Травмированные люди или просто много драмы

Будни шли, как и всегда. Какаши тренировал девушку вдвойне усерднее и она не возражала. А вот теоретические занятия заканчивались так же быстро, как и начинались, но Луна и здесь не возражала. Особенно, когда огрубевшие руки Хатаке настойчиво ползли по ее бедрам вверх к талии и выше. Когда требовательные губы вытворяли что-то невероятное на уровне шеи, а его возбуждение упиралось в изнывающее от желания промежность, пока она сидела на нем верхом. Да, тут места для возражении не было. Секунда и руки копирующего уже шарили под тренировочным платьем, ловко расстегивая лиф, ласкали упругую грудь. Она и сама не отставала. Уверенно оторвавшись от губ сенсея, Луна стянула с него кофту и дала себе время полюбоваться открывшимся перед ней видом. Потемневшие глаза, распухшие от поцелуя губы и часто вздымающая грудь Хатаке разожгла в ней новую волну возбуждения. Она провела пальцами по тонким губам вниз и прошлась ногтями по крепкому торсу, тут же уловив тяжелый выдох. - Когда нибудь ты сведешь меня с ума - раздался хриплый голос Хатаке, вызывая табун мурашек по коже. Она хотела что-то ответить, но не успела. Какаши за мгновение стянул с нее платье и вот она уже сидела на столе в одних трусиках, пока сенсей исследовал ее рот своим языком. Он провел руками по коленям, раздвигая их в стороны и устроился между ее ног, притягивая ближе к себе. Прикосновение горячей кожи к ее груди ощущались более, чем приятно и она уже нетерпеливо потянулась, чтобы расстегнуть его брюки, но он перехватил ее руки и повалил на стол, обездвиживая. Стон разочарования непроизвольно вырвался из груди. Луна уже несколько раз пыталась показать ему, что готова. Нечего оберегать ее. Она сама этого хочет, но Хатаке каждый раз обрывал ее попытки и она чуть не разрыдалась от того, как сильно хотела почувствовать его внутри. Как только ты будешь уверена - повторял он и не давал шанса протестовать. - Не шевелись - и опять этот властный тон, сопротивляться которому не имеет смысла. Она уже неоднократно в этом убеждалась. Луна лежала неподвижно, пока Какаши выпрямившись, оглядывал ее с ног до головы. Желание прикрыться росло с каждой секундой, но он уже дал понять, что меньше всего ждет подобной реакции и она собрала всю уверенность, чтобы не поддаться желанию. Горячий язык припал к ее груди. Кружа вокруг соска, дразнил. Все смущение буквально смылось, когда Хатаке доводил ее до исступления, медленно двигаясь дорожкой поцелуев к животу, подбираясь к краю белья. Он одним движением сорвал мокрую ткань и раздвигая бедра шире, опустился на колени. - Эмм... Что вы - Луна слегка приподнялась на локтях, но стоило Какаши дернуть ее к себе, она снова свалилась на стол. - Я сказал не шевелись - более настойчиво повторил Хатаке. Его дыхание обжигало внутреннюю сторону бедра. Он медленно поцеловал это место и Луна почувствовала, как его пальцы крепче впились в кожу. Он не дал ей собраться с мыслями. Горячий язык медленно прошелся по клитору и она не смогла сдержать стон. Еще один и еще. Хатаке вылизывал ее без остатка, пока она извивалась на столе, не способная контролировать реакцию тела на его крышесносящие ласки. Не было ничего осторожного или неуверенного в этих движениях. Он нещадно водил языком по самому чувствительному, набирал темп и не останавливался. Не дал и шанса перевести дух. Только она решила, что ничего приятнее быть не может, как почувствовала, что грубые пальцы присоединились к языку. Дразнили место входа, проводили линию до клитора и обратно, заставляя ее дрожать от переизбытка чувств. Ей хотелось умолять, чтобы он не останавливался, а может она и умоляла. Не помнит. Не слышит. Было так плевать. Мозг был абсолютно не способен воспринимать никакую информацию, кроме очевидной. Язык Хатаке между ее ног. Несколько интенсивных поглаживании и она кончила. Так сильно, что было почти больно. Что-то внутри взорвалось, разлетелось на миллиард осколков, не отпускало а потом, облегчение. Небывалая легкость. Она не помнит сколько так пролежала, прежде чем вернуться в реальность. - Меня не будет в деревне некоторое время - его голос вибрацией отдавался в ее груди, пока она лежала на нем. Когда они оказались у него в спальне? Луна подняла голову опираясь рукой на его торс, чтобы встретиться с ним взглядами. В этом ничего удивительного, это ведь его работа, но легче не становилось. Он уходит на некоторое время, что на языке шиноби значит я понятия не имею, когда вернусь. Ей стало невыносимо тоскливо. Наверное он заметил грусть в ее глазах, так как крепкие руки прижали ее к себе ближе, что воздуха не хватало. Луна хотела вжаться в него до хруста в ребрах, до боли в позвоночнике, до смерти, но она лишь подалась к нему и уткнулась носом в шею, вдыхая древесный запах, пока веки не отяжелели. *** Хатаке проснулся от кошмара и ощущение дежавю неприятно прилипло к сознанию. Ее снова не было рядом. Буквально за секунду до беспокойства, он услышал звон посуды за которым тут же послышалось ругательство таким знакомым голосом. Какаши не смог сдержать улыбку. Поднявшись с кровати, он не обнаружил свою кофту и предположил, что оставил ее вчера за столом, когда они наконец перестали притворяться, что будут заниматься теорией. Нужно было одеться, но не удержавшись, он пошел в сторону кухни, откуда доносились злые звуки. - Ау! Черт, черт, черт! Облокотившись о дверной проем он замер, наблюдая за тем, как Луна пыталась то ли приготовить еду, то ли медленно сжечь себя заживо. Кофту искать не пришлось. Воровка стояла прямо перед ним. Он еще в прошлый раз подметил, что его вещи смотрятся на девушке гораздо лучше. Темно синий свитер больше походил на мешковатое платье. Она закатила рукава, чтобы они не мешали ее скудным кулинарным навыкам (как будто закатанные рукава могли что-то исправить). Она металась из стороны в сторону с ложкой в одной руке и с ножом в другой. Волосы были собраны в небрежный пучок, а непослушная прядь так и выбивалась, падая на глаза. Руки зачесались, настолько хотелось поправить ее. - Если пытаешься устроить пожар, я подскажу где взять горючее. - Ой... Доброе утро - Луна неловко застыла от неожиданности. - Я тут... Ну... - она взмахнула ложкой, которую держала в руках и указала на весь бардак, который устроила. - Продолжай. Тебе лучше объяснить, что именно ты делаешь, а то, так непонятно - издевался Хатаке. - Да у вас дома совсем нечего есть, вот я и решила приготовить что-нибудь. - А-ах. Так все таки это готовка - протянул наигранно удивленным голосом, за что получил грозный до умиления взгляд Луны. Он невольно улыбнулся и наконец осмелился подойти, чтобы рассмотреть эту катастрофу еще и вблизи. - Что тут у нас... Тосты, овощи, грибы - он тщательно рассматривал все ингредиенты, что лежали на столе. - Давай посмотрим, что можно с этим сделать. Луна не разделяла его игривого настроения и скрестив руки на груди, испепеляла его надменность суровым взглядом. - Ничего мы с этим делать не будем. Все уже готово. Осталось только собрать это все в сэндвичи и только - тон вышел чуть более обиженным, чем она рассчитывала, но да ладно. Хатаке уже откровенно смеялся не глядя на нее, но собравшись, ждал указании. Луна молча подошла к столу и обмазав хрустящий хлеб соусом (который, между прочим, сама приготовила) поочередно накладывала овощи. Дольки помидора, яйца, фасоль и жаренные грибы. Ничего особенного. - Так, грибы на фасоль или наоборот? - не унимался Какаши и снова напоролся на нахмуренные брови девушки. Он пораженно поднял руки перед собой. - Всего лишь уточняю. Не хотелось бы, чтобы мои скудные навыки раскладки овощей испортили эту чудесную гамму... - он не успел закончить, так как ломтик помидора прилетел ему в лицо и так и остался свисать на щеке. Луна расхохоталась так сильно, что выронила ложку. Какаши притянул девушку к себе за локоть и приставив щеку к ее, отпечатал несчастный овощ на ее коже. - Э-эй. Так нечестно. Вы первый начали! - запротестовала девушка, а Хатаке все не унимался, теперь уже обмазывая ее шею, челюсть и любые открытые участки кожи. - Ну хватит, хватит. Нельзя играть с едой - все еще скулила, пытаясь вернуться к завтраку. - Вот, как теперь мы заговорили - он возвышался над ней, рвано дыша вглядывался в ее раскрасневшееся, испачканное лицо. Инстинктивно поправил локон и провел пальцами по челюсти к ключицам. Какаши заметил, как на этом движении она задержала дыхание. Он медленно приближался, намереваясь попробовать ее губы на вкус, но девушка увернулась, демонстрирую театральную обиду. - Вообще-то вы меня обидели - драматично надула губы и снова скрестила руки на груди. - Вот как. И как же мне это исправить? - его взгляд не отрывался от ее губ. - Для начала, проглотите эти жуткие сэндвичи - девушка указала в сторону стола, где мирно лежали ее кулинарные изыски. Какаши оторвался от нее и она почти пожалела о своем условии. Он схватил чудо кулинарии и чуть ли не в один укус прикончил его, наигранно мурлыча и показывая, как же ему вкусно. Она снова рассмеялась и встав рядом, принялась за свою порцию. - Когда вы уходите? - она поставила чай на стол и перевела взгляд на сенсея. - Сегодня вечером. Он вернется. Конечно вернется, но что-то не давало ей покоя. Казалось, будто он отправляется в какое-то очень опасное место. Так оно и было. Все же, он один из лучших шиноби Конохи и вряд ли его будут гонять по пустякам. От этой мысли сердце неприятно сжалось, но она попыталась скрыть свои чувства. - Не успеешь соскучиться, я вернусь. - Я знаю - видимо, попытка скрыть от него эмоции было неудачной. Он читал ее, как открытую книгу. - Просто... Я даже не знаю насколько вы уходите и когда вернетесь - она опустила глаза. - Я сказал, если бы знал. Просто, будь уверена, я вернусь. - Хорошо. Луна взяла посуду и повернулась в сторону раковины, не желая показывать всю степень своего разочарования. Она включила воду и тут же почувствовала горячее дыхание позади. - Я ведь не на смерть ухожу. Не стоит так расстраиваться - он опустил слишком нежный поцелуй в ложбинку между шеей и плечом. - Знаю. все в порядке. Я просто немного переживаю, вот и все. - Расскажешь, о чем именно? - низкий тембр приятно ласкал уши и Луна начала сбиваться с мыслей. - О том... Кхм, о том, что - руки Хатаке бесцеремонно пробрались под кофту, пальцы пересчитывали ребра. - Я слушаю - он опустил еще один поцелуй на шею, но уже более интенсивный. Настойчивый. Одна рука медленно спустилась к упругим ягодицам, а вторая поочередно гладила полушария грудей. - Вы просто... - дыхание сбилось в ту же секунду, когда она почувствовала его возбуждение на пояснице - ужасный собеседник - удалось выдавить на выдохе. - Надеюсь ты переживешь это так же, как я переживу, что ты ужасный повар - негромко рассмеялся и пока она не оттолкнула его, резко прикусил мочку уха, заслужив несдержанный стон. До вечера было еще много времени.