Секрет сгоревшего театр

1 сентября 2022 День знаний во всей стране. По всей стране во всех школах, коледжах и универах, проводят торжественные линейки. Но парню с бледной кожей, кошачим разрезом глаз, в котором спрятаны два кофейно-карамельных океана, на это откровенно говоря плевать. Плевать также, как плевать Чимину на всех кроме него. Мархуник и правда плевать на всех кроме парня. Парня, что изменил его жизни. Время близилось к 6 часу вечера. Приятные лучи закатного солнца разливались желтезной на розовом небе с фиолетовыми проблесками. Они же под ласкающим ещё тёплым, но уже осеннем ветерком играли мыльную оперу на сцене сгоревшего театра. Поподавшим через дыры в крыше солнечным лучам, играющим свою дешовую драму, аплодисменты сыпала жёлтая листва, которой было достаточно, чтоб усыпатт всю сцену. Мыльная опера или дешёвая драма, в принципе какая разница, солнечных лучей стремительно развивающаяся на полу разрушеной сцене театра была прерван наступлением сумерок. Солнце ещё виднелось на самом гаризонте бросая свои последние лучи в небо, но они не доходили до сцены театра. Спектакль закончился не успев начатся. И вновь театр будто мёртв. - дешёвая драма. Раздался голос в конце после на сцену поднялся он Мин Юнги. - смотрите как надо! Воскликнул он бросая вызоа солнечным лучам и восход на сцену. А дальше все как-будто, сквозь призму сказочного тумана. Высокий парень стоит на сцене. Его взор обращен прямо к небу. С его уст липким мёдом стекают слова. Его очи полны творческого волшебства. Его сердце пылает будто вновь и вновь за секунду всю жизнь проживает. А он стихи читает. Читает их глядя на небо, как будто для самого близкого человека. С долей стесненич ели заметной, с уймой харизмы всеми приметной. С полными счастья иль грусти глазами, смотря как поэты свои строчки писали. И если бы в зале люди обитали, они бы точно сейчас от восторга пищали. Но этот зал всегда пуст. Но Юнги это мало печалит, да зрители их аплодисменты несомненно важные детали, но разве для этого исскуство создали? Окончив читать, Мин со сцены спустился. Ещё пианино, оно его ждёт. Ждёт там на верху. Все впыли. Коричневое пианино, что будто боги от огня спасли. Поднявшись на верх не спеша, то и дело на стены глядя парень медленно крышу его пириоткрыл. Клавишные белые, чёрные в лёгкой пыли, что исчезает с лёгким касаньем руки. Усевшись на стул взглянув в темнату. Парень решил, ну, сейчас начну. Клавиш медленно касаясь из приятным звуком упиваясь, Юнги из стороны в сторону качаясь взглянул вдруг в темнату. Темнота светила парой глаз. Мин от испуга вскрикнул и попятиося назад. "да я же не курил уже год! Откуда глюки!?" Думал Мин. Пока из темноты выходил мархуник. Это была его пара глаза. Уже спят минуту пред Юнги стояло маленькое существо. Ростом примерно 153 сантиметра, с голубыми глазами. Да такими что каждый глаз, ка Байкал. Очень пухлыми милыми губами. С голубыми волосами которые украшал венок из марихуаны и с забавным эльфийскими ушами, а также милым хвостиком, как у кота. - ЕБТВАЮ МАТЬ! Я НЕ КУРИЛ ЧЕСТНО! ЧТО ТЫ ТАКОЕ!? Воскликнул Юнги - я Мархуник. Законы запретов, Бессмысленный брет. Сгоревший театр, Искусства секрет. Юнги запретна - музыка. Чимину запретен - Юнги. Вот так два запрета себя нашли.