Химера из другого мира

Когда Кьюби продолжал бушевать, он почувствовал странное чувство, которое ему очень не понравилось. Он чувствовал, как кто-то или что-то забирает у него чакру. Количество её было ничтожно мало, как капля воды, пропавшая из огромного озера. И все же он не позволял никому осмелиться и украсть у него чакру! Даже находясь под контролем, его подсознательная гордость взяла верх и попыталась избавиться от этой помехи, которая с каждым разом начинала поглощать всё больше и больше чакры с каждой секундой. В этот момент он заметил на земле крошечного человеческого ребёнка, который смотрел на него. Он почувствовал, как его чакра притягивается к нему. Поэтому он попытался немедленно убить его, наступив на него своим огромным передним когтем. Как раз в тот момент, когда он собирался убить маленькую помеху, третий хокаге использовал адамантиновый посох Энмы, чтобы атаковать его. Атака нарушила его равновесие, в результате чего его коготь, вместо того чтобы просто раздавить малыша, захватил целый кусок земли. Кьюби был отброшен хокаге за пределы деревни, держа в правом когте кучу грязи. В тот момент Кьюби не обратил внимания на грязь, которую он держал в когте, так как ребёнок после такого должен был умереть. Вместо этого он решил создать биджудаму для следующей атаки. Вскоре после этого четвёртый телепортировал Кьюби вместе с ним подальше от деревни, чтобы предотвратить дальнейшие разрушение. Томоке, можно сказать, повезло больше всех. Несмотря даже на то, что она подверглась нападению, едва родившись! Но в этом была и нотка положительного — потому что, несмотря на все произошедшее, она осталась жива! Каким-то образом обломки, которые поднял Кьюби, образовали внутри себя идеальный карман, в котором сейчас находилась Томока. — Курама, я клянусь! Я ничего не имею против тебя, ты мне даже очень нравишься! Но это не значит, что я не разозлюсь, если ты меня убьёшь! — Выкрикивая проклятия, она почувствовала, как глыба обломков, в которой она оказалась, движется с огромной скоростью в неизвестную для неё сторону. В панике Томока выпустила огромное количество чакры, создав тонкую защитную плёнку, сама того не подозревая. Минато увернулся от глыбы обломков, которую Кьюби послал в его сторону. Когда она ударился о землю, из него выскочил пучок яркого голубого света. Это могло сыграть злую шутку с четвёртым, если бы Кушина не использовала свои адамантиновые цепи, чтобы удержать кьюби. Однако более удивительным был неожиданный звук детского плача, раздавшийся в том направлении, куда летел тот самый пучок света. — Больно! Чёрт возьми! Можно по нежнее! Кьюби, Минато и Кушина были удивлены, увидев ребёнка не старше Наруто, который плакал на земле, глядя на Кьюби. В этот момент Минато принял решение. Изначально он хотел запечатать половину Кьюби с помощью печати смерти жнеца. Это было сделано для того, чтобы Кушина могла запечатать вторую половину в Наруто. Причина такого плана была проста. Он хотел, чтобы и Наруто, и Кушина жили. Однако сейчас Кушина была слишком слаба, чтобы удержать в себе даже половину Кьюби. Что касается Наруто, то он был ещё ребёнком. Нагрузка, которую пришлось бы выдержать телу Наруто, если бы весь Кьюби был запечатан внутри него, убила бы его. Теперь был другой вариант. Минато мог сказать, что у младенца, которого принёс Кьюби, было достаточно жизненной силы, чтобы удержать вторую половину Кьюби. С помощью этого он мог спасти свою собственную жизнь. Это может показаться эгоистичным, но в душе он пообещал, что в будущем будет относиться к этому ребёнку как можно лучше, чтобы вернуть этот долг. Кьюби, а точнее Курама, был растерян и отвлечён. Как раз перед тем, как он бросил кусок щебня, который держал в руке, он услышал, как кто-то произнёс его имя! Мало того, тот, кто это сделал, осмелился проклясть его! Он начал оглядываться по сторонам, пытаясь найти того, кто осмелился на такой глупый проступок. Эта рассеянность дорого ему обошлась. Когда он на мгновение перестал сопротивляться, адамантиновым цепям Кушины хватило времени сковать Кураму, и Кушина, и Минато воспользовались возможностью тут же начав действовать. Минато быстро вызвал пару маленьких алтарей, и в один из них Кушина положила Наруто, а в другой Минато положил — Томоку. Не теряя времени, они начали процедуру. В этот момент Курама понял свою ошибку. Он быстро атаковал пару детей. Однако, к его ужасу, Кушина использовала своё тело, чтобы защитить Наруто, а Минато — своё, чтобы защитить Томоку. Когти Курамы были всего в нескольких дюймах от них, но они не смогли приблизится к детям. — Дзюцу призыва! — Минато чувствовал, как его жизнь ускользает, но он все ещё должен был выполнить свой долг. — Геротора, я собираюсь дать тебе ключ к формуле запечатывания. — Минато сделал, как он сказал, и вскоре после этого Геротора ушёл. — Восемь печатей. — Вскоре свет охватил всех присутствующих, и Курама исчез, разделившись между Наруто и Томоки. Его янь-половина внутри мальчика, а его инь — внутри девочки. Сразу после этого безжизненные тела Минато и Кушины упали на землю, так как их жизни подошли к концу. — Ты должно быть шутишь! Не может быть. Неужели это только что произошло? Какого хрена Минато запечатал Кьюби внутри меня! БЛЯДЬ! Теперь я буду иметь дело со старым ворчливым лисом, шепчущим мне на ухо долгие годы несчастья и свои проклятия! — Эй, Курама! Клянусь, если ты попробуешь что-нибудь вытворить, я заставлю тебя пожалеть об этом! Я не знаю как, я не знаю когда, но я над тобой надругаюсь! Ты слышишь меня! В этот момент глаза Курамы широко раскрылись. Это был ребёнок, который назвал его имя! Не говоря уже о том, что он только что понял, мысли этого ребёнка слишком развиты и напоминают разум взрослого человека! Хуже всего было то, что она нецензурно выражалась ещё долгое время всячески оскорбляя и проклиная рыжего лиса!