ЧонвоноФикация

С происшествия прошла третья неделя, столько же Сонхун не появляется на пороге «Голубого тритона». Проверяя списки гостей в начале каждой смены Сону горько вздыхает, не находя в графах нужного имени, а уходя домой надеется все-таки увидеть любимое лицо в следующий раз. Парню кажется, что он вернулся на год назад, когда Пак Сонхун был лишь красавчиком-спортсменом с главной страницы сайта своего университета, а Ким тогда бегал словно осой ужаленный на стадион, чтобы лишний раз полюбоваться тренировкой сборной. Бедный Чонвон, которому каждый раз приходилось выгораживать друга перед мамой за пропущенные кружки и поздние возвращения домой. Чёрная трубочка медленно прокручивается в коктейле, перезвон льдинок на дне стакана заглушается басами какой-то супер популярной песни. Сону подпирает ладошкой подбородок и смотрит в одну точку, игнорируя окружающих его пьяных посетителей бара. Несколько человек порывались познакомиться с милым одиноким парнем, но кто бы знал, что этот мальчик ждёт только одного высокомерного атлета и из-за этого возводит непробиваемую стену между ним и окружающим миром. В голове снова всплывают карие глаза и их пронизывающий взгляд — словно молния бьет — отчего Ким жмурится болезненно и залпом выпивает синий напиток. Выбрасывает трубочку куда подальше. Чья-то длинная ладонь опускается на столешницу из-за спины, а в нос бьет неизменно сильный запах порошка — у Сону все мышцы разом каменеют без возможности разогнуться. — Ого, даже водку залпом кидаешь, поразительно, — Сонхун хмыкает с издёвкой, — А на вид такой невинный. — У каждого свои секреты. Ким отталкивает старшего и разворачивается на стуле лицом, замирая на пару секунд, не осознаёт до конца, что Сонхун и правда стоит перед ним. Тот тоже некоторое время прожигает в школьнике дыру, но отмирает быстрее и падает на стул рядом. — Кто ты? — А ты? Бледная рука застывает в воздухе, Пак резко поворачивает голову на младшего и вздергивает брови, а Ким привычно щурит глазки. Как мама учила в детстве, не называй своё имя или другую информацию незнакомцам, особенно таким наглым. — Никто из парней не знает тебя, а менеджер на входе молчит как рыба. На каком ты факультете? Невозможно, чтобы ни одна душа не видела тебя в университете! — Искал меня значит? Внутри мальчика взрываются фейерверки от осознания — Пак Сонхун и правда задался целью разыскать его, даже друзей спросил! Но почему старший решил, что Сону учится в его университете? Все знакомые наоборот говорят, как молодо мальчик выглядит, разве есть сомнения в возрасте? А может и к лучшему, такие крутые парни никогда не встречаются со школьниками! Что ж, чтобы не упустить шанс, Ким решается вести игру. Тем более, Сонхун и сам не до конца честен ни с собой, ни с другими. Мальчик двигается ближе и хмыкает, ожидая ответ на свой компрометирующий вопрос. — Заинтересовал? — Допустим, — атлет залпом кидает шот и переводит взгляд вперёд, принимаясь рассматривать стеллаж с дорогими бутылками за баром, — Как тебя зовут? — О, сначала заслужи право знать, а потом уж требуй, лжец высокомерный. Сону проворачивается на стуле и ступает ногой, готовый убежать в каморку собирать вещи домой, или, на крайний случай, в туалет, чтобы очистить желудок, который скрутило от нервов. Он едва успевает завернуть в коридор в сторону выхода с балкона, как та же холодная рука хватает сильно за локоть и разворачивает мальчика назад. Пак прижимает Сону к плитке на стене, поднимая оба чужих запястья вверх, а младший лишь ехидно щурит глазки и смотрит мимо парня, куда-то вдаль. Тяжёлое дыхание около уха разливает горячую лаву ощущений вниз до кончиков пальцев ног. Сердце неспокойно заходится глухими стуком. — Все три недели боролся с собой и наконец-то осознал обидную правду? — так же шёпотом мурчит Ким, — Или красотки резко надоели? — У меня были отборочные, о чем ты вообще? Глаза округляются, когда Сону с силой толкает атлета в грудь, откидывая достаточно далеко от себя. Тот смотрит немного из-под ресниц, но взгляд острый и пронизывающий до костей — парень явно не пьян, но ведёт себя странно. Ему действительно плевать на то происшествие или он просто играет в беспамятство? Ким фыркает чересчур громко и складывает ручки на груди, обуреваемый потоком возмущения. Пак вновь предпринимает попытку подойти ближе к младшему, в последний момент удачно увиливает с траектории полёта маленького кулачка и тянет Сону за талию так, что их тела меняются местами в пространстве. Острым носиком мальчик утыкается в тёплую грудь, теряясь, а на макушку опускается ладонь, едва взъерошивая тёмные волосы. — Неужели и правда примкнул к рядам «пидорасов»? — лисьи глазки сверкают молниями снизу вверх на Сонхуна. — Блять, как бы заставить тебя замолчать? Влажные губы, немного отдают вишней на вкус, в момент накрывают болтливый рот, а острый язык нагло проскальзывает внутрь. Сону округляет глазки в шоке, всматриваясь в лицо напротив видит лишь крепко закрытые глаза с ободком пушистых ресниц, а чуть ниже скулы ощущается давление — Пак одной рукой хватает младшего за лицо и удерживает в одном положении, едва царапая краснеющие щечки ногтями. Киму остаётся только крепко вцепиться в футболку атлета на талии и постараться не потерять равновесие, или сознание. Чужой язык за малым не достигает задней стенки горла школьника, от напористости пальцы на ногах немеют, но Сону лишь сильнее сжимает накаченные бока старшего и позволяет эмоциям захлестнуть его до полного опьянения. Дерзкие жесты Сонхуна действуют сильнее любого алкоголя, из-за чего Ким пропускает момент перемещения длинной ладони со своего лица под рубашку на спину, а окончательно просыпается от транса только на выходе из бара, когда холодные потоки свежего воздуха бьют жесткой плёткой по разгоряченному телу. — Куда ты меня ведёшь? — Продолжим общение в машине, — Пак заботливо набрасывает на хрупкие плечи свою спортивную куртку, — Надеюсь, тебе есть двадцать? — Твой авто проверяет ID на входе? — Сонхун только хмыкает и тащит Сону в направлении паркинга.

__

Слушать преподавателя не получается от слова совсем, стоит Киму задержать взгляд на чём-то больше, чем на пару секунд, перед глазами всплывают картинки ночных развлечений. Щеки горят, а улыбку приходится сдерживать, покусывая нижнюю губу, чтобы не выглядеть как умалишённый — не существует в мире людей настолько кайфующих от интегралов, что сейчас набросаны мелом на доске. Ощущение жгучего наслаждения от чужих зубов на шее все ещё чувствуется, как в первый раз, яркие засосы неприятно чешутся под воротом школьной рубашки, но Сону только рад этому. Как никак, ему удалось провести вечер со своим объектом воздыхания один на один, да ещё и за таким интересным занятием! Наступление перемены Ким благополучно пропускает, витая где-то далеко за пределами реальности. Вибрирующий в кармане телефон чуть отрезвляет сознание, сообщая важные новости — Чонвон уже закончил учиться и убегает сразу после уроков гулять с неизменно секретным Чонсоном. Лисёнок грустно вздыхает, пока отправляет смайлик в диалог, а после лениво поднимается и плетётся на выход в сторону художественного класса, чтобы посидеть в тишине и постараться привести мысли в порядок. За окном в кривых зарослях кустов мелькает темная макушка друга, Сону привычно игнорирует предателя и топает дальше по коридору, пока краем глаза не замечает высокую фигуру рядом. — Джей? Ноги прирастают к земле, по телу разливается холодный сироп осознания — Ким пригибается ниже, практически залезая под подоконник, и щурит глазки, дабы рассмотреть друга Чонвона получше, а после вовсе оседает на пол и даже не моргает. Какого черта из всех проживающих в Сеуле людей Ян выбрал дружбу с братом его, Сону, краша?

__

Не сказать, что Сонхун глупый парень, хотя именно такого мнения придерживаются все преподаватели в университете, тот даже рефераты сдаёт только личного сочинения, но многие вещи все же доходят до спортсмена с некоторым опозданием. Пак действительно обыскался везде в поиске информации о хитром лисёнке-администраторе из клуба, но кроме догадок и чужих предположений дельного не разузнал. Он прошерстил соцсети, спросил у друзей в университете и в спортивной школе, но ни одна душа не знает ничего о странном незнакомце с хитрым разрезом глаз и острым языком. Кто-то из команды предложил спросить о мальчике в школе, но Сонхун сознательно решил не рассматривать такой вариант — даже если лисёнку нет двадцати, Пак предпочтёт этого не знать, ну и ещё парню до мурашек не хочется просить Ян Чонвона об услуге. Поиски зашли в глубокий тупик, потому как красавчик не оставил даже имени после ночи в машине, что уж говорить о номере телефона, а атлету теперь мучайся, ищи его. Хисын ещё умудрился между соревнованиями и зачетными работами в университете спланировать им поездку в Кванджу на целые выходные и постоянно скидывает забавные картинки с отсчётом дней, которые внезапно начали немного подбешивать. Разумом Сонхун понимает, что искра страсти к Ли угасла с появлением на горизонте саркастичного лисёнка, но статус их «королевской пары» так резво разрывать не стремится — все-таки не зря Хун грудью выбивал у комитета для Хи место капитана в университетской сборной. Идеальную няньку на замену не найти будет, поэтому пока что Пак направляет все силы на поиски администратора клуба и на старания не разрушить свои длительные отношения, потягивая вино на деревянном лежаке дорогого номера отеля.

__

Очередной скандал дома заканчивается с первым звоном разлетевшихся стеклянных осколков когда-то красивого стакана, Сону едва успевает выскочить за дверь прежде, чем мать запускает снаряд прямо в стену в прихожей. Мальчик бежит вниз по улице с туманом перед глазами, он уже не плачет — надоело все, каждый день одно и то же, словно подобные родительские истерики стали некой константой в доме Кимов. На ходу набирает номер друга и надеется, что тот дома или хотя бы не зависает долго на тренировке, иначе парню светит перспектива засиживаться в бассейне до ночи и там же глушить печаль от очередного скандала. Чонвон берет трубку достаточно быстро, что радует, но шум на заднем фоне напрягает. — Меня пока что нет дома, — тихие щелчки клавиш геймпада отмеряют слова Яна, — Опять выгнали? Дуй ко мне, мама тебя прикроет. Скоро буду! Как только Чонвон запихивает друга в комнату и плотно прикрывает дверь, мальчик мешком падает на кровать и обнимает собственные коленки так сильно, что буквально превращается по форме в кривоватый рисовый шарик. Хочется закрыть глаза и обнулиться, чтобы хоть на какое-то время перестать чувствовать весь спектр эмоций. — Расскажешь? — пловец сверлит креветку заинтересованным взглядом. — Помоги мне кое с чем разобраться.

__

Приступ безысходности бьет по голове Сонхуна, когда ему на отборочном чемпионате на глаза попадается Чонвон в окружении своего сводного брата и маленького гиперактивного мальчика. Лисёнок скачет заведённой игрушкой тут и там, видимо подбадривая волнующегося пловца перед заплывом — глазки сузились до маленьких стрелочек, а яркая улыбка будто бы отражает свет огромных ламп под потолком, слепит до раздражения. Чертов лгун, до последнего врал о возрасте и водил старшего за нос холодным отношением, а сейчас выглядит как глупая пятилетка. Они виделись совсем недавно опять, когда Хисын с командой уезжали на игру, Хун провёл всю ночь на крыше заброшенной новостройки с Сону на одном одеяле и ощущение тёплой ладошки в руке чувствовалось в тысячу раз острее, чем романтическая поездка в Кванджу. Пак настолько сильно углубился в младшего, что без него мир вокруг стал казаться поверхностным и недостаточно интересным, скучным и посредственным, а Сонхун ненавидит зависеть от кого-либо. Но в то же время, парень частично понадеялся на возможность заполучить малыша Кима, хотя, увидев привычно скрытную фурию таким жизнерадостным и улыбающимся другим людям ребёнком, почувствовал леденящие копья страха где-то в области сердца. Ловушка безнадёжности захлопывается медленно, но стремительно, заставляя Сонхуна не на шутку волноваться о последствиях бушующих в груди давно забытых чувств, совсем не вовремя накрывших его. — Значит, ты всего лишь сопливый школьник, — фыркает Пак и выходит из бассейна, — Берегитесь, малолетние врунишки. Грудь увешана золотыми медалями, какие-то Сонхуна или команды, другие — Хисына, голова лёгкая от пива, а вокруг талии чужие руки. Пак решает задвинуть мысли о малолетнем лгуне в самый дальний уголок памяти и отдаётся в объятия капитана баскетбольной команды, пока не замечает грустную горбатую спину братца где-то за пределами вечеринки. Ненависть к Чонвону ещё сильнее укрепляется в подсознании Хуна, ведь видеть расстроенного не своими проблемами лучшего друга для него хуже любого предательства. Парочка мальчишек, что только переступили порог старшей школы, умело отыгрывают на эмоциях взрослых парней, и сей факт выбешивает Сонхуна, пока его сводный брат прибывает в слепом неведении и продолжает хвостом носиться за пловцом. И так бы холодная ненависть атлета продолжилась, не напросись мальчишки на ночёвку к Пакам в середине лета, где довольный Сону и неимоверно озлобленный Сонхун столкнулись лицом к лицу в новых ролях. Весь вечер Ким светится яркой лампочкой, разрываемый гордостью от количества секретов, которые ему удалось собрать об атлете за время работы в баре, а старший чуть ли не дымит через уши — прекрасно все знает, а ответить может немногим. Хун косится на Кима и зубами скрипит, а тому хоть что, ведёт себя будто не он месяц назад лез на чужие колени в тесном салоне машины. Точки кипения старший достигает после фееричного тарелочного шота из пяти видов алкоголя, когда замечает на хитром лице неподдельное наслаждение от физических страданий Сонхуна и надменный раскосый взгляд. — Попробуй! Попробуй, хвастун! — Легко! Нервы сдают у Пака быстрее горения искры, голова изнутри горит алым пламенем всего лишь от близости с младшим, а Сону специально разыгрывает саму невинность и даже чуть назад отходит, будто жертва от хищника. Вспышка агрессии выходит наружу неконтролируемо, когда Сонхун подается вперед и хватает Кима за затылок, крепко сжимая мягкие волосы. Закаленный частыми нападками от окружающих школьник не пугается выпада Пака, а наоборот осознанно цепляется за ворот белой рубашки и тянет старшего на себя. Между губами всего лишь пара миллиметров, Сону чувствует запах алкоголя и парфюма Сонхуна, рука неосознанно ползет вниз, задевая прозрачные пуговицы блузы. — Хочешь устроить этим дуракам шоу? — шепот на ухо снова генерирует волну мурашек по телу, — Пошли наверх! — А может отстанешь уже? Лучше объясни, за что ты так ненавидишь Чонвона? Бесишься, что у твоего брата личная жизнь складывается лучше? — Что за чушь? — атлет хмурит брови. — Брось, — Ким отходит к лестнице спиной, — Будь у вас с Хисын-хеном все так идеально, той ситуации в клубе не случилось бы, я не прав? Да, Сонхун прекрасно помнит неслучившийся тройничок с баскетболистами и более того, он выступил инициатором грязной затеи, просто потому что они с Ли повздорили в тот вечер. Упоминание о постыдном холодом отзывается в груди, Пак замирает на месте и кровавыми глазами сверлит подростка, желая как минимум оторвать тому голову. — Закрой рот, сопляк! — лисьи глазки хитро вытягиваются, — Не думаешь, что болтаешь много? — Да не то чтобы, — Сону ступает вверх по ступенькам, — Я же не разболтал все Хисын-хену, а мог бы. О, Пак Сонхун злится, еще чуть-чуть и лед начнет плавиться! Последняя фраза теряется в потоке визга, потому что старший бросается пантерой вперед и мчится за школьником на второй этаж в попытках приложить его о стенку. Рука плотно оплетает худое запястье и разворачивает наглого подростка на себя, но недооценив силу парни падают комком из рук и ног на ближайшую дверь. Секунда и Сону находит себя в горизонтальном положении на полу, прижатый тяжелой тушей спортсмена, в темноте видны только блестящие зрачки, а над ухом слышится недовольное сопение. — Как ты меня бесишь, Ким Сону! — Сам не лучше, Пак чертов Сонхун! Они наконец-то целуются. Страстно, жадно, до последних крупиц кислорода. Мягкие губы влажной дорожкой спускаются вниз по шее, атлет тычется носом в ложбинку над ключицей и вдыхает приятный запах кожи младшего — алкоголь и недостаток воздуха туманят сознание, в голове у Сонхуна вакуум. Сону вслепую ищет руку старшего, а когда находит, сцепляет пальцы в замок и жмурится от удовольствия, отдаваясь полностью ощущениям. — Бесишь неимоверно! — Расстанься со своим парнем и обещаю, буду раздражать тебя еще больше, — Ким хватает красивое лицо в ладошки и сам ведет поцелуй, по-взрослому смело и умело, как и рассказывал в «я никогда не».

__

— Может, съездим к морю что ли? Скучно как-то дома сидеть. Чонвон обнимает подушку, перекатываясь по широкой кровати ближе к краю, и устремляет грустный взгляд на Джея, который вот уже полчаса строчит официальное письмо профессору с поразительно сосредоточенным взглядом. Все таки его многострадальный проект дошёл до университетской комиссии и те умные деды пообещали помочь с разработкой практической модели к началу нового учебного года, но последняя неделя августа подкралась незаметно со спины без намёка на подвижки. Серьёзный юный бизнесмен капитально взялся за решение этой проблемы, немного упустив умирающего от скуки пловца из виду. Громкий окрик приводит Пака в чувство. — Малыш, что ты говорил? Извини, задумался, — плюшевый кот, прилетевший метко в затылок, плавно пикирует Джею под ноги, — Не разбрасывайся котиками! — Поехали на пляж? — Давай чуть позже? Хун забрал с утра машину, придётся подождать отца, чтобы взять его джип. — Куда он уехал так надолго? — Не знаю, он ж никогда не рассказывает о своих передвижениях, — жмёт плечами старший и отворачивается обратно к ноутбуку. Чонвон проворачивает в голове утреннюю переписку с лучшим другом, где Сону, заканчивая каждое сообщение тремя смайликами, хвастался, что бежит учиться полезному делу. Какому именно, друг не уточнил. Незанятые ничем шестерёнки в голове Чонвона поскрипывают при анализе, достаточно быстро выдавая верный результат. Ян громко вздыхает и зарывается в белую подушку глубже, вдыхая запах мятного геля для душа своего парня. — Я понял, где оба наши голубка! —Стоой, не дёргай так сильно ручник! Сонхун хватает школьника за запястье и откидывает руку обратно на коробку передач, хватает руль и выворачивает влево, предотвращая медленное планирование автомобиля в кювет. Сону перехватывает управление обратно в свои руки и хмурит бровки, стараясь сконцентрироваться на дороге, но вместо газа давит по тормозам, из-за чего обоих парней отдачей немного откидывает назад. — Все, достаточно! Пак рявкает слишком отрывисто, но тут же жалеет об этом, когда видит как поджимается нижняя губа Сону от обиды. Отстёгивает ремень безопасности и выходит из машины, пиная раздосадовано одинокий камушек у обочины, разминает шею, которую вероятно потянул при резком торможении, и выдыхает пару раз глубоко. Взрывной характер снова нашёл способ выхода волнения через агрессию, вечная проблема для Сонхуна и боль для окружающих в одном флаконе. Парень надеется, что младший правильно понял причину такого поведения и не вздумает обижаться, хотя тон Пака действительно звучал не по-доброму. Ким сжимает пальцы на руле до белых пятен, старается сдержать рвущиеся наружу слёзы, но как не пытайся сдержать горячий комок обиды, тот все же поднимается по горлу вверх и печёт неприятно в области челюсти. Тёплые капли бегут по щекам, оставляя за собой неприятные соленые дорожки, мальчик опускает голову ниже, прячет лицо на руле. Внезапно дверь слева открывается, запуская прохладный ветерок в салон, а сильная ладонь обхватывает предплечье и тянет из машины наружу. — Посмотри на меня? — от нежности в голосе Сону передёргивает, а слёзы целым потоком вырываются наружу, — Ох, блин! Сонхун закатывает глаза, но тянет младшего к себе, обвивая холодные ладошки вокруг своей талии и гладит нежно по волосам на затылке. Школьник хлюпает носом куда-то в сгиб шеи, а руками цепляется за рубашку Хуна на спине — старший чувствует грудью как бешено бьется у того сердце. Да, как бы Пак не старался подробно объяснять основы вождения, Сону все же пока что тяжело приноровиться, и саркастичные комментарии обучению не способствуют. — Прости, я погорячился. — Я настолько глупый, что никогда не смогу научиться водить? — Ким сжимается вокруг Сонхуна как удав, все крепче и крепче, ближе и ближе. — Слушай, даже мой братец получил права, — хмыкает, — Немного практики и у тебя все получится! Попробуем ещё раз? — Да! Яркая улыбка озаряет чуть красное лицо младшего, он смотрит на атлета прямо, а тому кажется, что весь окружающий мир в какой-то момент сжался до таких размеров, что стал помещаться в маленьких карих глазках этого лисёнка. Вытирает большим пальцем оставшуюся влагу с щёк и целует в лоб, тут же отстраняясь с непробиваемым выражением лица. — На этот раз точно все получится! — Сону прыгает на водительское сиденье и возбужденно проворачивает ключ, вытрясая всю жизнь из потрепанного бирюзового паркетника. — Нежнее! — орет Хун и мчится обратно в машину, опасаясь страшных последствий.