День Святого Валентина

      Прошло около трёх минут. Нориаки сидел в шкафчике, проверяя через щели, не рассосалась ли толпа. Было довольно душно, несмотря на холодную погоду через стенку от его спины. Стены были тонкими, но почему-то хорошо держали тепло.       Мгновение спустя в шкафчике оказался Джотаро. Он стоял спиной к Нориаки и тяжело дышал. Теперь тут вдвойне тесно. Джотаро поёрзал и, видимо заметив, что тут он не один, медленно развернулся и задал вопрос:       — Ну и ну. Ты что здесь делаешь?       Какёин смотрел на него так, будто увидел мертвеца. Он был удивлён не меньше.       — Я ну… В общем… — Нориаки вдруг стал оправдываться, будто совершил что-то очень непростительное, хотя выглядело это и вправду странно. Парень залез в шкафчик другого парня и сидит там… Собравшись с мыслями, Какёин, глядя куда-то вниз, попытался рассказать, что произошло, но прозвучало не очень убедительно.       — В общем, я пришёл, а тут толпа, все мешались, и я не смог найти бумаги, поэтому я залез в твой шкафчик и решил, что подожду, пока всё утихнет, а тут ты…       — Ясно… Сейчас я попытаюсь открыть… Твою мать! — дверца не поддавалась: то ли из-за того, что кто-то там стоял, то ли что-то заклинило.       Положение было неудобным. Джотаро слишком большой для этого шкафчика, даже будь он тут один, однако сейчас парням предначертано ютиться тут вдвоём. Нориаки буквально прижали к задней стенке шкафчика. Колено Джотаро больно впивалось в бедро Нориаки, и, спустя пару неудачных попыток подвинуться, Какёин подал голос:       — Джотаро… — получилось немного хрипло. — Кхм! Джотаро, подвинь, пожалуйста, правую ногу…       Куджо посмотрел на Какёина сверху вниз, тень от козырька падала на его лицо, из-за чего он выглядел очень злобным.       — Можешь и не двигать… — Нориаки отвёл взгляд в сторону.       Джотаро послушал друга и начал елозить в попытке переместиться. Сдвинуть колено ему удалось, однако теперь его нога находилась опасно близко к промежности Нориаки. Лицо Какёина моментально залилось румянцем. Ему хотелось отвести взгляд от зелёных глаз, но что-то заставляло вглядываться в них снова и снова. Дыхание участилось, и, судя по тому, что стало чересчур душно, часто дышал не только он. Мысли улетели куда-то за пределы его головы, только рука сама потянулась к острым скулам друга.       — Я… — он хотел что-то сказать, сам не понял что, но разум слишком резко возвратился в черепную коробку, и, осознав абсурдность происходящего, Нориаки быстро одернул руку и поспешил отвести взгляд.       — Извини, я сам не знаю, что на меня… — руку, что ещё не успела опуститься вниз, перехватил Джотаро, поднёс к своему лицу и немного сжал, заставляя ладонь раскрыться.       Наблюдая за действиями Куджо, оттенок щёк Какёина опасно приблизился к цвету его серёжек. Джотаро прижал чужую ладонь к своей щеке, прикрыл глаза и томно вздохнул. Тонкие рыжие брови подлетели вверх, но их хозяин не сказал ни слова, возмущения были не к месту, да и возражать не хотелось. Отпустив тонкое запястье, Джотаро слегка подался вперёд, чтобы его нога уже отчётливо прижималась к паху Какёина. Когда до любителя вишни наконец дошло, что происходит, он сместил свою руку на шею Куджо, тоже придвинулся вперёд, и подняв голову, потянулся к лицу Джотаро. Однако его остановил тихий и хриплый шёпот.       — Разве это не слишком по-гейски? — Какёин замер, раскрыл глаза и посмотрел на Джотаро как на кайфолома. — Ну и ну… Понял…

***

      Грубые, искусанные губы Джотаро, что до этого прикасались разве что к сигаретам, сейчас нежно целовали скулы, веки и мягкие, ухоженные губы Нориаки. Он жадно хватался и глотал каждый вздох, каждый стон, что доносился изо рта партнёра. Однако этого было мало. В этом тесном шкафчике, где шевельнуться было практически невозможно, хотелось прижаться сильнее, слиться в одно целое и никогда не отпускать друг друга. Тонкие пальцы Какёина переместились с шеи на талию и лёгким движением скользнули под футболку. Джотаро на секунду замер, а затем слегка согнул колени, начал расстёгивать гакуран и рубашку Нориаки, параллельно смещаясь с лица на шею, начиная медленно покрывать её невесомыми поцелуями, постепенно увеличивая напор и скорость.       Подушечки пальцев пробежались по рельефному животу Куджо, и, добравшись до сосков, сжали маленькие бугорки. В ту же секунду Джотаро вздохнул сквозь зубы и слегка прикусил ключицу Нориаки, как бы говоря, что больно может сделать не только он. От поцелуев Куджо, которые постепенно становились влажными, приятно скрутило низ живота, заставляя Какёина невольно прогнуться навстречу губам Джотаро. Грубые руки продолжали лишать партнёра формы, агрессивно расстёгивая гакуран с рубашкой и стаскивая одежду вниз, из-за чего Нориаки пришлось оторваться от чужой манящей груди, чтобы позволить сбросить с себя тёмно-зелёные оковы. Слегка отстранившись друг от друга, Нориаки попытался снять с Куджо его гакуран, однако конечности не поддавались, они будто размякли от столь желанных прикосновений Джотаро. Одним мощным рывком плеч Куджо сбросил с себя форму, оставшись в одной футболке. Цепь ударилась о стенку шкафчика, приводя в чувства обоих.       — Ты же понимаешь, что мы сейчас собираемся сделать? — Джотаро взял лицо Нориаки в свои ладони, заставляя его посмотреть прямо в глаза. После утвердительного кивка Куджо поцеловал Какёина в щёку и, наклонившись к уху, прошептал: —Я постараюсь быть аккуратным…

***

      Нориаки зажмурился, доверяя всё рукам Джотаро — большим, но нежным, которые прямо сейчас легли на довольно узкую для парня талию, мягко скользнули к бедрам и ласково сжали их. Его глаза с восхищением изучали лицо Нориаки: смущённое, напряжённое, но всем видом показывающее, что прекращать не стоит. Присев на корточки, Куджо принялся расстёгивать ремень Какёина. Член Нориаки и лицо Джотаро разделяли лишь пара сантиметров и ткань брюк и нижнего белья, от которых вскоре избавились. Дыхание Какёина так сильно сбилось, что на одну фразу у него ушло десять секунд и около пяти вздохов.       — Ты… Уверен, что… Хочешь сделать… Это ртом?..       — Ясное дело уверен. Иначе бы не сидел сейчас и не смотрел на твой член, что весь дрожит от нетерпения, — Джотаро ухмыльнулся и поднял глаза на Нориаки, заставляя его покраснеть ещё сильнее.       Куджо явно не был асом в исполнении минета, но в теории пару вещей знал. Самое время для практики. Прильнув губами к головке, он провел языком вдоль полового органа и, спустя пару секунд, взял в рот около трети. В начале неспеша, потом чуть быстрее, Джотаро постепенно набирал темп и брал всё большую и большую площадь. Постепенно маленькое пространство шкафчика начало заполняться не только запахом пота, но и сладкими стонами Нориаки. Новые ощущения были верхом наслаждения, что когда-либо доводилось испытывать парню. Хотелось обнять Джотаро, но он был слишком низко, поэтому Нориаки лишь смахнул фуражку с головы Куджо и принялся гладить её, зарываясь пальцами во вьющиеся волосы, хотелось благодарить его, но сил не хватало, поэтому он мог лишь стонать его имя. Имя человека, с которым он хотел провести вечность.

***

      Прошло около семи минут, прежде чем Нориаки излился в рот Куджо. Он пытался предупредить, но Джотаро не остановился.       — Извини… Мне правда жаль, что так получилось… — Какёин снова отвел взгляд. Повернуться его заставил тихий смешок.       — Придурок… — Джотаро обнял Нориаки и поцеловал его за ухом. Отпрянув, он показал глазами вниз. — А мне ты поможешь? — В брюках Куджо был возбуждённый бугор, который всем своим видом требовал усмирить его.       Без лишних слов Нориаки опустил руки к ремням. Избавившись от брюк, он обхватил большой член Куджо рукой и принялся неспеша водить вдоль продолговатого органа. Тяжёлое дыхание Джотаро обжигало шею Нориаки. Густые тёмные брови сдвинулись к переносице, демонстрируя Какёину, насколько красивым и невероятным может быть лицо Куджо. Прижавшись чуть ближе, свободной рукой Нориаки принялся оглаживать накачанную грудь Джотаро, слегка задевая то одним, то другим пальцем чувствительные соски. Неожиданно для обоих Джотаро издал довольно громкий стон, после чего тут же прикусил губу. Чтобы Куджо не чувствовал себя неловко или виновато, вместо успокаивающих слов Какёин просто поцеловал его настолько нежно, насколько мог. И это помогло. Теперь уже без всякого стеснения Джотаро сладко стонал в губы Какёина, пока тот старательно доводил его до оргазма.       В голову Какёину пришла отличная мысль. Французский поцелуй. Он видел, как люди целовались с языком только в фильмах, но у Какёина довольно ловкий язык, поэтому, протиснувшись им сквозь губы Джотаро, он стал искать чужой язык в чужом рту. Стоило Нориаки углубить поцелуй, как Куджо кончил. Несколько стонов, мычание в чужой рот, а затем тяжелое дыхание.       — С днём святого Валентина, ДжоДжо.