Шёпот бесконечности. Страна озёр

«Тишина. Голод. Пустота. Голова, набухающая и долбящая на виски, затылок, немного на лоб, будто тебе долбят молотком по наковальне – твоей глупой макушке. А после, отрывая осколки черепа от остатков кожного покрова, прикреплённые к голове. Ногти впиваются ещё в свежую плоть со всей силой моей мускулатуры, отрывая куски мяса, которые ещё могли что-либо ощущать; ведь лучше перестать чувствовать пронзающую душу боль, которая повторялась день за днём, ночь за ночью, час за часом и каждую секунду. Нескончаемые страдания усиливаются лишь понимание того, что люди, которые привели меня сюда, сбагрив, чтобы не страдать от моих странностей в виде ментального поджога одежды бесивших меня людей, поджога сухой травы от усилившихся переживаний и… тот грёбанный ожог. Моя родная мать пострадала от моей странности, пострадала от моих эмоций. Они избавились от меня, но я виновата сама – произвела впечатления самого ужасающего создания Вселенной, оставившего ожог на лице. Ох… как она вопила. Вопила настолько сильно, что могла перекричать колокольный звон. Она кричала так, что я оглохла на левой ухо, и теперь всё, что я слышу – это писк, нескончаемый писклявый ор, давящий ещё больше на хлынувшую кровь из разбитой черепной коробки». Ледяной пол. Сломанная распухшая нога, зажившая неправильно и неровно. Чёрно-кровавая тварь, передвигающаяся по комнате, с очень тощим телосложением, лицо её выглядело как лицо животного, который именно сейчас готов выдавить из себя вместо с рвотой все органы, ещё пульсирующие жизнью. - Нарантеро асавари, азантэрро? – чудище пихало в клетку, в которой сидела темноволосая девушка, отвратную похлёбку из рыбьей головы. - Убери от меня это дерьмо… - в голосе девушки было слышна усталость и тяжесть жизни. - ААААсавара! – он бросил тарелки через дыру так, что похлёбка пролилась. Разозлившись и начав истерику, чудовище, похожее на мутировавшего склизкого крокодила, ушёл. Девушка выдохнула и продолжила свои мучительные рассуждения, рисуя по пальцем пыли на полу. Спустя долгое время её времяпрепровождение прервалось: пред ней пристал будто бы немного мутировавший азантэрро в тёмно-зелёном пиджаке и светло-коричневых бархатных штанах. Поправив свои грязно-жирные волосы, он выдохнул и задорно начал: - ААААААХ… всё совсем скоро случится. Мне так не терпится! - Ты наконец-таки нашёл девчонку? – девушка почти без интереса его спрашивала, возможно, чтобы побыстрее оставили её в покое. - Да! Представляешь!! Наконец-таки твоя тесная стихийная связь с милой Ви мне помогла. И в прошлый раз нашей встречи я почти поймал её и вкусил…., - он резко замолчал, но почти тут же открыл рот и перешёл на крик. – НО ЧЁРТОВ АНТЭРО ПОМЕШАЛ! Кто он для неё? - От куда мне знать? – девушка тяжко подняла глаза на своего пленителя. - Ох, Леонн-Леонн…. Какая же ты глупышка! – он поцокал губами. – Ты такая же, как и я. Тебя разделяют те же разрывающие душу чувства и эмоции, что выводят на психические расстройства, на агрессию. Да.. Я это всё понимаю, и ты в том числе, - девушке было практически без разницы на его слова, так как она слышала их миллионы и миллионы раз. – Кстати-кстати, как оказалось: милая Альба. - Ц.. – глаза девушки сразу расширились. - Хах. Её тоже влечёт к стихийниками. Вот это да! - Неправда, - она шептала. - Милая Альба – тоже стихийник? – он говорил это с большим воодушевлением и неким шипением. - Как думаешь: она дитя бури или дитя цветка? - Змей! – глаза девицы загорелись синим пламенем - Да. Это моё имя, - тварь захихикал. Он провёл своими когтями по клетке, в которой сидела девица. От её прекраснейшего гнева, который выражался от огромной концентрации ей стихийной энергии в виде огромной литой короны из лавы, капли которой капали ей на голову. - Наверное, это больно. Да? Прости меня уж. Хех, но именно я тут снова смогу почувствовать любовь, а не ты. - И чем же я хуже? – девица опустила голову настолько сильно вниз, что очень горячая лава капала с сильным шипением на пол. Вся голова была в тягучей жидкости. - А тем, что ты – слабая агрессивная сучка. ХАХАХАХА! – он громко смеялся и уходил в темноту. «Тишина. Горечь. Тяжесть. И вправду, моя агрессия убивает людей. И не только мать, которую мне особо не жаль – сволочь сама виновата. Эти люди никогда не любили меня. Но именно я причинила боль Альбе. Мне не зачем с ней снова встречаться.. я её не смогу спасти, лишь принесу ещё больше боли. Уверена, что она справится сама. Я точно теперь не причиню ей боль. Горе. Злость. Печаль. Кричать. Моя погибель». Виктория стояла по колено в реке Ривьяре, проходящей мимо города, в которым они находились. Ноги получали кайф от того, что стояли в воде. Вся боль уходила, так как после нападения монстра у неё осталась ранение на бедре, от того, что он её тогда очень сильно обхватил; так же после взрыва в кафе на шее и руках остались ожоги. Она приподнял своё платье, закрепив его с помощью пояса, и двигала руками как в танце вальс. Единственное, что её беспокоило то, что она уже неделю пробовала управлять «как положено» полученной стихией. На берегу сидел Алекс и наблюдал за тем, что она делала: - У тебя ничего не получиться, если ты не наденешь кулон. - Ох.., - девушка захмурилась. – Я когда-то могла делать мини трюки с водой, когда была маленьким ребёнком – теперь все паззлы от того времени сложились. - Но ты же понимаешь, что именно кулон является проводником твоей силы с богиней Марэ, дитя океана. - Я постараюсь обойти без него. Пока что всё и так прекрасно. Вокруг девушки поднимались достаточно большие волны для спокойной реки Ривьяры. Большие капли воды летали вокруг неё и пытались медленно приблизиться к ранам, но они смещались лишь с каждой минутой на пол миллиметра. Виктория уже устала удерживать силу руками, и её руки побелели от напряжения. От того, что она сильно напрягалась не услышала, как Алекс очень близко подошёл к ней. Его мокрые от волн руки, прикоснулись к её шее. Ви медленно расслабилась, но капли резко упали вниз, от чего оба намокли. Чёрная рубашка Алекса намокла полностью. Глаза Вики блестели от яркого солнца, который своими сильными лучами бил ей прям в её красные радужки. Он надел ей кулон на шею. - Ты пойми: я знаю, что силами управлять легче в близкой связи с Богами, - после он убрал от неё руки; хоть он и горделивый антэро, но знал о границах; она решила поправить его чёлку, которая постоянно закрывала его правый глаз. - Тебе бы пора постричься. Хех. - А я думаю, что ему и так идёт, - в их разговор ворвалась Мину. - Прости, - антэро отдалился, а после тяжёлыми шагами ушёл в дом. После минутного молчания Виктория, просто призакрыв глаза, сначала все свои действия снова. - И что же это было? - Ты о чём? – Виктория никак не отвлекалась от своего дела. - То, что вы заигрывали с антэро, - Мину хитро улыбнулась. - Ох…, – девушка громко вдохнула. - Тебе показалось, - и выдохнула. - Да ладно тебе! Иди сюда, – Мину бросилась на Викторию. «С самого детства я была одинокой, но совершенно до того момента, пока когда-то на меня так же на пляже налетела мелкая девочка, которой как раз-таки и оказалась Мину, в тот момент я хотела её порвать, но она настолько мило предо мной извинилась, что я не стала гнобить нищенку, посмевшую налететь на дочь высшего общества. А сейчас я, как её любящая подруга, я отвечаю на её веселье своим весельем – она тот человек, с которым мне не страшно смеяться, с которым мне не страшно от того, что меня пытаются топить. В шутку. Я открыла глаза под водой; мне было не больно смотреть на солнце, чьи лучи, проходящие сквозь толщу волн и массу воды, пробивали мой взор. Я услышала, как меня звал совершенно знакомый голос – он кричал, вопил и умолял его спасти. Сердце сжалось, но я ничего не могла сделать. Я не могла спасти. Не могла!» Девушка вылезла из воды и обнаружила то, что её на деле звала другая девушка, которая была одета в одежду горничной. - Ах, ты наконец-то проснулась, - решила заметить этот факт Мину. - Да…. Вы бы не могли рассказать про то: как я оказалась здесь? - Я решила вызвать тебе медицинскую помощь, но после осмотра они решили то, что с тобой всё хорошо, ты упала от усталости и решили, что тебе надо отдохнуть, - ворвалась Виктория. - И в итоге меня отдали вам? – Альба от небольшой нервности в руках мяла подол своего платья. - Я сама удивилась то, что ваш народ спокойно доверяет чужакам, - решила удивиться Мину. - Это да. Мне стоило лишь представиться твоей подругой. - Получается так, что наша нация – народ, который полностью контролирует остальных людей, которые появляются здесь. Все доверяют божеству, который управляет нашей страной. Все мы в воскресенье ходим поклоняться Богу палящего пламени – Солу. А так вообще, Виктория. Мину? Вы же… - Что – мы? – решила уточнить Мину, повернув голову в право от недоумения. - Вы же обладаете магией? – в глазах Альбы горела надежда. Подруги посмотрели друг на друга в опаске, так как не хотели впутывать ничем повинную девушку. Тем более, если на них так же будут продолжать нападать Ля кольер, которые (напомню) сдирают кожу со своих жертв. - Прости. Но ты ошибае…. - Виктория, вы меня не обманете! В моей библиотеке остались огромные запасы сведений. Мой бывший богатый род разорился, но единственное, что у нас осталось – память о наших бывших девушках, обладающих величайшей силой, спасающей мир. Я чуть её не утеряла, но плевать на меня. Я хочу лишь одного – спасения своей Леонн! – глаза девушки горели огнём. - О ком ты говоришь? – решила уточнить Мину. «Горячий воздух Деуса жёг щёки и глотки детей, играющих на площадке, все они были заворожены игрой в догонялки. И я пыталась дотянуться до своей лучшей подруги, с которой играла в догонялки по типу зомби-вируса, и другими ребятами, которых я особо не замечала. Так как пыталась добраться до подружки, которая осталась одна, а я хотела впечатлить её своей быстротой» Одна из собеседниц Альбы решила её перебить. - Ты же знаешь, что не обязательно нам рассказывать настолько далеко, - Мину приподняла бровь. Но девушка никак не среагировала на неё и просто продолжила. «Мы бегали до самой ночи, так как детям большего и не надо. Лишь была бы возможность иметь счастье. Мы убежали дальше, чем играли – убежали в священный лес, где приносили жертвы богу огня и солнца – Солу. Мы все это прекрасно понимали: куда мы пришли. В далеке кричали ночные птицы, а я сбавила ход, так как моё большое тело мешало мне слишком долго передвигаться. Я решила наконец-таки снять обувь, так как дальше шла лишь тропа из священных светлячков. Зелёные тропы были из-за папоротника, который окутывал лёгким мистическим цветочным туманом. Я шла очень аккуратно, так как в далеке слышен был смех моей подруги. Я шла медленно, так как я не хотела спугнуть тех, кто своим светом напоминал души наших великих предков. Я шла долго, боясь раздавить невинных созданий, свет которых освещал мне дорогу. Но… Я услышала крик, прибежав на него. Я увидела ужасающую картину: моя подруга Леонн находилась в руках какого-то болотного монстра, который никак не мог находится здесь, так как священные земли никак не могли пропустить нечисть. Она кричала и вопила от боли. Я думала: как же ей помочь, но никак не могла придумать: что же делать. От паники мне становилось жарко; пот на лбу проступал слишком сильно и в итоге стало настолько душно, что я начала падать в обморок. Я пыталась тянуться к своему солнцу, но у меня никак не получалось дотянуться. Крик наконец-таки прервался, и я смогла резко смогла сделать глубокий вдох, заполнив свои лёгкий, придя в себя, и то, что я увидела мне поразило ещё больше, чем то, что было до этого. Я сидела в кровавой луже, а в руках у Леонн были ошмётки монстра. Друзья, которые были рядом пытались сбежать, но они не могли, так как у них уже начали таять ноги, и они кричали. Мне стало плохо, меня вырвало. Во всём была виновата Леонн – открылись её силы. Силы человека, управляющего огнём. Стихийница? Но как. Надо её остановить. Я не долго думала, но подумала, что стоит рискнуть. Я начала перепрыгивать через выступы, по которым уже текла лава. Подбежав, крепко обняла, так как хотела успокоить её боль. Увидев, что у неё на шее остались синяки, я стала обнимать её покрепче, так как считала, что тепло человека поможет ей успокоится. Но она сделала то, что сделала». Девушка приоткрыла свою глазную повязку, в которой был уже давно сросшийся расплавленный глаз. Виктория сочувственно нахмурилась, а Мину взвизгнула от ужаса. «Я смогла её остановить, но у меня не получилось полностью. Когда я очнулась, не все дети были спасены, а Леонн уже не было. В дали был образ такого же монстра, что и был до этого, а сейчас он унёс мою подругу из священного леса. Забыть бы вкусное мгновенье, Когда вино то, тает на губах. Открыл ты дверь для откровенья, Чтоб страсть ту показать. Но берег чёрный; Из-за угла торчат кресты, То тьма, принёсшая горе, Закрыл глаза, mon ami. ---   --- --- Как очевидное теченье Людской лжи, терпенья, боли; Да изменить сей адский круг! Велела совесть, да что же боле. Все мы в красной тьме тонули, Тебя ли душила та порука? Напейся «парного молока» И выдохни от счастья! ---   ---   --- Как правда липкой красоты Гори-гори то счастье, Что разрушила лишь ты – Бедняжка, diable.