Мой Создатель

Волны накатывали, доставая почти до самой груди, и тут же бежали назад. Креадор стоял, наблюдая за медленно катящимся с горизонту солнцем и довольно щурился, раскинув руки в стороны. Сила наполняла его тело, весело бурлила по венам и искрами звезд вспыхивала в глазах. Создатель, вернув почти всю свою силу и воспоминания, впервые за последнюю тысячу лет наслаждался собственным миром. Аспана была его любимым единственным творением. Когда-то давно. Он был здесь постоянно, ни на минуту не отлучался и совал свой нос во все мало-мальски важные происшествия, направляя и исправляя свой мир. А потом... Потом пришла скука. Верная спутница всех Вечных, она закрывала от взора бога все прекрасное, что он создал, заставляя видеть мир в сером цвете. Аспана превратилась в обыденность, рутину, повинность, но не приключение, как он мечтал, создавая ее! И тогда Креадор ушел. Бросил свой мир, а сам стер себе память и воплотился в другом мире — простым человеком. Потом еще и еще. Изредка все же приходилось наведываться в Аспану, чтобы подпитать ее божественной силой. Без этого мир перестал бы существовать, а бог этого почему-то не хотел. Последний свой визит он запомнил надолго. Война магов. Раскол. Сгустившиеся над семью континентами тучи из отчаяния, боли и смерти. Аспана умирала на его глазах, тонула в людской ненависти. И виной всему стали... женщины. Когда Креадор раздал мужчинам силу четырех стихий, женщин он обделил магией, но дал другой дар. Тот, что должен был защищать, направлять, предупреждать, но никак не использоваться в войне! Тайный дар, говорить о котором с мужчинами было строжайше запрещено. Каждая женщина, в тот момент, когда в ее теле зарождалась новая жизнь, получала дар предвиденья. И могла пользоваться им до самых родов. Креадор тогда еще не понимал, что люди — своевольные и опасные создания. Это потом, спустя тысячи перерождений, он собрал о них достаточно информации, чтобы осознать свою ошибку. А в тот момент он думал, что это прекрасная идея. А если что-то и случится — он же всегда рядом, исправит, если что! Его ошибка стала началом войны. Одна из женщин проболталась. Ее муж был простолюдином, но в ночь, когда они зачали своего первенца, она увидела золотой венец на его голове и мантию правителя на плечах. На радостях она поделилась видением с мужем, но тот ей не поверил. А вскоре выяснилось, что мужчина оказался бастардом короля, у которого не оказалось ни одного законного наследника. Тогда-то все и завертелось. Осознав, какая сила таится в женщинах, маги объявили на них охоту. Не многим, очень не многим удалось скрыться, не попасть в закрытые заведения, подконтрольные властьимущим. Те же, кому не повезло оказаться в лапах магов, потеряли право на собственные желания и стали рабынями, обязанными рожать, рожать и рожать. Креадор был в ужасе. Он долго думал, как же теперь все исправить. Вмешиваться напрямую было опасно — его уже считали проклятым богом. Никто не стал бы его слушать, а мир погрузился бы в еще больший хаос. В конце концов он принял решение, которое ему не нравилось, но которое казалось самым безопасным. Он был вынужден наказать женщин. За то, что обеты, данные перед его ликом на заре времен его первыми созданиями, были нарушены. Люди потом назовут это Исходом. О существовании портала, спрятанного в старом храме в Сиенагской топи, там же где и сердце Аспаны, Креадор поведал немногим девушкам. Приходилось приглядываться, прислушиваться к голосу души каждой, прежде чем открыть эту тайну. Чтобы история не повторилась. Людям он больше не доверял. Перенеся на Мутхер всех, кого смог собрать, Креадор запечатал континент. Он объявил, что женщины отныне не могут покидать этот клочок земли, в наказание за разглашение тайны своего дара. Континент официально стал тюрьмой, но он же был и единственной защитой, которую мог дать ослабевший бог в тот момент. Те же, кто остались в шести королевствах, лишились возможности родить. На это наказание пришлось потратить слишком много сил. Поэтому, чтобы восполнить их, Креадор был вынужден вновь стать человеком. А с проблемами думал разобраться потом, когда будет в состоянии это сделать. Вот только он не учел, что время в разных мирах течет по-другому. Так что, проживая свои тридцать лет земной жизни, бог пропустил тысячу — в Аспане. И ведь он чувствовал, что что-то не так! Что маги земли начали вырождаться, что исход женщин пошатнет и так страдающую демографию мира, что... да много всего! Аспана тянула своего Создателя обратно, напоминала о себе. Ведь будучи Мишкой, он почему-то решил написать роман, и даже придумал для него прекрасный солнечный мир на семи континентах. А после и вовсе притянула душу, еще не успевшую осознать себя как Креадора, в тело Мишеля. Ему повезло, что культисты к тому моменту были почти уничтожены. Но он не учел, что даже тех крох информации, запрятанных в академии св. Тефании, хватит для того, чтобы смутить один единственный разум. Как бог сумел выяснить позже, Диего и остальные так и не узнали о существовании дара предвиденья у женщин. Луис говорил правду, и государственная тайна оставалась тайной. Но это не мешало культистам попробовать захватить континент, полный женщин. Единственных, кто дарует жизнь новому поколению. Пошевелив пальцами ног, наслаждаясь щекотными прикосновениями рыб, бог опустил руки в воду и обернулся к берегу. Он вспоминал все, что случилось с ним в его последнюю жизнь как человека. Хорошее и плохое. Друзей и врагов. Моменты силы, и моменты слабости. И на лице сама собой появилась улыбка. В тот день, когда его убили и воспоминания вернулись, пришлось в спешке делать слишком многое. Люди видели возвращение бога, вырвавшегося из плена культистов, и скрыть такой выброс силы не представлялось возможным. Поэтому прямо там, под звуконепроницаемым куполом, Креадор назначил нового верховного жреца. Именно он должен был нести правильную, нужную информацию о Создателе Аспаны. Так сказать, поработать PR-менеджером бога. И выбор пал на Джилл, как самого харизматичного и влиятельного из всех. Бог даже коснулся лба своего избранника губами, оставив на нем божественную метку, чтобы никто даже не подумал оспорить это назначение. Конечно, пришлось выслушать целую лекцию о том, куда Креадору/Мишелю стоит сходить, и сколько необычных разумных (и не очень) затейников его там ждет. Очень ждет. Выслушав эту поистине любопытную речь, бог с улыбкой отказался, а вот младшему принцу отвертеться не дал. Все остальные торжественно были объявлены младшими жрецами, в чьи обязанности входила помощь новоявленному Верховному. Тогда Креадор впервые увидел, как расплакался Филипп. Хмурый сильнее обычного Винс нерушимой стеной возвышается за ним, хотя и в его глазах мелькало растерянное выражение. Еще бы, первый год не успели отучиться, а уже потеряли двух товарищей. Хуго в той мясорубке пропал. Никто не видел его тела, но и живым он никому не попадался. Мишель же официально умер. Многие видели клинок, воткнутый в его грудь, и то, как его тело развоплотилось. Поэтому вернуться в академию бы не получилось. Но Креадор и не собирался. Слишком много еще предстояло сделать чтобы вернуть баланс миру. Предстояло разобраться не только с источниками силы магов земли, но и с тем, как безопасно вернуть женщин на континенты. А с остальным начнут разбираться его жрецы. Поэтому, глядя на слезы своего товарища, все, что мог предложить Креадор, это крепкие объятия. Вдруг из ближайшей волны вынырнула белоснежная голова с нежной перламутровой чешуей и узкой голубой полосой. Бусинка ласково курлыкнул, плеснув в сторону бога водой. Детеныш заметно подрос. На его мордочке, прямо между глаз на мгновение блеснул символ, сразу же пропадая. Новый Страж получил свой ключ не сразу. Как бы не хотелось земляному дракону уйти на покой после нескольких тысяч лет службы, все же детеныш был еще слишком мал, чтобы принять на себя драиз. Креадор хихикнул про себя, и слегка покраснел, вспоминая еще одну свою оплошность. Когда первый Страж получил на свой лоб ключ — символ, отпирающий седьмой портал на Мутхер, — у него еще не было имени. И бог, не заморачиваясь, назвал его Драиз — "ключ". Из-за этого в записях того времени было много путаницы, потому что некоторые летописцы говорили о Драизе — Хозяине болота, великом драконе и хранителе сердца Аспаны. Кто-то писал о самом символе. А кто-то решил, что драиз — это должность. Получилось так, что никто толком не знал, что это такое на самом деле. А когда записи постепенно начали редеть от времени... В общем, к тому моменту, как Мишель должен был отыскать нового стража, постороннему человеку узнать правду уже не представлялось возможным. "С Бусинкой такого не произойдет!" — решил Креадор, погладив подставленную голову между пробившихся рожек. Водный дракон игриво махнул в его сторону хвостом и вновь нырнул, скрываясь среди пенных барашков волн. В последний раз втянув в себя влажный, пахнущий йодом воздух, бог направился к берегу. Там, на расстеленном покрывале в окружении подушек сидела Мэрибель. Рядом с ней сосредоточенно жевал яблоко жизнерадостный малыш с короткими зелеными волосиками. Девушка смотрела лишь на него, не обращая больше ни на что внимания, поэтому не сразу заметила приближение Креадора. — Брат! — воскликнула она, когда его тень упала ей на колени. — Здравствуй, Мэри. Голос бога заставил малыша резко обернуться. Карапузу было уже почти три года, и с каждым днем он все больше и больше походил на свою мать. И на Мишеля. — Дядя! — Здравствуй, боец. Вкусно? — ребенок быстро закивал головой, довольно жмурясь. Креадор хмыкнул, проведя ладонью по его мягким волосам, и заговорщически шепнул: — А знаешь, что я тебе принес? — под восторженным взглядом мальчика на ладони материализовалось небольшое яйцо. Белое и гладкое, на солнце оно переливалось, будто обсыпанное блестками. Малыш радостно пискнул и обеими руками схватил подарок. Мэрибель укоризненно посмотрела на бога: — Яйцо Алмазного дракона? Серьезно? — Самый подходящий подарок для основателя нового объединенного королевства. — Крео... — Что Крео? — невозмутимо вскинул бровь Креадор. — Тебе вообще-то нельзя было заводить детей, так как ты являешься частичкой божественного духа! Ты создала настоящего потомка бога, теперь не жалуйся, что его судьба столь величественна! — Ему всего два! — И десять месяцев! А он уже так ловко обращается с магией. — Он умиленно кивнул в сторону ребенка. Мальчик поглаживал скорлупу кончиками пальцев, с улыбкой глядя как та начинает мягко светиться. Внутри шевельнулся будущий дракон, царапнул скорлупу еще мягкими коготками, отзываясь на своеобразное приветствие. Мэрибель только вздохнула, признавая свое поражение. А бог подумал, что идея создать себе двойника из собственного духа была самым гениальным его решением за всю долгую бесконечную жизнь. И ему было даже слегка грустно от того, что после смерти человеческого тела, Мэрибель вернется к нему и растворится без остатка. Может, воплотить ей новое тело? Как тогда, перед последней своей жизнью? — Ты не останешься на ужин? — спросила девушка, когда Креадор, вдоволь натискавшись с малышом, поднялся на ноги. — Нет. Я и так слишком задержался на Мухере, мое наказание скоро начнет нервничать. На горизонте собирались тучи. Девушка, только сейчас заметившая их, понимающе улыбнулась и тоже засобиралась домой. А Креадор со вздохом переместился в родное подпространство. Встретили его холодные, полные немого укора глаза цвета сердцевины пламени. Луис был не в настроении, и не собирался этого скрывать. — Итак, — интонацией, способной заморозить половину континента, произнес маг огня. — Где ты был? И Креадор, хоть и привык за эти годы к поведению мужчины, да и силой обладал куда более внушительной, чем он, все равно ощутил, как холодок волнения пробежался по позвоночнику. Дернув уголком губ и отведя взгляд он буркнул: — Бегал. — Не ври. Ты не нуждаешься в тренировках. Ты был на Мухере, именно поэтому запер меня здесь! Луис махнул рукой в сторону, и только после этого бог заметил царящую вокруг разруху. Значит, маг огня пытался вырваться, пока не понял, что это бесполезно. — На сегодня у тебя не было запланировано никаких дел, — дернув плечом, попытался отмазаться Креадор. — Твой помощник показал мне твое расписание, так что я подумал, что ты захочешь отдохнуть немного, подальше от всей этой суеты... — Да, но этот выходной был запланирован не просто так, и ты это знаешь! По волосам мужчины пробежали язычки пламени. Выдохнув и разжав свои кулаки, Луис быстро растер лицо ладонями. Взгляд его на мгновение сделался несчастным, отчего бог почувствовал себя последним злодеем. А ведь они действительно договаривались, и именно на сегодня. Когда Креадор понял, что своими руками обвенчал себя с человеческой душой, отказывать и дальше Луису было глупо. Поэтому пришлось напрячь все свои знания и, используя образованную между ними связь, вытянуть сознание мага огня из состояния берсерка. Не то, чтобы это было просто... На это ушло почти три месяца, и еще столько же герцог восстанавливался. А когда очнулся, отказывался отходить от своего Создателя и (о, боги!) мужа даже на миллиметр. Но герцогство, потерявшее своего главу на более чем полгода, было категорически не согласно с таким положением вещей! Поэтому Креадора преследовал не только сам Луис, но и его рыцари, и советники, помощники, чуть ли не дворецкий с армией горничных! Пришлось искать компромисс, ведь бог не мог и дальше отлынивать от своих обязанностей. Мир нуждался в его внимании так же, как и герцогство нуждалось в Луисе. И было решено, что раз в неделю целый день мужчины будут проводить вместе. Что-то типа свидания... И сегодня был как раз такой день! Но замотавшийся Креадор просто-напросто об этом забыл. Прикусив виновато губу, он кивнул: — Да... Да, ты прав... Прости... Я... Я просто хотел увидеться с Мэрибель и малышом... Луис медленно кивнул, глядя в сторону. От него просто фонило обидой и разочарованием, хотя внешне мужчина оставался все таким же холодным и отстраненно надменным. Спрятав руки за спиной, мужчина напряженно выпрямился и застыл, и кажется, даже дыхание задержал. Бог шумно выдохнул, провел ладонью по голове и задумался. Поначалу он тяготился этой связью, созданной по ошибке. Искал решения, как можно было бы разорвать нить, протянутую от одного сердца к другому, с минимумом потерь или вообще без оных. Но... Постепенно, с каждой новой встречей, он узнавал герцога все больше и больше. Проникался к нему уже неподдельной симпатией. То, что раньше ему казалось простыми дружескими чувствами, становилось глубже. Пока однажды бог не понял, что не может не думать о маге огня. Герцог же ни на чем не настаивал. Он был счастлив только от того, что видел Креадора, и даже его новое тело не помешало Луису узнать в боге Мишеля. И это искреннее обожание, неподдельная нежность и тепло мужчины невозможно было игнорировать. Как бы Креадор не старался, но герцог смог дотянуться до него своими чувствами. Но что дальше? Жизнь Луиса однажды оборвется, как и у всякого человека. Его душа, забыв прошлую жизнь и очистившись от всего ненужного, пойдет на перерождение. Что тогда останется делать богу? Ведь связь их никуда не денется! Креадор не знал. Он боялся думать о будущем. По крайней мере сейчас. Поэтому, шагнув навстречу своей судьбе, Создатель обнял мужчину и уткнулся ему лицом в плечо. "Подумать только, даже в своем божественном облике я ниже Луиса!" Мелькнувшая мысль заставила улыбнуться и щекотно фыркнуть. — Как мне загладить свою вину? — не удержался Креадор от мурчащих ноток в голосе. Непонимание на лице герцога было написано крупными рунами. И чтобы окончательно развеять его сомнения, бог потянулся на цыпочках и мягко провел губами по щеке мужчины, в конце легко коснувшись поцелуем мочки уха. Луис охнул, с силой прижав к себе льнущее тело, а по его волосам вновь пробежалось пламя. — Я не буду говорить, что это какая-то жертва с моей стороны... — тихо прошептал Креадор, чувствуя нарастающий в теле жар. — Или что я делаю тебе одолжение в обмен на прощение. Потому что это не правда. — Да? — неверяще выдохнул Луис, еще крепче смыкая на поясе бога свои руки. Будто боялся, что тот сейчас развеется миражом. — Да, — взгляд Креадора затуманился, и космос в его глазах подернулся томной дымкой. — Правда в том... Что... я... — Ты? — еще тише спросил герцог, наклоняясь к его лицу. — Я... Креадор так и не смог произнести ни слова. Он лишь встретился взглядом с глазами Луиса — и слова стали не важны. Все, что мужчины хотели сказать друг другу, они могли прочитать по глазам, сбившемуся дыханию и опаленных жаром лицам. "Да?" — спрашивал Луис. "Да!" — отвечал ему Креадор. Переплетя свои пальцы с его, бог потянул мужчину в сторону спальни. — Если хочешь, я могу вновь воплотить тело Мишеля. Ненадолго, правда... — Зачем? — широкая улыбка не сходила с лица. — Ну, может тебе оно нравилось больше чем это. — Плечо дернулось, выдавая неуверенность. — А что, ты можешь создать любое тело по своему желанию? — Угу. — И даже женское? — И даже женское, — без раздумий подтвердил бог, не заметив, как коварно блеснули глаза Луиса. Мужчина тут же скрыл свои эмоции, не желая пугать ими бога раньше времени. Он уже давно научился этому трюку, обнаружив, что Креадор легко считывает эмоции, а так же хорошо поддается на манипуляции чувством вины. И сегодняшняя победа стала еще одним подтверждением, что все он делает правильно. Притянув Креадора к себе, Луис впился в его губы поцелуем, заставляя того вздрагивать от накатывающего желания. — Я люблю тебя любого, так что будь кем захочешь. — Наклонившись ближе, мужчина прикусил мочку уха, насладился сладкой дрожью божественного тела и судорожным вздохом, и жарко шепнул: — Я люблю тебя, мой Создатель...

Конец.