У Ванцзи нет сил на притворство

Руки трясутся, по телу гуляют мурашки, а в глазах изображение троится. Сычжуй тихо стонет, опасаясь разбудить отца или Цзэу-цзюня. Ему не семь лет, чтобы Лань Ванцзи сидел возле кровати, проверяя пульс и наливая горьковатый отвар. Юань смутно помнит, как Ханьгуан-цзюнь ночами возился с ним, не допуская слуг. Про Сянь-гэгэ сказать такого он не может. Лань Юаню обидно, что о тех годах он помнит самую малость: бабочку и флейту. Правда есть еще одно воспоминание, которое бережно хранится в его душе. Смутное, зыбкое и напоминающее выдумку. Он помнит морщинистые руки и чужую спину, седые волосы и щербатую улыбку бабушки. Юань надеется, что память говорит правду, потому что страшно думать о том, кого никогда не было. Сычжуй кашляет и настороженно прислушивается, проснулись ли обитатели дома. Он кутается в одеяло и тихонечко стучит зубами. После развития Золотого Ядра заклинатель становится неуязвим перед легкими болезнями. У этого тела Ядра нет. Ванцзи лежит в кровати, смотря в потолок. Он слышит прерывистое дыхание сына и ждет. В последнее время случилось много перемен: Вэй Ин, Сычжуй, странное поведение брата. Никто не делится с ним проблемами, и мужчина расстроен таким выбором близких. Конечно, он может понять Вэй Ина. Тот всегда был скрытным в отношении неприятных событий. Ванцзи привык быть внимательным, чтобы замечать отголосок печали или злости в чертах дорогого лица. Вэй Ин хочет заботится о нем, и заклинатель принимает такой выбор. Он даже может понять Сычжуя, на того слишком много свалилось. Очнуться борделе и осознать, насколько мир изменился, очень трудно. Сын растерян и болезненно горд, хотя вряд ли замечает за собой такую черту характера. Ее раньше не было, зато теперь он стремится всем доказать, что достоин. Только чего достоин? Ванцзи ни в коем случае не разочаровался в нем, также любит и волнуется, как и Вэй Ин и Сичень. Понять скрытность Хуаня тяжело. Они всегда читали друг друга: видели чужие эмоции за идеальными масками Нефритов. Уже два дня Сичень ведет себя странно, прося не задавать вопросов. Так уже было. Пятнадцать лет назад. Сто сорок лет назад. Двести шестнадцать лет назад. Ванцзи готов принять секреты старшего брата, однако соглашаться с его потерянностью и страданием не намерен.