Всё хорошо?

К обеду уже время близится, а Тэхён все глаз не может от Намджуна оторвать, за каждым его движением следит, любуется. В мыслях над собой насмехается, напоминает себе старшеклассницу, беспамятно в своего одноклассника влюбленную. И чувства, как и школьница, скрывать не умеет, когда взглядами встречаются - смущается, глаза прячет, а когда объект воздыхания по голове за проделанную работу треплет, то связь с реальностью теряется, на седьмом небе летает. От таких действий всё понятно сразу всем становится, кроме того, кому это адресовано, а может и он понимает, просто дурачка из себя строит.    Тэхён с места насиженного поднимается, развееться хочет, тело за день затекает в одном положении сидеть. По кабинету проходится, качество уборки оценивает. – Тебе не кажется, что слишком много мы уборщикам платим за такую работу? – критично рассматривает свой палец, коим по верхней полке провёл.       Ответа ему не следует, но он и не ждет, потому что вопрос риторический, только дальше не перестаёт уборщиков мучать, наверняка уже те чихом зашлись.       Взгляд на фотографию в белой рамочке натыкается. Тэхён на ней с Намджуном и его другом Юнги возле университета ошиваются, где и познакомились. К ним Намджун на втором курсе перевелся, сразу к Тэ как банный лист прилип, несмотря на его шипение. Тэхён раньше один всегда ходил, в компании друзей себя не видел, скучным казались такие сборища, Намджуна этим скорее всего и заинтересовал, так он сам считал. А Юнги на четвёртом перевели, они с Джуном братья, вот Тэ и пришлось подружиться, о чем он ни разу еще не пожалел. Недолгие пару недель и этих троих не оторвать друг от друга было.     Тэхён в руки рамку поднимает и понять не может, чем фотографию так контузило. На глазах Юнги и Намджуна дырочки просверлены, лица красными чернилами перечеркнуты. На теле из царапин картина, или ногтями скребли, или ножом канцелярским постарались. Сама фотография на множество частей разорвана, но в нужном порядке за рамочкой собрана. – Это... Что с ней? – А что с ней? – Намджун бровь только одну приподнимает, с недоумением смотрит. Тэхён снова на фотографию взгляд обращает, только целую, без единой царапинки. И сам бровь, подобно Намджну поднимает. – Так, я тебя понял, мы идем на обед. Джун его за плечо к выходу толкает. К столовой ведёт, за столик ухаживает, а сам за обедом идет. Тэхён в это время снова глаза к его фигуре приковывает, помечает в голове отменный стиль друга. Сам не замечает, когда перед глазами еду кладут. Друг его вкусы знает, не любит в обед он наедаться, только под дорамы вечером позволено, кофе и лапшу ему заказывает. Ким краешком губ улыбается наблюдательности Намджуна и напиток отпивает, слабый привкус лимона на языке смакует. На Джуна смотрит, всегда Тэхён его аккуратности во время приема пищи удивлялся, может хоть курицу в соусе всю съесть и ни крошки не уронить, ни рот не измазать. Про курицу не просто метафору приводит, а в голове воспоминания кусочками появляются, как после института вместе с курицей к Киму идут сессию успешную отмечать. Но аккуратность эта только к еде относится, в остальном куда не приведи - все разрушит, даже усилия к этому не прилагая, случайно. В этом его особенность.      Пока на макушке коллеги волосы мысленно перебирает на заднем плане Бельского около кассы замечает и на стуле тихонько за Джуна прячется, к стенке ближе пододвигаясь. Пытается Намджуна диалогом отвлечь, чтобы другие не пристали, вроде получается даже. – Тэхён-ни! А я тебе маффин купил, ты такие с чаем любил, – из ниоткуда Бельский около из стола возник. Тэхён на руку с подтянутым маффином смотрит, но не берет. И Бельский видит, что брать и не собирается, вот и кладёт на стол, около кофе Тэхёна. – Нельзя же так сразу в рот все брать, что тебе дают, Тэхён-ни, – Бельский еду Намджуна скептично осматривает, хоть и сам кекс притащил, – От кофе бы ты воздержался, твой организм его не любит. Ким на это только хмыкает и залпом напиток свой выпивает, пакостно на Бельского глядя. Показывает, что не его-то слушать он собирается. – Хосок, ты нам мешаешь есть, – произносит строго Намджун, делая небольшие паузы после каждого слова. – Я лишь предостерегаю, – Бельский на стол немного упирается, прямо перед глазами Джуна останавливается. – Своих предостерегай, – Намджун не выдерживает и толкает его. Бельский телосложением крупным и силой не отличается, чего о его противнике не скажешь. За один небольшой толчок рукой Намджун на полу Хосока устроиться отправляет. Тот лишь молча встаёт, понимает, что спор тут не выиграет, к выходу направляется, не оборачивается, только ушибленное место незаметно поглаживает. – Сильно ты его, он копчиком ударился. – Я перестарался. Они снова к еде возвращаются, от неприятного инцидента отвлечь себя пытаются, вот только половина столовой теперь на них смотрит. – Слышал, что Юнги из Америки скоро возвращается. Это правда? – Тэхён палочками в лапше ковыряется. – Да, они с Чонгуком через неделю из Америки сразу к нам в компанию. – Какой ужас. – Ты про Юнги? Согласен, он еще не приехал, но уже меня бесит, – Намджун лицо корчит. – Я про Чонгука. Чем же тебе твой брат так не угодил? – Ты его только с четвёртого курса знаешь, а я с ним жизнь прожил, – последуя примеру, Джун тоже палочками в еде ковыряется, – Скрасить иногда вечерок с ним можно, но как постоянного друга около себя иметь не стоит. – Говоришь так, хотя все студенческие годы втроём провели. – Так вот вечерки за телевизором и скрашивали, – ухмыляется и под подбородок руку подкладывает. Случайно Намджун тарелку рукой задевает, бульон от лапши проливает. Бордовые линии стол заливают, немного на пол переливаются, будто водопад из крови образуя.