Якорь для моей души

      – Там такая черная огромная туча движется! – с порога восклицает Хисын, продвигаясь на кухню.       Джей замечает его появление в доме сразу же, как только начинается суматоха – шелестят пакеты, хлопают дверцы и звенит посуда. Парень, слегка полусонный от серости на улице, не спеша идёт на звук, поправляя резинку на спортивных штанах.       – Привет. – с непоколебимым выражением лица бросает Ли, что высокой фигурой располагается у стола, протирая коньячные рюмки.       – Привет, – шепчет почему-то Джей, а потом прочищает горло, – Ничего себе, решил устроить пир перед апокалипсисом? – он бегло оглядывает плоские картонные коробки с пиццей, что своим ароматом моментально заполнили помещение, а потом натыкается на небольшую бутылку алкоголя.       – Ты написал, что дело дрянь, а значит, что самое время напиться и поговорить. Тем более, у меня завтра выходной, так что мы можем себе позволить такую роскошь. Где твои родители, кстати?       – Остались у бабушки, чтобы ей не было страшно в такую погоду. – парни переводят взгляд на окно, за которым разбушевался ветер, а небо, кажется, стало ещё темнее. Тучи сгущались ещё быстрее благодаря потоку воздуха, сменяя лазурь тёмно-синим цветом. Ветки отчётливо ударялись о крышу, что немного пугало, потому что звук был неожиданным.       – Значит, можем расположиться здесь?       – Ага. – Пак понимает, что друг намекает на журнальный столик возле дивана, поэтому Чонсон берет в руки коробки с «итальянским блюдом» и относит их туда, открывая. Хисын же следует за ним, ставит рюмки и начинает откручивать крышку на бутылке. Они падают на мягкий ковер, прижимаясь спиной к дивану, но телевизор включать не рискуют, так как слышат вдалеке гром, который наращивает обороты.       Ли заполняет стеклянную ёмкость для коньяка и смеётся с того, как Джей слегка морщится от ударившего в нос спирта. Парни звонко сталкиваются рюмками, выпивая их, тем самым разогревая желудок, а потом тянутся к треугольничкам пепперони.       – Так, что случилось-то? – решается на вопрос Хи, пережевывая еду с аппетитом. Он знает, что Джей хочет поделиться, иначе бы не показывал так открыто свою печаль.       – Если кратко, то мать застукала нас с Чонвоном, а потом решила вмешаться в наши отношения без моего ведома. Наговорила ему вещей по типу, что мы не пара и все такое. Теперь я в черном списке. – вещает Пак с набитым ртом, пока Ли обновляет рюмки. Алкоголь горчит на языке, а потом пробивает жаром желудок. Думать становится все легче.       – М-да. Вам точно нужно обсудить это, потому что он может быть очень расстроенным, как и ты, – получая неодобрение со стороны Джея, Хисын решает объяснить, – Просто представь, что мама парня, который тебе нравится, говорит тебе о том, что вы не можете быть вместе. Разве ты сможешь ей перечить? – он говорит очевидные вещи, ведь как можно не послушать человека, который вырастил твою половинку.       – Она знаешь, что сказала? Что общество не сможет принять нас такими. Какими, блять? – начинает сквернословить.       – Я могу ее понять. У нас слишком консервативный народ, поэтому можно ожидать чего угодно. От проблем сначала на учебе, а потом на работе. Вы же не можете скрываться вечно, понимаешь?       – Но нельзя решать за нас. Мы сможем справиться. Да мне вообще плевать на всех. Главное, что ты, Сонхун и Джейк на моей стороне. Если она ещё придет в себя, то вообще отлично будет. – Пак выпивает стакан залпом, сведя брови.       – Не будь эгоистом, Джей. Ты сейчас решаешь за двоих. Подумай о Чонвоне, он точно сможет справиться? Может он сделал этот выбор осознанно, не потому что послушал Госпожу Пак, а потому что выбрал себя и свое будущее. А ещё защитил твое! – старший чуть ли не переходит на крик, потому что взбудоражен этой темой. Джею думается, чего же его друг так завелся.       «Я могу ее понять»...       – Хён, и что ты предлагаешь? – алкоголь все больше туманит рассудок, поэтому становится тяжелее понимать суть происходящего.       – То, что вам нужно поговорить об этом. Тебе нужно не заставлять его, не обещать счастливую жизнь, а выслушать. Тебе нужно узнать, что он думает об этом, сможет ли он вынести такое, готов ли он?       – Я уверен, что он готов, потому что его поступок слишком резкий. До него все было хорошо. Но ты прав, без разговора все равно ничего не понять. Скорее бы он приехал. Я так хочу его увидеть. – признается парень, опуская голову.       – А где он? – Хисын откусывает кусочек пиццы, довольно пережевывая ее во рту, и косится на Чонсона, – Давай, не будем грустить. Я уверен, что все встанет на свои места. Я верю в твои догадки. – младший тяжело выдыхает, ведь это именно то, что ему нужно было услышать сейчас. Ему нужно было удостовериться в том, что Хисын на его стороне, на стороне его счастья.       – Чонвон на экскурсии на станции в Инчхоне. Он учится на метеоролога.       – Не так далеко. – отмечает Ли. А потом дёргается на месте, услышав сильный раскат грома.       Капли дождя сперва мелко начали стучать по стёклам, а потом наращивали частоту и силу, густо отбивая известный только им ритм. Ветер даже начал гудеть, создавая подобие волчьего воя. Атмосфера на улице превратилась в довольно пугающую. Джей только улыбнулся своей мысли о том, что не зря пригласил к себе старшего, ведь с ним комфортнее в такую погоду. Не то, чтобы Чонсон боялся – просто ливень и вправду нешуточный.       Половина бутылки алкоголя уже была выпита, от чего все переживания начали покидать Джея, и он, наевшись, сполз чуть ниже, уже головой упираясь о мебель. У него была достаточная терпимость к алкоголю, но из-за болезни, видимо, организм ослаб, поэтому не мог противостоять чему-то ещё, кроме вируса.       Хисын был приблизительно в той же кондиции, когда язык заплетался, а беспричинная улыбка появлялась на лице. Он дёрнул уголком губ влево, думая про себя, а потом затуманенным взглядом посмотрел на Джея.       – Джей? – позвал он.       – М? – младший лишь промычал, продолжая всматриваться то ли в пол, то ли на свои вытянутые ноги.       – А почему ты написал мне, а не Сонхуну? Или Джейку? – у него задрожал голос.       – Почему? – Чонсон все же поднял тяжёлую голову и повернул ее в сторону Ли, ловя на себе большие глаза и поджатые в тонкую полоску губы.       – Да, почему? С Сонхуном вы все равно ближе ведь. Мне интересно стало на пьяную голову. – он начал смеяться и заразил этим хохотом и Джея.       – Хён, ну ты и смешной! Я подумал, что мы в последнее время редко общались вдвоём и мне захотелось это исправить. Даже если я ближе с Хуном, потому что мы дружим с детства – это не значит, что я не хочу быть ближе с тобой или Джейком. Вы – моя семья что ли...       – Ну и сопля же ты. – шепчет Хисын, благодарно улыбаясь, пока с его глаз катится слеза. Он тоже услышал сегодня то, что хотел.       – Как там Сонхун кстати? Если тебе некомфортно, что он у тебя, то может он у меня или Джейка сможет побыть?       – Все в порядке, с ним даже веселее. Скоро родители приедут, поэтому он сказал, что тогда уйдет. Хотя они были бы не против, я думаю. Мне кажется, что это ему некомфортно у меня. Он сказал вчера, что все ещё чувствует вину, что втянул нас. Болван, скажи?       – Это точно. – поддакивает младший, делая глоток.       – Сейчас там Сону. Не знаю, как он узнал о Сонхуне, но решил прийти. Странно это все. Но было так смешно, когда он с порога заверил меня, что это потому что они не чужие люди, хотя я ему ни слова не сказал. Может он ещё влюблен? – Хисын устраивается на пушистом сером ковре, следуя положению Джея.       – А ты влюблен? – само по себе с уст срывается, – Ты же знаешь, что Джейк влюблен в тебя, да? Только не говори мне, что ты не знаешь, ты не можешь быть слепым. – угрожает по-доброму.       – Я знаю, – все, что отвечает Ли, а потом снова вливает в себя алкоголь. Джей решает не тревожить чужие мысли, просто вслушивается в ураган за окном и думает, что он так похож на его жизнь.       – Я знаю, что он влюблен в меня. – шепчет Хи, а потом слышит чужое сопение рядом. Он улыбается спящему Паку, встаёт, чтобы пьяно добраться до выключателя и гасит свет. Решая, что пора отправиться в страну Морфея вслед за Чонсоном, укрывает того пледом, взятым с дивана, а после – и сам устраивается рядом, смыкая веки.

***

      – Черт возьми! – восклицает Джей, когда смотрит что-то в телефоне. Сейчас два часа дня, а они с Хисыном не так давно проснулись. Быстро прибрав вчерашний беспорядок, с неохотой сходили в душ и сварили похмельный бульон.       Пак слышал слова Ли вчера, но подумал, что хён ещё не настроен на подобный разговор, поэтому притворился спящим. Джейк определенно небезразличен старшему, но вот только как друг или как парень, пока что сложно понять. Хисын, наверное, сам ещё не решил, а быть может боится своих чувств...Хотя в его умной голове может происходить все, что угодно. Не зря говорят, что чем сообразительнее ты, тем глупее, ведь в очевидных вещах разобраться не можешь.       Дождь притих, но не прекратился – все ещё мелко шел. Ветер поломал любимые розы мамы Пака, поэтому когда она вернётся, то явно будет расстроена. А Джею кажется, что сломали его. И не как какую-то жилистую прочную ветку, а как совсем хрупкий прутик. На пополам. Ведь даже с наличием воздуха – он как бы задыхался. Слишком сильно скучал по Яну, что даже сам себя пугал такой сильной привязанностью.       Ночью ему приснилось то, как они держатся за руки и гуляют по торговому центру на виду у людей. Кто-то смотрел на них с непониманием, презрением, а кто-то – дружелюбно и приветливо. Джей даже в сновидении почувствовал кожей тот холод, что пробирался во внутрь и морозил кости. И то, как Чонвон цеплялся крепче за руку при косом взгляде кого-либо – показывало его волнение. Но он не убегал, оставался рядом. Пак думал о прочности их отношений. Ему хотелось продолжать верить в то, что они будут в порядке. Вместе.       – Что такое? – Хисын отвлекается от своего завтрака, вопросительно вскидывая бровь.       – Телефон сел. – бурчит Чонсон, а потом встаёт из-за стола, пропадая в своей комнате, – Я сейчас, поставлю на зарядку. – Хисын же кивает и подходит к телевизору, включая на пульте красную кнопку. Экран тут же загорается. Он как раз попал на дневной выпуск новостей.       – Дже-я! Здесь метеорологов показывают! – кричит на весь дом Ли, чтобы Пак пошевелился и посмотрел выпуск. Тот же торопится, скользя по паркету в белых носках.       – Что тут? – он плечом опирается об дверной косяк, потому как и с этого места идеально видно и слышно. Дышит тише обычного, якобы вслушиваясь и концентрируясь на том, что говорит репортёр. Оказывается, что циклон двигался как раз с Жёлтого моря, поэтому Инчхону хорошенько досталось. Даже закрыли аэропорт на время из-за неблагоприятных для полета погодных условий. На экране стали показывать сильные разрушения домов, которые были ближе к пляжу. Потом репортёр стал рассказывать о риске метеорологов, которые отправились в открытое море, чтобы запустить метеозонд. Один из представителей команды начал рассказывать об операции, а потом упомянул ребят, которые прибыли на экскурсию и продемонстрировали свои знания на практике.       На заднем плане Джей разглядел яркую красную макушку Чонвона, но, к сожалению, фон был заблюрен из-за фокуса камеры, поэтому лица увидеть не удалось. Видимо перед экскурсией Ян обновил цвет. Репортёр упомянул, что сейчас студенты ожидают автобус, который отвезёт их домой, потому что к вечеру ситуация снова ухудшится. Людям рекомендуют не выходить на улицу и переждать погодные условия в своих домах.       – Я должен забрать его оттуда. Кто знает, приедет ли автобус за ними по такой погоде. – утверждает Пак, когда ведущая переходит к другим новостям.       – Ты же знаешь, что тебе нельзя за руль. Ты пил вчера.       – Поэтому я возьму такси.       – А ты уверен, что водитель согласится туда поехать?       – За двойную плату – куда он денется. Жаль признавать, но деньги решают все. – цыкает Чонсон и идёт переодеваться, по пути вызывая такси.       – Упрямый. Ты ещё не до конца выздоровел! – успевает сказать Ли с огорчением. Друг знает, что Джей все равно предпочтет здоровье Чонвона, чем свое собственное. Поэтому, убрав за собой, он собирает свои вещи и ждёт Джея в прихожей.       – Извини, что так вышло. – просит прощения младший, потому что чувствует, что своим внезапным решением заставляет Хисына уйти.       – Брось, я и сам собирался уезжать. У меня в холодильнике пусто, а я, как ты знаешь, сейчас не один. Вытяну Сонхуна в магазин.       – Будьте осторожны. – проговаривает, когда выходит из дома и закрывает дверь на ключ.

***

      Джей и не думал, что будет так проблематично вызвать такси в Инчхон. Он даже предлагал заплатить двойную цену, но водители все отказывались, как будто в мире ещё существуют люди, которым не наплевать на свою жизнь. Когда парень уже отчаялся – ему перезвонили и сказали ожидать машину. В этот момент Пак даже поверил в существование силы мысли.       И сейчас, когда он в салоне автомобиля, почти подъезжает к метеорологической станции, чувствует как его ладони начинают потеть. Он потирает их о синие джинсы, не в силах сдержать волнение. Какие же ему подобрать слова, чтобы Чонвон решил его послушать?       Он громко сглатывает, когда на экране телефона загорается заветное имя. Все же сегодняшнее стечение обстоятельств прямо намекает на то, что есть что-то эдакое, что способно исполнить самые сильные желания.       Джей тревожится отвечать своим печальным голосом, поэтому просто пялится на экран, пока таксист любезно не напоминает о том, что у того, кажется, звонит телефон.       – Чонвон? – его голос произвольно дрожит на этом имени.       – «Хён, прости, что пропал. Мне нужно было подумать. Мы можем поговорить завтра? Если ты ещё хочешь... Я пока что в Инчхоне, но думаю, что вечером уже буду дома».       – Я знаю.       – «Что?»       – Я все знаю, – Чонвон никогда не думал о том, что эта фраза может звучать так многозначно. О чем он знает? О том, что Чонвон в другом городе? О том, что он его специально игнорировал? Или о том, что случилось в принципе... – Мы должны поговорить обо всем сейчас.       – «Но это не телефонный разговор, хён». – слышно, что Ян начинает нервничать на той стороне, явно морально не настроившись обсуждать все произошедшее сейчас.       – Да, поэтому выходи, я заберу тебя домой.

***

      Чонвон подходит очень медленно, как боязливый котенок. Он прячет ладони в рукавах длинного худи, смотрит провинившись, и покусывает нижнюю губу. Глаза не поднимает, потому что боится наткнуться на осуждение. Останавливается где-то на расстоянии вытянутой руки, что совсем непривычно, что для Джея, что для него самого. Но ему теперь неловко делать какие-либо шаги, пока не произойдет разговор. Пак сначала на немые условия соглашается, но когда видит, что Яна начинает морозить, то подходит ближе, накидывая свою куртку тому на плечи, а потом обнимает.       Младший утыкается маленьким подбородком в чужое плечо и прикрывает глаза. Становится теплее и спокойнее, но произнести что-то вслух все ещё трудно. Камень на груди продолжает тянуть вниз – на самое дно, куда не достают лучи солнца. Он не знает – а имеет ли право разместить свои маленькие ладошки на широкой спине, но делает это, чтобы хоть как-то осознать, что Джей правда стоит сейчас перед ним. Старший от этого жеста выдыхает и даже расслабляется, нежно поглаживает красный загривок, успокаивая.       Они медленно отстраняются друг от друга, и Чонвон впервые за встречу поднимает свои кошачьи глаза, в которых погибли все звёзды. Чонсон с беспокойством заглядывает в них, отмечая всю ту же глубину. Однако от этого взгляда веет грустью, а синяки под глазами ещё больше ухудшают ситуацию. Хочется поместить ладонь на щеку, а потом притянуть и поцелуем вселить в этого человека жизнь, новую и чистую. Только Джей таким даром не обладает, да и сам выглядит наверняка не лучше. Придется искать целителя в друг друге.       Младший пальцами удерживает на себе большую чужую куртку, моргает неловко, не зная как завести разговор. Джей на подсознательном уровне чувствует это и решает взять ситуацию под свой контроль.       – Для начала я извинюсь за то, что не выслушал тебя тогда.       – Ты не должен...       – Тс-с, – молит Джей, потому что самому трудно собраться с мыслями. Как бы он не прокручивал свои слова в такси, он все никак не смог собрать все мысли воедино, – И ещё я хочу извиниться за свою мать. Она, вероятно, сказала тебе неприятные вещи, поэтому я понимаю твою реакцию. Но мои чувства к тебе не изменились, Чонвон. Я хочу быть с тобой вместе, даже если нужно будет пройти через негатив. Но если тебе сложно, то я пойму. Я приму любое твое решение.       – Хён... – у Чонвона глаза на мокром месте, блестят, но он не даёт слезам волю, – Это я не прав. И Госпожа Пак...она сказала все, как есть. Она даже плакала, потому что ей было больно предупреждать меня о таком. Я не мог ее утешить, а все из-за того, что я был причиной ее горя, понимаешь? Я запутался... Прости меня, хён. Я просто не хочу рушить твою жизнь и огорчать твою семью. Я так долго мечтал о том, что у папы получится вернуть свою компанию, но этого больше никогда не произойдет. Мой статус сейчас... я не подхожу тебе.       – Это твое решение? – выдавливает из себя только это, потому что на большее просто не хватает сил. Что-то остро колет в районе сердца, от чего хочется постучать по солнечному сплетению, чтобы перестало барахлить.       – Я не хочу, чтобы однажды ты начал сожалеть о нашей встрече. – тихо-тихо говорит и шмыгает после носом, моментально привлекая внимание.       – Я никогда не буду сожалеть о том, что повстречал тебя, Вон~и, – Ян в этот раз примагничивается сам, позволяя хёну поцеловать себя в макушку, – Такси заждалось. Поехали, пока снова буря не началась.       – А как же остальные?       – Я видел автобус, когда ехал сюда, он должен прибыть с минуты на минуту. Не переживай, – старший мягко улыбается, касается своими губами замершего кончика чужого носа, – Тебе нужно что-то забрать?       – Да, я сейчас схожу на рюкзаком и вернусь, – Чонвону кажется, что если он сейчас войдёт в здание, то его любимый человек просто исчезнет. Оставаться одному со своими мыслями становится слишком страшно, поэтому он отчаянно умоляет, – Пожалуйста, дождись меня, хён.       – Конечно же, я подожду тебя, ты чего? Я же ради тебя приехал сюда, котёнок. – младший от милого прозвища становится немного оживленнее.

***

      Парни залезают на задние сидения в такси, и Чонвон сразу же устраивает свою голову на чужом плече, прикрывая глаза.       – Хочешь поспать? – шепчет Джей, на что получает маленький кивок.       – Я не спал всю ночь из-за непогоды. Ты не против?       – Устраивайся. – Пак удобнее свое плечо подвигает для младшего, а потом единожды проводит рукой по его волосам.       Телефон вибрирует в кармане, и Джею так не хочется его доставать, чтобы не нарушить чужой отдых, но он, привыкший к неожиданным крутым поворотам в своей жизни, все же аккуратно вытягивает его из джинс.       Mom ♡       Как ты себя чувствуешь, солнышко? Есть температура? Мы и сегодня останемся у бабушки. Не забывай кушать и не выходи на улицу. Сегодня снова передают ливень. 16:39       Jay Park       Все хорошо, температуры нет. Не переживай, пожалуйста 16:40       Мам 16:40       Я буду с Чонвоном, хорошо? 16:41       Mom ♡       Хорошо. Надеюсь, что он не обижен на меня. Скажи, что я извинюсь перед ним лично. 16:42       Я люблю тебя, сынок. 16:43        Jay Park       И я тебя 16:44       И у Джея появляется чувство, что теперь вместо крутого поворота, на его пути – спокойная прямая трасса, пока на его плече сладко спит один из самых дорогих ему людей во Вселенной.