя хорошо». Син Цзю хотел кое-что спросить, но не стал. «Да в порядке твоя зазноба, все еще сидит в рекреации, дышит свежим воздухом. И мне не нужно читать твои мысли, чтобы знать, о чем ты там думаешь. Так что расслабься, Десятый в полном порядке. Поэтому выброси его из головы и сосредоточься на миссии. Ты сын Императора, за тобой все время следят, одна ошибка может стоить тебе жизни». Син Цзю понимал, что она права, просто он был немного разочарован. Он знал, что Цзюй Ши все еще заперт в медблоке, но все же надеялся, что тот найдет способ выбраться и сопровождать его в этой миссии, раз уж он его в это втянул. «Шестая, когда я получил его воспоминания… Все не так, как было в книге». «Ага, обычное дело. Итак, запомни три самых важных правила. Первое — ты должен придерживаться сюжета. Можешь воспринимать это как судьбу человека, которую нельзя менять, иначе изменятся судьбы всех остальных вокруг. Второе — даже если тебе не нравится, засунь свое не нравится куда подальше и действуй согласно сюжету. Третье — есть ключевые события сюжета, которые должны произойти в любом случае. Ты не можешь на них повлиять, во всем остальном можешь действовать на свое усмотрение, но не выходи из своей роли, иначе все решат, что злой дух захватил тело принца и у тебя будут проблемы». Син Цзю мысленно закатил глаза и продолжал прогуливаться как ни в чем не бывало. Когда солнце поднялось высоко, он вернулся в свой кабинет и продолжил работу. Теперь присутствие Лу Сианя, который следил за каждым его движением, сильно раздражало. Этот слуга-евнух знал принца слишком хорошо, рано или поздно, он начнет подозревать, что что-то не так. Возможно, от него стоит избавиться уже сейчас, чтобы избежать проблем в будущем. Но просто так выгнать слугу, что сопровождал его с тех пор, как принцу исполнилось шесть лет, он не мог. Что ж, об этом тоже надо было подумать. С двумя короткими перерывами на еду Син Цзю проработал до самого вечера. Разумеется, он мог бы заняться чем-то еще, но бегло просматривая и подписывая бумаги, он продолжал думать о своих дальнейших шагах. Эта история немного отличалась от той, что он прочитал в книге, все оказалось намного сложнее. Мать Второго принца Чу Фэй была очень слабой, хрупкой женщиной и часто болела. Причины ее болезни не знали даже дворцовые лекари, которые лишь прописывали ей целебные настои да прогулки на свежем воздухе. Во время первой беременности она все время чувствовала себя очень плохо и почти не покидала своих покоев, роды прошли тяжело, и ребенок родился очень слабым, он не прожил и года. Вторая беременность была еще тяжелее, чем предыдущая и забрала жизнь благородной супруги Чу. Второй принц Шан Циньшао родился слабым, но несмотря на прогнозы лекарей, которые прочили и ему скорую смерть, он продолжал отчаянно цепляться за жизнь. Когда Его Высочеству второму принцу исполнился год, Император отправил его в императорскую резиденцию к Желтому морю, потому что лекари считали, что морской воздух пойдет маленькому принцу на пользу. Пока принц отсутствовал, Император сначала приблизил к себе, а потом и взял в жены Бай Мужун, которая родила ему двоих детей. Когда Второму принцу исполнилось восемь лет, он вернулся в императорский дворец, его здоровье окрепло, но он все же отличался от своих братьев. Ему тяжелее было концентрироваться и запоминать новую информацию, а еще у него были вспышки внезапной агрессии. В итоге во дворце негласно решили, что дело в дурной крови Чу Фэй, поэтому Император принял решение отказать Второму принцу в престоле в пользу его младшего брата. Его Высочество третий принц, напротив, был очень талантливым и обладал светлым умом и прекрасной памятью. Единственным его недостатком была некоторая доля наивности — с детства он рос в окружении любви и заботы и не сталкивался с интригами и злом, поэтому недооценивал опасности императорского дворца. Это очень сильно отличало его от второго принца, которого с самого детства никто не любил. Также в книге ни разу не упоминалось, что, когда юный принц жил в южной резиденции, он дважды чуть не расстался с жизнью, и хоть это выглядело как чистая случайность и виновные были наказаны, Син Цзю понимал, что это было самое обычное покушение. Теперь его терзали противоречивые чувства — второй принц с детства был вынужден бороться за свою жизнь, пока его младшие братья росли, не ведая забот. Разумеется, он их не любил и видел в них лишь конкурентов. Их невинность в его глазах стала их пороком — не понимая, как жесток этот мир, как они могли управлять целой империей? Он был не настолько амбициозен, чтобы мечтать лишь о власти, скорее боялся, что его младший братец разрушит империю, построенную их предками. К тому же восхождение третьего принца на престол означало для него верную смерть. Чем сильнее становился младший брат, тем больше власти получала его мать, которая была настоящей змеей. И хоть не было никаких доказательств, Шан Циньшао подозревал, кто стоял за попытками избавиться от него. Бай Фэй как паучиха оплела своей сетью весь гарем и сердце Императора, если третий принц получит трон, ее уже никто не сможет остановить. Таковы были мысли оригинального Шан Циньшао, но Син Цзю подумал еще кое о чем — а была ли действительно у Чу Фэй дурная кровь? Когда она вошла в гарем, Бай Мужун, которая в то время была лишь простой наложницей, уже там жила и строила свои планы. Он собирался выяснить, что произошло на самом деле, хоть это и не входило в его миссию. Его размышления прервал деликатный кашель Лу Сианя. Син Цзю посмотрел на него. — Ваше Высочество, — склонился Лу Сиань в почтительном поклоне, — господин Чэн ожидает Вас в ваших покоях. Син Цзю замер, а потом внезапно осознал, что он забыл кое о чем. У Его Высочества второго принца был любовник, который прямо сейчас ждал в его спальне. Шан Циньшао лично вчера вечером попросил того о встрече, поэтому отказаться без причины было бы слишком подозрительно. Но и пойти туда он не мог! — Пусть подождет, — бросил Син Цзю евнуху и склонился над столом, в панике пытаясь придумать, как решить эту проблему. Лу Сиань замер лишь на мгновение, а потом склонился: — Как прикажет Ваше Высочество. Это не было похоже на обычное поведение Второго принца — еще ни разу он не забывал о приходе Чэн Гунфу и услышав, что тот прибыл, тут же бросал все дела и отправлялся к нему. «Цзю Цзю, что ты делаешь? Твой слуга уже что-то подозревает». «Я туда не пойду». «Что ты несешь?» «Я просто буду работать допоздна, а потом скажу, что работа затянулась и чтоб этого по фамилии Чэн отправили восвояси». «Так нельзя, Шан Циньшао никогда бы так не поступил, и ты это знаешь». «Пришлю ему какой-нибудь подарок, чтобы он не расстроился». «Син Цзю!» «Я не могу! Я просто не могу этого сделать, понимаешь?» «О. Прости, я и не знала, что у тебя с этим проблемы…» «Да нет у меня никаких проблем! Просто это какой-то незнакомый человек, который к тому же меня в итоге предаст. Что я, по-твоему, должен сделать? Пойти и завалить его? Да ни за что!» «Второе правило, Син Цзю». «Мне плевать на ваши правила. Я отказываюсь». На какие-то минуты в его голове воцарилась тишина. Син Цзю знал, что он должен делать то, что сделал бы Шан Циньшао, но он просто не мог. «Ладно, но не думай, что я и дальше буду делать за тебя всю работу». Син Цзю хотел спросить, что она имеет в виду, когда внезапно понял, что больше не управляет своим телом, точнее, телом второго принца. Шан Циньшао отложил документ в руке и встал из-за стола, а затем, не обращая внимания на Лу Сианя, отправился в свои покои. Когда он вошел, Чэн Гунфу, который его уже довольно долго ждал, тут же опустился на колени. — Ваше Высочество. — Не нужно быть таким вежливым, Гунфу, мы же сейчас одни. Чэн Гунфу улыбнулся и начал подниматься, когда внезапно услышал: — Но разве я позволял тебе встать? Чэн Гунфу потрясенно смотрел на Второго принца, который подошел к нему вплотную, а потом двумя пальцами приподнял его лицо за подбородок и с улыбкой, которая не коснулась глаз, произнес: — Ты ведь знаешь, что делать, верно? Этот Шан сегодня так чертовски устал, тебе придется приложить немало сил, чтобы расслабить меня. Шан Циньшао резко развязал пояс своих одежд и спустил штаны, а затем положил руку Чэн Гунфу на затылок и грубо притянул к себе.