Без права на ошибку

      Шелковый остров. Среди леса за поселением распустило свои корни самое большое дерево на острове. В высоту оно обгоняло всех своих соседей, а, чтобы обхватить его руками не хватило бы рук нескольких человек.       Такемичи с замиранием смотрел на этого величественного жителя леса. А ведь раньше, наблюдая за островом с суши, парень не замечал великана, а сейчас завороженно смотрит за кроной, уходящей в небеса.       Небольшая тропинка опоясывала ствол дерева, уводя своим одним концом будто под корни, которым уже не хватало земли, чтобы там скрыться. Такемичи обошел дерево, следуя по тропинке, что привела к небольшой норке. Парень почувствовал себя самой настоящей Алисой в стране чудес, только в этой истории не было белого кролика, что вечно опаздывал. Пусть нора и не вела в Страну чудес, но она точно куда-то вела, Такемичи это хорошо прочувствовал на себе, когда провалился в небольшую пещерку под корнями дерева. Приземление было не самое мягкое, но то ли он смог сгруппироваться, то ли ему помогло, что за всю жизнь Ханагаки привык к подобному, сильной боли он не почувствовал.       Такемичи осмотрелся. Редкие лучики просачивались через решетку из корней, освещая небольшой проход дальше вглубь дерева. Парень уже хотел забраться внутрь, как до его ушей дошел еле уловимый голос, что принес на своих плечах ветерок, идущий из глубины пещерки.       — Тут кто-то есть?       В ответ ничего не последовало, кроме снова еле уловимого мужского голоса, что продолжал звать Такемичи внутрь. Ханагаки направился вперед. Первые метры парень пересек на четвереньках. Не смотря на неровности земли, колени ничего не чувствовали. Наоборот, продвижение по пещере проходило как по маслу.       С каждым новым шагом пещерка расширялась и в ширину, и в высоту, что Такемичи мог встать в полный рост и достигнуть тупика, небольшого зала. Парень осмотрелся. Все пространство занимали две каменные статуи и большой камень посредине с ровными, будто вырезанными, гранями.       Первая статуя, что стояла слева была в виде массивного и могучего мужчины. Его тело было облачено в тяжелые доспехи, а в руках он держал двуручный меч, с выгравированными надписями и орнаментами. Под гардой был вставлен небольшой гладкий камень темно-серого цвета. Лицо могучего мужчины было грозным, именно так устрашают своих врагов. Внутри себя Такемичи поразился насколько точно мастер передал черты лица воина, даже крохотные морщинки можно разглядеть на его лице.       Если первая статуя олицетворяет собой силу и мощь, то вторая источает утонченность и величие. Это тоже был воин: легкий и гибкий, как и доспехи на нем. Юркая каменная рапира, с почти таким же вставленным гладким камнем, как и у первого воина, только светло-зеленого цвета, плотно засела в каменной руке. Статуя изящного мужчины поражала Такемичи не меньше первой. Торчащие в разные стороны вьющиеся волосы казалось развивал ветер, который обходил парня стороной.       Но как бы не были интересны статуи, все же самый большой интерес вызывал камень, расположенный между статуями. Чем ближе подходил Такемичи, тем более осознавал, что перед ним не просто камень, а скорее какое-то подобие гроба, по форме как раз походило. В голове сразу всплыли ассоциации сказки про Белоснежку, только вместо гномов, что оплакивали свою принцессу, стояли два каменных война, что охраняют покой находящегося внутри.       Интерес заиграл сильнее, парень начал подходить ближе, чтобы заглянуть внутрь сверху вниз. По пещерке прошелся холодок, пощипывая кожу парня. С каждым шагом становилось не по себе. Внутри лежал мужчина в богатых одеждах. Он дышал. Такемичи не сразу поверил, но он отчетливо слышал ровное дыхание, а глаза видят, как вздымается грудь.       Такемичи взялся за край гроба, чтобы приблизиться и посмотреть, как вдруг глаза мужчины широко раскрываются. И вот уже в ответ за Такемичи наблюдают два черных глаза, что следили за ним и каждым его действием. Ноги Ханагаки подкосились, в один миг весь воздух, что до этого был в пещерке, резко пропал. Такемичи взялся за грудь, чувствуя как бешено бьется его сердце, а мужчина внутри гроба продолжал смотреть. Он будто чувствовал страх и панику, пожирая ее, заставляя дать все больше и больше. Такемичи кричал, но это был немой крик, который застревал где-то в глотке и оставался там.

***

      — АААААААА! — крик вырвался из груди Такемичи, пробуждая парня ото сна.       Глаза судорожно бегали из стороны в сторону, будто ища загадочную пещерку с ее статуями и каменным гробом с пугающим мужчиной. Но в глаза ничего похожего не попадалось.       — Такемучи?! Ты чего пугаешь?       Хаккай испуганно подскочил на своем месте, подпрыгнул на своей лежанке. Скрип койки разошелся по комнате, смешиваясь с звуком глубокого и частого дыхания Такемичи.       — Такемучи? — Хаккай взволнованно выглянул со своего места в сторону Такемичи.       — Кошмар приснился? — Мицуя сел на койку Ханагаки, кладя руку ему на плечо.       — Да, —Такемичи кивнул головой, утирая пот со своего лба. —Странный сон, ничего не понял, но было жутко. Как хорошо, что это сон.       — Не забивай себе голову. Сны на то и сны, чтобы оставаться снами, — проговорил Мицуя с претенциозным видом, вызывая у находившихся рядом Такемичи и Хаккая смешок.       — Таканчик, и давно ты начал говорить такие странные вещи? — с улыбкой проговорил Хаккай.       — После того, как с вами нанянчишься и не такое начнешь говорить, — легкая улыбка поселилась на лице Мицуи.       — Как настоящий старший брат, — не задумываясь проговорил Такемичи.       Смех сразу прекратился, а Мицуя и Хаккай одновременно повернули голову в сторону Ханагаки. На лицах парней радость и озорство сменилось на удивление и непонимание: было ли это сказано наугад или этот парень о чем-то знает.       — Что ты имеешь ввиду? — осторожно начал Мицуя.       Хоть парень старался сделать максимально сдержанный и спокойный тон, телу тяжело обманывать. Напряжение так и вырывалось наружу, заставляя Такемичи поежиться и поерзать на месте.       Мысли в голове перемешались и рассыпались на отдельные слова и свалились в одну кучу. Воспоминания о старом Мицуе из своего мира постепенно вытесняются образом Мицуей из это мира, постепенно перемешиваясь между собой.       — А ну, я имею ввиду, что ты похож на старшего брата, — наконец-то слова в голове Такемичи начали выстраиваться в стройный строй и выходить через уста парня. — Ты же как взрослый среди детей на острове, хоть и мы все одногодки.       — Он прав, Таканчик. Я бы хотел, чтобы у меня был такой же старший брат как ты, — в голосе Хаккая чувствовалась грусть, а в голове Такемичи сразу возник образ Тайджу, но упоминать его в разговоре —это закапать себя глубже некуда. —Повезло же Луне и Мане.       — Луна и Мана? — удивленно вскрикнул Такемичи, вспоминая младших сестренок Такаши. А ведь, прыгая во времени, он видел их совсем маленькими и взрослыми, хоть обстоятельства их встречи были трагическими для семьи Мицуи.       — Да, —Мицуя кивнул. — Это мои младшие сестры. Они остались с матерью в родном городе. Надеюсь, они получают посылки от меня. Хоть отправить их получается очень редко, но лучше так, чем полностью пропасть из их жизни.       — Когда мы сбегали с города, они были совсем крохами, — Хаккай улыбнулся.       —Да, самому интересно, как они там без меня.       — А почему ты ушел из дома? - задал свой вопрос Такемичи, с интересом наблюдая за беседой двух парней.       Хаккай и Мицуя переглянулись. По одному их взгляду ясно, что за этим стоит какая-то история, но распространяться они не торопились.       — Нужно было помочь другу, —издалека начал Мицуя. — А после встретили Майки и вот мы уже на Шелковом острове.       — Мы? — удивился Такемичи и посмотрел на Хаккая.       — Да, мы: я, Хаккай и Доракен. Мы родом из одного города, Камикото, это самый крупный город на левом береге Великой реки Айджин. Мы вместе отправились в путь, который привел нас сюда.       Такемичи хотел снова начать спрашивать и уточнять, но кто-то на верхней палубе оповестил, на горизонте земля. Они вот-вот прибудут до города на левом береге Великой реки Айджин.

***

      — Чего лицо такое хмурое? — спросил Доракен, давно уже наблюдая за Майки, с того самого момента, как они отплыли от острова. — Если ты так сильно не хочешь вести корабль, то мог бы сказать сразу, а не делать такое лицо весь путь.       — Да не в штурвале дело, — цыкнул на слова Кена, сжимая штурвал сильнее.       Двадцать секунд молчания хватило Майки, чтобы не выдержать.       — Почему ты не поддержал мою идею: оставить Такемучи на острове?! - взорвался Майки. — Я же подавал тебе сигналы. Какого хрена ты пошел против меня? Это бунт!       — Какой бунт, Майки? Тебе солнце голову напекло через твою шляпу, что ты начал с ума сходить? И что значит не поддержал твою идею?       —Доракен, не строй из себя дурачка, ты прекрасно понимаешь, о чем я. Когда Такемичи подошел к нам и напросился на эту поездку, я всем своим видом показывал тебе, что ему нужно отказать.       — Ты сам ему дал добро, а теперь виноват я? Как я вообще должен был понять, я не маг.       —Ты должен был понять, ты же моя правая рука!       — Майки, — Доракен глубоко вздохнул, успокаивая себя, —причина даже не в Такемучи? Если бы ты не хотел его брать, то сказал бы прямо. Так в чем настоящая причина?       Майки замолчал и ослабил свою хватку штурвала, пальцы более не спивались в корабль.       —Дело в Кисаки. Он дал мне предсказание о том, как закончится эта поездка. Я сам его попросил об этом, и он мне дал это увидеть.       —Ну и что там такого страшного?       —Там все мы возвращаемся на Шелковый остров, а в руках у меня гладкий зеленый камень небольшого размера.       — И что в этом страшного? — уже в который раз повторяет Доракен.       — Если ты не знал, что когда маги умирают, то вместо тела от них остается камень, наполненный их силами. Я уверен, в руках я держал камень Такемучи. Он был такого цвета, как и магия парня: нежно-зеленого цвета, наполненная небольшими искрами. Нельзя этого допустить.       — Мы прибудем в торговый город. Там нет армии или врагов, даже Камикото находится через левый приток. Тут некому нести угрозу для нас.       —Я не знаю Доракен, но и искушать судьбу желания нет. Лучше держать его под присмотром.              — Я уверен, что Кисаки снова ошибся и смерти не будет.       — Как знать, как знать.       —Майки! Доракен! Мы уже почти приплыли! — кричал Баджи, распугивая местных чаек.

***

      Небольшой город, выстроенный из камня, радушно встречает своих гостей. Расположение на левом берегу Великой реки Айджин и его левым притоком сделал из города самым лакомым торговым центром на своем берегу, являясь пропускным пунктом в самый крупный город на этой стороне реки, город Камикото. Все самое лучшее, что привозят в городок отправляют в Камикото, а остальное распродают, предоставляя товары каждому, кто приехал в городок.       Каменные улочки и ухоженные дома выдавали в жителях города совсем не бедных людей. И если в поселении Нофу, где пробыл Такемичи с семьей Тачибана, зарабатывала на жизнь собирательством и земледелием, то этот городок продавал все, что остальные собрали и вырастили.       — Это и есть Камикото? — с интересом разглядывал каменный город Такемичи, иногда крутясь вокруг своей оси полностью, что все как следует рассмотреть.       Мицуя и Хаккай посмеялся.       — Нет, но это считай младший брат города Камикото, — Мицуя начал рассказывать про город Ичиба.       Слушали этот рассказ только Такемичи и Хаккай, остальные же: Майки, Доракен, Баджи, Чифую и Казутора разбрелись по городу-рынку. Па-чин и Пеян в этот раз остались на острове, наблюдая за порядком на острове в период отсутствия главы.       — Мне кажется или город стал в разы богаче? Он же не был таким пару лет назад, ведь так? — не только Такемичи поражался местным городком, так и Хаккай, что не раз тут был поражался изменениям.       — Ты прав, рад, что в этом городе дела идут в гору.       Такемичи шел позади Хаккая и Такаши, замечая небольшую странность. Сюда они приехали ради товаров, закупкой провизии и материалов. Но эти двое не были так увлечены покупкой и рассмотрением товаров, напротив, они проходили всю торговую часть города и направлялись в ее жилую часть. Хаккай оглядывался по сторонам и заглядывал в окна, словно хотел кого-то в них найти. Такемичи напросился с ними случайно, хоть Доракен и Майки были против, а Мицуя и Хаккай выдали странную реакцию, Такемичи все равно устремился за ними.       — Ты помнишь ее адрес? — вдруг спросил Мицуя, поворачивая голову к Хаккаю. — Мне казалось мы уже должны были дойти.       — Вроде и пришли, ничего не узнаю, тут все так поменялось...       Хаккай начал активнее ворочать головой в поисках хоть каких-нибудь зацепок и напоминаний о событиях двухгодичной давности.       — Простите, — улыбнулся Мицуя, подходя к одну из проходящих людей. — А не подскажите тут случайно не живет девушка, что поселилась два года назад, —Мицуя начал описывать девушку.       — Юзуха? Вы про неё? — услышав заветное имя, Хаккай значительно оживился.       — Вы знаете, где она живет? Можете сказать, пожалуйста, — чуть ли не с мольбой в голосе молвил Хаккай.       Мужчина опешил и сам начал оглядываться по сторонам, чтобы вспомнить, где видел девушку в последний раз.       — Она поселилась в этом доме, вот ее комната, —мужчина указал на комнату на втором этаже в одном из домов, но...       — Спасибо! Ребята, пошли! — выкрикнул Хаккай, не давая мужчине договорить.       Хаккай повел своих друзей за собой, оставляя мужчину позади.       — Но она уже давно уехала отсюда, — договорил мужчина, но это уже никто не услышал, и он последовал по своим делам далее.       — Юзуха! — радостно выкрикнул Хаккай, забегая в показанную комнату.       Да, это та самая комната, в которой когда-то Хаккай оставил свою сестру, обещав ее навещать время от времени. И вот это время пришло. Эта комната отправная точка их пути, место, где были даны самые громкие их обещания. И часть из них Хаккай уже выполнил: он начал жить так, как он этого хочет, заведя верных друзей и союзников. И этим так хотелось поделиться со своей сестрой.       — Юзуха, ты тут? — взволнованный долгожданной встречей, Хаккай зашел внутрь.       Но долгожданной встрече не было суждено произойти сейчас. В комнате не было следов пребывания девушки, но там были следы пребывания других людей. Хаккай заглянул вглубь комнаты и заметил знакомый силуэт. Тело оцепенело, а взгляд начал метаться. Мицуя с Такемичи стояли позади парня.       — Что ты тут делаешь? Где Юзуха?       — А где же приветствие? Это так грубо с вашей стороны начинать разговор сразу с вопросов? Где ваши манеры или за пару лет?       «Коко?» — промелькнуло в голове у Такемичи, заглядывая за плечо Хаккаю.       Юный парень стоял у большого окна, держа руку на столе. Он был почти таким же, как и в мире Ханагаки. Такое же хитрое лицо и самодовольный вид. По нему видно он получает огромное удовольствие от потерянного и взволнованного вида Хаккая. Это доставляло ему неописуемое удовольствие.       — Что вы сделали с Юзухой?! —выкрикнул Мицуя, но на него Коко даже не взглянул. Он полностью его игнорировал, как и самого Такемичи. Для него их будто не существует.       — Хаккай, прекращай этот театр, Юзуха поняла свою ошибку и поехала домой. Пора и тебе это понять. Старшие тебе плохого не посоветуют.       Коко щелкнул пальцами и из-за стороны послышался звук удара. Такемичи повернул голову и сразу увидел, Мицуя летит на пол после удара какой-то железной трубой. На виске остался кровавый след, как и на трубе, которую держал второй парень.       — Инуи? — тихо проговорил Такемичи, прежде чем получить свой удар по голове. В этот момент для него свет отключился.       Хаккай не видел, как по одному падали его друзья, но спиной ощущал прожигающий взгляд шавок своего брата с двух сторон: самодовольный Коконой и устрашающий Инуи. Не удивительно, что город так расцвел, раз эти двое все это время были тут.       — Ай! — вскрикнул Хаккай, получая удар в спину.       — Инуи, — усмехнулся Коко. — Мы же обещали вернуть потеряшку в целостности и сохранности.       — С него не убудет, — процедил Инуи, угрожая пареньку своей железной трубой, видимо подобранной на улице. — Без фокусов, тебе ясно?       Хаккай безвольно кивнул.       — Ну наконец-то, наша миссия закончена. Возвращаемся в Камикото!