Химера из другого мира

В комнате Томоки происходила довольно странная вещь. Перед зеркалом маленькая девочка четырёх лет уставилась на своё отражение так, как будто оно украло у неё конфету. Эту девушку зовут Томока, и в настоящее время она подробно осматривает своё тело. Первое, что бросается в глаза, — это растрёпанные огненно-рыжие волосы. Её волосы длиной выше плеч бросали вызов гравитации, оставаясь колючим беспорядком, в каком бы направлении их не приглаживали. В отличие от её волос, её глаза — полная противоположность. Пара изумрудно-зелёных глаз, которые сияют таинственным блеском знания и озорства. Круглое лицо, которое только начало терять детский жир. Уже можно было сказать, что Томока будет красавицей, когда вырастет. Маленькое тело, обычное для четырёхлетнего ребёнка, одетого в шорты и чёрную футболку. — Как думаешь Курама, что мне нужно сделать? — Почему ты спрашиваешь меня? Ты же здесь «учёный». Вздохнув, Томока решила сначала попробовать самое очевидное. Контролируя часть своей чакры, она направила её к глазам. Она уже делала это раньше, так как таким образом можно было немного улучшить своё зрение. Однако теперь, вместо того, чтобы просто позволить чакре течь так, как ей заблагорассудится, она начала двигать её то так, то эдак, пытаясь вызвать изменения. Она попыталась заставить чакру вращаться, но это не сработало. Затем она попыталась вместо этого превратить его в струны и переместить их, и снова ничего не произошло. Она продолжала пробовать то одно, то другое в течение следующего часа, но ничего не произошло. Расстроенная, она решила выглянуть в окно. Может быть, немного свежего воздуха помогло бы. Когда она смотрела наружу, все ещё перемещая чакру в своих глазах в зависимости от того, как она думала о чем-то, что-то изменилось. На мгновение она смогла увидеть цвета, которых там не должно было быть. Отслеживая свои шаги, она снова заставила свою чакру течь по определённому шаблону. Этот узор странно напоминал открытую голодную пасть. Как только её чакра обрела форму, мир вокруг неё, казалось, изменился. Цвета струились вокруг деревьев и людей. Что касается людей, то для большинства из них она могла видеть тонкий голубой слой, покрывающий их. Деревья, с другой стороны, имели более толстый зелёный слой. Это зрелище пробудило воспоминание. Теперь она вспомнила, что тогда видела красный слой на Кураме. Размышления о странном происшествии отвлекли её внимание. Чакра в её глазах двигалась сама по себе. Теперь пасть двигала челюстями, открываясь и закрываясь, как будто она что-то ела. Затем она увидела это, слой цвета от пешехода, за которым она наблюдала, был частично оторван. Эта часть начала течь к ней, прежде чем исчезнуть и быть поглощённой её глазами. Удивление отразилось на лице Томоки, когда она почувствовала, что её чакра восстановила то немногое, что она использовала для глаз, и ещё немного. В этот момент она поняла, что это за слои цвета. Она тут же подбежала к зеркалу и ахнула от удивления. Зелёные глаза Томоки теперь были окрашены в нежно-розовый цвет. У её зрачков был второй рядом с первым. Что было действительно жутким в этом зрелище, так это то, что вторичные зрачки сжимались и расширялись сами по себе, они не были синхронизированны с первичным зрачком. — Это отвратительно. — Курама не мог не прокомментировать это. Для него глаза Томоки в этот момент казались отвратительными и вызывающими страх. Что-то, к чему он испытывал «сильные чувства». В конце концов, даже глаза Учихи, которые могли контролировать его, не заставляли его чувствовать такой страх. — Да, это чертовски жутко. — Томока была не лучше, видеть свои такие глаза было жутко. — Я не могу позволить, чтобы кто-нибудь это увидел. Я стану хуже монстра и буду напоминать собой один из экспериментов Орочимару. — Это были её самые искренние эмоции на данный момент. Хотя, несмотря на все мурашки, её новый облик навёл её на мысль о том, что у неё есть мощное додзюцу, которое в добавок было сильно совращающим его для использования. — Эй, Курама, как насчёт того, чтобы назвать его Кинаган (Глаз Голода). Деактивировав свой кинаган, Томока не смогла удержаться от улыбки. Наверняка это было одно из изменений, которые она испытала в любом месте, в котором она оказалась, прежде чем перевоплотиться. Из того, что она могла вспомнить в аниме Наруто, манге и лёгких романах, что-то подобное никогда не появлялось. По общему признанию, все ещё существовала вероятность того, что она была в альтернативной версии истории. Однако, не имея возможности подтвердить эту мысль, она просто отбросила её в сторону. Итак, что ей удалось собрать до сих пор, так это то, что: У неё есть неизвестное додзюцу, которое она решила назвать кинаган; Её тело каким-то образом может адаптироваться к происходящим условиям, а как запускается процесс адаптации, неизвестно; Наконец, её тело заживает аномально быстро, не говоря уже о заживлении ран, которые естественное заживление не должно быть способно исцелить. Её рука, вероятно, является побочным продуктом адаптации, или же это может не относиться к её мутации. Не имея возможности изучить свою ДНК, Томока не могла быть уверена в своих предположениях на все сто процентов. Не говоря уже о том, что даже если бы она смогла раздобыть оборудование, необходимое для правильного анализа, её знания в этом предмете были в лучшем случае поверхностными. — Ну, теперь я понимаю, что Ты даже больший монстр чем я. -… — Это хорошо только для меня… — Курама начал смеяться над своей собственной неудачной попыткой пошутить. — Как бы то ни было, с таким же успехом можно попросить маму и папу сходить в парк. Мне нужно подышать свежим воздухом.