Люция: Смерть и Перерождение

И эта ночь не могла длиться вечно: вскоре пришла пора мне вновь проститься с еще одним хорошим котом. —Жаль, что любому приключению рано или поздно настаёт конец, и наше, увы, не исключение. — глаза Цирилла наполнились искренней печалью. Все бумаги скрылись в сумке. Кроме одной. —Пока мы наслаждались беседой, я успел написать пару строк. Они посвящены вам и вашему героизму. Не могу обещать, что они достаточно хороши, но эти слова струились прямо из моего доброго сердца. Церилл неуверенно протянул красиво исписанный обрывок листа. —И прошу простить за ужасную подачу. У меня совсем заканчивается бумага. Вдруг ветер выхватил листок и взметнул ввысь, к острым ветвям и бескрайнему небу. Лапки Цирилла неуклюже резали воздух в попытках поймать неугомонный стих. Наигравшись с нервами бедного поэта, листок наконец устало спустился в грязь. Охнув, кот бросился спасать его, попутно что-то бубня. Характерный свист проводил его в забытьё, раздался громкий удар и поэт свалился с лап. Моя тень накрыла беззащитного кота пуховым одеялом. Жезл потух и исчез из лап. Когти уперлись в нежную кожу под слоями пушистой бурой шерсти. Его грудь, то вздымаясь, то опадая, напомнила мне белую грудку Санто. Последний миг, в который я помнила его еще живым. Вторая лапа целилась в бурую шею, готовясь вручить гибель хладнокровно и быстро. Раньше я не размышляла о смысле моего существования — надобности не было, всегда находились какие то другие развлечения, да и этот вопрос не нуждался в ответе. Все без того казалось ясно как день: ты — демон, значит, несешь разрушения, страх и смерть. Но последний год пошатнул мою уверенность в этом и я начала спрашивать себя о вещах, которых раньше не касалась. Но даже когда все казалось потерянным, меня поднимала надежда, вера в то, что все пройдёт и я вернусь к нормальности. Стоя, нависнув над Сериалом, я поняла свою беспомощность. Ужасное чувство. Теперь то стало очевидно, что так я не справлюсь, не смогу стать счастливой. Никогда. Какая разница, откуда жалость и слезы, если они не собираются уходить? Как с этим жить? Злые горячие слезы хлынули ручьями. Они не имели права быть, как и я. Деревья отступали, звёзды тлели в синеве небосвода. Я тёрла глаза, поглядывая на Цирилла. Чары надолго сковали его сознание, он не мог проснуться до утра. Я поднялась, когда портал сам явился ко мне. Он был похож на красный глаз отца. Меня уже ждали.