Волчья луна

— Спину ровно! — рявкнул Юрий. — Ты все еще шатаешься, как лист на ветру стоя на одной ноге. Мужчина вызывал сильный порыв ветра, не подняв рук чтобы сбросить шатающуюся на платформе ученицу. Селена рухнула на землю с полутораметровой высоты, вскрикнув от боли после услышанного хруста в плече. Не впервой. Скорее всего это снова сломалась ключица. Морена заставит самостоятельно исцелить себя, срастить кость, а если Селена сделает это неправильно та вновь будет сломана. Такое уже происходило с рукой и пальцами. — Не знаю откуда у тебя появилось желание изучить искусство ассасина и зачем оно тебе, но одного желания мало, Лена. — Я знаю, — тихо выдохнула Старкова, стараясь сосредоточиться на плече. — Может я хочу убивать тихо и без способностей оттуда и желание? Брови Юрия взмыли ко лбу после этих слов. Наверное, неожиданно услышать подобное. — Ты можешь оборвать жизни одним взмахом. Зачем тебе сталь? — Я хочу, чтобы меня боялись, не зная мою истинную личность. — В случае опасности ты в любом случае будешь тянуться к силе. Это тоже самое, что выставлять руки, когда падаешь. — Да, но если дело можно решить одним оружием, зачем давать противнику знать, что я за гриш? — Я тебя понял.

◁ ☽ ◯ ☾ ▷

В этом месте воняет кровью, разложением. Воняет Смертью. Изба пропиталась этим запахом, а вид вывернутой грудной клетки того, что ранее было человеком толкает к выходу чтобы вдохнуть свежий воздух, но первое что делает Селена оказываясь на улице сгибается от спазмов желудка, требующего выблевать недавно съеденное. Откуда эта женщина вообще нашла избу и труп? — Прискорбно. Очень, — говорит Морена, смотря на ученицу. — Ты даже ничего толком не увидела. — Мне хватило. — Тогда проваливай. Я не стану учить соплячку. Девушка поджимает губы, от досады. Может правда просто уйти? Она устала за эти полгода. — Я не могу. — Ты не хочешь, — категоричный, жесткий ответ, который сильно задевает. — Заходи обратно. Хотелось протестовать, убежать обратно и обнять теплую, мягкую шубку Сколя, который всегда находится рядом с Селеной. — Лена, — строгий голос безжалостно требует. Человек, которого напрямую стали ассоциировать со Смертью другим быть не может. «Бесчувственная, карга», — подумала Старкова, обижено глянув на женщину в красном. Ей придется сломаться и собрать себя заново. Придется менять взгляд на какие-то вещи. Кость всегда ломать сложно и больно, а ждать пока она срастется — долго. Но это придется делать раз за разом. Селена с отвращением смотрит на труп, когда вновь заходит в избу. Его торс разрезан вдоль посередине и раскрыт, как дверцы шкафа, демонстрируя свое кровавое нутро. — Сегодня ты должна разобрать и запомнить важные органы, их местоположение и за что они отвечают, — говорит Морана, указывая на раскрытую книгу с потемневшими страницами. — Зачем? — спрашивать из интереса чтобы узнать, что наставница скажет, а не из глупости. — Любой целитель должен знать, что пострадало и сколько у него времени на работу чтобы спасти человека. Любой убийца должен знать, как убить свою цель быстро, либо заставить медленно умирать. — Чтобы убить достаточно достать до сердца. — Разрушать всегда проще. Не то, что спасать. Ты часто срастала свои кости неправильно, как и латала свои раны. Недавно получив ранение в живот ты начала паниковать, потому что не знала, что именно пострадало. Запомни: целитель, не знающий тело человека — убийца. Она знала, что пострадало, но испугалась снова умереть. Возвращаться на ту сторону не хотелось, страх леденящий душу рождался от одной только мысли, будто та самая холодная река гладила своим течением оголенные нервы. Будто оставила свой след на душе. Ощущая смерть совсем рядом, Селена всегда вспоминает испуганные глаза Александра, а затем Николая. Снова слышит крик Зои. Это страшно. — Хватит, — резко обрывает её мысли Морана, хлопнув ладонью по столу. — Ты здесь и сейчас. Смотри. Запоминай. Селена вздрагивает, но заставляет себя сосредоточиться. Её пальцы дрожат, когда она тянется к книге, стараясь не смотреть на труп. Но Морана неумолима. — Рукой. Покажи мне, где сердце. Губы девушки подрагивают, но она протягивает руку, указывая на изуродованную грудную клетку. — Правильно. А теперь найди печень. Селена замирает. Она знает, что печень где-то справа, но точное место... — Не знаешь? — голос Мораны звучит почти разочарованно. — А если твой друг истекает кровью именно отсюда? Ты будешь стоять и гадать, пока он не умрёт? — Я... — Не оправдывайся. Учись. Морана хватает её запястье и резко опускает руку в кровавую массу. Селена вскрикивает, пытаясь вырваться, но железная хватка не ослабевает. — Вот она. Чувствуешь? Плотная, тёмно-красная. Если её повредить — человек истечёт кровью за минуты. Селена едва сдерживает рвотный позыв. Её пальцы скользят по склизкой поверхности, и она хочет только одного — убежать. Но бежать некуда. — Теперь селезёнка. Так продолжается ещё час. К концу урока Селена уже не дрожит. Она просто пуста. Запах крови въелся в кожу, в волосы, в лёгкие. Морана наконец отпускает её. — Завтра продолжим. С костями. Селена молча кивает и выходит на улицу. На этот раз её не тошнит. Она просто стоит, глядя в тёмное небо, и понимает — что-то внутри неё сломалось. Но это только начало.

◁ ☽ ◯ ☾ ▷

Руки по локоть в крови. Внутри, кажется, что-то окончательно умерло, когда прошла дрожь спустя трех часов рядом с тем телом. На Селене не было лица. Такую разъедающую нутро пустоту она почувствовала впервые, будто это из нее достали все органы и изучили, разрезали чтобы увидеть строение, сшили и вложили обратно. Что-то правда умерло в ней в той избе. Тело, органы, кровь, боль от собственных сломанных конечностей и ран. Это все повторялось снова и снова. Морана и Юрий не щадили совсем: они были строги и жестоки. Изучай, пока не запомнишь; учи, пока не будешь знать до идеала; тренируйся, пока не будешь валиться с ног. Селена стискивала зубы и продолжала, а ночью плакала пока не проваливалась в сон. Она каждый день жалела, что решила обучаться. Только уроки с Агидель были отдушиной. Только вода и история не приносили боли, а успокаивали. Сколь всегда был рядом. Ее умный хороший мальчик. Он всегда приходил ночью, всегда ходил хвостиком за ней, всегда лежал рядом и позволял обнимать себя во время сна. Селена плакала, уткнувшись лицом в его белую шерсть, обнимала, когда тот ластился к ней. Она стала замыкаться в себе и не выходить из комнаты в свободное время, отказывалась помогать в быту и идти есть. Селена чувствовала себя подавлено и отвратительно. Апатия сжирала. Хотелось бросить все и вернуться в Ос Альту к Зое, Жене и Николаю. Высказаться им обо всем в надежде на то, что станет легче, спрятаться от всех проблем в их объятиях. Плакаться было некому. Она оставалась здесь и продолжала учиться. Чувствовала, как постепенно черствеет ко многим вещам, как ценность жизни противников пропадает. — Они твоя цель, а не люди, поэтому не жалей их. Хороший человек не станет желать другому смерти или наслаждаться страданиями других, — сказал как-то Юрий, когда на первый взгляд хороший мальчишка напал на нее с ножом. — Ты либо вынуждена убить, защищая себя или кого-то, либо караешь. — А если ни то, ни другое? Если в какой-то момент стану наслаждаться смертью противника? — Значит станешь убийцей, — весело добавил он последнюю фразу, но тут же серьезный тон вернулся к нему. — Ты же убивала еще до того, как оказалась здесь, поэтому не заморачивай себе голову моралью. Селена кивнула. Впервые она убила, когда спасала Алину в родной деревне, в ночь, когда они обе стали сиротами. Место, где ранее простирался Тенистый Каньон выглядит как пустыня с серым песком. Аспид часто приносил Селену сюда по ее просьбе. Ей нравилось гулять среди песков, находить разрушенные скифы и руины каких-то построек. В первые пару раз пыталась найти тело Хэршоу, но его, кончено, не было. Старалась успокаивать себя мыслью, что его тело просто забрала Вторая армия и похоронили, но версия того, что волькры разорвали и сожрали его, была более реалистичной. Были случаи, когда натыкалась на людей в черном, но она сторонилась людей даже с измененной внешностью, да и огромная фигура Аспида рядом отпугивала любое живое существо. Так компания из волка и дракона стала Селене предпочтительнее людей. — Она от тебя захотела отдохнуть, карга, — задорно сказал Юрий Моране, когда Селена в очередной раз сказала, что хочет полетать. — Я смотрю ты давно по лицу не получал?! — возмутилась Морана, грозно смотря на него. — Постоянно от тебя получаю, Мара! — Да видимо мало. — Сколько веков живут, а все как дети малые, — вздохнула Агидель. — Будете меня обижать и уйду от вас! — возмущался Юрий. — Никто кроме меня вам тут погоду поддерживать не будет. — Куда ты денешься! Я тебя отыщу и привяжу к порогу. Будешь как пес сидеть на крыльце, — ворчала Мара, тыча пальцем мужчине в грудь. — Ну что ты за женщина такая! Селена, не бери пример с этой черствой карги! Селена только растерянно смотрела на эту перепалку, стоя рядом с Агидель, с чувством будто слушает перепалку собственных родителей. От этого было неловко и очень неуютно, будто это все не для ее ушей, поэтому быстро направилась к Аспиду чтобы убраться скорее из этого места и немного отдохнуть.