Aventure

— Почему я? Почему это всегда я? — негодует Тэхен в телефонную трубку, зажатую между ухом и плечом, швыряя свои вещи в раскрытый на кровати чемодан. — Нет, я правда не понимаю, почему из всех сотрудников именно меня всегда нагружают кучей сложной работы? Почему именно я должен ехать в эту командировку, да еще и узнать об этом в такой спешке? Скажи честно, главный меня недолюбливает? Я его раздражаю? Почему всегда самые отстойные задания попадают ко мне?! Тэхен уже не сдерживает эмоций, потому что чувствует, что взорвется, если в нем скопится еще хотя бы немного возмущения. Почему именно его посреди рабочего дня вызывают в кабинет директора и говорят, что он сегодня же должен оказаться в Неаполе, и это не подлежит никаким обсуждениям? Почему он должен отменять свои встречи и мчаться экстренно домой, чтобы сейчас наспех собирать небольшой чемодан и сразу же лететь в аэропорт? — Потому что только ты можешь справиться с ними, — вздыхает на той стороне телефонного разговора Чимин, пытаясь приободрить друга. — Уверен, наш главный ценит тебя больше других сотрудников, поэтому дает только самые важные проекты. — С каких пор спонтанные командировки являются важным проектом?! — Послушай, я тоже не в восторге, что ты должен лететь, но что я должен поделать? — устало вздыхает Пак. — Я виноват, что дочь MinGroup укатила на отдых за пару дней до назначенной встречи с директором? Или я виноват в том, что он сам не собирается никуда лететь? Ты же знаешь, как директор дорожит отношениями с председателем Мин, он не может ничего сказать… — Так почему бы не перенести эту чертову встречу, если это все так важно? Если директор назначил встречу с кем-то, то логично, что на встрече должен быть директор, а не Тэхен или кто-то еще. И логично, что если он не хочет менять свою локацию ради этой супер-мега-важной встречи, он хотя бы должен попытаться ее перенести, а не просто вызвать к себе кого-нибудь из сотрудников и сказать ему: «Сегодня вечером ты должен быть в Неаполе. Делай, что хочешь, но будь там». Тэхену об стенку расшибиться теперь? Ему бы еще после обеда эту новость поведали, чтобы это вообще нереальным было. — Просто выдохни и поищи во всем этом немного плюсов, — советует Пак, даже в молчании коллеги слыша его напряжение и негодование. — Съездишь в другую страну, развеешься, покупаешься в море, отдохнешь денек-другой и вернешься. — А потом буду кланяться всем своим клиентам в ноги, извиняясь за то, что пришлось перенести наши встречи, — кривясь, бросает Тэхен. Речь Чимина его ничуть не приободрила. — Зашибись. — Подумай о том, как эта поездка скажется на твоей зарплате. Если дочь председателя будет тобой довольна, ты получишь премию, а может и повышение, — адвокат снова пытается убедить друга, что в сложившейся ситуации есть, чему радоваться, несмотря на все неудобства, с которыми Киму придется столкнуться. — А она точно будет тобой довольна. Только слепой не заметил, как она на тебя смотрит. Может, эта поездка расслабит тебя больше, чем ты думаешь? А может вернешься зятем MinGroup? — Фантазируй больше, — Тэхен устало закатил глаза и потер переносицу. Только после слов Чимина о Мин Сын Мин он осознал, что ему придется с ней встретиться. Вне офиса. Совершенно одному. — Я отключаюсь. — Тэхен сбрасывает звонок и наконец выпрямляет шею. Голова начинает болеть. — Еще не хватало мне, чтобы я правда ей нравился… — потому что если так, — в этой поездке будет больше минусов, чем он пока что нашел. А Тэхен нашел их очень много. — Меня же уволят! Бросив совершенно случайно взгляд на часы, Тэхен обнаружил, что у него осталось всего полтора часа до конца регистрации рейса, на который его секретарю удалось купить билет. Чертыхаясь, парень схватил свой пиджак и наспех собранный чемодан, и направился на выход, попутно вызывая такси. Если Тэхен опоздает на рейс, его точно уволят. Словно по закону подлости на дорогах пробки в пять баллов, а машины движутся со скоростью улитки. Тэхен нервно дергает ногой, покусывая губы, и не сводит взгляда с часов, будто это заставит время застыть и поможет успеть на рейс. Он просто обязан успеть… Только чудом Тэ успевает на регистрацию, на посадку заходит последним. А в самолете не может успокоиться, все ломая голову над тем, какого черта ему так не везет, что всю самую пыльную и энергозатратную работу сваливают на него. На полет уходит куча времени — больше, чем Тэхен представлял. Но его хватает, чтобы изучить несколько дел, с которыми предстоит работать, и даже чтобы немного вздремнуть. Путь до отеля, в котором остановилась Мин Сын Мин, занимает больше часа, на протяжении которого Ким перезванивает всем, кто пытался до него дозвониться во время часов полета, и отвечает на полученные сообщения. Мир будто в одно мгновение сошел с ума, и всем на свете одномоментно потребовалось внимание Ким Тэхена. Отель, у которого его высадил водитель такси, дорогущий, пятизвездочный. Тэхен тяжело вздыхает, осматривая шикарное здание, расположившееся на берегу Тирренского моря, и подсчитывает в уме, сколько должен будет потратить на одну только ночь здесь. Его бы воля, парень бы встретился с госпожой Мин и направился домой, чтобы не тратить свое время на пребывание здесь. Но любимая дочурка председателя Мин слишком устала сегодня, так что сладким голоском просила Тэхена встретиться с ней завтра. Слава богу, удалось договориться устроить встречу во время завтрака. На стойке регистрации Тэхена ждет сюрприз. Секретарь забыл зарезервировать для него номер. Тэхен понемногу впадает в бешенство. Пару секунд попыхтев беззвучно и мысленно матерясь, повернувшись спиной к работнику отеля, Тэхен справляется с гневом и находит в себе силы довольно спокойно поинтересоваться: — Что ж, я могу оформить номер сейчас? — Да, конечно, — улыбается вежливый регистратор. Проходит всего мгновение, но на испорченные нервы Тэхена приходится еще одна совершенно неприятная новость. Видите ли, свободны лишь номера люкс и один президентский номер. Ким Тэхену придется раскошелиться. — Серьезно? Все обычные номера заняты? — Понимаете, скоро выходные, поэтому… нам очень жаль. Что-то Тэ сомневается в том, что им правда жаль. Ему вот бы не было, он бы радовался, если бы все номера его отеля были заняты. — Давайте люкс тогда, — вздыхает Ким, принимаясь за поиски своей карты. Однако, просматривая содержимое своего кошелька, замирает и усмехается. А почему это он должен платить за свой номер? Он же не на отдых приехал, а в командировку. — Вот, расплачусь этой картой, — чуть веселее проговаривает он, протягивая молодому человеку за стойкой регистрации корпоративную кредитку. Как и сказал Чимин, Тэхену не помешало бы расслабиться. Компания должна сказать ему спасибо за то, что бросил все свои дела, собрал вещи и приехал на другой конец мира. Хотя бы жилье она должна ему оплатить. — Приятного отдыха. Спасибо, что выбрали наш отель, — вежливо улыбается итальянец, одетый в форму отеля, протягивая Тэхену его документы и ключ-карту от номера. — Спасибо. Номер радует Тэхена своей просторностью и красивым дизайном. Первым делом Ким раскрывает окна и выходит на балкон, чтобы осмотреться, но, окинув пейзаж быстрым взглядом, не находит в нем ничего такого и возвращается в номер, принимается за разбор чемодана, звонит тем, кому не успел отзвониться в такси. Когда со всеми делами покончено, Ким уже валится с ног, но понимает, что голоден. Хочется развалиться на огромной, шикарной кровати просторного номера и просто заснуть, но живот сводит от голода, так что парень покидает свой люкс. Адвокат Ким мог бы отправиться в душ, заказав обслуживание номеров, но, не смотря на усталость, решил осмотреться немного, хотя не испытывал особого интереса ни к отелю, ни к отдыхающим, ни к морю, шумящему совсем недалеко. Тэхен трудоголик. Он не помнит, когда в последний раз бывал у моря, когда в отпуск уходил, когда расслаблялся. И почему-то сейчас, безумно уставшему, ему хочется последовать совету Пака и немного переключиться. Поэтому, вероятно, он, спустившись в ресторан отеля, и занимает столик на веранде и, сделав заказ, долго смотрит вперед — на море, в котором медленно тонет заходящее солнце. Картина красивая очень, но Тэхен смотрит на море совершенно пустым и безэмоциональным взглядом. Смотрит долго, ожидая чего-то особенного, но ничего не чувствует. Прохладный ветерок с побережья приятно обдувает тело, намеревается испортить укладку, но ничего сверхъестественного с собой не несет. Тэ вздыхает немного разочарованно. — Вам не нравится вид? Ким вынужден повернуть голову в сторону, чтобы увидеть того, кто к нему обращается. А он знал, обращаются к нему, ведь вряд ли здесь много людей, понимающих корейский. Парню за соседним столиком, сидящему к морю спиной, в отличие от Тэхена, на вид года двадцать три, вряд ли больше. Кожа его загорела, темные волосы мило вьются из-за влаги прибрежного воздуха и выглядят привлекательно-растрепанно, а льняная, белая просторная рубаха сквозь глубокий вырез на груди демонстрирует чужому взору острые ключицы и подтянутую грудь незнакомца. Наверное — отдыхающий. И зачем он с Тэхеном заговорил…? Скучно? — Ничего особенного. — Разве всюду можно увидеть такую красоту? — недоумевает брюнет, оборачиваясь через плечо к закату. Адвокат на парня с беспорядком на голове засматривается сразу же, как переводит на него взгляд, изучает мягкие черты красивого лица осторожно и чувствует, что, чем больше деталей внешности незнакомца им становятся изученными, тем в больших его пытливый взор нуждается. Кима привлекает острая линия нижней челюсти и подбородка, красота смуглой шеи, широкие плечи и призывно торчащие из-под белого льна ключицы, обтянутые карамельной кожей. Тэхену очень нравятся глаза незнакомца, которые тот на парня переводит с розовеющего неба совсем скоро. Ким, не сводя с него взгляда и сдерживая желание облизнуться, отвечает: — Не всюду. Звучит многозначительно. Многозначительно воспринимается ими обоими. Тэхен видит, что парень, который к нему обратился, в его ответе уловил то, что Тэхену в него вкладывать совершенно не стоило. Читает это по изменениям во взгляде очень красивых карих. — Тогда Вам повезло, что Вы здесь, и что можете ее лицезреть, — улыбается он, некоторое время погодя. — Что ж, после сумасшедшего дня, я думаю, я заслужил хотя бы этого. Должно же мне было повести хотя бы раз за день, — слабо хмыкает Тэ. Парень смотрит на него долго, не моргает, изучает будто бы, пытается что-то прочесть и не ясно, читает ли. Но в итоге согласно кивает. — Вероятно. Как Вас зовут? — Ким Тэхен. Можно просто Тэхен, если Вы не против перейти на «ты». — Я Чонгук, — ничуть не смутившись предложением незнакомого человека, отвечает брюнет. — Приятно познакомиться. Чонгук хочет сказать что-то, даже распахивает губы для этого, но именно в это мгновение перед Тэхеном опускается заказанная им еда, а взгляд Чона тут же переводится на мгновение на двери, прежде чем снова вернуться к Киму. — Приятного аппетита, Тэхен, — будто прощание. — Взаимно. Чонгук улыбается слабо и больше на Тэхена не смотрит, переключая все свое внимание на вернувшихся к столу друзей. Только сейчас Ким замечает, что стол, находящийся по соседству, сервирован больше, чем на одного человека; только сейчас обращает внимание на начатые напитки… довольно странно, обычно Ким внимателен к мелочам. Среди людей, присоединившихся к Чонгуку, нет ни одного корейца, но это совсем не мешает Чону вести с ними оживленные беседы, смеяться с ними и перебивать резво, заставлять иностранцев смеяться. У Чонгука изумительный итальянский, насколько может оценить Тэхен. Пусть Ким ни слова не понимает, он поневоле ловит себя на том, что вслушивается в красивый голос, бегло повествующий о чем-то на незнакомом адвокату языке. На Чонгука хотелось взглянуть снова, но Тэ не стал. Это будет выглядеть странным, да и понятым может быть совершенно неправильно. Поэтому парень себя сдержал и начал свою трапезу, мечтая поскорее вернуться в номер. Солнце почти полностью скрылось за горизонтом, а Тэхен так и не покинул своего столика. Соседний стол уже опустел и новый знакомый Кима покинул ресторан отеля, в котором Тэ снял номер на ночь. Неприятно признавать, но Тэхен немного расстроился, что Чонгук не одарил его даже взглядом, прежде чем уйти. Впрочем, он и не должен был. Было что-то в сегодняшнем закате, а Тэхен так и не видел в нем ничего, что могло бы его заворожить. Но зачем-то рассмотреть пытался, нескончаемо глядя на горизонт, за которым скрывается покрасневшее солнце. — Тебе все еще не нравится здешний вид? Тэхен не ожидал снова увидеть Чонгука, не ожидал снова услышать его голос. Парень покинул это место около двадцати минут назад, но почему теперь стоит рядом со столиком Тэ и с ним говорит? — Я думал, ты согласился, что здесь очень красивый закат, — продолжает он. — Я говорил не о закате, — ничуть не смущаясь, признается Тэхен, вызывая на губах младшего слабую улыбку, которую тот тут же пытается спрятать. Блестящий взгляд темно-карих глаз опускается, а губы поджимаются совсем каплю смущенно. — Вот как…? Тэхен не знает, должен ли что-то сказать, а Чонгук все не поднимает на него взгляда… Киму кажется, что прошла целая вечность, а на деле и секунды не прошло. И вот Чонгук снова смотрит в его глаза как-то очень пронзительно и улыбается крайне неловко, поднимая выше бутылку вина, которую держит в своей ладони. — Хочешь составить мне компанию?