Спонтанная история

      Что-то тут не так.       Тут точно что-то не так.       Тут настолько темно, что даже своего носа не увидеть. Зато можно прочувствовать землю под своими ногами. Значит, это какое-то пространство, по которому можно ходить.       Один осторожный шаг.       Другой.       Еще один.       Еще другой.       Началось движение, но из-за темноты невозможно сказать, в какую сторону оно идет. И все же тот, кто был в кромешной тьме, не останавливался, словно знал, что если прекратит идти вперед, то все закончится.       Потом вспыхнул яркий свет.       Повсюду были прожектора, что били по глазам кричащим фиолетовым светом. Зато можно было наконец увидеть себя: свои маленькие ручки, облаченные в рукава белоснежной блузки, свои маленькие ножки в белых колготках и черных блестящих туфельках на ремешках, клетчатую юбочку до колен.       Тот, кто был здесь, вспомнил, кем является: совсем маленькой девочкой, что заблудилась в лабиринте из фиолетовых фонарей.       Окончательно убедившись, кто она, девочка продолжила путь. Как ни странно, даже с зажженным светом она не знала, куда шла. Прожекторы напротив лишь путали ее, а яркий цвет только сильнее бил в глаза.       “Эй! Есть тут кто?”       Тоненький тревожный голосок доносился из детских уст в пустоту. Увы, ответом лишь служила тишина.       “Мама? Папа?”       Никто не ответил.       “Мама? Папа?”       Голос девочки становился громче, и дрожал он сильнее. Она уже начала срываться на слезы.       Она наконец остановилась, поняв, что ни к чему она не придет.       “КТО-НИБУДЬ! ОТВЕТЬТЕ!”       Она закричала, замученная приступом удушающей паники. Уже захотелось зарыдать во всю, чтобы хоть какая-то живая душа отозвалась на ее мольбы о помощи.       *БУМС*       Гулкий звук сзади заставил девочку немедленно замолкнуть. Похоже, что кто-то ее услышал и пришел к ней. По идее это должно вызвать чувство облегчения, но…       Почему тревога лишь нарастала?       Девочка очень медленно повернулась в сторону источника звука. Из-за слез в глазах и яркого фиолетового света она успела потеряться в ориентации, однако, обернувшись 180 градусов, она смогла увидеть фигуру.       Большой темный силуэт.       С длинными кроличьими ушами.       Одно девочка знала точно: Это абсолютно не то, что она хотела увидеть.         “О, нет!”       Последнее, что пронеслось в мыслях малютки прежде, чем огромный темный кролик с молниеносной скоростью начал направляться к ней. Девочка очень быстро стала убегать от него, но даже всей ее решимости и силы было недостаточно, чтобы оторваться от преследователя.       Она нутром чувствовала, что он становился все ближе.       И ближе.       И ближе.       “Ааа!”        Как по закону подлости, девочка споткнулась на ровном полу, упав прямо на живот и больно стукнувшись предплечьями, пытаясь смягчить падение. Было сразу ясно, что она не успеет встать и продолжить движение. Ей конец. Бесповоротно.       Приподнявшись, девочка пыталась восстановить дыхание, чтобы успокоиться. Не получалось: тяжелый металлический звук становился все громче и громче. Это нечто с кроличьими ушами приближалось к ней со скоростью гоночной машины.       А потом… тишина.       Девочка могла слышать лишь свое тяжелое дыхание, что тряслось от прилива адреналина. Руки, сжатые маленькие кулачки, сильно дрожали. Хотелось прямо лечь на полу, согнувшись, и уснуть, лишь бы паника отступила.       И все же что-то тут было не так. Очень не так.       Задержав дыхание, девочка стала медленно поворачиваться, чтобы посмотреть вверх. И она увидела, что над ней очень близко нависал тот самый монстр с кроличьими ушами.       С горящими глазами, ярче прожекторов, и большими стальными зубами.       И он издал очень громкий механический противный крик.       И вслед прозвучал истошный детский вопль.       АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!!!!!!!!

---

      Пробуждение началось с очень резкого вздоха и дергания конечностей в постели.       Зрение прояснилось в считаные минуты, и можно было увидеть светлый потолок, немного покрытый мелкими трещинами. А если повернуть голову на бок, то можно увидеть небольшой беспорядок в крошечной, но уютной светлой комнатке.       Никакой тьмы, никаких ярких фиолетовых прожекторов. Только дом. Старый добрый дом.       Понадобилось еще несколько секунд, чтобы восстановить дыхание и осознать, что увиденное – не более, чем просто страшный сон, к которому уже стоит как давно привыкнуть. Да вот за столько время все никак не привыкается: все так же жутко и скверно после него.       Небольшое потягивание рук в постели, чтобы проснуться, а заодно убедиться, что ты уже не маленькая девочка, как во сне, а вполне взрослый человек, очень медленный подъем с кровати, еще одни потягивания, но уже стоя, и только после всех этих “упражнений” следует поход в ванную комнату, чтобы заняться водными процедурами.       Открыв дверь в маленькую ванную комнату, человек подошел к раковине, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Там в отражении была худощавая молодая девушка сонливого вида, с длинными каштановыми волосами, чьи пряди торчали в разные стороны, с припухшими карими глазами, которые были настолько светлыми, что больше походили на янтарь, и бледным лицом, на котором лучше виднелись круги под глазами и унылое выражение лица. Девушка пыталась улыбнуться себе, но вышло еще более жалко, поэтому она просто вздохнула и сказала:       — С добрым утром, Мэри-Клэр. Готова к новому восхитительному дню?       Девушка делала так каждое утро, пытаясь таким образом настроиться оптимистично, но выходило такое себе. Особенно если брать во внимание то, как в принципе сложилась ее жизнь.       Ведь судьба не была благосклонна к Мэри-Клэр.       Причем прослеживалось это с самого детства. Было подозрение, что неудача преследовала ее всегда, но, пожалуй, это началось с того момента, как она лишилась обоих своих родителей.       Сначала искреннее непонимание того, что произошло, потом долгое непринятие этого, а затем ну очень медленное осознание того, что мамы и папы рядом уже никогда не будет. А еще переезд в неизвестное тебе место, сопровождаемый бесконечными хлопотами взрослых с их бумажной волокитой и разговорами на тему того, что будет в ближайшем будущем. Мэри-Клэр не запомнила, о чем тогда конкретно говорили эти взрослые с ней, да и сейчас не имеет сильного значения.       Потом жизнь в интернате в компании насмешливых, но таких же потерянных детей, которые вообще не пытались вникать в ее проблемы, вместо этого смеясь над ней, потому что над новенькими смеяться веселее. Друзей среди них не было, лишь одна девочка по имени Никки как-то общалась с ней с переменным успехом, но после выпуска из интерната их, если можно так выразиться, “дружба” быстро закончилась, и с тех пор они никак не контактировали.       Хотя, если вспомнить Никки, эту нелюдимую, слегка язвительную и немного циничную молодую леди, может оно и к лучшему?       Однако даже выпустившись из интерната, чувство одиночества и тревоги не покинуло Мэри-Клэр. Вдобавок к этому добавилось еще и потерянность, так как она понятия не имела, что делать дальше. Покровительства со стороны у нее не было, плана на будущее тоже, жизненных целей и подавно. Оставалось действовать так, как действуют обычно взрослые люди: найти работу, жилье, может даже завести отношения, а там уж как повезет.       Но и тут все было не так просто.       Сколько бы не старалась, но у Мэри-Клэр все никак не получалось продержаться на работе дольше, чем шесть месяцев. Причины были разные: несчастные случаи, собственная неосторожность, подстава со стороны коллег, кошка дорогу перебежала (да, бывало и такое). В результате пришлось менять… сколько рабочих мест? 10? 15? Уже из головы выветрилось точное число, но определенно точно много.       Сейчас пока Мэри-Клэр повезло: она работает в небольшой кофейне уже месяца три, и пусть босс к ней зачастую придирчив, и с деньгами еще остаются проблемы, но пока она еще держится. Впрочем ее и сейчас не покидает ощущение, что висит она не то, что на ниточках и даже на соплях, но на чем-то куда более хрупком.       С жильем тоже пока все хорошо. Пусть и тесно. Пусть и периодически тараканы выползают. Пусть и плата за аренду задержалась уже на месяца три или сколько там. Но хей, хотя бы есть, где жить, верно?       Хотя кого она обманывает?       Судьба действительно не была благосклонна к Мэри-Клэр. Ни родителей, ни друзей, ни ярких перспектив на будущее, ни даже отношений. Даже будучи совсем малюткой, у которой были мама с папой, одиночество преследовало ее, держа за руку. Сейчас ей 20, и все, что она делает, это пытается держаться на плаву в этой системе и не утонуть. Не было даже маленьких радостей, которые могли бы скрасить эту серую жизнь хоть какими-то красками.       Хотя можно ли это называть жизнью, а не существованием?       Так или иначе, Мэри-Клэр еще держится, и она хочет продержаться как можно дольше. Зачем? Как ни странно, в глубине души тлелась какая-то надежда на то, что произойдет некий случай, и все в миг изменится. Все станет красочнее, интереснее, захватывающе.       Но такое ведь бывает только в сказках. И почему она еще надеется? Кто знает? В любом случае это чуть не единственная мотивация, чтобы жить здесь.       И все же, когда казалось, что хуже уже некуда, в какой-то момент начали появляться те самые навязчивые кошмары, где она — заблудившаяся маленькая девочка, которую преследует огромный страшный кролик. Похожие сны преследовали ее раньше, в детстве, а потом они ушли куда-то в небытие, пока не всплыли вновь. Причем, как назло, в самый унылый момент жизни. Здорово, да?       Но сейчас для того, чтобы настроиться на оптимистичный и продуктивный день, Мэри-Клэр положила мрачные мысли в дальний ящик. Она включила кран, плеснула себе на лицо прохладную воду, чтобы окончательно проснуться, и посмотрела на себя в зеркало.       — Уверена, что этот день пройдет замечательно. — взбодрила себя девушка.       Только из ее уст это скорее прозвучало как сарказм.       Дальше пошла ежедневная неинтересная внутренняя рутина: дальнейшие водные процедуры, завтрак из полуфабрикатов, раздумье о том, что бы поприличнее надеть в этот раз и смотр в зеркало в прихожей, чтобы увидеть там аккуратно собранную, прихорошенную и чистенькую девушку с таким же унылым выражением лица.       Она снова пыталась улыбнуться. Все равно что-то не то.       — Ну что же, приятного дня, Мэри-Клэр! — сказала она себе приторным веселым голосом и вышла из маленькой квартирки.       На улице стояла довольно солнечная, пусть и немного прохладная погода. Лето нынче вышло не таким теплым, но тут словно сама мать-природа решила сжалиться и дать людям насладиться хотя бы немногими солнечными деньками.       От приятной погоды даже у Мэри-Клэр повысилось настроение, и она непривычной для себя бодрой походкой отправилась на работу. Даже что-то начала напевать про себя. День действительно обещает быть славным.       Но…       — Эй, ты!       Девушка остановилась. Она знала, что это было адресовано ей.       Она могла бы пройти мимо, но от нее в любом случае не отстанут, даже если шаг ускорит. Так что Мэри-Клэр лишь медленно обернулась, чтобы увидеть до жути надменное и аккуратно накрашенное женское лицо, которое издевательски улыбалось ей.       — Как делишки у такой стремной дурнушки? — спросила носительница данного лица.       Мэри-Клэр тяжело вздохнула, не зная, что и ответить. Каждый день такое происходит, каждое утро эта личность находит ее, чтобы бросить в ее сторону какую-то колкость. Первое время это вызывало раздражение, но теперь даже обидные комментарии превратились в скучную рутину.       — Серьезно? — саркастично бросила Мэри-Клэр. — Ты даже перестала стараться. Раньше хоть какой-то креатив был.       В ответ накрашенная девица лишь противно рассмеялась.       — А чего стараться-то? — сказала она. — Ты не тот человек, ради которого надо пытаться, чтобы что-то креативное придумывать. Даже ты этим не занимаешься.       Как бы не хотелось спорить, сейчас эта противная девка была права.       — Кстати, как у тебя на работе дела? Уже третий месяц работаешь, я гляжу? Или четвертый?— сказала она, но по ее тону сразу было слышно, что она спрашивает это не потому что ей это было интересно.       Мэри-Клэр прекрасно это знала, но решила поддержать диалог.       — Ну да, держусь, — ответила она, держа нейтральный тон, — И держусь довольно неплохо. Может быть я даже повышение получу.       — Ага-ага, а потом тебя уволят, стоило тебе сказать это. Прямо как в прошлый раз! Ой-ой! — накрашенная блондиночка сказала это с настолько фальшивым сожалением, что это больше походило на насмешку.       Похоже, что сама Мэри-Клэр не отличалась оригинальностью в выборе слов в предыдущих беседах.       — Мне… просто не везет, ладно? — сказала она, будучи уже совсем на пределе, — В этот раз я точно продержусь и…       — А может ты просто признаешь, что ты — криворукая неудачница, у которой ничего не сложится в принципе? — просто так кинула собеседница.       Наступило неловкое молчание, которое прервалось очередным резким и противным смехом блондинки.       — Да лааадно, что же я время на тебя трачу? — сказала она, повесив на свое плечо какую-то дорогую брендовую сумку, — Пойду, займусь чем-нибудь действительно полезным. Бай-бай~       Взмахом головы закинув свои собранные в хвост волосы, девушка ушла и скрылась в оживленной толпе, оставляя совсем уж поникшую Мэри-Клэр позади.       Эта дамочка встречается ей каждое буднее утро. Так получается, что они одновременно на работу выходят, но создается впечатление, словно она специально подкарауливает, чтобы в очередной раз поиздеваться. Нет, ну а что? Хорошее устройство в жизни и привилегированное положение ей вполне позволяют это сделать. Даже когда Мэри-Клэр у нее спросила, почему она говорит такие вещи, та просто ответила: “Потому что почему нет?”       Эта противная леди никогда не называла Мэри-Клэр по имени, вместо этого придумывая обидные прозвища. Сама Мэри-Клэр делала так же, только свои варианты она никогда не озвучивала: все же хотелось оставаться воспитанной молодой девушкой, чтобы было хоть какое-то преимущество перед ней.       И все же иногда хотелось срываться.       — Ну конечно, — фыркнула полушепотом Мэри-Клэр, начиная идти дальше. — Посмотрим, как ты запоешь, когда я действительно получу повышение, мерзкая ты дря-…       Не успев завершить свою маленькую тираду, девушка наткнулась на человека, что шел впереди. Все же стоило следить за дорогой, а не смотреть вслед своей обидчице, так ведь?       — Ох! Простите! Простите, пожалуйста! — быстро протараторила Мэри-Клэр, скурпулезно размахивая перед собой руками в извиняющемся жесте.       Она моргнула несколько раз и посмотрела на человека перед собой. Это был высокий и массивный мужчина в темном пальто и шляпе, что внимательно смотрел на паникующую девушку и держал папку в руках. И вот тут-то, буквально начиная с этого момента произошло что-то странное, потому что сейчас Мэри-Клэр вообще не шевелилась. Она просто продолжала смотреть на этого человека, что прямо сейчас одаривал ее озадаченным взглядом. Жизнь вокруг шла мимо нее, не замечая ее мыслей. Она просто стояла и думала.       Думала о том, что же в ее жизни пошло не так.       Думала о том, что возможно та девица была права.       Думала о том… какие же у этого человека красивые голубые глаза.       — Мисс? Мисс, вы в порядке?       Обеспокоенный голос мужчины вывел девушку из мысленного транса и вернул ее на Землю. Тогда-то она и заметила, что ее глаза почему-то наполнились слезами.       Видимо, из-за этого человек в шляпе волнуется.       — Д-да, я в норме. Все в норме, да! — быстро уверила Мэри-Клэр, пытаясь быстро вытереть ладонями подступающую влагу.       Как же она опозорилась перед случайным прохожим. Кошмар.       — Вы точно в порядке? — с искренним беспокойством спросил мужчина в шляпе.       Тут Мэри-Клэр заметила, что у него очень приятный голос. Низкий, протяжный, успокаивающий, немного мелодичный. Из-за этого мысли девушки опять чуть не улетели куда-то далеко, но в этот раз она собралась довольно быстро.       — Да, я в порядке! В норме, как огурчик! — бодро протараторила девушка, отряхнувшись. — Мне пора спешить. Простите, пожалуйста!       В этот раз аккуратно обходя мужчину, Мэри-Клэр побежала в сторону от него, стараясь не смотреть назад. Было до жути стыдно перед случайным прохожим. Небось думает, наверное, какая же странная эта девчонка: сначала на дорогу не смотрит, а потом таращится и плачет. Девушка пыталась не думать об этом, но чувство обиды и грусти от недавнего диалога с той намалеванной до сих пор не выветрилось.       Возможно, что работа поможет ей отвлечься.

---

      — Ну и где тебя, черт возьми, носит?       Строгий голос начальника тут же издался в зале, стоило Мэри-Клэр войти в кофейню, где она в данный момент работала. Обычно она не опаздывает, но в этот раз по некоторым личным причинам она подзадержалась, вызвав недовольство у своего начальника.       — Прошу прощения! Обещаю, такого не повторится! — быстро сказала девушка, подбегая к стойке.       Ее босс, пожилой, но вполне здоровый мужчина, скрестил руки на груди и сверлил недовольным взглядом.       — Я, конечно, верю тебе, ибо у тебя это происходит второй раз, — пояснил он. — но учти, что я не стану тебе делать поблажки. Рабочий день уже идет, клиенты приходят. Постарайся такого не допускать в принципе.       Мэри-Клэр лишь вздохнула, закатив глаза, пока надевала фартук и собирала волосы в хвост. Как и говорилось ранее, ее начальник был зачастую придирчив, но это все от того, что эта кофейня — дело всей его жизни, к которому он относится очень ответственно и требует этого же от других. Да и из всех работодателей, с которыми сталкивалась Мэри-Клэр, он — далеко не самый худший, а в нерабочее время он вообще душка.       И все же злить его лишний раз не хотелось, поэтому, полностью подготовив себя, Мэри-Клэр вышла за стойку, начиная проверять оборудование и прочищать рабочее место.       Работа шла размеренно: тут тебе кофе сделай, тут тебе перекус подавай, тут тебе выслушивай недовольства клиентов насчет политической обстановки в стране и в мире. Спасибо, что хоть голые клиенты не приходят, а то один коллега рассказывал, что такое однажды было.       В кофейню приходили люди разных профессий и возрастов, и все они говорили о разных темах, насущных и не очень. К примеру, группа совсем юных девочек-подростков, заказав для себя вкусняшек с напитками, уселась за столик рядом со стойкой, так что Мэри-Клэр могла отчетливо слышать их, о чем они говорят.       — Кстати, девчонки! — начала одна из них, рыженькая. — Кто хочет пойти со мной в Мега Пиццаплекс сегодня вечером?       — О, я хочу! — тут же отозвалась другая, смуглая и с пышными кудряшками. — Там как раз концерт сегодня, очень хочу посмотреть!       — А вам не кажется, что это для маленьких детей предназначено? Мы же взрослые. — скептично бросила третья, с черными прямыми волосами.       — Ты что? — воскликнула рыженькая. — Там группа такая классная, и без разницы, сколько тебе лет, они всех любят! И песни клевые.       — Да-да! — отозвалась кудрявая. — Мне тоже нравятся песни. Как раз одну до дыр заслушиваю. И они совсем недетские. То есть они не звучат так, будто они предназначены для маленьких детей. Они для всех!       Краем глаза Мэри-Клэр заметила, как девочки-подружки собрались вокруг кудрявой, которая со своего смартфона показывала им что-то, рассказывая про музыкальную группу Мега Пиццаплекса.       Мега Пиццаплекс.       Естественно она слышала о нем. Невероятно большой развлекательный комплекс, что существует в этом городе уже длительное время и является одной из главных его достопримечательностей. Поговаривают, что с ним связана одна мутная история, но какая именно Мэри-Клэр не запомнила. Впрочем, ей не особо было интересно вникать в прошлые темные делишки каких-то мегакорпораций, чем любят заниматься всякие конспирологи или... Кто обычно такой ерундой занимается?       Но больше всего Мега Пиццаплекс знаменита тем, что там часто выступает довольно известная музыкальная группа, чьи песни доносились из радио, телевизора и видеороликов интернета. Мэри-Клэр приходилось натыкаться на их музыку иногда, и, исходя из того немногого, что она слышала, песни были довольно симпатичными на звучание, но не более. Девушка не вслушивалась в чью-то музыку, так как ее голова все время была занята вещами на тему того, как продержаться еще день, не помирая от перенапряжения.       И вот, бодрые и зажигательные мелодии с приятным голосом тихо доносились из смартфона девочки с кудряшками, пока она кивала в такт, а подруги заинтересовано смотрели в ее маленький экран.       — Ладно, признаю, — констатировала брюнетка. — Они и правда классно звучат.       — Вот, а я о чем? — дополнила рыжая. — Тебе там успел кто-то понравиться?       Брюнетка задумалась на миг.       — Ну… Мне понравился тот чувак, который пел. Большой такой. — сказала она с некоторой застенчивой улыбкой.       — О, Фредди Фазбер? Я его тоже очень обожаю! — с восторгом отозвалась рыженькая. — А еще мне нравится Рокси. Очень хочу быть на нее похожей.       — А мне Монти нравится, — дополнила кудрявая. — Он так классно на гитаре играет.       — Не так классно, как Давиде Биале.       — Ты знаешь Давиде Биале???       — А чего его не знать?         И так разговор девочек пошел в свое русло. Из-за того, что новых клиентов сейчас не было, Мэри-Клэр заслушалась восторженным лепетанием совсем юных девочек, что вызывало умиление, а вместе с ней и тоску. Она подумала: если бы ее жизнь сложилась иначе, она бы тоже так с подружками обсуждала музыкальные вкусы?       Да и были бы у нее подружки, с которыми она обсуждала абсолютно что угодно?       Что угодно…       Смешно.       …       — Мисс?       Чей-то голос вновь вывел ее из состояния задумчивости. Надо же, улетела в облака прямо на рабочем месте. От босса ей точно достанется.       — Аа, простите, — спохватилась девушка, выпрямившись и отряхнув свой фартук. — Добрый день, чего жела-…       Она снова не закончила фразу, стоило увидеть ей человека, что стоял перед ней.       То же пальто.       Та же шляпа.       Та же папка в руках.       Те же голубые глаза.       Это что, шутка?       — З-з-з… Здравствуйте? — начала выдавливать из себя Мэри-Клэр, пытаясь казаться вежливой, но внутренний шок все мешал ей сделать это. —  Вы… Это… Ну…       Черт, что же происходит с ней? Это же просто случайный прохожий, с которым она столкнулась ранее. Совпадение, не более. Так почему она не может даже связно говорить? Еще не хватало второй раз опозориться перед этим мужчиной.       — Господи... — прошептала Мэри-Клэр, прикрывая лицо ладонями. Теперь она точно капитально облажалась.       — Хэй-хэй, все хорошо, — мягко уверил ее мужчина. — Я так понимаю, вы смутились тем, что встретились со мной во второй раз?       Низкий и ласковый тон человека успокоил девушку, и та нашла в себе смелости поднять взгляд и посмотреть ему в глаза. В его красивые глаза.       — Прошу прощения, — сказала она, вернувшись к профессиональному тону. — Что-то сегодня я сама не своя. Не обращайте внимания, лучше скажите, чего желаете?       Пока мужчина стоял и изучал меню, что висело сверху, Мэри-Клэр заметила, как три девочки из соседнего столика смотрели на него, внимательно изучая.       — Девчонки, — начала рыжая полушепотом. — а вам не кажется, что голос у этого человека знакомый?       — Нуу… нет? — протянула брюнетка в недоумении. — Почему он должен казаться знакомым?       — Ну голос у него явно, как у Фредди Фазбера, — заключила рыженькая.       Кудрявая тут же охнула.       — Быть не может! — воскликнула она, пытаясь не повышать сильно голос. — Ты уверена в этом?       — Я столько раз песни переслушивала, у меня уже слух выработался на такое! Ты сама сколько раз слышала его голос.       — Ну не знаю, а вдруг он просто похож?       — Да, плюс нельзя точно говорить о голосе лишь по парочкам фраз. — поддержала сомнения кудрявой брюнетка.       Девочки начали бурно обсуждать личность человека в шляпе прямо за его спиной, и в этот же момент Мэри-Клэр могла заметить, что тот натянул шляпу пониже. Он так же стоял ровно, но у девушки появилось подозрение, что он как будто чего-то боялся.       Боялся, что его… раскроют?       — Кхем! Девочки! — обратилась к компании Мэри-Клэр строгим тоном. — А вы знаете, что невежливо обсуждать человека за его спиной?       На замечание баристы девочки замолчали и стыдливо наклонили головы.       — Простите, — тихо сказала рыжая.       Теперь некогда веселая компания выглядела совсем поникшей, и в какой-то момент Мэри-Клэр даже стало стыдно, что она испортила им настроение.       К счастью, длилось это недолго.       — А пошлите гулять! — вдруг предложила девочка с кудряшками. — Обещают, что потом будет холодно, а я хочу успеть нагуляться, пока солнышко светит.       Остальные две с энтузиазмом подхватили данную инициативу, и компания со смехом быстро выбежала из кофейни, оставив после себя немного мусора на столе.       Мэри-Клэр выдохнула и посмотрела на мужчину в пальто. Тот смотрел на нее с благодарностью.       — Ну, выбрали чего-нибудь? — обратилась девушка с легкой улыбкой на лице.       Мужчина, тоже улыбаясь, приподнял свою шляпу, открыв свои красивые голубые глаза. Главное не отвлечься на них вновь.       — Я, наверное, возьму мокко, — любезно сказал он.       Выслушав заказ, Мэри-Клэр тут же приступила к нему. За три месяца работы у нее уже была наработана рука в этом деле, так что заказ не заставил себя долго ждать.       — Прошу, ваш мокко, — девушка преподнесла горячий стакан человеку, — Вы по карте или наличными?       — Простите, но можно я скажу вам кое-что? — вдруг произнес он.       Это показалось Мэри-Клэр очень спонтанным, и смутило ее немало, но ей было до жути любопытно, что же скажет ей этот случайный незнакомец. Пусть даже если подобное решение казалось нелогичным.       Просто ей снова хотелось услышать этот голос.       — Что такое? — сказала девушка.       Мужчина наклонился к ней чуть ближе и начал шептать:       — Во-первых… спасибо вам. Вы не представляете, как я вам благодарен.       "Спасибо"? Похоже, это он про недавний случай с компанией девочек, что его так смутил. Наверняка его тогда просто спутали с кем-то другим.       Или же…       — Во-вторых, я хочу сказать… что вы хороший человек. Вам не стоит слушать тех, кто говорит о вас гадости. Особенно если вы знаете, что это неправда. А я уверен, что это неправда.       "Неправда"? Ах, теперь он про случай с первым столкновением говорит. Видимо, услышал тот разговор с той девушкой, увидел слезы после него и теперь пытается приободрить. Очень мило, конечно, но в этот раз это смутило уже саму Мэри-Клэр.       — С чего вы взяли? — сказала она, горько усмехнувшись. — Без обид, но вы меня даже не знаете, чтобы меня называть хорошим человеком.       — Но исходя из того, что я видел, я могу так утверждать, — уверенно сказал мужчина. — Вы вежливы, быстро выполняете свою работу, и… вы меня спасли.       Мэри-Клэр отмахнулась рукой, подразумевая, что для нее это так, ерунда. Но человек в шляпе явно был иного мнения. Даже последнюю фразу он с такой чувственной теплотой сказал, что в сердце у девушки что-то отлегло.       Такое приятное чувство она не испытывала со времен… А вообще когда она в последний раз такое испытывала?       — Еще раз спасибо за кофе. — сказал мужчина, закончив с оплатой.       Приподняв шляпу в джентльменском жесте, он большой ладонью взял стаканчик с кофе и пошел к одному из столиков, в то время как Мэри-Клэр беспомощно смотрела ему вслед. Кажется, он будет еще здесь какое-то время, а потом уйдет. И все-таки…       И все-таки ей тоже было, что сказать.       — Подождите! — негромко окликнула девушка, приподняв ладонь вверх.       Мужчина медленно повернулся к ней, немного удивленно расширив свои глаза.       — Что такое? — спросил он с легкой улыбкой на лице.       Мэри-Клэр опустила руку вниз, отводя взгляд. Она не знала, как ей это сказать, чтобы это не казалось очень странным. В конце концов она не хотела отпугивать от себя этого человека. От него веяло такой приятной аурой, что его просто не хотелось отпускать дальше метров десяти.       Но на нервах она ничего лучше не придумала и просто спросила:       — А вы кто?       Ох, как же это было тупо! Не делают так баристы! Не делают! Теперь точно еще один нагоняй от босса получит, а этот приятный джентльмен не захочет иметь с ней вообще ничего.       Но в ответ мужчина только мягко и тихо рассмеялся, одаривая нервную девушку теплой улыбкой. Это очень успокаивало.        — Ну, исходя из того, что было сегодня… Думаю, вы быстро догадаетесь, кто я.       После сказанных слов мужчина снова приподнял свою шляпу и пошел к столику, оставив девушку в полном замешательстве. Она была уверена, что тот просто переоценивает ее и ее умственные способности.       Впрочем, если попытаться…       Девушка отвернулась и стала про себя размышлять:       “Так… Исходя из того, что было сегодня…”       “Тот случай на улице или случай здесь? Наверняка про то, что было здесь.”       “Те девочки-подростки. О чем они там говорили?”       “Голос…”       “Голос…”       “Он…”       Осознание ударило словно стремительная молния. Мэри-Клэр медленно подняла свои глаза и повернулась в сторону человека, что мирно сидел за столиком и пил свой мокко.       Понадобились усилия, чтобы не проговорить свой вывод вслух.       “Он… Он и есть тот самый Фредди Фазбер???”       От озарения даже дыхание начало сбиваться. Фредди Фазбер? Здесь? Почему он сюда пришел? Разве такие знаменитости как он не должны обедать в более престижных и изолированных от обычного люда местах? Есть там всякое мороженое с кусками золота, как это делают некоторые богатые люди?       Что же, одно ясно точно: это объясняет почему данный господин пришел в пальто и шляпе летом, хотя стоило ли вообще напрягаться так, если просто можно пойти туда, где всякие любопытные девочки не будут до тебя докапываться?       У Мэри-Клэр было много вопросов насчет Фредди Фазбера. Очень много. И самый главный из них — Почему она не может оторваться от него и его фигуры?       На удачу ей, пришел очередной клиент, и она наконец оторвалась от загадочного человека с восхитительно прекрасными глазами.       Пока Мэри-Клэр занималась заказом и доставляла его посетителю, загадочный мистер в шляпе уже успел уйти со своего столика. Его отсутствие огорчило девушку, но она старалась не придавать этому сильное значение. В конце концов люди приходят и уходят, из жизни в целом и из кофейни в частности. Это вполне естественно.       Так что после него осталось лишь пустое место, опустошенный стаканчик из-под кофе и папочка, что лежала на соседнем стуле.       …       Так, стоп.       Папка?       “ОН ОСТАВИЛ ПАПКУ!”       Новое осознание ударило сильнее прежнего, и Мэри-Клэр начала паниковать. Этот человек оставил свою папку, а она заметила это только сейчас! Вдруг там что-то важное? Вдруг это ему пригодится сегодня?       "Нет-нет-нет-нет, так оставлять нельзя!"       Именно так думала Мэри-Клэр, с нетерпением смотря на этот забытый по случайности предмет. Сейчас она не могла ничего сделать: ее смена еще не закончилась, в кофейне были еще клиенты, а если она уйдет рано, то получит выговор. Однако мысли об этой проклятой папке никак не покидали голову, не давая вернуться к работе.       Впрочем, а о папке ли она вообще думает?       “Я пойду за ним. Закончу со всем этим и занесу ему.” — решила про себя девушка.       Вопрос был лишь в том, куда конкретно она должна идти, чтобы занести сей искомый предмет? Если этот человек действительно был Фредди Фазбером, то тут был только один вариант…       “Я пойду за ним… в Пиццаплекс!”         Решив для себя раз и навсегда, что делать, Мэри-Клэр вернулась к работе, дождавшись, пока закончится ее смена. В этот раз ей удалось отвлечься от посторонних мыслей, и день прошел быстрее.       А стоило работе закончиться, как девушка тут же схватила папку, собрала вещи и, закрыв здание, быстро убежала. Сегодня ведь концерт, верно? Значит она должна еще успеть.

---

      Меж тем, напротив кофейни, из-за угла одного здания показалась некая фигура, что проследила за убегающей девушкой. И следила фигура за ней ровно до тех пора, пока та не скрылась куда-то за зданием вдали.       И только после этого человек, что следил за убежавшей, приложил два пальца к уху.       “Она ушла.”       “…”       “Да, все пошло по плану. Он пришел в то самое место, как мы и планировали.”       “…”       “Конечно. Если знать его рассеянность, это в любом случае должно было произойти. Я же говорила об этом.”       “…”       “Поняла. Переходим к операции “Агнец”.”

---

      “Ух ты! А оно… большое вблизи.”       Другие мысли и не лезли в голову Мэри-Клэр при виде здания Мега Пиццаплекса своими собственными глазами на близком расстоянии. Неоновые вывески и надписи горели разными цветами, завораживая глаза, и теперь девушка смотрела на них, словно под гипнозом. Люди проходили мимо нее, как и время, что шло своим чередом, пока Мэри-Клэр стояла и смотрела вверх, сжимая папку в руках.       Папка… Точно, папка!       Мысли о ней в очередной раз вывели девушку из транса. Нужно скорее принести ее Фредди Фазберу, иначе другой возможности не будет.       С замиранием сердца девушка вошла в неоновый комплекс.       Внутри было еще ярче, чем снаружи: яркие краски, огни, куча людей. Все так мельтешило в глазах, что они уже болеть начали. Еще было очень шумно. И душно.       “И как люди работают в таких местах?” — думала про себя Мэри-Клэр, пока ходила по залам среди толпы взрослых и детей после процесса регистрации.       Уже был вечер, да еще и концерт скоро должен начаться, поэтому народу было просто немерено. Мэри-Клэр, как Джон Траволта из одного фильма, смотрела по сторонам и не знала, в какую сторону идти и кого спросить, чтобы попасть на концерт.       Вдруг кто-то дотронулся до ее плеча, изрядно напугав. Обернувшись, девушка увидела худощавого юношу в больших очках и желтой униформе.       — Здравствуйте. Пожалуйста, возьмите бесплатную карту, — сказал он вежливым тоном, протянув буклет.       Мэри-Клэр странно посмотрела на сотрудника Пиццаплекса, поражаясь тому, как он подходит к своей работе, но карту она взяла, буркнув ему напоследок тихое “спасибо”.       Действительно, с картой стало легче ориентироваться, и с ней можно понять, где будет сцена. Пока девушка шла, она заметила, как толпы людей шли в одну точку в главном зале, и посмотрела туда же.       — Похоже, что группа сегодня выступает для всех желающих, — размышляла она вслух, — Что ж, по крайней мере за просмотр платить отдельно не надо. Я все равно последние лишние деньги потратила на то, чтобы войти сюда.       Мэри-Клэр сложила карту в сумку и пошла вслед за толпой.       Придя в зал, можно было наглядно убедиться в том, что он был воистину огромен. Люди с разных этажей собрались у балконов чтобы посмотреть на выступление группы. Сама девушка была на первом этаже, среди толпы взрослых и детей в яркой одежде, на фоне которых она смотрелась как невзрачная бедная студентка, а папка, что она крепко держала в руках, лишь дополняла этот образ.       Хотя сейчас это было не так уж и важно. В данный момент нужно было узнать, в какой стороне находилась сцена. Мэри-Клэр встала на носочки и вытянула свою шею, стараясь смотреть поверх голов собравшихся зрителей, но даже так она не смогла до конца понять, куда надо смотреть.       Вдруг свет погас, и из динамиков донесся голос.

Леди и джентльмены!

Девочки и мальчики!

Встречайте, единственного и неповторимого:

Фредди Фазбера!

      — Это он! Это он! — спохватилась Мэри-Клэр.       Она хотела увидеть его вблизи. Не на постерах и картинках, а своими глазами. И без скрывающей его идентичность пальто и шляпы, а во всей красе. Она обязательно должна его увидеть и, если повезет, передать ему папку прямо там, как бы глупо это не звучало.       Прозвучали первые аккорды, что тут же перебились криками восторженной толпы. Тут-то Мэри-Клэр и начала движение в ту сторону, откуда доносилась музыка, протискиваясь сквозь сборища людей и отодвигая их свободной ладонью.       — Простите! Простите! Извините, мне надо пройти! — приговаривала девушка каждый раз, когда она пыталась пройти через очередную группу зрителей, что смотрели на нее с некоторым недовольством.       Так или иначе, ей удалось пройти в первые ряды и даже не задохнуться от давки, пусть и народу было просто мама не горюй. Совсем близко к сцене Мэри-Клэр подойти не удалось: там все загородили визжащие молодые люди, что вытягивали свои руки вперед. Зато ей удалось дойти до той точки, откуда она могла увидеть… его.       И, как ни странно, даже находясь на солидном расстоянии от места, где он стоял, она могла увидеть его сверкающие голубые глаза. Тут-то все сомнения ушли далеко прочь: она нашла того, кого искала.       — Так это вы… Фредди Фазбер… — пробормотала Мэри-Клэр, уставившись на фигуру, что буквально блистала в центре сцены.       И это не преувеличение. Свет софитов отражал блеск его сценического костюма, что было видно даже девушке, а его зажигательные движения лишь делали все ярче. Его выразительное лицо с широкой улыбкой можно было и без больших экранов разглядеть, словно он настолько старался, что хотел, чтобы увидели это даже с самых дальних рядов. И это не ощущалось как что-то приторное и натянутое.       Ну и как же не говорить о его голосе. Уже было приятного его слушать, когда он просто говорил, но когда он пел… Такой чистый звук, такой ровный! Тут Мэри-Клэр даже начала жалеть о том, что не ознакомилась с его творчеством раньше. Иначе бы она заслушалась всеми его песнями по сто часов, лишь бы услышать его бархатный баритон, который излечил бы ее от всех печалей и расстройств после очередного тяжелого дня.       А Фредди продолжал петь, иногда перебиваясь паузами, во время которых он общался со зрителями. В такие моменты Мэри-Клэр представляла, что он снова говорит с ней. Именно с ней, а не с сотней детей, что собрались здесь посмотреть на любимого артиста. Пусть он не смотрел на нее. Черт, да он наверняка даже не знал, что она здесь! Но она пыталась не отвести с него своих глаз. С его глаз.       Мэри-Клэр стояла ровно посреди бушующей толпы, прижимая забытую папку к груди. Она словно статуя посреди зеленого поля, на котором колыхается от ветра высокая трава. Время снова проходило мимо нее. Мысли опять улетучились куда-то высоко…       Настолько высоко, что и позабыла, что концерт уже кончился.       Заметила она это лишь когда зажегся свет, а толпа начала расходиться. Заметив это девушка проморгнула несколько раз и торопливо посмотрела по сторонам.       — А-а где он? — заторможено спросила она, хотя этот вопрос был скорее самой себе.       Мэри-Клэр выдохнула, усмирив наконец свои бушующие чувства, посмотрела вниз. Папка все еще у нее была в руках.       Ах да, папка…       — О, черт! — выкрикнула Мэри-Клэр и тут же побежала в сторону.       Пусть люди уже и расходились, но их все еще было достаточное количество здесь. Поэтому приходилось и тут проталкиваться сквозь них, в этот раз более быстро и резко. Ведь страх упустить важный момент усилился стократно.       — Простите! Мне жаль! Я очень спешу! — кричала громче прежнего Мэри-Клэр, чуть ли не толкая несчастных зрителей в сторону.       Наконец она вышла на свободное пространство и чуть не рывком побежала к правой стороне сцены. Оттуда уже спускались люди в ярких костюмах, что направлялись к одному из входов. Времени совсем в обрез.       — Мистер Фазбер! — прокричала Мэри-Клэр, пока бежала. — МИСТЕР ФАЗБЕР, ВЫ ЗАААААААААААААА!!!       Прямо на ровном месте несчастная девушка споткнулась и упала прямо на пол. Настолько торопилась, что не смотрел под ноги и носком задела небольшой выступ, потеряв равновесие. Видимо, это у нее судьба такая спотыкаться на ровном месте, что во сне, что наяву.       К счастью, и в этот раз падение удалось смягчить, упав на предплечья. Папка отлетела куда-то вперед, на что Мэри-Клэр беспомощно смотрела. Видимо, она опоздала. И так потеряла значительное количество времени, пока в облаках витала, а тут еще и это.       Мэри-Клэр, поняв это, а также то, как как она в очередной раз опозорилась не только перед этим добрым человеком, но и перед всем Пиццаплексом, в поражении опустила голову и тяжело вздохнула.       Это было просто ужасно.       — Эй, мисс!       Знакомый низкий голос звучал где-то впереди. Девушка подняла голову и увидела, как главный солист, в своем красно-коричневом ярком костюме, бежал в ее сторону. Значит, время у нее еще есть.       — Мисс, вы не ушиблись? — обеспокоенно спросил мужчина, помогая Мэри-Клэр встать.       Он аккуратно держал ее за руку, в то время как она пыталась встать на ноги. Мысли о том, что он коснулся ее руки, в очередной раз унесли ее куда-то не туда, но в этот раз не слишком далеко.       — Д-да, — немного заторможено ответила девушка. — Спасибо вам.       Она посмотрела прямо в глаза мистера Фазбера, натянув виноватую улыбку и слегка кивнув в знак благодарности. Он же облегченно улыбнулся в ответ. Естественно, он все это сделал из правил приличия, но Мэри-Клэр согревала мысль о том, что он ее узнал и в этот раз.       Девушка торопливо посмотрела по сторонам, и ее взгляд остановился где-то позади мужчины.       — О, да! — спохватилась она и побежала в ту сторону, куда смотрела.       Она подбежала к папке, которая ускользнула не слишком далеко, и подняла ее, отряхнув напоследок от скопившейся грязи.       — Мистер Фазбер, вы это забыли в кофейне. — сказала девушка немного впопыхах, протягивая сей человеку перед ним.       Его лицо приняло очень удивленный вид, делая его голубые глаза еще больше, отчего они казались еще красивее.       — Ох ты ж! — воскликнул он, аккуратно забирая папку из рук Мэри-Клэр. — А я все думал, куда же я это дел? Похоже, опять оставил, когда торопился на работу. Какой же я рассеянный.       Мистер Фазбер добродушно рассмеялся, проводя по папке своими массивными пальцами. Вскоре он поднял свои глаза на девушку, которая уставилась на него несколько задумчивым взглядом.       — Вы что, действительно прибежали сюда, чтобы вернуть мне это? — спросил мужчина с искренним интересом.       Мысли Мэри-Клэр снова неслись по мягким волнам куда-то вдаль, поэтому ее реакция была несколько запоздалой. К большому счастью, ее нынешний собеседник был очень терпеливым, да и ему все равно не пришлось слишком долго ждать.       — Д-да, я… Я бежала сюда со всех ног, чтобы успеть вам отдать. — сказала девушка, застенчиво отводя взгляд. Эти глаза ее опять отвлекали.       — Ну что вы? — мистер Фазбер на этом моменте успел добродушно посмеяться. — Вам действительно не стоило этого делать, правда. Я бы сам пришел и…       — А мне только в радость вам помогать! — вдруг выпалила Мэри-Клэр, наполнившись невероятным энтузиазмом.       Было видно, что мистер Фазбер удивился такому внезапному признанию девушки, которая в этот раз не стеснялась смотреть на него. Пусть и в глубине души она стучала себя по голове за такое спонтанное заявление, однако сейчас Мэри-Клэр продолжала широко улыбаться.       Потому что на самом деле какая-то часть ее все же не жалеет о том, что она только что сказала.       — Ну что же…       Пробормотав, мистер Фазбер ненадолго открыл свою папку, проверяя все ее содержимое, а потом закрыл, посмотрев уже на Мэри-Клэр.       — Похоже, вы опять спасли меня, мисс. — сказал он, тепло улыбаясь.       Сердце внутри снова растаяло, особенно от осознания, что эта улыбка принадлежит ей. Только ей.       — Фредди! Ну ты там скоро? — окликнули солиста откуда-то позади. Кажется, голос был мужской.       Мужчина посмотрел в сторону источника звука, и Мэри-Клэр ненадолго повернулась следом, увидев, как люди в ярких костюмах машут у входа, куда они хотели выйти изначально.       — Скоро буду, Монти! — ответил мистер Фазбер.       Сложив папку в подмышку, он опустил взгляд на Мэри-Клэр, которая по сравнению с ним казалась чуть ли не миниатюрной.       — Спасибо вам большое, — с чувственной теплотой сказал он. — Вы не представляете, как меня выручаете.       — Да бросьте, — девушка снова отмахнулась ладонью. — Я же говорю вам: помогать мне только в радость.       Фазбер улыбнулся еще раз. Какой же он все-таки улыбчивый человек.       — Ну, до скорого. — попрощался он и легким бегом направился в сторону своих коллег, оставляя Мэри-Клэр где-то позади.       Теперь она осталась одна, наедине со своими чувствами, мыслями и впечатлениями от сегодняшнего дня. И это было просто невероятно! Ведь впервые в своей жизни она почувствовала что-то совсем иное, отличное от того, что испытывала до этого каждый день. И это иное было воистину потрясающим.       Сердце трепетало от восторга, настроение было на высоте, а голова была занята новым образом: в ярком сценическом костюме, с глубокими голубыми глазами и низким успокаивающим голосом.       Похоже, что тот самый случай, изменивший многое, действительно наступил.       Уже которую минуту уставившись в ту дверь, куда ушел мистер Фазбер, Мэри-Клэр начала смеяться. Так заливисто и громко, как никогда еще не делала в жизни. И пускай проходящие мимо люди смотрят на нее, как на ненормальную, какое ей вообще дело до этого?       Ей хорошо. Ей очень хорошо, и это главное.       Схватившись за лямку своей сумки и накинув ее повыше на плечо, Мэри-Клэр повернулась и начала ходить по залу чуть ли не вприпрыжку, напевая про себя последнюю песню, которую она только что услышала на концерте.       Надо бы пойти домой и отдохнуть. Ведь завтра наступит новый, невероятно потрясающий и просто обалденный день.       Так ведь?