Боль цветущего лотоса..~

Пару месяцев спустя~ Прошёл ровно год с момента аварии. Все пережили немало трудностей и волнения. Каждому было больно, и каждому было хорошо. Было плохое и хорошее, страшное и милое, приятно и не очень, но волнующее. Сейчас же Цзян Чэна и Лань Сычжуя пробило ностальгией. Оба в холодном и белоснежном коридоре, в белых халатиках. Оба на нервах. Оба сидят и ждут. Куча мыслей в голове. Одна заменяет или дополняет другую. Что же будет дальше?.. И вот выходит из операционной мужчина. Лет семьдесят, если не больше. Он тепло и доброжелательно улыбается. Как только он вышел в коридор, два потерянных взгляда озарили его. Но мужчина не беспокоится. —Всё прошло успешно. Юный Господин Цзинь прекрасно перенёс операцию без последствий. Пару дней и его можно отвозить домой — с улыбкой сказал врач. —Спасибо вам, Господин Не — подскочил и, сразу же поклонился Сычжуй. Я совсем забыла упомянуть… После той прогулки прошло несколько дней, как раздался звонок. —Ксяожи… Приветик! — ответил Юань. —Привет-привет, А-Юань. Прости за то шоу, что я устроил. Как там Цзинь Лин? — услышав до жути знакомый и неприятный голос, Жулань прислушался. Сейчас оба юноши лежали на кровати и болтали не о чём. Но их прервали. —Всё хорошо — с улыбкой, которая чувствовалась через обычный тон голоса, ответил юноша. —Я рад, что не натворил ничего плохого. В общем… Какие у вас сейчас отношения? Вы же не расстались? — интересовался Не. —Всё в порядке. Мы сейчас в прекрасных отношениях. А что? — чуть удивлённо спросил Юань, когда Цзинь Лин уже хотел сломать ноги этому «другу» и свернуть шею. —Суть моего цирка являлось проверить вашу любовь, привязанность и прочее. В общем… Раз у вас всё хорошо, то спешу порадовать — Цзинь Лин метался между агрессией и удивлением. Словно война этих эмоций начала бушевать в душе — скидка вам обеспечена, а дядя полностью согласен, даже выделил вам местечко через три месяца. Вы сможете потерпеть? Да, билет в Германию за ваш счёт. —Ого, здорово… —Ты не рад?.. —Нет, почему же, рад! Очень — даже если не было заметно, что Сычжуй счастлив, он сейчас ликовал в душе, что его любимый сможет выздороветь. Его радость никогда не выражалась писком, прыжками, хлопками и необдуманными действиями, полными адреналина. Он всегда спокойно себя ведёт, поэтому порой бывает не похоже на то, какие чувства он испытывает на самом деле. —Замечательно — заявил Цзинь Лин — надо оповестить дядю. —О, так Цзинь Лин рядом. Передавай привет этому солнышку. —Что?.. — удивился юноша, глядя янтарными глазами на телефон, с которого слышался голос Ксяожи. —Прости, если тебя так взбесило это «солнышко» на прогулке. Я всех так называю. —Да нет… Ничего… — Жуланю стало немного неловко. Он начал ревность с пустого места. Ну, кто ж знал, что Ксяожи всех солнышками называет?! Сложно порой понять… Подлизывается к его любимому человек или взаправду добр и мил. —Теперь мне пора. Я побежал. У меня дела — сказал юноша и отключился. —А-Лин. Вот видишь. Зря ты так — довольно и мило, нежно улыбаясь, сказал Сычжуй. Он спокойно отложил телефон на тумбочку. И обнял за плечи Лина. —Кто бы говорил. Уволил единственную нормальную прислугу без моего ведома и ведома дяди — скрестив руки на груди, прикрыв глаза и, повернув голову в бок, заявил Цзинь Лин, игнорируя столь тёплые и желанные прикосновения. —Вот это можно было и не вспоминать… — юноше было очень стыдно за этот не обдуманный поступок. Он не хотел кому-то навредить. Просто беспокоился за возлюбленного, что ещё думать, когда его состояние так ухудшилось? Кроме прислуги никто не подходил. —М… — янтарные глаза сразу же показали сожаление, щёки покраснели… Немного приподнявшись, Жулань привстал, поцеловал Юаня и обнял за шею… Негодование сменилось нежностью. Прикрыв глаза, Сычжуй обнял любимого крепче. Так они и пролежали длительное время. Чуть-ли не плача от счастья, Сычжуй сейчас благодарит всех богов. Всё прошло успешно, его Цзинь Лин имеет полноценные права на счастье… А значит и Сычжуй тоже. Теперь не нужны эти сиделки и лишняя прислуга… Они могут быть только вдвоём. Цзян Чэн уже дожидается пока его племянника переведут в обычную VIP-палату и, врывается внутрь. Чуть ли не падая на колени, мужчина сам готов пустить слезу… Гора с плеч и камень с души упали. Теперь всё будет хорошо. Он выполнил свой долг и обеспечил всё самое лучшее своему племяннику Цзинь Лину. Пару дней после операции спустя~ Сычжуй сидит на стульчике у кровати и держит за руку любимого двумя своими. Улыбка не сползает с лица. Продукты разложены по тумбочке. А точнее, небрежно раскиданы. Вот-вот мандарина рухнет на пол, но кому какое дело? Сейчас как в самом начале, влюблённый и как всегда трепетный Юань, с улыбкой рассказывает что-то Лину, который с удовольствием его слушает. И вот, почти бесшумно, открывается дверь. Зашёл Цзян Чэн… Несмотря на увлечённость моментом, Юань тут же встаёт и кланится человеку, которому сейчас благодарен больше чем кому-либо… —Хватит лежать. Не належался? Подъём, собирай свои вещи — ударяет, как гром среди ясного неба, грубый голос сквозь пространство. —Дядя?.. — изумлённо спрашивает Цзинь Лин. —Тебя выписали. Нечего сидеть, пятнадцать месяцев на это было. Собирай вещи и учись уже ходить. Скоро соревнования по стрельбе из лука, а ты даже круг пробежать не сможешь. —А вот и смогу! — теперь все узнают Жуланя. Гордый, сильный, уверенный, но самую малость застенчивый юноша, сжал кулаки и пытался противиться. —Ну-ну. Я, конечно, понимаю, что дамам нужно больше времени на сборы. Именно поэтому вместо пяти минут даю тебе пятнадцать. После этого времени собирайся до аэропорта как хочешь. —Дядя! Вот возьму и за три соберусь! — крикнул Лин и чуть откашлялся. —А-Лин… Твои связки ещё не восстановились, повремени! — обеспокоенно сказал Сычжуй, положив левую руку на спину юноши. Его взгляд был словно хрустальный… Столько осторожности, волнения и беспокойства нет нигде больше… И вот, собрав свои вещи, все трое отправились в аэропорт на машине… Затем посадка на самолёт… Цзинь Лин летает уже раз четвёртый, наверное, ему всё равно. Он лишь хочет домой, потому что ему не нравится наполненность людьми. Недовольно цокая, юноша лёг щекой на правую руку и посмотрел в пол, но тут его внимание привлекло следующие. Его рукав одежды как-то трепетно дёргался. За него буквально двумя пальцами осторожно ухватился Сычжуй. В тот полёт он не боялся, ведь был обеспокоен другим, но сейчас сердце дрожит, а земля уходит из-под ног. Взлететь на такую высоту над землёй… Выше облаков.! Жуть какая… В голове крутятся разные мысли, а чувство беспокойства не покидает грудь… Хочется скрыться куда-нибудь, но не лететь… Не сейчас! Как вдруг панику прикрывают тёплые руки, которые медленно проползают на талию, осторожно обвивая её… Жулань положил голову на плечо Сычжуя и слабо улыбнулся. —А мой любимый струсил?) —Н-нет, Цзинь Лин! Ты не так всё понял!.. —Ну же — приближаясь губами к уху, тот шепчет — не переживай, я рядом. Обнимаю твою талию и лежу на твоём плече. Мы сейчас вместе и нам ничего не страшно. Ведь так? — Лин хоть и смущался, но с Сычжуем это сложно сравнивать… Впервые Лань смутился раза в два, три… Нет. В десять раз больше, чем Лин когда-либо! Как он отвык от внезапных прикосновений… Ещё шепот, что так опаляет ухо… До мурашек приятно! И вот, самолёт взлетает. Дрожь медленно отступает… Невероятно красивый пейзаж открывается для возлюбленных… Ещё некоторое время спустя, этот полёт превращается в некоторое подобие романтического путешествия, ведь оба сейчас очень близко друг к другу. Руки Сычжуя легли на руки Лина и они оба с интересом и восхищением смотрят в иллюминатор, гадая: на что похоже следующее облако? Куда оно летит и откуда? Зачем? Что ждёт его дальше?. Но пока что каждый может лишь догадываться об этом… *** Поздняя осень. Хмурые тучи заполонили небо. Слякоть, в которой валяются уже грязные, ярко-красные, оранжевые и жёлтые листочки… Машины разъезжают по дорогам и плещут эту слякоть прямо на прохожих! О светлой одежде можно не мечтать в такую погоду. Мелкий моросящий и такой до жути холодный дождь добавляет свою «изюминку» в этот ужас. И лишь Юань держит за руку Лина и улыбается. Ему не мешает погода. Его возлюбленный светит ярче любого солнца. Именно его возлюбленный согревает одним присутствием и взглядом. Лин же идёт не очень-то уж и довольный, со стаканчиком горячего кофе в руке. —Как же бесит эта осень! Совсем не как в стихах! Сплошное огорчение и болезни! — ворчит Жулань, на что Юань лишь издаёт тихий смешок — Что смешного?! —Хах, да ничего… —Говори уже! —Осень чудесна… И всё как в стихах. Помимо слякоти вокруг порхают листья, чьи цвета расширились от алого, тёмно-кофейного, до зелёного, светло-жёлтого. Это ведь та самая грань, между сильным холодом и жарким солнцем. Плюс. — Сычжуй поцеловал собеседника в нос — с тобой мне в любую погоду уютно, А-Лин — юноша мило улыбнулся. —Вот же… Поэт! — немного сморщив нос, Жулань смутился и направил взгляд в грязь, лишь бы не смотреть на любимого — всё равно белый и чистый снег, или тёплое солнышко были бы лучше, чем это!