Химера из другого мира

Сегодня был чрезвычайно напряжённый день для Хирузена. В эти последние дни ему пришлось иметь дело с посланниками из Кумогакуре на мирных переговорах. Упомянутые посланники во главе с главным ниндзя Кумогакуре постоянно выдвигали необоснованные требования. Хирузен и совет не знали что делать, а мирные переговоры не продвинулись ни в малейшей степени. Теперь он получил тревожные новости. Тот самый главный ниндзя и несколько других посланников похитили члена семьи Хьюга. Что ещё хуже, никто из них не пережил столкновение. Большинство из них были убиты членами клана Хьюга. Однако хуже всего во всем этом была смерть главного ниндзя от рук четырёхлетнего ребёнка по имени Томока! Хирузен застонал, делая глоток чая, пытаясь избавиться от ужасной головной боли, вызванной этим событием. Начнём с того, как Томока оказалась вовлечённой во всё это? Почему она вмешалась? Никто не знал ответа. Ребёнок лежал без сознания в главном госпитале Конохи. Её тело было испещрено шрамами в форме фигур Лихтенберга. И снова тело этого ребёнка — стало загадкой. Когда Хирузен приходил её навестить то он мог видеть, как шрамы становились светлее с каждой секундой. Когда он ушёл, они были едва видны. Однако дело было не в этом. Каким-то образом ей удалось убить главного ниндзя с помощью дзюцу высвобождения молнии, по крайней мере, так показало вскрытие. Хирузен видел труп, это было, мягко говоря, ужасно. Его разум задавался вопросом, как такой маленький ребёнок мог осуществить что-то подобное. Образ Кьюби возник в его голове на долю секунды, но он отбросил его. Зверь был запечатан. В любом случае, это не проблема, вернее, не главная проблема. Настоящая проблема — оставшиеся посланники. Как он должен был сообщить новость о том, что некоторые из них были убиты? Дело в том, что этого инцидента более чем достаточно, чтобы Коноха снова была вовлечена в войну. Он бы этого не допустил. Слишком много жизней уже было потеряно. Новая головная боль появилась, когда Хирузен подумал о своём старом друге Данзо. Его точка зрение и точка зрение Данзо были как вода и масло. Зная этого человека, Хирузен был уверен, что он снова попытается начать войну. Теперь, когда Данзо и Томока были в его сознании, появилась ещё более сильная головная боль. Тот факт, что Томока также была джинчурики, неизвестна ни совету ни Данзо. Он позаботился о том, чтобы скрытьэту информацию, заставив нескольких ниндзя, которые сопровождали его в тот роковой день, держать язык за зубами. Он знал, что это был риск, но считал, что это правильное решение. Тем более, насколько ненормальной является Томока. Тогда Хирузен заметил блеск жадности в глазах Данзо, когда он упомянул, что Наруто стал новым джинчурики. Он тонко настоял на том, чтобы он стал опекуном ребёнка. Хирузен ни на секунду не сомневался в том, что Данзо планирует превратить ребёнка в оружие. В конце концов, лучшее, что он мог сделать, это отправить Наруто в приют. Что касается Томоки, он никогда не раскрывал её как джинчурики, если только в этом не было крайней необходимости. Девочка уже показала себя чрезвычайно опытной. Не говоря уже о том, что она может обладать новым невиданным кеккей генкаем. Этого было достаточно, чтобы привлечь Данзо. Хирузен даже не хотел думать, что сделает Данзо, если узнает, что она тоже джинчурики. Теперь девушка находится в центре внимания после того, как убила главного ниндзя Кумогакуре. Полноценный джонин, убитый четырёхлетней девочкой. Даже Хирузену было трудно убедить себя в этом. Несмотря на то, что он знал, что главный ниндзя не был самым опытным из джонинов, он, тем не менее, оставался джонином. — Я слишком стар для всего этого. Вздохнув, Хирузен откинулся на стуле, глядя на печать. Одна проблема за другой появлялась на его столе, прежде чем он успевал решить предыдущую. Ему надоело постоянно играть в эти политические игры. Особенно против своего хитрого соперника. По мнению Хирузена, Данзо — необходимое зло для Конохи. Невзирая на воинственные наклонности этого человека, его хитрость и навыки сбора разведывательной информации имели решающее значение для Конохи. — Как бы то ни было, мне просто нужно иметь дело с одним делом за раз. Прежде всего, мне нужно найти способ предотвратить войну. Сказав это, Хирузен вернулся к своей работе. Обдумывание любые из возможных проблем, которые могут возникнуть во время переговоров, и наилучший способ их решения. Он знал, что сегодня будет очень, очень долгая ночь. — Я очень сильно хочу уйти на пенсию.