Холтрейн.

      Ёну нравится ходить по магазинам, нравится модничать, дарить окружающим свою красоту, нравится оставаться в голове, оседать молочным улуном на языке. А Джей, а Джею просто нравится наблюдать за Ёном, нравится созерцать счастливое лицо своего возлюбленного, когда тот выпил свой до жути сладкий кофе или улыбку, когда Джей купил им парные кольца.              Джей старается жить этим потрясающим моментом, ценя каждую милисекунду рядом.              — Я люблю тебя, — щебет блондин, целуя щетинистую щеку Джея, устраиваясь меж его колен.              — Ты же знаешь, насколько это взаимно?              — Это то, что я хотел услышать, — произносит Ён, рассматривая серебренное кольцо на левой руке — лунный месяц. Блондину явно пришлось по вкусу. Он любил ночь, любил ночные мысли, любил романтичную атмосферу.              — Только через год я говорю это искренне впервые, — Джей едва сдавливает любимую талию — и, я правда рад.              — Это всё моё обаяние и хороший юмор.              — Ты важнее этого, — Ён, тихо хихикая, поднимает голову и кусает того за шею.                     Я никогда не искал себе так называемую любовь, в которую отчаянно верят люди, даже не умея конкретно описать то, что они испытывают. И мне безумно нравилось именно это. У всех она разная. Почему же человек может дать примерно одинаковую характеристику гневу или радости, но не может дать любви? Настоящая любовь — наркотик, и нужны такие отношения, которые не приведут к передозировке, а заставят получить экстаз.              Я его получил.