Привычка

***

За последнее время, лагерь выживших не пополнялся новыми жертвами Сущности. Пока одни тратили время на то, чтобы разгадать её тайные мотивы, вторые просто пытались воссоздать подобие нормальной жизни. Некоторые совмещали в себе и то, и другое. Местами, их жизнь из мрачного хоррора, превращалась в подобие какого-то реалити-шоу для домохозяек. Ты понимаешь, что за тобой наблюдают, но не в силах избежать романтических отношений. Возможно, проблема всех компаний, если те надолго изолировать от общества? Несмотря на нависшую угрозу смерти, в мире Сущности образовалось уже несколько пар: Эйс и Джейн, Джефф и Кейт и другие… а были и те, кто так и не смог закрыть старые гештальты. — Апчхи!.. Мать твою… а-апчхи! — Надеюсь ты не заболел, — произносит сидевший рядом на бревне Дуайт, болтая ногами в воздухе. — Может, аллергия? Кинг негромко хмыкает и легко отмахивается. Они все знали, что здесь нельзя заболеть, а аллергия у него если и была — то осталась с кроликами в другом мире. Дуайт просто, как и всегда, до одури вежлив, заботлив и… — Или вспоминает кто-то? — убедившись, что от пары чихов Дэвид не собирается умирать, предполагает с игривой улыбкой. — Ха, я представляю, что там такого обо мне думают, — фыркает Кинг, склоняя голову к плечу. — Почему? Ты хороший человек. — Брось, — цокает языком мужчина. — Уверен, что ты и сам не раз мне желал наебнуться и сломать себе что-то! Дэвид Кинг был реалистом и не строил иллюзий вокруг своей персоны. Он прекрасно знает, чем чревато попасть к нему в немилость. Ярость вспыхивает в нём так стремительно, и за этим своим гневом он не замечает ничего. Мало кто мог его выдержать, и Фэйрфилд, определённо, имеет все причины его ненавидеть и вечно избегать… но, по какой-то причине, именно этот человек сидит с ним рядом и трогательно ему улыбается. — Ты вёл себя ужасно, не спорю, но я своё отстрадал, — карие глаза смотрят на бушующее пламя костра. Свет причудливо играет на его лице, этим запросто можно было залюбоваться. — Если честно, во многом этот контраст помог понять, что ты мне… нравишься. Дуайт немного смущается собственных слов. Нервно покашливает, поправляет очки на переносице, и невольно встречается глазами с Дэвидом. Тот задерживает на нём свой задумчивый взгляд, чтобы в итоге кивнуть с тёплой улыбкой. Проходящий мимо Стив, не раз наблюдавший подобную картину, закатывает глаза, насмешливо рисуя в воздухе сердечко. Не отстаёт и идущий рядом с ним Эйс. Он веселится и имитирует рвотные позывы от слишком милого зрелища, за что получает оплеуху от Джейн. Помимо выживания, были ещё и дела сердечные. Дэвид и Дуайт давно присматриваются друг другу, а в последнее время, воздух между ними так и искрит. У всех было стойкое ощущение, будто они застряли в шаге от того, чтобы начать встречаться и это лишь вопрос пары дней. Увы, кое-что всё ещё сдерживает Дэвида, чтобы окунуться в эти отношения с головой, и Дуайт относится к этому с грустным пониманием. Прошлое оставило на многих слишком глубокие раны. Пусть всё развивается постепенно, ведь спешить некуда, когда у них впереди целая вечность? Фэйрфилд с ужасом понимает, что после стольких лет заточения, даже мысль об этом перестаёт пугать до дрожи. Осознаёт и то, что слишком долго запрещал себе просто жить, как он хочет и любить, кого хочет. Искренне боялся, что сильные эмоции могут только мешать на Испытании. В чём-то он был несомненно прав и легче противостоять убийцам, конечно, не стало… но когда ты обретаешь смысл в таком страшном месте — эта игра всегда стоит свеч. Фэйрфилд мечтательно переводит взгляд на их руки. Они едва касаются мизинцами, чуть отвести палец в сторону и можно коснуться горячей кожи. Руки Кинга всегда были удивительно теплыми. Будет ли уместно накрыть его ладонь своей, может быть Дэвид не хочет при всех?.. — Эй, ты о чём задумался? — вкрадчиво звучит над ухом. Дуайт ощущает тяжесть и тепло на тыльной стороне ладони, и это прикосновение придаёт уверенности. Была не была. Он немного подсаживается, поворачивает голову и тянется за поцелуем. Дэвид медлит, рассматривая дрожащие веки за стеклами очков, чуть напряжённые в ожидании брови… Дуайт всегда чересчур сильно волнуется опасаясь отказа. Кинг мысленно отвешивает себе подзатыльник и наконец-то прикрывает глаза. Кладет ладонь на его щеку и подаётся навстречу. Бабочки в животе Дуайта радостно расправляют крылья… … а после также быстро умирают одна за одной, когда неприятный холодок пробегает по телу. Ощущение, которое не спутать ни с каким другим. Дэвид резко вздыхает напротив, почувствовав тоже самое. — Найди лачугу на Испытании. Серьёзным тоном говорит Дуайт в сантиметре от губ Дэвида, на прощание переворачивая ладонь и сжимая руку в своей крепче. Фэйрфилд моментально меняется с началом цикла выживания, будто внутри был невидимый переключатель. Дело не в страхе или в просьбе защитить от бед, ведь мужчина напротив такой крепкий и сильный. Нет, у него просто был план. Раньше Дэвида это дико выбешивало в Дуайте. Его спокойный тон и всегда короткое, быстрое указание. Так и никак иначе. Только что попавший сюда Кинг, ещё не понимал насколько Фэйрфилд сжился с этим местом, чем опасно промедление и почему так важно его слушать. — Сильно не рискуй, — Кинг успевает положить пятерню на голову Дуайта и растрепать его волосы. Под недовольным взглядом и коротким смешком парня, они оба переносятся на Испытание.

Примерно, в тот же момент, туман вновь расступается, чтобы явить лагерю нового выжившего.

***

Испытание прошло не без ранений, но зато без потерь. Выбрались все и это главное. Дуайт утирает пот со лба и замыкает их группу выживших вместе с Дэвидом. Они оба были уставшими, но довольными. Фенг прыгает на одной ноге, неудачно зацепившись за корень дерева, и упав уже в лагере. Вывих полученный не на Испытании будет заживать намного дольше, как и любая другая травма. Так что страдать ей придётся вплоть до следующего Испытания, таковы были здешние правила. Микаэла напротив, шла быстро, рассчитывая увидеть в лагере нечто интересное. Не так давно, она делала расклад Таро и ей открылось весьма занимательные будущее, полное интриг и драм. Рид было интересно, насколько точным окажется её предсказание. Пока они шли, она то и дело хитро улыбалась и бросала таинственные фразочки, вроде: «грядёт буря», «ветер переменится» и всё в таком духе. Дэвид лишь просит избавить их от её ведьмовских фокусов и заткнуться, пока у него нет возможности доказать, что она шарлатанка. Он всегда считал её излишне загадочной и малость пришибленной. Микаэла на это лишь упирает руки в бока и зловеще смеется. Настоящая ведьма. Кто-то резко поднимается с бревна. — Всмысле я не могу уйти? C'est n'importe quoi! Доносится до ушей Дуайта незнакомый голос. Он с досадой понимает, что отдых откладывается на неопределённый срок, раз у них новичок в лагере. Что ж, вот так стабильно раз в 3-4 месяца Сущность находила новую жертву для цикла выживания. Фэйрфилду эти разговоры с новоприбывшими давались нелегко. Те всегда одинаковые: заряжённые идеей выбраться, верой в то что их спасут, и самая печальная их мысль заключается в том, что это ненадолго. Месяц, не дольше, а потом проходит пару месяцев, полгода, год… годы. — Блин, а я думал подремать немного, — зевает Дуайт, настраиваясь на долгий разговор, не сразу замечая, что Кинг перестал идти по его правую руку. — Всё в порядке? Ничерта не в порядке. Дэвид словно прирос к земле. Дуайт прослеживает за его взглядом и рассматривает профиль новичка. Светлые волосы, салатового оттенка рубашка в клетку, узкие тёмно-коричневые джинсы, открывающие вид на щиколотки и черные, классические лоферы… но явно не стиль так взбудоражил Дэвида. Тёмное, тягучее чувство неприятно расползается по телу. Эту «бурю» так восторженно пророчила Микаэла? Незнакомец, чувствуя пристальный взгляд на себе, оборачивается к группе прибывших. Пялится на одного, конкретного человека так, будто увидел призрака. — Дэвид? «Они знакомы.» Понимает Дуайт и быстро моргает, перед тем, как перевести обескураженный взгляд на Дэвида, который по-прежнему застыл в немом ступоре. Фэйрфилд мог бы поклясться, что за все те годы вместе — он никогда не видел у него такого выражения на лице. Полнейший шок и растерянность. Дуайт поворачивает голову обратно к незнакомцу. Кто же этот новичок такой, чтобы шокировать не хуже здешних монстров? А после происходит сцена, достойная Болливуда, даром нет танцующих слонов и падающих лепестков с неба. Новичок переступает бревно, чтобы быстро сократить расстояние между ними, налетает с объятиями на Дэвида и без стеснения целует. Выжившие вокруг фигурально роняют челюсти. Эйс издал какой-то полузадушенный писк, а у Квентина из рук выпал фонарь. Незнакомец отчаянно сминает их губы на глазах у всех, а самое паршивое, что это происходит на глазах у Дуайта, который просто замер рядом. Он даже не успевает возмутиться от увиденного, настолько его терзает нехорошее предчувствие… и сам не осознаёт, как отступает от них на пару шагов, желая слиться с окружением. — Как, почему?.. — Дэвид быстро моргает. Его руки плетьми висевшие вдоль тела, поднимаются, чтобы мягко отстранить парня от себя. Он берёт его лицо в ладони и разглядывает до боли знакомое лицо. Во взгляде по-прежнему колоссальное неверие. Касается руками его мягких волос, заворачивает несколько светлых прядей за ухо. Узнает все родинки и трогательные ямочки на щеках. — Тристан. Блять. Дуайт закрывает глаза и невесело усмехается. Что-то вмиг щелкает в голове складывая картину воедино. Ну конечно же. Тристан Дюбуа — давняя любовь Дэвида Кинга длинною в жизнь. Несколько человек вздыхают и начинают активнее перешептываться между собой. Большинству это имя ни о чём не говорит, но не тем, кто был здесь давно… О, они-то наслышаны о чудесном французском светловолосом ангеле-пианисте. Мир Дуайта кружит перед глазами, ему кажется будто земля вот-вот разверзнется под ногами и он упадёт в образовавшуюся пропасть. Это какая-то очень жестокая шутка. Давайте следующим сюда попадёт Лазарь, чтобы добить его окончательно?! — Всё думали ты умер… я отказывался верить, — хрипло шепчет Тристан, проводя рукой по щетине на лице Дэвида. Он запомнил его точно таким, как и шесть лет назад. — Где мы? Давай вернёмся. Кинг понимает, что ему ещё не успели ничего внятно объяснить. Видимо, ждали Дуайта, который вводил новых ребят в курс дела. Боже, просить его проинструктировать Тристана сейчас было бы самой худшей идеей. — Нам нужно поговорить об этом. Сейчас, но не здесь, — произносит Дэвид, они и так уже устроили сцену перед всеми. Он кивает куда-то в сторону деревьев. — Д-да. — Стой, — Кинг спохватывается, замечая, как чуть трясутся плечи Дюбуа в тонкой, салатовой рубашке. Он почти уверен, что эта дрожь больше от пережитых эмоций, но стягивает с себя куртку. — Вот, согревайся. Дуайт открывает глаза, только когда Тристан застегивает на себе куртку, которую он сам часто накидывал на свои плечи. Ему нравилось наслаждаться теплом и незаметно вдыхать запах Дэвида: сочетание цветочного одеколона и лёгкого запаха табака… Тристан делает тоже самое и Фэйрфилд прекрасно его понимает. Он бы и сам сейчас не отказался от подобной заботы. Дюбуа приобнимают за плечи и уводят от костра. Больно бьёт осознание, что Дэвид даже не посмотрел на него. На миг у Дуайта всё тускнеет перед глазами. Он избегает чужих взглядов и на слабых ногах плетётся в противоположную сторону. Не хватало ещё при всех свалиться в позорный обморок. Стало невыносимо холодно. Это, мать твою, его мир, его чувства… и его куртка.

***

— Чёрт возьми… Дуайта накрывает снова и снова. Он прижимается лбом ко стволу дерева. Кора трещит и осыпается под ногтями, когда тот бездумно то стучит, то царапает её. Хотелось, чтобы весь этот лес сгорел до основания. О какой вечности можно было думать, когда здесь и сейчас человек, который настолько дорог Дэвиду, что тот подумывал набить его имя на своем теле? Спасибо господи, что одумался, одна только мысль об этом буквально приводила в ужас. Дуайт слышал столько историй и воспоминаний из его прошлого… которое уже не прошлое. Парень прячет лицо в ладони и тихо стонет, глаза невыносимо жгло. Хотелось ударить себя за то, что не был достаточно настойчив, но так он мог бы просто испортить всё ещё раньше. С другой стороны, почему он сейчас звучит так, будто у него больше нет шансов? Дэвид — живой человек, не вещь и не трофей, он способен сам решить. Только вот… на чаше весов человек с которым пробыл в аду пару лет, а с другим провел полжизни. Чаша с перевесом склоняется в сторону Тристана, и с этим ничего не поделаешь. Дуайт не может улететь на другой континент, напиться в баре, банально спрятаться у себя в комнате сославшись на болезнь. Если безвылазно торчать в лесу — это вызовет ненужные вопросы, грустно сидеть на бревне — подсядут поговорить, уйти от вопросов — дать повод для сплетен. — Блять… что мне делать… Вырывается у Фэйрфилда, когда он зарывается руками в волосы и опускает голову к коленям. Его невыносимо тошнит. В тот момент, как Тристан вошёл в мир Сущности, все истории Дэвида о прошлом — становятся его настоящим. Как друг, он должен быть счастлив за него, что тот перестанет тонуть в ностальгии, но они ведь больше, чем просто друзья. Дуайт мотает головой, теряясь в своих мыслях. Часто и глубоко дышит, из-за чего не сразу слышит приближающиеся шаги. Несколько человек. Слух стал настолько острым, что он без труда может расслышать практически любой звук издали. Ну, по крайней мере, те и не пытались быть скрытыми, да и было не сложно догадаться, кто пришёл к нему. — Так и знала, что ты здесь, — сказала Мэг. — Эй, поговори с нами, — поджимает губы Клодетт, кладя руку ему на плечо, и видя его состояние, добавляет. — Если хочешь. — Но даже не проси нас уйти, — предостерегает Джейк, облокотившись на ближайшее дерево. Фэйрфилд просто не в силах поднять голову, крепче обнимая колени руками. Не хочется волновать ребят, но он не был уверен, что разговоры — это сейчас то, что ему нужно. Отношения Дуайта и Дэвида обычно обсуждались между ними в шуточной форме и никогда серьезно. Потому что, когда они окончательно перестали собачиться и перешли к легкому флирту, любой день казался… сказкой? Все кто застал появление Дэвида, знают какие стычки у них были вначале. Много споров, чуть ли не драк, (в которых Дуайт бы не выстоял, но невольно нарывался), очень много действительно плохих слов… пока Дэвид не успокоился. Постепенно он стал принимать эту реальность, не быть одержимым возвращением и той жизнью вне мира Сущности. До этого он эгоистично полагал и вёл себя так, словно был единственным кому нужно было вернуться. Что ж, отчасти, теперь ясно почему. — Я не понимаю, — вдруг выдыхает Дуайт и кривит лицо. Остальные вздрагивают от того насколько это внезапно. Благо, в голосе не было слышно плаксивых ноток, лишь какая-то раздраженность и обида. — Она любит Дэвида больше всех или настолько сильно ненавидит меня? — Кто, милый? — непонимающе уточняет Клодетт, активнее поглаживая Дуайта по спине. Что угодно, лишь бы он не переставал говорить с ними. — Сущность. Она отправила сюда Тристана и мой костюм эльфа, какие другие выводы я могу сделать? Мэг первая прыскает со смеху, остальные обходятся улыбками. Было мило с его стороны, попытаться развеять обстановку. Томас подходит к Дуайту и присаживается перед ним, беря его ослабевшие руки в свои. — Мы бы с удовольствием выгнали его отсюда, но пока можем предложить только сжечь твой костюм. — Технически, можно не только его сжечь, — пожимает плечами Джейк. — Джейк! — восклицает Клодетт, хотя и против воли, её улыбка становится шире. Они ещё о чем-то шутят, Дуайт слушает краем уха и просто не может не усмехнуться. Поднимает голову и ловит на себе три пары глаз, что смотрят с такой заботой от которой щемит сердце. — Ребята, — он крепче сжимает пальцы Мэг, его плечи мелко подрагивают от волнения. Звучит он крайне неуверенно. — Ещё рано делать выводы, п-правда? — Конечно, — миролюбиво склоняет голову Клодетт, и с какой-то сестринской заботой, прижимается щекой к спине. — Вспомни того Кинга, который пришёл в наш мир и того, кем он стал сейчас. — Но… — Это был ты, — настаивает она. — Ты его изменил, своей добротой и терпением. — Да, между вами химия сильнее, чем в лаборатории, — хмыкает Мэг, будто произнесла что-то само собой разумеющееся. Фэйрфилд поджимает губы и легонько кивает. Пусть эти слова и были теми, что он так отчаянно желал услышать, но уверенность с которой они говорили — вселяет надежду. Он очень надеется, что они бы не стали ему врать. — С-Спасибо. Я люблю вас. — Мы тебя тоже, придурок, — смеётся Мэг, притягивая к себе Клодетт и Дуайта. После чего она кидает, косой взгляд в сторону их притихшего товарища. — А Джейк больше всех! — Отвали, — прокашлявшись, медленно хмыкает Парк, подходя ближе и со смущением присоединяется к общим объятиям. Дуайт наслаждается атмосферой вокруг, постепенно находя в этом умиротворение. Он обнимает ребят в ответ и смотрит на беззвездное небо, думая о том, что когда-нибудь всё наладится.

***

В другой части леса Дэвид сбивчиво рассказывает Тристану про мир Сущности. Тот будто слушает, но не осознает весь ужас ситуации в которую попал. Он появился сразу в лагере, Испытания ему только предстоят. Сейчас он больше занят наблюдением за Дэвидом, за его движениями, жестикуляцией… просто зачарованно смотрит на него всего. Кингу и самому сложно сосредоточиться на рассказе, зная кто перед ним. — Ты меня не слушаешь, — констатирует мужчина, наталкиваясь на смущённую улыбку собеседника. — Господи, ты как всегда невнимателен если тебе не интересно. Это у тебя ещё со школы, особенно мадам Эддерли охуевала с этого. Понимаю её. — Уж прости, не каждый день встречаешь призрака, — невинно моргает Тристан, напоминая, что Дэвид в их мире давно как не жилец. — Вообще-то, у меня была хорошая оценка по физике. — Хорошо списывал у меня, — гордо улыбается Дэвид, упирая руки в бока. — Но почему-то из нас двоих, тупым всегда считали меня. — Кому-то до сих пор не дают покоя слова тренера? — Дюбуа посмеивается в ладонь. — Как грязно, — лыбится Кинг, — Может мне стоит вспомнить как тебя обскакал сопливый Тимми на конкурсе в консерватории? — Oh, non! Ну вот это уже нечестно! Они громко смеются вместе. Да уж, им было что вспомнить. На какое-то время повисает приятная тишина, пусть в голове и крутилось множество вопросов. Тут даже не начнёшь с какого-то дежурного, вроде про погоду или работу, но Дэвид справляется, чтобы задать подходящий: — Ты добился того, чего хотел? — Кинг толкает мелкие камушки носком кроссовка. — Покорил Нью-Йорк? — Это не было моей целью, — качает головой Тристан. Он решает, что Дэвиду будет куда интереснее узнать ответ на кое-что другое. — Я недолго пробыл в Нью-Йорке. У нас не сложилось с Джонатаном, потому что я слишком часто думал о тебе. Так просто. Дэвид резко вдыхает. Честно говоря, он часто вспоминал о Тристане, и что было бы окажись он здесь тоже. Когда Кинг только попал сюда, погнавшись за видением — думал об этом сутки напролёт. Он так хотел узнать, чувствует ли Тристан к нему что-нибудь… всё оказалось проще. Дэвид сжимает кулаки. И он не может сказать, стало ли ему легче от этого признания. Это будто делало его самым счастливым и глубоко несчастным одновременно. — Я вернулся через три месяца в Манчестер, — Дюбуа смотрит на свои руки и растирает пальцы. — Расспрашивал о тебе везде, даже заходил в твой любимый бар. Надеялся, вдруг ты снова объявишься. — Рик наверное смотрел на тебя странно, когда ты заказал у него текилу с чаем, — Дэвид видит, как плечи Тристана вздрогнули и явно не из-за упоминания любимого напитка. Что-то не так. Плохое предчувствие неприятно сдавливает виски. — Что случилось? — Я не застал Рика. Он… умер спустя пару месяцев после твоего исчезновения, — говорит Тристан и Дэвида будто окатывает ведром ледяной воды. — В баре была потасовка, у одного из клиентов оказался при себе пистолет… Тогда погибло пятеро, я боялся, что ты был среди них. Мне очень жаль. — Пиздец, — Кинг проводит рукой по коротким волосам. Старина Рик… Он даже и подумать не мог, что подобное могло произойти с ним. Жизнь определенно «продолжалась», раз так, то ему следует узнать еще кое-что. — А… что мои родители? Они…? — С ними всё впорядке, — быстро произносит Дюбуа, судорожно думая о том, как сменить тему. Не успевает. — Они хоть искали меня? — вот этот вопрос. Дюбуа молчит и Дэвиду этого достаточно для выводов. Он невесело качает головой. — Ясно, ну я не сильно надеялся. Дюбуа лишь вздыхает и прижимается к его боку. Пока Дэвид был занят своими мыслями о предках и доме, Тристан играет с собачкой на молнии. В какой-то момент он поправляет куртку и чувствует шуршание во внутреннем кармане. Интересно. Любопытство сильнее скромности и Дюбуа подцепляет пальцами смятый лист. В сложенном вчетверо, с десяток раз заклеенной жёлтой бумаге он вспоминает свою записку с их урока литературы в школе. Ту которую не смогли отобрать хулиганы. Ту которую Дэвид хранил под сердцем столько лет. — Это… — лицо Тристана сияет. — C'est gentil. Ты такой сентиментальный. — Бля, спрячь обратно, — Дэвид краснеет и пытается отобрать записку. Тристан ловко отводит руку назад, чтобы столкнуться с Дэвидом лицом к лицу. Мужчина опускает голову и на мгновение теряет дар речи, мир вокруг становится бессмысленным перед этими серо-зелеными глазами. Как часто он мечтал о том, чтобы окунуться в них снова? — Боже, я так скучал, — Тристан обвивает руками шею Кинга. Что-то привычно чарующее было в его движениях. Сколько раз они так обнимались в подростковом возрасте за школой, в коридорах университета, в доме у Кинга после работы… и не только. Грустно, что всегда тайком по инициативе Дэвида, ведь он так поздно набрался смелости. — Я тоже. Искренне шепчет Кинг, беря его руку в свою. Пусть и тоска по Тристану ощущалась сейчас не так остро, как в первые месяцы заточения, но будто вернулось то давно прошедшее время. Годы вместе и день, когда он убежал с аэропорта в парк, следуя за видением, которое заманило в ловушку Сущности. Она прекрасно знала насколько Тристан ему дорог. Знала куда бить и на что давить. — Поцелуй меня, — едва слышно просит Тристан, прикрывая глаза и Дэвид наклоняется… но колеблется и не спешит касаться чужих губ своими. Несмотря на бурю эмоций, многое изменилось за прошедшие шесть лет. Тристан растерянно моргает, когда обычно несдержанный и порывистый Дэвид, не решается его даже поцеловать. Нонсенс. — Ты больше не хочешь меня? Кинг потирает переносицу двумя пальцами. Вдох-выдох. Эйфория проходит и всё вновь становится невыносимо сложным. — Хочу, просто… — говорит Дэвид, было видно как ему тяжело даются слова. — Сперва я должен с кое-кем поговорить и объяснить ситуацию. — О, — многозначительно округляет рот Тристан. Его светлые брови напряженно сходятся на переносице, а взгляд слегка отводится в сторону. — Так, ты встречаешься с кем-то? — Нет, — это была чистая правда, он действительно не встречался. Дюбуа издаёт расслабленный выдох. — Но… — Хорошо, тогда поговоришь позже, — перебивает Тристан, притягивая Дэвида к себе ближе. Памятуя о всех прошлых интрижках Кинга, волноваться было не о чем. Красивые глаза смотрят с таким желанием от которого перехватывает дыхание. Он так нужен этому человеку здесь и сейчас. — Дэвид, s'il vous plaît… Молящий тон наконец-то срабатывает, словно спусковой механизм. Дэвид шлёт всё к чёрту, поддаётся моменту и уверенно кладёт руки на талию Тристана, притягивая к себе. Углубляет поцелуй почти сразу, языки сплетаются воедино в каком-то диком танце. Воспоминания гоняют адреналин по телу, сердце колотится в груди, как сумасшедшее. В голове играет мелодия, которую когда-то для него написал Тристан. Соль-диез минор. Ми-бемоль минор… так давно это было. Кинг прижимает его к дереву, спускаясь поцелуями на шею. Дюбуа цепляется за него обеими руками, громко охает между поцелуями и исступленно шепча: «еще, еще…». Великоватая куртка соскальзывает с его плеча, когда Тристан юрко протискивает свои руки между ними. Оглаживает крепкий торс Кинга, задерживается на животе и медленным, завлекающими движениями опускает ладонь к его брюкам. Дэвид пытается отогнать возникший перед глазами образ Дуайта, который смотрит с грустью и жгучей обидой. Кажется, он разочарован в этом видении. «Перестань, я тут пытаюсь потрахаться» — Кинг зажмуривает глаза и только сильнее попадает в ловушку собственного разума. Хотелось неиллюзорно кричать и биться головой о стену, когда пряжка ремня оглушительно звенит. Он набирает в грудь побольше воздуха, чувствуя прикосновение к себе. Блять. — Давай остановимся, — на выдохе произносит Дэвид, отступая от Тристана на метр. Тот так и замер с зависшей рукой в воздухе, тяжело дышащий и с растрепанными волосами. — Ты шутишь..? Кинг открыл было рот, готовясь импровизировать в своём ответе… как вдруг чувствует спасительный холод по телу. При иных обстоятельствах, он был бы в бешенстве от двух Испытаний подряд, но теперь… Господь, он ещё никогда не был так рад его скорому началу. — Меня вызывают на Испытание. — А это нельзя отложить? — Дюбуа еле сдерживает нервозность, пока поправляет одежду и волосы. Попутно он пытается побороть возбуждение и вспомнить, что-то из лекции Дэвида на эту тему. — Теперь ты шутишь? — поднимает бровь Кинг, спешно застегивая ширинку и продевая ремень в петли. — Побудешь тут или хочешь познакомиться с… — Буду ждать тебя здесь, — без лишних раздумий, твёрдо говорит Дюбуа скрещивая руки на груди. Он пока даже не допускает и мысли о походе в лагерь без сопровождения Кинга. — Хорошо, — кивает ему Дэвид, чувствуя как тело медленно окутывает туман. Он не знает, что ещё добавить, поэтому оставляет быстрый, извиняющийся поцелуй на щеке Тристана. Тот прижимает ладонь лицу, наблюдая за непривычной картиной. Туман будто просачивался из-за спины Кинга, затягивая его, поглощая… Сглатывает. Страшно подумать, что и его может ждать нечто подобное. Неизвестность пугает. Без Дэвида лес вмиг стал мрачным и неуютным. А будущее представлялось неопределённым и пугающим.

***

Уже возвращаясь после Испытания, Кинг сталкивается взглядом с Микаэлой Рид и та манит его пальцем, хищно улыбаясь. Она быстро достаёт из колоды в руках какую-то карту. Дэвид присматривается и видит на изображении 5 мужиков, которые держат в руках какие-то палки. Девушка постукивает пальцем по пластику, а затем по своим устам. За время пребывания в этом мире они прекрасно научились читать по губам. Такие вещи, как и жесты не раз спасали их от смерти. «Пятёрка жезлов. Конкуренция, ревность, возможно драка.» Беззвучно произносит она и подмигнув, скрывается в лесу. Кажется, он слышит её заливистый смех. Чёртова ведьма.