Его никто, никогда, ни за что не любил...

Февраль (Да, вот так быстро мы попали в февраль) — Арс, ты говорил, что Паша скоро должен вернуться, а когда именно? — Я уже надоел тебе в качестве классного руководителя? Хочешь избавиться от меня? — смеялся Арсений, заводя машину. — Не придумывай, не надоел ты мне, просто по Паше с Лясей и по мелким скучаю, он то уезжал, то в декретном был, не виделись с октября. — Должен в понедельник выйти, и вновь он будет литературу вести у вас… — Я не понял, а ты куда денешься? — Пока не знаю, но я был на замену, вряд-ли меня учителем возьмут. — В смысле «вряд-ли»? Возьмут, а если нет, мы с классом забастовку устроим. — Ага, особенно Маша, в первых рядах будет… — мужчина припарковался около магазина. — Ой, не напоминай, я до сих пор на неё обижен… — Ревность дело сложное… — А ты меня не ревнуешь? Так сильно в себе уверен? — Уверен, но не в себе, в тебе. По глазам видно, как ты сильно меня любишь. Меня даже вызывали по этому поводу к директору, ну, и мне пришлось сказать, что мы вместе, но это обоюдное согласие и насильно тебя никого не держит. — Так вот почему меня к психологу водили? Это все ты виноват! А я думал кто-то из класса сдал… Все пока. — Антон дёрнул ручку двери, но она была закрыта. — Арс, открой машину. — Что бы ты ушёл обиженный? — Я и так на тебя обиделся, ничего не поможет… — Уверен? — На все сто… Выпусти. — Антош, не начинай… — Не начинать? Мне у психолога сорок минут пришлось доказывать, что ты не маньяк и не насильник, доказывать, что я и правда тебя люблю и что моя ориентация это не психическое расстройство. А сейчас ты говоришь не начинать? — Тош, мы со всем справимся, в школе проблем больше не будет точно, скоро Паша вернётся, он тоже помочь сможет, если что. Не переживай. И не смей даже думать, что я тебе изменяю, ты у меня самый лучший, и от тебя я никогда никуда не уйду, чтобы не происходило. — Я понимаю, это даже глупо… Арс… — Что? — мужчину заткнули поцелуем… — Неожиданно… Но мне нравится… — Нравится ему, в магазин пошли уже. Магазин. Машина. Подъезд. Лестница. Дверь. Коридор. Поцелуй. Кухня. Поцелуй. — Антон, иди обедать! — Антон, значит, а когда я тебя зову, я тебя ласково называю, а ты. Фу таким быть. — Антошеньчичка, будьте так любезны, молча опустить свою прекрасную задницу на стул и приступить к трапезе… — в конце Арсений поклонился и сам сел за стол. — Не, ну, точно граф. — Граф? Почему? — Тебя так класс наш прозвал, ты со своими императорскими замашками, конечно, палишься, Арсений Сергеевич, палишься… — А может я и вправду грав какой-нибудь, в тридцать пятом поколении? — Всё возможно… — Антон пожал плечами и наконец приступил к еде.

***

— Тох, у меня вопросик… Очень серьёзный… — Матвиенко сел рядом. — У тебя есть что поесть? — Бля, Серёга, я думал, что-то важное! — Тебе для друга жалко? — Есть, на и не выебывайся… — Антон протянул другу шоколадку. — О, спасибо, я пошёл. — Иди уже, объедаешь меня. — Тебя Сергеевич накормит, а меня никто, так что не нуди… Арсений смотрел на «ссору» друзей и тихо смеялся, а когда все кроме них вышли из кабинета, подошёл к парням. — И из-за чего вы поссорились? — Вот он мой друг, а еды ему для меня жалко, как после этого с ним дружить? — Арс, он меня объедает, это была единственная шоколадка на сегодня! — Как дети маленькие… — Попов поцеловал Антона в макушку и жестом позвал обоих к своему столу. — Выбирайте. — мужчина открыл нижний выдвижной ящик. Внутри лежали различные вкусняшки, орешки, сладости и тому подобное. — У тебя тут тайник, и ты молчал? Я голодный всё время ходил… — Если бы я раньше рассказал, то спустя день он был бы уже пустой… Антон с Серым взяли по батончику. Резко в кабинет открывается дверь. — Чё, жрёте? И без меня? — Паша, едрён батон, напугал! Антон от неожиданности целиком засунул в рот батончик TWIX. Арсений поперхнулся, Паша весело усмехнулся, а Серёга просто был в ахуе. — Не моя вина, что ты такой неженка… — А вот на Арсения зарыпаться я не позволю. — Антон, наконец проглотил шоколадку, и встал перед мужчиной, закрывая его собой. — Никто его не трогает, успокойся. Я, кстати, с отличной новостью… — Паша подождал всеобщего внимания и продолжил. — Арс, тебя официально взяли учителем, но от классного руководства придётся отказаться… — А ты горовил, что не возьмут, взяли же! — Антон обнял учителя. — Ну, а классным руководителем, так уж и быть, будет много уважаемый, Павел Алексеевич. — Кстати, Паша, как первая рабочая неделя после долгого перерыва? — Вроде всё как прежде. Но я никогда не думал, что буду так сильно скучать по ребятам… — Это потому что ты нас любишь, а мы тебя.

***

После уроков, Антон ушёл в машину, а Арсений пошёл заполнять документы в кабинет директора. — Арсений Сергеевич, вы уверены, что личные отношения не помешают работе, учитывая, что ваш, хм… парень, учится в классе, в котором вы преподаёте? — Уверен, я понимаю, что звучит не очень убедительно, и то, что у учителя отношения с учиником, может плачевно повлиять на репутацию школы, но могу сказать точно, что из класса, да и из школы об этом знают включая вас, меня и Антона семь человек, и это даже не сотая часть всех учащихся. — Я очень хочу вам верить, но, пожалуйста, учитывайте, что Шастун несовершеннолетний. — Я помню, и знаю какими могут быть последствия, для нас обоих. — В частности для вас, Арсений. Я как директор, буду обязан сообщить о насилии над моим учеником. — Я всё понимаю, а также понимаю ваши опасения. После подписания всех бумаг, Арсений вышел из кабинета и направился к машине, в которой, от долгого ожидания, спал Шастун. — Арс, ты так долго, что я уснул… Что тебе директор так долго говорил? — Очень очевидно намекал, что если я тебя до восемнадцати тебя трону, я сяду. — Ну, ничего нового… А ты знаешь, что он на нас через окно смотрит? — Я догадывался, но не думал, что он настолько чёкнутый… — Можно я тя поцелую, но чтобы он видел? — Ты хочешь чтобы у него сердце остановилось? — Арсений усмехнулся и кинул не заметный взгляд на директора. — Если честно, то да, он меня заебал со своими намёками, что посадит тебя… Ты не первый кому он это говорил. Он мне доказывал, что бежать мне от тебя надо… — Ну тогда давай. Но, как ты сделаешь, чтобы это выглядело, как твоя инициатива? — Сядь, пристегнись, и начни заводить машину, а дальше я сам… — Антон пошло улыбнулся, и откинув рюкзак на задние сидение, дождался, пока Арсений заведёт машину. Парень отстегнул ремень, и нагнулся над мужчиной, нежно коснулся его губ. Но долго в таком положении находится сложно. — Арс, у меня спина скоро сломается… — А ты меня старым называешь? — Я же любя… Но вообще да, ты старый… Тебе двадцать шесть почти… — Ой, всё, поехали уже… — Арсений выехал с парковки. — Как думаешь, у него сердечный случился? — Ну, судя по тому, как он быстро отошёл от окна и закрыл жалюзи, несомненно… — Ты целуешься с открытыми глазами?! Извращенец… — Только сейчас, хотел на его реакцию посмотреть, а так, я целиком и полностью занят тобой, и смотреть на тебя не обязательно, тебя я вижу насквозь и с закрытыми глазами. — Слишком романтично… у меня сердечко не выдержит… — Сердечко у него не выдержит, а мне потом без тебя как жить? — Найдёшь себе кого-нибудь, покрасивее меня, может постарше, ну или помоложе. Ты мужчина красивый, в тебя кто угодно влюбиться, ту же Машу взять… — Ты закончил? — сердито спросил Арсений. — А что?! Тебе ещё жить и жить! На мне жизнь не заканчивается. — Я ещё раз тебе повторю… — уже спокойно и без злости продолжал Арс. — Мне кроме тебя никто, не нужён, никого я искать себе не буду. Никакая Маша, никто другой, не заменит тебя. Ты единственный человек, которого я любил, люблю, и буду любить всегда, даже после моей смерти… Антон мокрыми глазами смотрел на рядом сидящего Арсения, впервые говорившего, такие нужные для каждого слова. — Арс, прости, я не думал, что так тебе дорог… — всхлипывая парень продолжил. — Честно, я думал, что для тебя это игра… Я правда думал, что это всё несерьёзно, ну, для тебя Арсений молчал, пустым взглядом смотрел вперёд. — Арс, пожалуйста, не пугай меня, скажи хоть что-нибудь. Я не знаю, ещё раз скажи что я дурак, раз такое мог подумать… — истерика усиливалась. — Арс, просто не молчи, пожалуйста… Мужчина молчал, пытаясь сконцентрироваться на дороге. Но когда рядом плачет любимый человек, это даётся трудно. Арсений повернул к дому и припарковался. — Арс, почему ты молчишь.? — парень повернулся, смотря на мужчину стеклянными глазами. — Я просто не знаю что сказать… Я пытаюсь понять, что я сделал не так, чтобы ты стал так думать? — Ты не виноват… Это из-за меня… Я просто не умею доверять. Я правда стараюсь доверять хотя бы тебе, но это немного сложнее, чем я думал. Прости меня… Ты, наверное, опять будешь говорить, что я… не знаю, не должен так говорить, что ты каждый день пытаешься донести до меня, что любишь, что всегда поддержишь меня… Я просто… я просто недостоин тебя, я каждое утро просыпаюсь, а ты обнимаешь меня, и я ненавижу себя за это… Я ненавижу себя, я понимаю, что рядом со мной, ты не будешь счастлив, я мешаю тебе, рано или поздно ты захочешь нормальную семью, детей… а я просто не смогу тебе этого дать… Я люблю тебя, Арс, но не хочу портить тебе жизнь, не хочу, чтобы через время, ты сказал, что устал от меня и нам надо расстаться… Не хочу… Но и жить без тебя я тоже не хочу, и не смогу… — парень уже не мог сдержать слёз, он закрыл лицо руками и тихо всхлиповал. — Знаешь, а ты прав… Я захочу семью, детей. И да, ни ты, ни я родить не сможем. Но ты прав ещё в одном… Я не хочу жить без тебя, и не буду… Тош, я не вижу смысла без тебя, без твоей любви, без улыбки, без твоих глаз и, порой глупых обид… Я не вижу будущего без тебя… — Арсений аккуратно взял ладони парня в свои, поочерёдно поцеловав костяшки на пальцах. — Мне кроме тебя никто не нужен… Антош, я тебя люблю, остальное мне не важно… — Я боюсь будущего… Я боюсь не видеть в нём тебя, но… я не могу портить тебе жизнь… — Золотой мой, ты не испортишь мою жизнь, если будешь рядом… Антош, я тебя люблю и ты единственный, кто нужен мне. — Арс, я дурак, да? — парень — Если только совсем немного, но очень любимый… — Я сейчас буду ещё сильнее плакать… Не говори так, пожалуйста… — Как? — мужчина улыбнулся. — Ну, что любишь меня… — Я не могу не говорить, потому что люблю тебя. — Ну Арс… я буду реветь тут без остановки… — Я подожду… у нас ещё вся жизнь впереди, время много… — Я чувствую себя беременной девушкой с бушующими гормонами… — Ты беременный! От кого?! — Арс смеялся, и Антон не выдержав, тоже засмеялся. — Видимо от поцелуя тоже можно забеременеть… Ты отец… — Пошли домой, беременный ты мой… — Угу… — Антон взял рюкзак и вышел из машины. Арсений догнал его у подъезда. Вместе они вошли в квартиру. — Арс… — Антон снял куртку и обувь. — Что-то не так? — Да, не так… Мы уже как три минуты пришли домой, а ещё не поцеловались… Арсений убрал шапки в шкаф и подойдя ближе к парню и аккуратно коснулся его губ. — Теперь ты уверен, что это не игра для меня? — На все сто один процент…

***

— Паш, мне нужен твой дружеский совет… — Арсений уже час лежит на диване придавленный спящим Антоном. Его последняя надежда выбраться — звонок Паше. — Я тебя внимательно слушаю… — Что делать, на мне спит Антон, а мне очень надо в туалет… Если я его разбужу он наверняка почувствует, почему мне туда надо, а я бы этого не хотел… — Только не говори, что у тебя встал на твоего спящего мужа? — Ну, пока ещё не мужа, но вполне возможно, что и мужа… Но да… Ты просто не знаешь какой он красивый, ещё и лёг так, что вид просто невозможный… Но я не хочу его будить, я себе этого не прощу… — Я ни чем помочь не могу… Попробуй аккуратно переложить его на диван… — Пробовал, он повис на мне как коала и не отпускает… — Ну, разбуди его, скажи что нужно в туалет, он слезет с тебя и дальше продолжит спать… — Я не буду его будить… — Тогда терпи, ничем помочь не могу… — Бля, ну, и на этом спасибо. Ладно, буду дальше думать… Пока. — Удачи, до понедельника. Арсений сбросил звонок. — Тош, слезь, пожалуйста, мне в туалет надо… — Угу, я даже чувствую зачем. — сонно бормотал парень.- Если тебе нормально, то можешь лежать дальше мне похуй, я просто сплю… — Ладно, но давай хотя бы на кровать ляжем, я просто не выдержу ночь на диване. — Ты иди, а мне лень… И так нормально, только, если не сложно, пронести пледик, пожалуйста… Заранее спасибо… — Антон, слез с мужчины и вновь уснул. Арсений вместо пледа принёс Антона на кровать. — Мне кажется, или я не на диване? — Антон приподнял голову, осматриваясь вокруг. — Ну а как я без тебя спать буду? Мне кого ночью обнимать? — Арсений достал из шкафа чистые вещи. — Ты засыпай, я в душ и вернусь… — Только быстро, пожалуйста, я без тебя не усну — Хорошо, уже убежал… Арсений остановился в дверном проёме и наблюдал за лежащим на кровати. — И чего ты смотришь? — Антон убрал телефон. — Любуюсь на тебя, ты слишком красивый… — От красивого слышу… Ложись уже, я не могу без тебя спать… — Иду. Как ты смотришь на то, чтобы никуда на выходных не идти, просто весь день лежать дома, обниматься и целоваться? — Только за, двое суток с тобой это предел моих мечтаний. — Не приувеличивай… Прям предел? А свадьба? — Ну, это, наверное, не скоро. Не забывай в какой стране мы живём… Я бы рад но сам понимаешь… Но потрахаться можно и до свадьбы. — Антон улыбнулся и сел на бёдна мужчины, упираясь руками в плечи. — До свадьбы — да, до восемнадцати — нет… — Арсений положил руки на талию парня, аккуратно сжимая её. — Ну Арс… Не будь занудой… Никто ничего не узнает… Тем более директор, которому ты сегодня клялся, что не тронешь меня… — Нет, я уже несколько раз тебе это говорил… Пойми, я хочу тебя, но я не могу до восемнадцати, я сам себя не прощу… — До моего совершеннолетия осталось не так много… Будь готов, что я с тебя не слезу… — парень пошло улыбнулся, слегка поёрзал на месте, и когда почувствовал нарастающие возбуждение мужчины, просто лёг на Арсения, укрывая их одеялом. — Чертёнок маленький… Я ведь теперь не усну… — А вот, а всё… — Ещё нет. — Арсений переворачивает парня нависая сверху. — И что теперь? — Антон пальцами подцепил резинку боксеров мужчины, аккуратно поглаживая под ней, медленно спускаясь на ягодицы. Арсений нежно целовал плечи парня, не обращая внимания на его прикосновения. Спустился дорожкой поцелуев на грудь. Парень тихо стонал под любящими и сильными руками мужчины. — Арс… сделай что-нибудь, пожалуйста… Я больше не могу… Арсений усмехнулся и перешёл поцелуями на живот и немного ниже, но полностью игнорируя возбуждённую плоть, перешёл на бёдра. — Сюш… пожалуйста, не мучай меня… — А кто тебе сказал, что я мучаю тебя? Нет, я доставляют тебе удовольствие пока доступными нам способами… Что-то не нравиться? — Ты серьёзно? Я уже подумал, что ты, не знаю, подрочишь мне… — Всё может быть, не торопись… — мужчина продолжил покрывать любимое тело мелкими нежными поцелуями. Антон нетерпеливо мял простыни под собой руками и ёрзал под губами Арсения. — Ты кажется хотел, чтобы я тебе подрочил? — мужчина плавно снял боксеры с Антона зубами до щиколоток, и бросил на пол. — Бля… почему ты такой ахуенный? — парень наблюдал за действиями Арсения. — Ты меня вдохновляешь. — Попов улыбнулся и поднялся на уровень глаз парня. — Если поцелуешь — продолжу. — лёгкая ухмылка скрывается за тёплыми губами Антона. — Условие выполнено, твоя очередь… — парень взял руку Арсения и опустил на свой член. Арсений понимал, что больше не стоит мучать мальчика, поэтому коротко лизнув головку на пробу, взял на половину в рот. — Блять! Арсений, сука, Сергеевич! Что ты творишь?! Арсений не обращал внимание на возгласы сверху, продолжал брать ещё глубже. — Арс, я сейчас… — парень не успел договорить, Арсений чуть не подавился от неожиданности. — Нет, не глотай, пожалуйста… — Почему? — мужчина запрокинул голову назад чтобы сперма не вытелка изо рта, но всё же проглотил. — Блять, Арсений! — парень потянулся вперёд, целуя мужчину. — А что я? — Арс выглядит как кот, съевший банку сметаны. — Вот зачем ты проглотил? — А что мне надо было бежать рот полоскать? Тебя я не брезгаю, какие ещё вопросы? — Ладно, с этим разобрались. Теперь это. — Антон взглядом указал на стояк мужчины. — Мне руки и пары поцелуев хватит. — Тогда, позволь мне это сделать. — парень спустил бельё с Арсения. — Пары поцелуев говоришь? Но не уточнил куда… — Антон легко толкнул в грудь Попова, укладывая его на спину. Аккуратно коснувшись губами члена, парень погладил головку, собирая естественную смазку. Неспешно водя рукой вверх вниз, он поднялся к лицу Арсения увлекая его в долгий поцелуй.