У Ванцзи нет сил на притворство

Юань родился в клане Вэнь, чем подписал себе смертный приговор при рождении. Малыш сумел выжить на руднике, он пережил многих дядюшек и тетушек, даже любимого Сянь-гэгэ. Он помнит, как умирал в зрелом возрасте, как напуганный Цзиньи, лучший друг, крепко держал его за руку. Хорошо, что отца не было рядом в этот момент, потому что бедному Ханьгуан-цзюню хватает боли в жизни. Сычжую говорили, что опасно идти на свирепого мертвеца в одиночку, но необходимо было защитить а-Лина. Цзиньи вовремя прибыл, чтобы отбить удар, направленный на Цзинь Лина. Ему же перебило позвоночник и жить в беспомощном состоянии, ловить взгляды друзей и родных казалось в тот момент тяжелой мукой. Он умер, сам отказался бороться за свое навсегда покалеченное тело. Лань Ванцзи плакал. Юань знает, потому что Второй господин Лань играл Прощание его душе. Вэй Усянь был два года как мертв в то время. Юань помнит дядюшку Вэнь Нина, который исправно молился его табличке. Еще он знает, как поменялся а-Лин и Цзиньи. Полгода Лань Сычжуй не мог уйти в загробный мир, потому что крепче оков удерживали друзья, дядюшка и отец. Он ушел благодаря Цзиньи, который научился играть на гуцине ради их последнего разговора. Они поговорили тогда в последний раз, открыли свои сердца и сняли груз с тяжелых душ. Игра Цзиньи была прерывистой, отрывочной, но щемяще нежной и искренней. А его ленту сжег огонь, как попросил Сычжуй отца. Там, за чертой, он хотел соблюсти традиции лекарей Вэнь, благодаря которым дожил до встречи с Сянь-гэгэ и Богачом-гэгэ.