Счастье нужно слышать.

Валя написала и более того пообещала прийти и обговорить всё, что было и, возможно, будет. Маргарита готовилась к этой встрече несколько дней морально и целое утро физически. Она ничего не покупала, но прибралась на год вперёд, ведь за это время её квартира превратилась во что-то несуразное. А Валя любит порядок, как в голове, так и доме. В девять вечера в дверь постучали. Рита выдохнула, посмотрелась в зеркало, вновь обретая своё безразличное лицо. Нет, правду говорят, глаза – зеркало души человека, они выдают всё. Маргарита отчаянно пыталась прикрыть их, чтобы не выглядеть, как Хатико, который ждал своего хозяина. А она ждала Валю, ждала несколько лет и дождалась. Раз. Два. Она открыла, не дожидаясь трёх. Мысленный отчёт всегда помогал. Перед ней стояла всё та же Антонова, растеряно улыбающаяся. Рита отошла от двери, пропуская её в квартиру, которая когда-то была и её домом тоже. Временным, но домом. Они молчали. Долгое и напряжённое молчание. Брюнетка встала из-за стола, прошлась по кухне, нарочито тяжело выдыхая. Валя же просто наблюдала за тем, как Власова нервничает, мечется из угла в угол, думая, как начать хоть какой-то минимальный диалог. Предательство со стороны Антоновой. Вот, что крутилось в голове у Риты, но она же ничего не обещала… -Рита, не маячь, пожалуйста, - Валя прокашлялась, устремила взгляд в пол. -Валя, - Маргарита подошла ближе к Антоновой. – Что? -Что? – Процедила Валя. – Ты?.. Этот диалог не способен перерасти во что-то конструктивное. Губы Антоновой – сладкие, нежные, щёки красные от настойчивого взгляда Риты. В глазах Вали надежда, любовь, но не вера. Она не верит в происходящее, думает, что это сон, нереальность. Власова любовалась бледным лицом блондинки. Природная бледность – признак аристократии. Валю всегда смущало, что её кожа светлее самого светлого в её видении, а Маргарита постоянно говорила, как сильно любит её бледность, как она ей идёт. Рита дёрнула Валю на себя, чтобы та поднялась со стула. Обхватив её талию, Маргарита наклонилась к ней и слегка коснулась её губ. Такая нежность и осторожность не были похожи на Власову. И только Антонова удивилась этому, как Рита, почувствовав ответную реакцию, закрепила поцелуй страстью. Желание вновь обладать этой женщиной перебарывало абсолютно всё. Если и инстинкты существуют, то у Риты в этот момент они явно не человеческие, скорее лисьи. Хитрые, уверенные и настойчивые. Лучшее ли решение возобновлять отношения физическим контактом? Они не знали, но им выпал такой шанс, просто быть друг с другом после такой тяжелой мучительно долгой разлуки. Маргарита не торопила, а Валя не сопротивлялась. Оставшуюся ночь они говорили, о чём только можно и нельзя. Каждая щепетильная тема была задета и разобрана по частям. Рита медленно поглаживала её по голове, перебирая кудрявые прядки. Её волосы вечно путались, поэтому Антонова приняла решение подстричься. Но они всё равно вились вьюном, как говорила её бабушка в далеком детстве. Валя подобно кошке промурчала и практически сразу же уснула у Маргариты на груди. Власова смотрела на неё и не понимала, как судьба их разлучила и как свела обратно? Неужто так быстро и протекает вся жизнь? На эти вопросы ответа не было. Вскоре Рита тоже заснула, всё также обнимая Антонову. Иногда стоит пойти на компромисс и перестать прятаться от самой себя, что говорит подсознание Антоновой. А вот что говорит подсознание Риты неизвестно ей самой. Оно слишком умно для того, чтобы его понять. Утро настало раньше обычного. Первой проснулась Валя. Оглядевшись по сторонам, она увидела, как крепко спит брюнетка и как сильно она держала её за руку. На предплечье был небольшой синяк от крепкой хватки Власовой. Всё было как раньше, будто ничего и не менялось, и не было этих нескольких лет. Мучительных долгих лет одиночества. Да, Антонова была с «мужем», но чувствовала ли она себя так называемо «за мужем»? Нет, скорее это он был «за женой». В их семейном браке было всё наоборот, не так как хотелось Вале, но кто её послушает? -Останешься? – Хриплым сонным голосом бормочет Рита. -Останусь, - Валя стыдливо наклонила голову. – Я не совершу той ошибки. Самый главный порок человечества – глухота. Мы не слышим никого, даже самих себя и остаёмся непонятыми. Почему нельзя понять не только кого-то, но и себя? Ведь люди уходят и приходят, а мы у себя одни. Счастье нужно слышать.