Мой Создатель

Всю следующую неделю они провели в дороге. На ночь останавливались в опрятных постоялых домах, а днем Миша и Диего тряслись в закрытой карете. Их сопровождающие ехали рядом верхом. Но даже в таком ограниченном пространстве, кое-что об этом мире Мише удалось узнать. Например, что сейчас он находится в государстве под названием Асмор, которое занимает целый континент. Асмор славится своей боевой академией, в которую приезжают учиться и из других стран тоже, и теплым климатом, поэтому на побережьях много курортов. Диего закатывал от восхищения глаза, рассказывая о вкусностях и красивых цветах, которые там растут. Магия в этом мире делилась на четыре элемента -- земля, воздух, вода и огонь. Магов легко отличить друг от друга по цвету волос, так как сила окрашивала их еще в утробе. Следовательно, зеленые волосы Мишеля явно указывали на то, что он обладает магией земли. В проплывающем мимо пейзаже не было ничего интересного, да и у Миши не было много времени, чтобы пялиться в окно. Диего постоянно совал ему в руки книги и заставлял читать. Как оказалось, это были душещипательные романтические истории, от которых иной раз сводило зубы. И вот именно оттуда Мишель узнал, что отношения между мужчинами здесь не просто норма, а единственно возможный вариант. Так как женщины не выходили замуж и не строили никаких отношений с сильным полом. В романах их присутствие было достаточно завуалировано, и необходимо было лишь в тех моментах, когда главные герои -- как правило милый беспомощный маг земли и бравый воин с любой другой магией -- решались завести ребенка. "Никогда не думал, что подобное чтиво может быть полезно." -- недовольно думал Мишель, перелистывая очередную страницу. "Получается, что женщины в этом мире все же есть... Но где они?" За все время поездки ему так и не встретилась ни одна девушка. Или бабушка. Или даже девочка. В городах и поселках, где останавливался экипаж Мишеля, всегда были только мужчины. И это сбивало с толку. Догадка о том, куда его забросило, получила несколько подтверждений, но этот момент с отсутствием женщин ломал всю логику. И Мишель чувствовал себя в тупике. Голова пухла от разного рода мыслей, а необычно тихое поведение мальчика заставляло его сопровождение приглядываться тщательнее. Но Мишель ничего не мог с собой поделать. Он был рад, что теперь может свободно двигаться, и был не против снова пережить детство и юность. Но ощущение неправильности и напряжения от того, что все вокруг воспринимают его не просто мальчиком, а будущим "младшим", не давало расслабиться и наслаждаться полученным шансом. "Теперь хотя бы понятна реакция Илде. Если маги земли здесь исполняют пассивную роль, то любые намеки на дружелюбность могут быть расценены как флирт..." -- думал Мишель, разглядывая командира своей охраны. Этот бугай с каждым днем становился все угрюмее, и мальчик старался держаться от него подальше. Так что спустя неделю он был очень рад, когда они наконец-то добрались до места назначения. Академия Садов имени Святой Тефании пряталась за высокими каменными стенами, на которые не так-то просто было влезть. По всему периметру передвигались высокие плечистые мужчины, и зорко следили за безопасностью тех, кто поступал в это учреждение. Каждому из них строго-настрого было запрещено приближаться к ученикам. А все было очень просто. В этой академии получали знания юные маги земли из числа аристократов. Здесь они заводили полезные знакомства, изучали много всевозможных дисциплин и учились пользоваться своей силой. Но главное не это, а то, что все обучающиеся здесь маги готовились к роли младших мужей. А Сады в народе прозвали Академией женихов. Все это Мишелю рассказал Диего, заплетая ему сложную косу в день поступления. Диего вообще любил поболтать, и напоминал своим поведением женщину. Он трогательно трепетал ресницами, когда Илде-тан подавал ему руку при выходе из кареты, жеманно поправлял свои волосы и всегда имел при себе небольшой бархатный ридикюль, полный всевозможных мелких необходимых вещей. Дорогу от постоялого двора до академии Мишель и его сопровождающий проделали все в той же карете. Поэтому мальчик (Миша все же старался думать о себе именно как о мальчике двенадцати лет) смог увидеть главное здание только тогда, когда ему помогли сойти на землю. Академия пряталась не только за высоким забором, из-за которого нельзя было ничего разглядеть, но и за пышным аккуратным парком, полным цветов, деревьев и кустов. Само здание было выложено из красивого зеленоватого камня с желтыми прожилками, и обильно украшено мраморными статуями и лепниной. Миша даже залюбовался, задержавшись у входа. -- Поторопитесь, мой господин, -- позвал его Диего, с улыбкой и умилением глядя на своего подопечного. Сам он окончил эту академию давным-давно, но сердце все еще щемило при виде родных стен. После сдачи всех документов и сопроводительных писем их быстро разместили в общежитии. Для Миши стало неожиданным то, что Диего не останется с ним до конца учебы. Он уже успел привязаться к болтливому слуге. Так же удивление вызвало наличие соседа. Почему-то Миша был уверен, что аристократам полагается размещаться поодиночке. Но в апартаментах, куда их поселили, помимо гостиной было также две спальные комнаты, с отдельными небольшими ванными. Его соседом оказался хрупкий и тонкий мальчик с широко распахнутыми ясными глазами и трогательными зелеными кудряшками. Он сидел в гостиной на диванчике и осторожно, мелкими глоточками, пил чай из изящной фарфоровой чашечки. На вид мальчику было не больше восьми лет, но Миша уже знал, что в академию принимают только с двенадцати. Как только Мишель и Диего вошли в комнату, мальчик тут же вскочил на ноги, едва не опрокинув на себя чай. В глазах его мелькнул испуг, и чтобы скрыть его, мальчик торопливо склонился в вежливом поклоне: -- Приветствую вас, -- пискнул он, нервно поправив бантик на своем камзоле. – Меня зовут Энджи Руис, я сын барона Ортега. С сегодняшнего дня мы будем жить вместе, -- на последнем слове мальчик вдруг запнулся и покраснел. – Н-надеюсь мы подружимся… Под конец его голос почти стих, но Мишель все же сумел разобрать сказанное. Вежливо улыбнувшись, он подошел ближе к ребенку и протянул руку: -- Очень приятно, Энджи-тин. Меня зовут Мишель Гарсия, младший сын графа Дельгадо. Я тоже надеюсь, что мы сможем подружиться. Услышав эти слова, мальчик просиял, широко улыбнулся и утвердительно кивнул головой. На руку он не обратил никакого внимания, и Миша неловко убрал ее за спину, не зная, что делать дальше. Но Энджи решил все за него. Усадив своего соседа на диван, он достал еще одну чайную пару и самостоятельно разлил по чашкам напиток. Мишель было испугался, что мальчик перевернет слишком большой для его ручек заварник, но Энджи справился. Несколько минут они молча наслаждались чаем, пока в их комнатах раскладывали вещи слуги. Мишель видел суетливого зеленоволосого юношу, который выглядел намного моложе Диего. Тот несколько раз выскакивал в гостиную, проверяя своего господина, и каждый раз шумно выдыхал от облегчения. -- Кажется, за тебя очень беспокоятся, -- прервал тишину Мишель, когда это случилось в пятый раз. Энджи-тин кивнул, покраснев кончиками ушей. -- Я очень много болел в детстве. Мой папочка не хотел отпускать меня в академию, когда пришло время, потому что боялся, что здесь мне не успеют оказать помощь, если что-то случится. Но мои приступы случаются не так уж и часто, к тому же, без образования мне не удастся найти себе подходящую пару, поэтому отец его все же сумел уговорить. -- Приступы? – осторожно спросил Мишель. -- Да. Иногда… -- Энджи чиркнул по краю чашки ногтем. – Иногда я начинаю задыхаться. Ни с того ни сего. Горло сжимается, и я не могу сделать ни вдоха. Но не волнуйся! – развернувшись в сторону Мишеля, мальчик лучисто улыбнулся: -- Это случается не очень часто, и я точно знаю, что делать в таких случаях. «Похоже, у него на что-то аллергия…» -- подумал Мишель, допивая свой чай. «Знать бы еще на что, чтобы избежать этих ситуаций.» В тот день Мишелю не удалось посетить библиотеку. Весь день прибывали новые ученики, и по всему общежитию царила уютная суматоха. Юные маги земли знакомились друг с другом, часто было слышно громкий заразительный смех и непринужденную болтовню. На ужин Мишель и Энджи пошли в общую столовую. У первогодок оказался отдельный стол, за которым сидело чуть больше сорока мальчишек. Каждый из них был разодет во всевозможные рюшечки, бантики и украшения с камнями и жемчугом. У Мишеля в глазах зарябило от такого обилия красоты. Сам он был одет в достаточно сдержанный костюм, который ему нравился гораздо больше павлиньих нарядов, в которые его старался облачить Диего каждое утро. И теперь, глядя на собравшихся здесь сияющих мальчиков, Мишель невольно засомневался, не будет ли он сильно выделяться со своими предпочтениями. Но даже не смотря на явную невзрачность наряда Мишеля, приняли их с Энджи очень радушно. Первогодки были воодушевлены первым своим днем в академии, новыми знакомствами и тем, что они впервые покинули отчий дом. Все остальное их пока мало волновало. Вечер прошел в теплой душевной компании. А утром всех учеников выстроили перед главным зданием для церемонии поступления. Директор произнес трогательную речь о предназначении магов земли, целях академии и общих правилах, но его слова внимательно слушал, кажется, только Мишель. А говорил директор странные, но любопытные вещи. Академия Садов подготавливала из магов земли младших женихов. И в первую очередь им предполагалось прививать послушание, вежливость и особые навыки. Какие именно, Мишель не понял, но надеялся разобраться уже в процессе. Пробухтев обязательную часть церемонии, директор развернул длинный свиток и стал по очереди вызывать к себе первогодок. После этого, насколько сумел разглядеть Мишель со своего места, он пожимал руку вызванному мальчику, и отпускал его на место. К тому моменту, как подошла очередь самого Мишеля, были вызваны почти что половина мальчишек. Подойдя к директору (имя которого так и не запомнилось) Мишель вопросительно посмотрел на красивого старого мужчину, чьи зеленые волосы уже стали очень светлыми, и протянул навстречу руку. Директор же обхватил его запястье и что-то шепнул себе под нос. После этого запястье на мгновение кольнуло, а директор отпустил Мишеля и вызвал следующего ребенка. На запястье отпечатался четкий след из тонкого зеленого стебелька с острыми вытянутыми листьями. Мишель встал рядом с Энджи и внимательно рассмотрел полученный рисунок. -- Это знак того, что ты являешься учеником Академии Садов, -- шепнул ему сосед, светло улыбнувшись. – Мне папа рассказывал, что с каждым годом обучения на стебле будут распускаться бутоны. -- А что потом? -- Ничего, -- пожал плечами мальчик. – После выпуска знак пропадает. После церемонии поступления первогодкам провели ознакомительную экскурсию, рассказав, что и где находится. И Мишель еле сумел дождаться вечера, чтобы оказаться в библиотеке.

***

Спустя примерно неделю нахождения в Академии Мишель сумел выяснить для себя основные моменты. И это знание его несколько обескуражило. Мир, в котором он оказался, назывался Аспана. Создал его, как гласят легенды, Странствующий Бог, давным-давно покинувший свое творение. Культ Креадора (так называли здесь этого бога) уже много столетий как распался, и сейчас о нем почти никто не упоминал. Вся планета была покрыта бесконечными океанами, и существовало всего семь континентов. Шесть из них принадлежали мужчинам. И только один был полностью заселен женщинами. Тот континент назывался Мухер. Женщины никогда его не покидали. Они были абсолютно отделены от политики остальных континентов-государств и никогда не участвовали ни в каких конфликтах. Только раз в год женщины позволяли мужчинам ступить на свой берег. Делалось это исключение только для супружеских пар любых сословий, желающих получить ребенка. Мальчики отдавались счастливым родителям, а если рождалась девочка, то пара считалась благословленной богиней и им выплачивалось солидное вознаграждение. Континент, на котором оказался Мишель, был четвертым по влиянию в мире. Но все это было не так удивительно для Миши, как то, что этот мир создал… Он сам. Примерно два года назад или около того, как раз перед тем как попасть в больницу. Миша собирался написать приключенческую историю о великом герое из этого мира, но не успел. Сходилось все – и количество континентов, и цвет волос у населения, зависящий от магии, и названия. Однако женщины... Этого не было в его замысле. В мире, который придумал Миша, девушки были равноправными членами общества и наравне с мужчинами могли держать меч или владеть магией. Да и маги земли не были таким редким явлением, чтобы со всего континента собралось от силы полсотни на весь поток. Что могло произойти такого, чтобы мир, существовавший лишь в голове Миши, так изменился без его ведома? Почему все забыли о своем Создателе? Как так? Ведь все эти детали были только в его голове. Мишель даже не особо задумывался, воображая этот мир. И вот теперь он здесь, в теле совсем юного мага земли, в мире, который сам же и придумал. Мало того, по достижении совершеннолетия "родитель" подберет ему подходящего мужа. Старшего. То есть того, что будет его… Нет! Мишель тряхнул головой, отвлекаясь от злящих его мыслей и пытаясь сосредоточиться на крайне нелепом предмете, который преподавал первогодкам дородный младший с заколотыми в пучок волосами. -- … и таким образом вы сможете вырастить самые вкусные апельсины! – профессор взмахнул рукой над растением, и то стремительно начало увеличиваться в размерах, на глазах распуская белые цветы. Первогодки восхищенно ахнули и столпились вокруг стола преподавателя. Мишель же только глянул издалека и снова отвернулся к окну, откуда светило еще по-летнему теплое солнышко. -- Мишель-тин! – позвал его профессор, поправив на переносице прямоугольные очки с длинными золотыми цепочками. – Вам не интересно? Учтите, я буду спрашивать это на экзамене. Вздохнув, мальчик нехотя встал со своего места и подошел ближе, чтобы послушно пялиться на вкусно пахнущее цитрусом растение. Ссориться с преподавателем в первую же неделю не хотелось. Вот только не успел он сделать и двух шагов, как вдруг его сосед, Энджи, внезапно схватился за горло и захрипел. Мишель уже видел подобное. В той, прошлой своей жизни. Тогда он четко запомнил одно, что не нужно паниковать и суетиться. И что при приступах необходимо использовать специальный ингалятор. Но здесь царило подобие средневековья, и никаких ингаляторов точно нет. Но лекари ведь как-то спасали мальчика всю его жизнь? Именно эта мысль и всплыла в голове Мишеля за доли секунды. Больше он не размышлял. Не обращая внимания на заголосивших первогодок и побелевшего преподавателя, Мишель подхватил Энджи на руки и изо всех сил побежал в сторону медпункта. Мир смазался в одну сплошную линию, в конце которой Миша видел свою цель. Мальчик на его руках пытался схватить воздух ртом, но у него это плохо получалось. Влетев в светлое помещение, Мишель успел только крикнуть: -- Лекаря! – и тут же сам рухнул в темноту. Все же сил у этого тела было не слишком много.