Wrapped up in You

Оглядываясь назад, можно сказать, что утро прошло слишком хорошо, чтобы Чуя поверил, что у него действительно получиться провести идеальный день, но он понял это слишком поздно, надеясь, что карма наконец-то благословила его. В конце концов, бариста правильно произнес его имя, поезд пришел вовремя, и он успел попасть в кафетерий на обед до того, как там распродали тендеры, несмотря на насмешки коллеги о его поспешности. Он прекрасно понимал, что это переработанный мусор, а мед в кляре был имитацией, но на вкус они были хороши и продавались быстро, тем более когда он целое утро удерживает детей с липкими пальцами от лапанья стекла, при этом не теряя самообладания, он считает, что вполне заслужил такой «завтрак». Карма, однако — пиздеж, и Чуе не повезло даже найти мелочь на тротуаре. Он бы смирился с тем, что промокнет под дождем, с большой задержкой поезда, он бы даже смирился с тем, что дома отключат электричество и он потеряет все до последнего кусочка только что купленной еды. Черт, да он бы предпочел прийти домой и обнаружить, что все до единого предметы одежды испорчены в результате несчастного случая. Любое из этих бедствий было бы предпочтительнее, чем сумасшедший, бродящий по задней части террариума рептилий. — Эй! — Крикнул он человеку, склонившемуся перед вольером Реджи, бурманского питона с мягким характером. Чуя смеялся над теми, кто говорил, что у рептилий нет характера. Он работал с ними достаточно долго, чтобы знать все причуды каждого из них. — Вам нельзя там быть! Мужчина встал и посмотрел на Чую ровным взглядом, а затем улыбнулся, его глаза засветились жутким энтузиазмом. Он был выше его, не такое уж и большое достижение, но даже у Чуи было больше мышц, чем у незваного гостя. Его худые руки были обмотаны чистыми белыми бинтами, которые заканчивались на запястьях, а на шее рыжий разглядел еще больше бинтов, что заставило Чую стиснуть зубы. Его одежда была чистой, но слишком большой, по крайней мере, на два размера. — Этот питон убьет меня? — Чего? — Этот питон убьет меня? — повторил он, медленно произнося слова со странной причудливой улыбкой. — Отойди от него. — рявкнул Чуя. — Ты хочешь быть раздавленным насмерть? — Он был уверен, что сможет одолеть этого человека в драке, но ему не хотелось суетиться и рассказывать в зоопарке, что он ударил посетителя. Опять. — Я бы предпочел быстродействующий яд, — предложил мужчина. — Но нищие не выбирают. Он повернулся и медленно погладил пальцами стекло, с любопытством разглядывая змею. Чуя вздохнул. Похоже, для незваного гостя это было игрой, и он решил, что лучше всего будет подыграть ему, пока он не найдет кого-нибудь, может быть, Оду, кто поможет отвадить этого психа от его подопечных. Таким образом, Чуе не придется иметь с ним дело, и он сможет убедиться, что этот псих не поднял руку ни на одну змею. — Если Реджи убьёт тебя, одна только бумажная волокита станет кошмаром. К тому же, знаешь, ты оставишь мне труп. — Я помогу тебе заполнить их, прежде чем он убьёт меня, если это означает, что ты не будешь мешаться. — Ответил он, обнажив зубы в попытке ухмыльнуться. Это только усилило раздражение Чуи. — К тому же, конечно, я достаточно мал, и он может меня съесть, так что не придется беспокоиться о трупе. — Боже, нет, какого хрена?! — спросил он и подошёл, встав между сумасшедшим и Реджи, свирепо глядя на него. Он слегка покачивался на пятках, готовый мгновенно броситься на психа. — Это не самый хороший опыт для него. — Он огромный. Готов поспорить, он с удовольствием перекусит человечиной. — Глаза мужчины казались благоговейными, когда он смотрел поверх головы Чуи на змею. Он чуть не ударил его тут же, и только тот факт, что этот мудак был достаточно близко к другому вольеру, чтобы приземлиться на него, сдерживал гнев Чуи. Его пальцы подергивались от желания. — А как же… дурная слава? — Чуя хватался за что угодно, лишь бы отвлечь этого человека от мысли позволить змее убить его и уйти из пространства Чуи. — Люди выследят Реджи или любых других змей здесь, если они убьют тебя. Некоторые из них находятся под угрозой исчезновения! Мужчина пренебрежительно махнул рукой и подошёл к другому ограждению. — Я оставил предсмертную записку, которая полностью снимает вину со змей. Я хочу, чтобы они убили меня. Чуя закатил глаза и фыркнул. Он псих, несомненно, и тот, кто только что лишил Чую последнего самообладания. — Тогда спрыгни с сраного моста, придурок, и прекрати меня доставать! Я тебя и близко не подпущу к моим змеям! Мужчина удивлённо раскрыл рот, и смотрел на Чую так, словно тот только что подошел и швырнул его щенка через весь парк. — Но я, конечно, не хочу, чтобы это было больно! Вот почему я ищу ядовитую змею, чтобы меня не раздавили насмерть! Быстрое, чистое и безболезненное самоубийство. Чуя почувствовал, что у него в мозгах произошло короткое замыкание. — Ты же знаешь, что укус ядовитой змеи — это больно? Место укуса распухнет и станет очень болезненным задолго до того, как убьет тебя. На самом деле, все змеи убивают медленно и мучительно. — Ну, это нехорошо. — Пробормотал незваный гость, потирая подбородок. Тем не менее, он больше не разглядывал все вольеры вокруг, а нахмурился, глядя прямо на Чую. — Наверняка у тебя есть одна змея или несколько, которые сделают это быстро и безболезненно? Чуя фыркнул. — Если такая змея и существует, то её еще не нашли. Псих долго смотрел на Чую. На долю секунды он понадеялся, что на этом дело и закончится, что, возможно, не ударив этого идиота по лицу, он заработал себе немного плюсиков в карму, которая вышвырнет этого человека к черту с его рабочего места. Затем незваный гость ухмыльнулся и откинул крышку с контейнером гадюки Мамуши, которую Чуя держал на лабораторном столе, схватив ее, прежде чем рыжий успел повалить его на землю и избить до полусмерти. Мужчина вскрикнул от шока, а Чуя тремя резкими движениями вырвал гадюку, затолкал ее обратно в бак и скрутил придурка так, что его рука оказалась намного ниже сердца. Он нащупал в кармане телефон, пока псих хныкал. Чуя безжалостно сжал руку и заработал себе вопль. — Да, здравствуйте, это Чуя Накахара, — сказал он низким голосом. — Одного из моих волонтеров укусила гадюка Мамуши. У нас есть противоядие, и я скоро введу его. Да, пришлите скорую помощь, дом рептилий. Пожалуйста, будьте осторожны, спасибо. Он повесил трубку и прорычал: — Ты так и будешь валяться тут? Чуя и мужчина встретились взглядами, и на мгновение в глазах идиота мелькнула чистая паника, а затем она сменилась тупым и не читаемым выражением, которое властвовал в его глазах. — Больно, –хныкал он, хватаясь за руку. — Очень больно. Я не хочу, чтобы было больно. — Я же предупреждал тебя, что будет больно. — Ответил Чуя без малейшего намека на сочувствие. — Не двигайся, я пойду принесу противоядие. Он отошел, схватив лекарство и шприц, прежде чем вернуться. — Я знаю, — пробормотал психованный. — Я думал, ты просто говоришь это, чтобы я не умер из-за тебя. Чуя фыркнул. — Я говорил это, чтобы ты не умер из-за меня. Просто так получилось, что это правда. Дай мне свою руку. Идиот, конечно, не дал, поэтому Чуя задрал рукав и убрал несколько бинтов, чтобы можно было аккуратно сделать укол. Он ввел инъекцию, получив вздох, почти такой же болезненный, как при укусе. — Ты просто трепло, верно? — Ты не похож на эксперта по змеям. — Ответил мужчина, игнорируя замечание Чуи и жестом указывая на его одежду. Он глянул на свои черные джинсы и серую футболку. Его рабочая форма в лучшем случае походила на повседневный панк, их заботило только то, чтобы он носил жилет, когда общался с гостями. — Разве ты не должен быть одет в хаки? Мужчина сильно потел; Чую уже кусали раньше и он знал, как это больно. Псих почти рассеянно прислонился своим весом к нему, костлявый и удивительно холодный в руках Чуи. — Не очень сочетается с моим цветом лица. — Криво усмехнувшись, ответил Чуя, чем вызвал болезненную усмешку. Они просидели в тишине всего десять секунд, но Чуя уже подумал, что психованный на мгновение потерял сознание от боли. — Я просто хотел умереть, — прошептал он, уронив лицо в ладони. — Ты мог просто уйти. Чуя поджал губы и слегка усмехнулся. Ровное дыхание мужчины принесло ему небольшое облегчение, но он мог сказать, что его тело всё ещё терзала сильнейшая боль. Было достаточно просто солгать, что этот человек — добровольный кормилец, который случайно напугал змею, когда Чуя застал его врасплох. Эта ложь также позволила ему поехать с ним в машине скорой помощи, он передал медикам всю необходимую информацию, а также досье на змею. Псих подсказал только одно, когда Чуя споткнулся на информации о своем «добровольце». — Дазай Осаму. — Пробормотал он, сжав челюсть, что было единственным признаком агонии, через которую он все еще проходил. Затем, когда врач скорой помощи достал успокоительное, он пробормотал: — Надо было отпустить меня. Чуя взял его руку и неловко сжал ее. Взгляд мужчины на мгновение метнулся к его глазам, прежде чем снова соскользнуть в сторону, но не раньше, чем Чуя наконец уловил в нем намек на свет. — Ни за что, псих.