Звёзды падают с неба

      Алёна жутко нервничала, стоя у этой чертовой доски. Ладони вспотели, а дурацкий мел все норовил куда-то выскочить из рук. Больше всего ей сейчас хотелось зарыться лицом в свою мягкую подушку и не просыпаться минимум сутки, а лучше двое, или даже трое, да уж, выходные пролетели чересчур незаметно. Этери Георгиевна недовольно стучала ручкой по столу — явный признак того, что лучше пытаться решать побыстрее, иначе беды не миновать. Алёне сегодня знатно повезло. Едва она записала условие, как тут же в коридоре прозвенел звонок. Класс мгновенно ожил и принялся собираться с целью как можно быстрее покинуть это помещение. Алёна не отличилась и быстро собрав раскиданные по столу вещи, не медля, ушла с ненавистного кабинета математики. — Эй, подожди! — раздался голос где-то сзади. Алёна застыла на некоторое время, перебрав в голове все варианты людей, которые могли её окликнуть. Для лучших подруг блондинки, этот голос был слишком грубый, но больше было не на кого думать из-за разных взглядов на жизнь, Косторная не общалась с многими ребятами со своего класса. Алёна мельком повернулась к неизвестному источнику звука. За ней чуть ли не бежала Саша, только что вышедшая из кабинета. — Привет, тебе что-то нужно? — оценив быстрым взглядом девушку, спрашивает Алёна. — Нет, тебе, — начинает свою речь девушка, облизнув свои губы, она невольно перевела взгляд на зелёные глаза напротив, затем на искусанные в кровь губы. В голове сразу же образуется туса вопросов, а главным из вопросов, который волновал Сашу больше всего, оказался – «А если её поцеловать, то на моих губах тоже окажется привкус крови?» — Алло, так что тебе нужно? — Алёна щелкает пальцами перед глазами Трусовой, кажется, она заметила хищный взгляд рыжеволосой на своих губах. — А? — немного расстерянным голосом продолжает Саша, — Ах да, точно, так вот, э-э-э, тебе не нужно помочь с математикой? Но ты не подумай, ты не плохо справляешься просто, я заметила что ты долго возилась у доски и решила помочь тебе. — О, точно, я как раз пропустила несколько тем, будет очень даже хорошо если ты мне поможешь. Ты же вроде разбираешься в точных науках, это ещё с самого твоего появления было заметно. А Этери Георгиевна теперь, тебя просто обожает, ты непременно стала её любимицей, — с теплой улыбкой на лице, отвечает Алёна. — Правда? — таким же нежным и растерянным голосом переспрашивает Саша. — Правда, – отвечает Алёна, расплываясь в милейшей улыбке, – Ты же не будешь против, если мы будем заниматься у тебя дома? Просто… — немного растерявшись, протягивает последнее слово Алёна, — у меня там с семьёй… — Да, – воскрикнула от радости Саша, – Да, конечно, я даже рада, — внизу живота образуется что-то похожее на раскалённую пружину, заставляя рыжеволосую сильно прикусить свою губу, щеки пылали в розовой краске от осознания того, как нелепо она выглядит. — Хм, а почему ты вообще решила мне помочь? — после томительной и неловкой паузы говорит Алёна. — Я какая-то особенная что ли? — Ну, есть у меня такая привычка помогать людям. Я увидела, что тебе это нужно, и просто предложила. Я так достаточно часто делаю, — почти спокойно отвечает рыжеволосая. Ещё бы сердце немного соответствовало голосу девушки… — Угу, хорошо, тогда после уроков к тебе? — прижав вещи к себе, спрашивает Алёна. Взгляд снова пробегает по собеседнице и останавливается на руках рыжеволосой. — Да, мой папа нас подвезёт, — отвечает Саша, перебирая свои пальцы.

***

      Косторная начала читать учебную литературу, стараясь вникать в суть всех пройденных тем самостоятельно, но иногда инициатива делать что-то самостоятельно даёт ровным счётом — ничего. Чувствовала Алена себя собакой, которая пытается взять ручку и написать «я дура», — то есть максимально беспомощно.       Алёна поворачивает голову к тетради Саши, почти все решено, не то, что у Алёны: сегодняшнее число, тема и номер задания. Быстрыми движениями, блондинка начала переписывать задания. Не успев она украсть с соседней тетради первую задачу, как Саша тут же поворачивает на нее голову и смотрит прищурившись.       Нервным движением, Трусова вырывает тетрадь у Алёны и сравнивает оформление задачи соседки и своё, как детектив из сериалов, которые частенько смотрела блондинка по ночам. Алёна отводит неловкий взгляд в сторону и прикусывает нижнюю губу. — И что это такое? — с осуждением в голосе спрашивает новенькая.       Улыбка с каплей стыда появляется на лице Алёны, и та тянется почесать затылок, словно от этого ответ сам нарисуется перед глазами. Кажется, это действие спасало Алёну всегда. — Алёна, ты не подтянешь алгебру, если будешь слизывать решение с моей тетради, — произносит Саша, кинув тетрадь на пол. Она не была зла, просто любила честность. — Прости, — протягивая последнюю гласную, выдает блондинка. — Просто, Георгиевна будет сейчас собирать тетради, и я пыталась спасти свою жопу. — Спасай себя как-то по-другому, — ярость в голосе выплёскивается, — когда я предлагала помощь, я не это имела в виду.       Глаза Алёны становятся похожими на маленькие очи котёнка. Кажется, именно сейчас стыд поглотит девушку, и от неё не останется ничего. Косторная поднимает тетрадь. Боковым зрением, Алёна наблюдает за Сашей и хочет вновь начать разговор, чтобы извиниться, но страх поглощает её изнутри. И больше всего ее мучает то, что их и так шаткое общение с Сашей может так легко прекратиться, даже не начавшись, из-за какой-то ерунды и стремления блондинки сделать все для себя. Это действительно пугало.

***

— Короче, слушайте, — начала Алёна, облокотившись на стену в туалете. Её окружили Камила с Аней в ожидании интересной истории, по крайней мере так им обещала Косторная. Кто-то неподалеку потягивал электронную сигарету, кто-то обсуждал мальчиков, другие красились — вообщем, типичные перемены старшеклассниц. Блондинка останавливает свой взор на красивой картине за окном. Аккуратно усаженный сад и маленький фонтанчик радовал девушку. Да, хоть какая-то часть в школе заставляла Алёну улыбаться. Ну и, конечно, Марк с Камилой, как же без них, которые почему-то смеются со слова «мандаринка». Засмотревшись на природу за окном, девушка молчит, а после резко вскрикивает и вздрагивает всем телом, вспоминая об своём рассказе. Мурашки пустились в путь по ее рукам и спине. — Эй, так что там у тебя? — вернула ее к мысли Камила. — А, да. Мы же с тобой, Ками, ходили в бар… — Опять? — перебила ее Аня. — Да, отстань, — протараторила в ответ Алёна. — Так вот. Шла я, блять, домой, а ко мне подкрался какой-то чел. Он закрыл мне рот и обхватил тело. Я, конечно, чуть копыта не откинула. Он начал меня подталкивать к переулку. — Жесть, — прошептала Валиева. — А потом он почти снял с меня джинсы… Но каким-то чудесным образом, мои просьбы о помощи были услышанны, и меня спас какой-то незнакомец в черном. Я, блять, не особо верующая, но тогда поблагодарила Бога за то, что осталась жива. — Алёна, блять, каждый раз удивляюсь, как ты до сих пор жива, — продолжила Камила, приобнимая подругу. — Я тоже, — помотала головой блондинка. — И ты совсем не видела, кто это был? — Нет. Я была в шоке, так я ещё и прибухнула знатно, — Щербакова фыркнула. — Но, знаете…       Впереди послышался скрип двери. Из третьей кабинки вышла Саша и очутилась возле раковин. Кажется, что ее особо не волновал диалог девушек, а их — присутствие Трусовой в радиусе слышимости. — Бабушка, короче, мне всегда же говорила, что если падает звезда, то надо загадать желание. И тут, блин, джекпот что-ли, как раз звезда падала. — И что ты загадала? — нетерпеливо спросила Камила. — Расскажу — не сбудется, — отрезала Алёна. — Хотя… — Ааа? — вторила ей младшая. — Вряд ли оно сбудется вообще. Я загадала снова встретить того мужчину, который меня спас.       Вода резко прекратила шуметь. На лице Трусовой заиграл хмурый взгляд. Брови, сведённые к переносице, не сходили с её лица. Саша достаточно быстро оторвала себе бумажное полотенце, выкинула комок в мусорку и покинула туалет, закрыв дверь с характерным громким хлопком. — И чего она такая?