холод звездных оков

      Впервые за эту неделю ребята чувствовали если не облегчение в полном смысле этого слова, то его подобие. Они позволяли себе глупые шутки и дружеские издевки в ожидании заказа. Снова пицца. Преданный своей организации Аргайл продолжал ее финансирование за счет друзей. Все было спокойно. Ребята жаждали вернуться в родной город, обменивались впечатлениями и продумывали план совместного отдыха после всего случившегося.       Уилл был напряжен как натянутая струна, но всеми силами делал вид, что все в порядке и принимал участие в дискуссии не меньше остальных. Он не хотел рушить планы своих друзей и Майка, в частности, на ближайшее будущее, поэтому он решил тихо покинуть эту игру, в которой последнее время считал себя третьим лишним.       «И почему я не остался где-нибудь на полпути сюда…» – эта мысль заставляла чувствовать себя еще хуже. Но кто знал, что Векна дожидается именно его? Пожаловаться Джонатану сейчас было бы величайшим проявлением слабости. Да и не хотелось добавлять никому поводов для беспокойства. В жизни его брата проблем было навалом, поэтому Уилл не мог лишить его шанса на их исправление. – Прошу прощения, но мне нужно отойти в уборную. – мягко улыбаясь сказал Уилл, перебивая Майка, рассказывающего о своем опыте поедания пиццы с ананасами. «Как это все трогательно, но как не вовремя» – подумалось Уиллу. Отогнав печальные мысли, о поднялся из-за стола. – Малой, ты побыстрее, ща пиццу принесут, и я не гарантирую, что она тебя дождется! – провопил Аргайл, в очередной раз нахваливая свое заведение. – Я уж постараюсь. – отмахнулся Уилл, удаляясь в сторону туалета.       Минуя вход в туалет, Уилл ожидал встретить за поворотом техническое помещение, которое приведет его к выходу на улицу. Он был благодарен за то, что человечество додумалось делать помещения сетевых заведений идентичными. Потому что то самое из Невады он знал как свои пять пальцев, и ориентироваться в этой пиццерии не составило особого труда. К счастью, ворота дебаркадера были приоткрыты на треть и, захватив с собой банку колы со складской полки, он практически без сожалений начал свое путешествие.       Ускоряясь, переходя на бег, он все сильнее удалялся от семьи и Майка. Несколько раз Байерс младший останавливался, думал вернуться назад, но нет, он знал, что не сможет объяснить причину своего поступка. И уж чего точно он не хотел – это подвергать всех опасности. Эти люди и так настрадались из-за него, Хоукинс настрадался. Поэтому он бежал прочь, на поиски автовокзала или чего-то подобного. Он не думал о том, куда он поедет, главное – в противоположную сторону от Индианы. Его не найдут, если он не захочет, поэтому для начала он принял решение затеряться в лесополосе, а оттуда – на поиски цивилизации. О том, что Джонатан уже голову потерял от того, что его брат снова пропал, Уилл предпочитал не думать.       Он все бежал и бежал, до колющей боли в правом боку и бешеной аритмии. Ноги гудели, мозг плохо соображал от недостатка кислорода, но все это было нипочем. Уилл не задумывался о том, сколько времени прошло с того момента, как он ушел, но солнечные лучи, пробивающиеся сквозь кроны вековых деревьев, подсказывали, что звезда приближается к зениту.       Наконец выбившись из сил, он пошел. Медленно. Было просто необходимо отдышаться. Уилл облокотился о ствол дерева и достал из рюкзака банку уже теплой колы. Это было неплохо, несмотря на то что он всегда добавлял в нее лед. В такие моменты жизни можно забыть о своих пищевых привычках.       Осушив банку, он пошел снова, на этот раз не торопясь. Кто его будет искать в лесу? До вечера можно и поплутать. К тому же ему было просто необходимо одиночество в последнее время. Находиться с Майком было невыносимо. Невыносимо хотелось обнимать, гладить, держать за руку, целовать. Или сосать ему до спазмов в глотке, трахаться до потери пульса, кусать его до крови и кончать одновременно? Ты же жаждешь этого, не так ли?       Нет-нет-нет! Это не его мысли, он же никогда не падет так низко, он не сможет… Своих демонов Уилл всегда прячет глубоко внутри себя. Он никогда не позволял себе даже дрочить на Майка, не то, чтобы представлять его под собой. Он похоронил свои мерзкие желания в тот самый день, когда понял, что влюбился – окончательно и бесповоротно. Байерс младший до последнего хотел верить, что он нормальный, что он женится, заведет детей и умрет в окружении внуков – все, лишь бы смыть с себя эту греховную метку. Но чем отчаяннее он пытался строить дружеские отношения с девушками в надежде привыкнуть к их компании, тем хуже ему становилось. Он пытался до тех пор, пока возненавидел их всех. «Стервозные дешевки» – так думал Уилл.       Ударив себя по лицу, он смыл наваждение. Уилл слышал гудение автомобилей где-то неподалеку, возможно, в двух-трех милях от себя. Не меняя курса, он так же медленно побрел к источнику шума. За пару часов он добрался до автомагистрали, однако все еще было непонятно, в какую из сторон ему пойти, чтобы к закату обнаружить хоть какой-то общественный транспорт. Особо не размышляя, парень направился на запад. Так и надо, дальше от Индианы.       Он шел в тени деревьев, абсолютно невидимый для автолюбителей. По его ощущениям стрелка часов уже как давно перевалила за три часа дня, и следовательно, транспортному узлу стоило бы уже найтись. К несчастью для себя, карту он не взял, поэтому пришлось полагаться на чутье и логику в поисках заветного автобуса. На попутку он не рассчитывал ради обеспечения своей анонимности. «Возможно, меня уже ищет ФБР» – гадал парень и переживал за брата.       Очевидно, Джонатан был неспокоен. Неспокоен был и Майк, и Оди, однако ее сил не хватало, чтобы найти Уилла. Сражение за Макс достаточно ослабило ее. И да, все инстанции были уже осведомлены о пропаже Уилла Байерса.

***

      Темнеет. Парень был настолько глубоко погружен в свои мысли, что едва не пропустил заветную табличку «АВТОВОКЗАЛ». Четырехполосная трасса была не сильно загружена, поэтому Уилл, не опасаясь аварии со смертельным исходом, преодолел ограждающие леера и ринулся на противоположную сторону дороги.       Возле здания он увидел машину с проблесковыми маячками, и потому, чтобы его путешествие, а по совместительству спасательная операция не накрылась медным тазом, он не решился заходить в здание. К несчастью, билеты на междугородний транспорт можно было купить только там.       Парень хотел взвыть от такого стечения обстоятельств, но вместо этого предпочел найти одинокую скамейку под навесом и впервые за этот длинный день просто посидеть. «Кажется, будет дождь». Оказалось, небо было серым не из-за приближающихся сумерек, а из-за надвигающегося шторма. Да, он слышал это вчера по радио, но его больше волновало то, что его друзья могут погибнуть – не мысль «а не захватить ли мне зонтик».       Не прошло и 15 минут, как полило, словно из ведра. Захудалый навес едва ли спасал от воды. Если до этого он видел людей, хоть и не в большом количестве, то сейчас не было никого. Уилл снова оказался один среди безжизненной темноты. Он не знал, что делать. То, что он сделал, было самой опрометчивой вещью на земле. Парень было подумал о том, чтобы сдаться копам. Нет. Невозможно, если хочет, чтобы его семья и друзья увидели завтрашний день. А может, придумать легенду? Выдумать себе имя, сказать, что родители бросили его тут, что ему срочно нужно в Вайоминг, например. Документов при себе все равно не было. Разве они поймут, что именно этого парня ищет Джонатан Байерс?       Из размышлений его вывел пронзительный звук автомобильного клаксона. Дернувшись, Уилл резко уставился на источник шума. И пожалел об этом, так как после продолжительного пребывания в полумраке свет фар оказался слишком ярким, что вызвало сильную боль в глазницах. Неспособный разглядеть за этими яркими пятнами даже габариты автомобиля, не то, что марку, он напрягся. Неужели его нашли? К горлу подступил ком сожалений. Сохранять хладнокровие он был не в состоянии, и нервная ухмылка скользнула по его губам гадкой змеей.       Бежать сейчас? Абсурд. Попробовать объяснить ситуацию? Какая восхитительная глупость! Что же ему мешало рассказать все до побега? Неуверенность в том, что его видения просто нелепый сон, вызванный подсознательным страхом? Возможно. Возможно, это никакие не видения, а только лишь остаточные воспоминания о взаимодействии с параллельным измерением и богатое воображение, а разыгранная им клоунада просто украла у калифорнийской тусовки вагон времени.       Еще один долгий гудок. – Пацан! Ты что, глухой? – голова, показавшаяся из-за приоткрытой двери машины, была вынуждена прокричать это из-за шума дождя. Наконец Уилл сфокусировал взгляд. Спорткар. – Последний автобус ушел час назад! – левая рука силуэта указала куда-то в сторону Уилла.       Поняв, что жест, скорее всего, был направлен не на Уилла, а за него, парень резко обернулся назад. Он был рассержен за свою очередную непростительную глупость. Как можно было не посмотреть расписание? Оно же прямо на стене позади меня… Вернувшись в прежнее положение, он косо поглядел на человека, который все еще пытался с ним взаимодействовать с плохо скрываемым ироничным хохотом.       Освещенное светом фар лицо Уилла слилось с серым цветом бетонной стены. Оно не выражало ничего, кроме бесконечного разочарования. Нежданный гость тяжело вздохнул и, встав наконец в полный рост, он направился к парню. Он зашел под крышу остановочного пункта, хотя вряд ли это как-то могло исправить ситуацию, поскольку за пару секунд пребывания под дождем он промок до нитки. – Я могу тебе чем-то помочь? – голос визитера был теперь тихим, участвующим и убаюкивающим. Лицо было все еще невозможно рассмотреть, и Уилл пожелал бы скорее закончить диалог, так как истинные намерения гостя он понять не мог. – Я похож на того, кому можно помочь? – выдавив из себя ухмылку, парень ответил вопросом на вопрос в ожидании того, что от него отстанут. – Экзистенциальный кризис, ха? Слушай, я не жажду отсыреть тут вместе с тобой, поэтому полезай в тачку и расскажи мне, что с тобой приключилось. А после я выясню, можно тебе помочь или нет, – с какой-то горькой иронией в голосе произнес человек. Обладателем голоса же, судя по всему, являлся молодой мужчина. Он вернулся в машину и приглашающе открыл пассажирскую дверь изнутри салона. – добро пожаловать? – макушка вновь мелькнула в пространстве между передней стойкой лобового стекла и дверью с водительской стороны.       Уилл опешил от такой топорной прямоты. Напряжение сковало его тело, и он не знал, как относиться к такому приглашению. Часть его жаждала оказаться где-то далеко отсюда, в тепле и безопасности. Душа парня кричала: воспользуйся этим билетом. Но разум был категоричен – доверия подобная ситуация вызвать не могла. Жизненного опыта у него было предостаточно: его уже похищали, над ним издевались. Даже собственный отец был настроен к нему враждебно. Неужели он примет приглашение от незнакомца и в очередной раз окажется в лапах страдания?       Эти мысли душили, не давали думать рационально. Уилл не мог вымолвить ни слова, не то, чтобы пошевелиться. Он только чувствовал, насколько он слабый, неспособный определить свою судьбу. Голова стала совсем тяжелая, резкая боль пронзила затылок. Изображение перед ним плыло. Он только помнил, как он падал и падал, пока чужие крепкие руки не подхватили его.

***

      Уилл пришел в себя достаточно быстро и моментально понял, что он оказался в той самой машине. Черт. Кажется, его все-таки похитили. С координацией все было очень плохо, перед глазами была мутная пелена. Попытавшись пошевелить рукой, парень потерпел поражение. Меня чем-то накачали?          Спустя пару минут судороги по всему телу начали его отпускать, и он начал осознавать себя в пространстве. Уилл натурально лежал в кресле. Что же, хотя бы не в багажнике. Не найдя в себе силы хоть как-то подать признаки жизни, он принялся разглядывать окружающую его реальность. Капли дождя шумно и с силой бились о лобовое стекло, закипая на его поверхности, соединялись в более крупные и неаккуратные разводы и растекались в разные стороны. Некоторые их них… встекали?Потому что гравитация на них, кажется, не действовала, и эти длинные капли пытались заползти на самую крышу автомобиля. Уилл помнил, когда его брат был обдолбан, то придумывал новые забавные слова. Сейчас и сам Уилл чувствовал некоторое подобие этой эйфории, наблюдая за невероятными кульбитами капель воды. Он улыбался, однако сторонний наблюдатель отметил бы, что эта улыбка больше напоминала гримасу душевнобольного. Но пусть так, ведь мы сумасшедшие вместе? Все еще вместе? Конечно, нет. Насколько низко он пал в тот день, когда впервые подумал, что Майк может быть только его и ничьим больше. Именно тогда он и осознал всю свою никчемность. Одно дело, когда тебя всю жизнь дразнят, называют педиком, другое – когда ты и сам это осознаешь. Это плохо. Это очень плохо.       Уилл сам не помнил, как залип на чужих руках, облаченных в кожаные перчатки без пальцев, крепко держащих руль. Шильдик желто-красного щита с гарцующим конем посередине мерцал и привлекал внимание словно яркая лампа, манящая насекомых. Байерс младший не смог подавить в себе желание прикоснуться к этому великолепию, и он потянулся рукой. Но вышло у него плохо. Вместо холодного кусочка металла он мазнул своей кистью чужое предплечье. Теплое и крепкое.       Водитель среагировал моментально. Не веря в то, что парень пришел в себя сам, он незамедлительно остановил машину на обочине, чтобы проверить состояние своего пассажира. – Боже, ты жив? – незнакомец сразу принялся ощупывать шею Уилла в надежде прочувствовать ровный ритм сердца. Удовлетворительно. Просто охуенно в сравнении с тем, что было. Диапазон 30–40 ударов в минуту не пророчил ничего положительного. Он думал, что парень не переживет поездку до ближайшего медучреждения.       Рука переместилась с шеи на плечо, изо рта вырвался выдох облегчения. Уилл, прищуривая глаза, начал самозабвенно тереться о ту самую кожаную перчатку. – Ты что, умалишенный? Сначала ты меня отталкиваешь и всем своим видом показываешь, насколько ты самодостаточная задница, а сейчас ластишься ко мне, как нахальная дворовая кошка? – с очевидным недоумением спросил хозяин машины.       Уилл окончательно вышел из состояния бреда, свой поступок он никак не мог прокомментировать. – Я, может, и умалишенный, но детей не похищаю. Мне просто понравилась перчатка… – будто бы жалуясь, ответил парень. Он не упустил своего шанса продемонстрировать и свой поганый характер, поэтому просто скинул чужую руку со своего плеча. – Кому ты обосрался-то, блять? Что за раздутое самомнение? Я думал, ты помираешь у меня на руках, хотел в больницу отвезти!.. Знаешь, быть понятым сегодня в мои планы не входило. – мужчина тяжело вздохнул, – Так, прости, что вспылил. Давай сначала, хорошо?       Уилл кивнул утвердительно, насколько ему позволяло лежачее положение. – Отлично. Я всего лишь спросил одного парня, нужна ли ему помощь. Потом этот парень чуть не упал навзничь в грязную лужу. Дальше я затащил его в тачку и надеялся довезти его до больницы, пока его сердце еще бьется. – он не привык объясняться перед кем-то, но ситуация, прямо скажем, неординарная и требовала некоторых прояснений. – Прости, если напугал. – Спасибо за помощь. – Уилл пытался изобразить некое подобие улыбки. – Не нужно никакой больницы. – С тобой такое часто происходит? Или нужны какие-то лекарства? Или еда? Тут неподалеку есть Старбакс, может, стоит заехать?       От такого неожиданного беспокойства со стороны незнакомого человека Уилл потерял дар речи. – Может, стоит заехать… – пожалуй, все, что он мог выдавить из себя.              Водитель засиял. Если он может помочь, он поможет. Он был готов вернуть кармический долг сполна. В конце концов, он и сам был когда-то нуждающимся. Подобное к подобному. – Я Энтони, кстати. Но можешь звать меня Тони. – возвращаясь к рулю, произнес мужчина. – А я Уильям Байерс. Но можешь звать м- – Лиам? – усмехнулся Тони. – Как угодно. – поднимая спинку кресла, произнес Уилл.       Кажется, тучи начали понемногу рассеиваться. Вечер обещал быть спокойным. Никакой опасности не было, и Уилл впервые за продолжительное время ощутил долгожданное спокойствие.