Без права на ошибку

      Такемичи смотрит вперед и никак не мог отделаться от чувства дежа вю. Сейчас он снова стоит возле Майки, пока тот дает указания Мицуе. Парень во всю рассматривал Ханагаки, оценивая его своим взглядом. И самый главный вопрос, который читался на лице Такаши: «Кто это такой? И что он тут делает?».       — То есть, ты выкрал парня, забрал у какой-то семьи, а теперь вешаешь его на меня? Я же все правильно понял? — поднял бровь Мицуя, уже смотря не на Ханагаки, а на Сано, что довольно кивал головой.       — Да, я знал, что ты сразу поймешь суть дела, — с улыбкой качнул головой Майки, соглашаясь уже со своими словами. Каких же понимающих людей он собрал возле себя. — Поэтому я и оставляю его на тебя.       — Верни его, — твердо произнес Мицуя, складывая руки на своей груди.       — Что? — воскликнул Майки, переводя свой взгляд на Такемичи, и обратно на Такаши.       — Ты слышал, верни мальчика домой, — мысленно Такемичи улыбнулся от слов Мицуи. Даже в этом мире парень оставался здравым смыслом команды. — Он выглядит слабым, вряд ли он выдержит в наших условиях, — даже тут Мицуя говорит правду, хоть и суровую, давящую на больное. Такемичи тяжело вздохнул, смотря прямо в глаза Такаши.       — Нет, — Сано покачал головой, уперто смотря на парня перед собой. — Я уже решил, что он останется с нами. Если не ты будешь за ним присматривать, то найдется другой.       Мицуя уже был готов с облегчением вздохнуть. Отделался. Но в голове непроизвольно начали кадрами мелькать все обитатели этого острова. Один лучше другого, им не то, что человека, камень оставлять на хранение временами страшно. А этот и так хлипкий, он не выдержит.       — Считай, что на этот раз твоя взяла, — с тяжелым вздохом произнес Такаши, цепляясь своим взглядом за новичка.       Странное чувство все никак не хотело покидать парня. Что-то было с ним не так, а внутри будто чего-то не хватало для полного понимания. Одного маленького кирпичика. Может проблема в его глуповатой мимике? Или вся проблема в его реакции? Нету столь привычного страха и ужаса. Наоборот, он слишком спокоен, словно всегда был в их компании.       — Ну и что мне с тобой делать? —обреченно проговорил Мицуя, распрямляя порванную одежду Доракена,.. Парень ещё не успел вернуться на остров, как сразу отдал свою рубаху с дыркой Такаши. — Ты же как-то с этим связан? — Мицуя посмотрел на Ханагаки, через дырку в одежде.       — Совсем немного, — пролепетал Такемичи, прижимая свою книгу ближе к телу. Плотная обложка впивалась в нежную кожу парня, давая уверенность, что он все-таки не спит, а видит ребят на самом деле.       — И правда, Баджи был прав, взгляд словно на духов смотришь, — слегка находясь в легком ступоре проговорил Мицуя, откладывая рубаху Доракена. — Тебе же нужно ещё все тут показать, да? Такаши поднялся со своего места. Все эта время они находились возле небольшого дома, где обосновался сам Мицуя, как только оказался тут. Тут он уже приличное время, приплыл сюда вместе с остальными ребятами около двух лет назад. «Затерянное поселение», так называли Шелковый остров на большой земле, где в одном из крупных городов жил Мицуя в детстве. Он никогда не видел его, но слышал про поистине прекрасный вид, когда на него смотришь. Воображение захватывало от рассказов взрослых и путешественников, которые проходили мимо него, пока парень штопал чужую одежду за деньги.       Прошли годы. И вот теперь он тут с людьми, которые заняли место его семьи. Люди, с которыми скучная жизнь юного портного превратилась в поистине захватывающее приключение.       — Ну смотри, Такемучи, — проговорил парень, показывая место, где они находились. — Тебе же даже не сказали, как кого зовут? Меня зовут Такаши Мицуя, — парень представился. — Я занимаюсь запасами на этом острове, а также готовкой, готовься помогать.       — Но я и готовить не умею, — смущенно приговорил Ханагаки, почесывая свой затылок.       Одно из самых главных произведений кулинарного искусства, что вышли из-под руки Такемичи — заваренная лапша быстрого приготовления со вкусом курицы и спаленная яичница. Вряд ли такая еда пойдет, а за спаленную еду его спалят, как и ту бедную яичницу.       — Значит научишься, — слова Такемичи никак не повлияли на Такаши. У него все будут при деле, а оправдания «не знаю», «не умею» на этом парне не работают. — Пошли дальше.       Такаши повел парня дальше. Они подошли к большому дому с пристройкой в виде сарая с большой печью. От дома чувствовался жар и тепло, которое при приближении обжигало кожу лица.       — Тут живет Доракен, парень, которого ты уже видел на корабле. Он второй после Майки на этом острове. И видимо он как всегда, — последнюю фразу Мицуя проговорил недовольно, направляясь к самой большой концентрации жара.       — Неужели ему холодно? Сейчас же жара, да и солнце в зените, — Такемичи растерянно посмотрел на Такаши, что угрожающе направлялся к дверям.       — Тут другая причина, — проговорил Такаши, открывая двери, и сразу по его лицу ударила огненная волна жара, намного больше, чем на улице. — Я слышал, что тебя проткнули. Так на кой лад ты поперся в кузню?       Доракен вышел из своего сарайчика, где обосновалась его личная кузница. Солнечные лучи играли на капельках пота, кто скатывались по крупному и крепкому телу парня, переливаясь. От него исходили большие клубы пара, поднимаясь наверх. Смотря на мощные руки, грудь, поражаешься, как такое тело можно проткнуть и не сломать лезвие клинка.       — Так меня подлатали. Спасибо, Такемучи, — сложил руки на груди Доракен, заглядывая в большие голубые глаза Ханагаки, что застыли на теле парня перед собой. Это вызвало небольшой смешок со стороны Кена. — Нравится? — улыбка на лице Рюгуджи озарило его лицо, пока тот играл мышцами груди перед парнями.       При этих словах до Такемичи только дошло, что он не отрываясь смотрел на Рюгуджи, словно никогда его не видел прежде. Щеки неприятно защипало изнутри, сейчас сложно было сказать горели они из-за смущения или из-за жара от печи. А быть может из-за жара самого Кена? От таких мыслей становилось ещё горячее.       Мицуя сложил руки на груди, когда мышцы Доракена проводили презентацию себя через фартук, не отпуская взгляд Ханагаки от себя.       — Прекращай уже, и нечего хвастаться перед Такемучи, — возмущенно проговорил Такаши, перекрывая собой Такемичи.       Доракен по-доброму улыбнулся, прекращая свой показ.       — Не злись, Мицуя, — рука Доракена легла на плечо своего друга. — Кстати, твоя алебарда уже совсем скоро будет готова. Осталось наточить ее и можно снова в бой.       — Отлично, — усмехнулся парень, представляя алебарду в своих руках. — Но никакая алебарда не стоит того, чтобы испытывать себя на прочность, пусть даже тебя и подлатали магией.       Мицуя встал в стойку, в которой скорее напоминал сердитую мамочку, что отчитывает непоседливого ребенка. Слова парня были сказаны со всей серьёзностью, но и с заботой не в меньшей степени. После прослушивания нотаций от Мицуи, двое парней продолжали свой обход острова.

***

      Постепенно начал наступать вечер. Солнце постепенно начало опускаться ближе к волнам реки Айджин, задевая собой одну из возвышенностей, что находится на краю острова. Она вместе с другой возвышенностью на противоположном конце острова и создавала вид итальянской гондолы на горизонте, когда смотришь на остров с большой земли.       Экскурсия продолжалась не долго. Мицуя показал основные места, но с большим интересом он все-таки наблюдал за самим Такемичи. Для Такемичи места на острове вызывали заинтересованность, но если в поле его видения появлялся кто-то из жителей острова, то все внимание Ханагаки было направлено на этого человека. Он с лету запоминал все имена, услышав их всего лишь один раз. Это вызывало некоторые подозрения у Такаши, но пока что ничем не обоснованные, чтобы что-то предъявить. Пока что все было тихо, но не один Такаши обратил на это внимание и за Такемичи уже наблюдают.       — Круто да, Чифую? — приговаривал Баджи, полируя свой огромный меч, что был в рост Кейске, если не больше.       — Да, да, — беспристрастно произнес Чифую, не отвлекаясь от небольшой и потертой книги, которая скорее напоминала сшитые грубой ниткой пожелтевшие листы бумаги.       — Я вроде не это имел в виду, когда говорил помочь мне с готовкой, — раздраженно проговорил Мицуя, закидывая овощи в большой котелок.       Теплый аромат аппетитного бульона уже разносился по округе, пока Мицуя помешивал своей деревянной поварешкой получившуюся похлебку. По ощущениям создавалось впечатление, что вот-вот терпение парня окончится и кто-то точно получит по лбу.       Начался ужин. Все начинали стягиваться к большому деревянному столу, на котором поручили хозяйничать Ханагаки. Он расставлял столовые приборы, которые имелись на острове, а также тарелки с готовым вечерним лакомством. Самые первые за стол сели Баджи и Чифую, весело беседуя, как они помогли Мицуе подготовить такой царский стол. После к столу начали стягиваться и все остальные: братья Кавата, прическа которых напоминала самый настоящий взрыв, Хаккай сел возле Мицуи, иногда бросая взгляд на Ханагаки. Такемичи мог поклясться, что снова оказался в первые дни прибывания в поселении, когда жители и соседи также прожигали его взглядом.       — Это ещё кто? — прошептал Хаккай мимо проходящему Такаши.       — Это новенький, его Майки притащил с собой с вылазки, — Такаши сел на свое место, рассказывая подробно о произошедшем Шибе, что весь день был в вылазке на острове с братьями Кавата.       Многие смотрели на Ханагаки, оценивая про себя слабого на вид парня. Но большинству было просто все равно на Такемичи, все понимали каким образом он сюда попал, но вот задержится ли он тут та ещё загадка. История простая, все появлялись на этом острове таким же способом, как и Ханагаки, они приглянулись Майки на его пути, который обосновался на острове.       Никто не знает сколько он тут живет и как тут очутился. Доракен — это самый первый человек, которого привел Сано, первый человек, которому он открылся. Но даже он не может точно сказать, сколько тут провел Манжиро.       Майки пришел к столу один из самых последних. Одно место было все ещё свободно, Мицуя даже по привычке чуть не сказал поставить ещё одну порцию, но быстро себя отдернул. На душе было не спокойно.       — От Казуторы все ещё нету новостей, — заключил Майки, сидя во главе стола. Так ему было удобно рассмотреть лица присутствующих. Больше всех напрягся Баджи.       «Казутора тоже с ними?» — удивился Ханагаки, заливая в себя ложку с похлебкой.       Такемичи задумался. Неужели встречи этих людей уготованы судьбой, что даже разные миры не могут стать преградой к нарушению данного порядка?       — Нам нужно его найти, — не выдержал Баджи, он поднялся со своего места, задевая телом стол.       — Баджи-сан, — удивился Чифую, ловя их тарелки, чтобы они от тылчка не подпрыгнули. — Я знаю, что Казутора не мог так просто пропасть. Может те парни нашли его?       — Эй, Чифую, следи за своим языком! Казутора не слабак, чтобы так просто проиграть тем парням. Да и мы их прилично потрепали сегодня.       — Вопрос в другом, как они могли его раскрыть, — предположил Ясухиро, спокойно переводя свой взгляд с еды на главу. Санзу, что сидел рядом, почти под его рукой прожигал взглядом Ханагаки.       — Не намекаешь ли ты на предателя среди нас? — тут уже не выдержал Па-чин. Для него непростительно о таком даже думать, не то чтобы говорить вслух.       — Ты думаешь я намекал? — Мучо посмотрел исподлобья на Па-чина. —Так громко кричишь, что скорее на тебя подозрения падают.       — Засунь свои подозрения куда себе подальше в зад, — зло прошипел Пеян, закрывая рукой Па-чина.       — Не ну, а что. Вы вечно на корабле, кто знает, чем вы там занимаетесь, — не смотря на нападки, Ясухиро держался спокойно, словно все они обсуждают какую рыбу они предпочитают на завтрак. — Не воспринимай все так серьёзно, это просто предположение, — мысленно Ясухиро усмехнулся, пока Па-чин и Пеян кипели от злости, что при желании возле них Доракен мог раскалывать металл для дальнейшей ковки.       — Прекратите живо! — стукнул по столу Доракен, пока Майки рядом обдумывает слова, сказанные только что. — Сейчас во главе обсуждения находится Казутора и его пропажа, а поругаться вы можете и позже, — после этих слов все более или менее утихли, но все остались при своем мнении.       — Майки, что ты скажешь? — Мицуя многозначительно посмотрел на своего главу.       — Па-чин, готовь корабль, завтра мы поплывем на поиски Казуторы, а поиском предателя мы займемся позже. Баджи, Чифую, Па-чин, Пеян, Доракен, вы поплывете со мной.       Баджи, Чифую, Па-чин, Пеян, Доракен — универсальная команда, которая чаще всего отправляется на вылазки. Остальные заняты делами на острове: кто-то идет собирать дары леса Шелкового острова, кто-то следит за порядком, чтобы ничего не произошло во время отсутствия главы.       Дальнейшее продолжение ужина проходило в тишине, каждый думал о своем, полностью погрузившись в мысли.

***

      — А ты куда собрался? — проговорил Мицуя, смотря на растерянного Ханагаки.       Такемичи посмотрел на остальных, как почти все выходили из стола, беседуя друг с другом. И только Майки обратил внимание на Такемичи, весело подмигнул Такемучи, желая тому хорошей ночи.       — А? Я? — растерянно пролепетал Ханагаки. — Я не знаю.       Такемичи не знал куда ему сунуться. Все вокруг уже привыкли к жизни на опустевшем острове, а для Ханагаки эта первая ночь за пределами поселения, где рядом не было ни Хинаты, ни Наото.       — Пойдем, Помогать будешь, — сказал Такаши, завязывая поясок фартука вокруг своего тела. — Все поели, а убирать придется нам.       Такемичи обреченно вздохнул. Этот день все никак не хотел заканчиваться. Но и Мицую он оставлять не хотелось: он старался и готовил ужин на всех, пока остальные занимались своими делами, а теперь ещё и убирать за всеми.       — Мицуя, — начал Ханагаки, опуская тарелки в небольшое корытце с водой одну за другой, — почему ты этим занимаешься? Это же тяжело каждый раз готовить, а после и убирать за всеми.       Мицуя, что ранее намывал котелок, остановился. Остановился и его взгляд, глаза не моргали, а сам он начал напоминать восковую фигуру, но менее красивым из-за этого парень не стал.       — Знаешь, — спустя некоторое время начал Такаши. — Я тоже много думал об этом. Но каждый раз понимаю, что кто ещё это сделает. Они же умрут или будут питаться только плодами с острова. Каждый здесь занят своим делом. Это на первый взгляд кажется, что все хаотично шатаются по острову.       — У тебя роль готовить для всех?       — Не только, — Мицуя усмехнулся, омывая чистой водой старый котелок, что они у кого-то украли примерно год назад.       — У Таканчика одна из самых больших ролей на острове.Без него все пошло бы через одно место, — проговорил Хаккай, перекидывая на плечо тряпку, которой он вытирал чистые тарелки после мойки Такемичи.       — Ты преувеличиваешь, — с улыбкой проговорил Мицуя. — Эй, Хаккай, не филонь и вытирай досуха.       — Таканчик, — не будь таким придирчивым, — почти с мольбой промолвил Шиба.       Хаккая вообще тут не должно быть. Сегодня вместе с братьями Кавата он занимался собирательством на острове и весь день провел на ногах, блуждая по многим ещё неизученным местам Шелкового острова. Если братья Кавата сразу ушли после окончания ужина, а Хаккай не смог оставить Таканчика одного, хоть рядом с ним был новенький Такемучи.       Шелковый остров обширен и мало изучен. В глубинах острова растет множество растений, которые Хаккай видел впервые хоть много знает про них от своей старшей сестры. А некоторые плоды и вовсе брать в руки страшно, не то что тащить их в лагерь в качестве лакомства. Братья Кавата в этом плане более безрассудны. Они могут залезть куда угодно, но и приносят они все подряд без разбора. Для этого каждый раз с ними направляется Шиба, помогая со сбором.       Хаккай со вздохом закончил со своей помощью, Мицуя и Такемичи как раз к этому времени закончили со своей работой.       — Куда же тебя уложить, — задумался Мицуя, прикладывая палец к своим губам. — Свободные дома, конечно, есть, но там даже ничего не готово.       — Никто не ждал, что Майки приведет кого-нибудь с собой, — поддакивал Хаккай, кивая на слова Таканчика.       — Я скорее всего отправлю тебя к Майки Он тебя сюда привел, вот пусть с тобой и разбирается, — Мицую прямо как осенило, а глаза засветились. В его голове это прозвучало, как самая гениальная идея из всего доступного их миру.       — К Майки? — удивился Такемичи.       —Лучше варианта и не найти, — хлопнул в ладоши Мицуя, пока глаза искали нужную хижину.       Ханагаки почти за руку вели туда. Хаккай безмолвно последовал следом. Что-то ему не особо нравится эта затея. Может потому, что не хотел отдавать новенького на растерзание главе в первый же день или потому, что боялся последствий после реакции того же главы, когда его разбудят. От сонного Манжиро можно ожидать чего угодно.       Хаккай на секунду остановился. Они же ничего не знают о Ханагаки. Не опрометчиво ли вести его так просто к Майки?       — Может лучше не к Майки? — Хаккай остановил за руку Мицую.       Взгляд парня выражал обеспокоенность. Он волновался и внутреннее недоверие не давало ему с такой же легкостью и быстротой принять парня.       Ханагаки хлопал глазами. Ком подступил к горлу, не давая парню свободно глотнуть. Такемичи понимал, что тут для них он совершенно чужой человек. Ведь прошло много времени, пока его полностью приняли в Тосву. Он потом и кровью пробивал себе дорогу, не жалея упорства, и, не теряя надежду, парень смог сойтись с ребятами. Там была всего лишь группировка, а тут настоящая община.       Он поймет, если придется долго зарабатывать репутацию. Но даже на такое парень готов, ради ребят, без которых перестал видеть себя. А события перед первым прыжком воспринимается теперь, как нескончаемый кошмар, что смог закончиться только после «смерти» Такемичи.       — Хаккай, — рука Мицуи отпустила Ханагаки, покрывая ладонью Шибу, что растерянно смотрел на парня перед собой. — Я понимаю тебя и твои опасения. Можешь посчитать это простой интуицией, но, смотря на Такемучи, я не ощущаю опасности. Мицуя качнул плечами. Взгляд парня проскользнул по Ханагаки.       — Хаккай, доверься мне, как сделал это несколько лет назад, — по лицу Такаши пробежалась подбадривающая улыбка, от которой каждый раз теряет голову Шиба. И каждый раз он не может ничего с собой поделать.       Что несколько лет назад, что сейчас, он снова наступает на одни и те же грабли. Он снова доверился портному с большого города с не менее большим сердцем.       Может когда-нибудь он пожалеет о каждом своем решении, особенно о тех, которые принял пока заглядывал в глубокие лавандовые глаза. Но это будет точно не сейчас и не в этой жизни.       Постепенно рука Хаккая опустила Мицую, пока парень кивнул ему головой в знак поддержки. Он пойдет за ним как бы не был тернист их путь. Даже, если все с Шелкового острова ополчатся против Такаши, он будет тем, что прикроет спину своему Таканчику.       — Спасибо, Хаккай, — Мицуя улыбнулся. Эту улыбку было тяжело скрывать, даже если бы Такаши старался.       Троица последовала к домику главы дальше. Найти его не имело большой сложности: этот дом находится в центре их лагеря. Видимо, много лет назад, когда тут жили жители королевства, в остров был частью большой земли, этот домик занимал староста поселения. А теперь тут живет Майки.       — Майки! —кричал Такаши, пока стучал по дверям Манжиро.       — Может он уже спит? — Хаккай был готов развернуться и пойти к своему домику, как открылись двери.       Майки, сонный с маленькой струйкой слюны у рта, открыл двери. Он медленно переводил взгляд с Хаккая на Мицую, с Такаши на Ханагаки. Пока что в его голове не складывался пазл, что эти люди делают под его домом почти ночью перед важной вылазкой на большую землю.       — Что вам нужно? — проговорил Майки, зевая в свою ладошку. — Уже поздно.       — Мы знаем, — улыбнулся Такаши. — Мы уже идем спать, —проговорил парень, уводя вместе с собой Хаккая. Ханагаки остался стоять перед сонным Майки.       Манжиро сонно моргал глазами, парень правда не понимал, чего они приходили и чего от него хотели. Он бы и остался так сонно смотреть, пока глубокие, почти бездонные глаза, не зацепились за Ханагаки, что прижимал к себе свою книгу.       — А ты чего остался тут? — Майки наклонил голову в сторону, он зевал широко, раскрывая рот.       — Мицуя отправил спать к тебе, — проговорил Такемичи, смотря на Майки. Манжиро покачал головой.       — Чего ты сразу не сказал, Такемучи? Только зря разбудили, — недовольно пробурчал парень, заходя в небольшой домик.       Все дома на острове небольшие и бедные. Всего там насчитывается девять одноэтажных домиков. Все они небольшие и старые, словно из прошедшей эпохи. Некоторые дома настолько ветхие, что обвалилась крыша. Когда-то там жили земледельцы, обычные люди, что, как и все выращивали овощи для прокорма себя и своей семьи. Теперь банда с Шелкового острова живет здесь, даже не задумываясь о тех людях в чьих домах они обосновались.       Домик Майки был чуть крепче и больше остальных. Внутри не было ничего видно из-за наступившей темноты. Если на улице дома освещались холодным светом луны, то в дом через окна свет пока не просачивался.       Ханагаки щурил глаза, пытаясь хоть что-то рассмотреть, но мимо. Лучше не стало. Парень искал дорогу на ощупь в незнакомом ему доме, пока не почувствовал тепло в области руки. Теплая рука Майки обхватила пальчики Такемучи.       — Держись рядом, — проговорил Майки.       Майки ловко маневрировал между малочисленной мебелью в доме, словно все видит в темноте, как кот.       Такемичи довели до единственной комнаты, что была освещена лунным светом. И вот он уже видит темный силуэт Майки. Стройное и крепкое тело невысокого парня просвечивалось через льняную ткань рубашки. Такемичи приоткрыл рот от столь завораживающего зрелища, глаза не отрывались от парня.       Майки усмехнулся. Только сейчас до Ханагаки дошло, что его прекрасно видно под тусклым лунными лучами.       — Ложись на кровать, — Майки протянул руку, которую которую хоть и не сразу взялл Ханагаки.       Книгу парень оставил на небольшой тумбочке возле кровати. Обувь уже оставлена в стороне, пока парня притягивал к себе Манжиро. Такемичи покорно лег с одной стороны кровати, поворачиваясь лицом к стене. Сейчас затея Мицуи не казалась такой уж хорошей, а опасения Хаккая глубоко засели внутри парня.       Ханагаки понимал, что совершенно не знает этого Майки. Холодок прошелся по телу. Его Майки и так был не подарок, а тут и вовсе совершенно незнакомый человек, что сейчас опалял затылок Ханагаки своим дыханием.       Но как бы не старался Такемичи, но глаза видели своих друзей, а сердце не хотело их отпускать. Такемичи готов им помогать даже в этом мире, добиваясь снова для них счастливого будущего.       — Майки, я могу поплыть с вами завтра? — голос Ханагаки раздался в темноте.       — Исключено, Такемучи, — проговорил сонно Майки, не открывая даже своих глаз.       — Я могу помочь в поисках Казуторы, — уверенно проговорил Такемичи, всматриваясь в стену перед собой. — Вдруг повторится ситуация, как было с Доракеном. Я смогу вовремя помочь.       Майки замолчал, обдумывая сказанные парнем слова.       — Хорошо, но будешь постоянно рядом. Ни на шаг в сторону, а если попробуешь сбежать, то знай, я прекрасно помню дом, где живет те брат с сестрой.       Слова звучали слишком зловеще. Такемичи сглотнул. Холодок прошелся по телу, что даже одеяло не согревало юного парня.       — Я не сбегу, — Такемичи попытался собрать последнюю уверенность и влить ее в свои слова.       Он и не собирался сбегать, даже напротив он видел в них своих друзей. Слова Майки обескуражили парня, заполняя собой его голову. Теперь он больше ни о чем не мог думать.       — Вот и отлично, — Майки блаженно улыбнулся, растягиваясь на кровати, как самый настоящий кот, возле спины Такемичи.       Глаза Сано и так были закрыты, а теперь он окончательно погрузился в сон. Только Такемичи не мог уснуть. Сказанные слова никак не хотели выходить из головы парня, перед глазами стояли Хината и Наото и смотрели на Такемичи.       Сердце билось как бешеное. Насколько местный Майки опасен? В мыслях витали разные предположения, но никакой из них не успокаивал, напротив, пугал парня.       «А не совершаю ли я ошибку? И можно ли их вообще считать друзьями?» — с такими мыслями Такемичи погрузился в сон.       Было это ближе к утру, когда солнце восходить на небо, перенимая эстафету у луны. Такемичи только начал погружаться в сон, как послышались тяжелые шаги у двери. Вылазка на большую землю в поисках Казуторы началась.