Оковы

— Эй, приятель, ты, должно быть, что-то попутал, — оскалился какой-то неприятный тип в потрёпанной толстовке. Как же ему не идёт этот кислотно-жёлтый цвет. К глазам больше подошёл бы мятный. — Да, брось, бро, смотри, какой он милый, — возник второй в солнцезащитных очках. Он в курсе, что солнце село несколько часов назад? Язык чешется напомнить ему об этом. — Да, слишком хорош, но тем лучше, — ухмыльнулся третий, подпирающий собой стену. Парень, не переживай, без твоей поддержки она бы не рухнула. Эти трое с довольными лицами продолжают наступать, прижимая к стене. — Давайте научим его, как одеваются в этом городе, — прохрустел костяшками первый.

***

«И почему я вечно вляпываюсь в подобные истории? Хотя, мне кто-то, помнится, говорил, что у меня дар такой. Алло, извините, не подскажете, где обменять дар на что-то получше? Ну, скажем, на что-то менее проблематичное. А, дело во мне… Ну что ж, всего вам поганого, до свидания. Но шутки в сторону. Вам, наверное, интересно узнать, как до такого дошло? (Признаюсь, мне тоже). Тогда позвольте мне поведать с самого начала эту историю. Хотя, у кого я спрашиваю разрешение? Это же мой дневник. И веду я его просто потому, что у меня охерительный почерк для парня (мне вся школа об этом говорила, так что я знаю, о чем пишу). Господи, да я готов отдаться парню, у которого будет такой же каллиграфический шрифт в тетради, а не очередные каракули. Меня зовут Макс, не Максимилиан, пожалуйста, просто Макс. И пару месяцев назад, из-за работы отца, всей семьёй мы были вынуждены переехать в другой город. Город мне сразу не понравился. Слишком уж он тихий, лишённый привычного мне шума бесконечных разговоров людей. Всем видом он кричит — я самое криминальное место на земле. Хотя, так даже интереснее. Все будет в разы занятнее, чем тоскливая учёба. И да, я не особо знаю, как правильно ведутся эти чёртовы дневники, но это же, кроме меня, читать никто не станет, верно?» * Но, прежде всего, Максу необходимо было пройти мед комиссию. Конечно, по-хорошему, её можно было пройти ещё давно, но Макс всегда все откладывал на потом, что держало его в некотором тонусе. Мимо прошёл пожилой мужчина с заметным тиком, что-то бубнящий себе под нос. И почему он просто не купил справку? Сейчас бы спокойно отдыхал себе, а не сидел в узких душных коридорах, ожидая своей очереди. Да, наверное, потому что Макс, что б его, обожал сложности. Поэтому сейчас он сидит на жёсткой лавке перед кабинетом психиатра, потирая лицо ладонью. И почему в этом городе все так странно? Взять, например, тот же психоневрологический диспансер — в любом другом, более крупном городе это было бы отдельное здание, но не здесь. Здесь же, этажом выше, уже располагаются койки пациентов, потому что, как он понял из карты-указателя, расположенной на большом стенде, лишь первый этаж выделен для регистратуры, врачей, занимающихся приемом людей, которые не находятся здесь постоянно. А остальные этажи, которых было около четырех, полностью были отданы душевнобольным. И Макс не знает, причина ли в том, что город действительно маленький и просто не поместил бы в себя отдельное здание психоневрологического диспансера, или в том, что тут весьма впечатляющее количество людей с больной психикой. И уже в который раз Макс видит проходящих мимо психов. И ему это абсолютно не нравится. Здесь даже звуков посторонних нет, сплошная тишина, видимо, чтобы не давать повода больным лишний раз сойти с ума. И это ужасно напрягает. Даже очереди нет, но он продолжает сидеть уже в течение получаса, ожидая, когда его, наконец, вызовут. Лишь какой-то парень с копной тёмных волнистых волос стоит в холле среди большого количества напольных растений, точно местной оранжереи, прислонившись плечом к стене. Он все это время не поднимал взгляд от телефона. Полуденный свет лился сквозь эркерные окна, и большие листья не менее габаритных растений, благодарно тянулись вверх, купаясь в мягком золоте, и затемненным было только лицо незнакомца, повернувшегося спиной к окнам. Дверь кабинета, наконец, открылась и оттуда быстрым шагом вышел мужчина в белом халате. Макс услышал долгожданное «следующий» и поспешил в кабинет. По пути он достаточно жёстко столкнулся плечом с тем же парнем, который до этой минуты неподвижно стоял у стены, сливаясь своей персиковой рубашкой, расписанной листьями папоротника, с больничными цветами. — Ауч, — протянул Макс, сверля его взглядом. — Внимательнее нужно быть, — холодно ответил тот, не удосужившись даже взглянуть в ответ. Макс в замешательстве остановился, обернувшись. Незнакомец нагнал вышедшего из кабинета врача и сейчас стоял, о чем-то говоря с ним. — Улучшений нет, — сухо произнес врач, смотря прямо в глаза парня. Незнакомец опустил взгляд, сжимая в руках телефон. Макс превратился в слух из-за своего ненормального любопытства. И прямо в этот момент его ухо пронзило громким звуком: — Следующий! — требовательный голос раздался из кабинета. Макс сжал голову в плечи, потерев ухо и в последний раз посмотрел на два силуэта вдали. Врач положил руку парню на плечо и сжал. Макс развернулся, поджав губы и поспешил в кабинет. Все то время, что он провел в кабинете, он не мог выкинуть из головы того незнакомца. Ведь они были ровесниками. Такой молодой, и уже психически нездоровый. Как же Максу повезло, что их столкновение плечами не повлекло неприятных последствий, которые ему сейчас очень не нужны. Макс просто чёртов счастливчик. Никогда нельзя знать наверняка, что случайный прохожий не окажется тем самым психом, который при малейшем и внезапном сдвиге какой-то извилины в голове не решит тебе выпустить кишки. * Дорога до университета занимает около получаса, и Макс сразу жалеет о том, что не воспользовался общественным транспортом, решив прогуляться и осмотреть по пути интересные места. — Никого, — тихо произносит он. — Здесь вообще люди живут? — ссутулившись, он смотрит под ноги, в зеркальной поверхности тёмной обуви видя своё отражение. И для кого он, мать вашу, так хорошо уложил волосы и протёр ботинки? Он провел рукой по уложенным каштановым волосам. Как он любил солнце, лучи которого играли в его волосах, задорно подсвечивая верхние пряди, обнажая скрытый ранее, сейчас льющийся наружу медовый оттенок. Но встречам с солнцем больше всего радовалось лицо Макса, нос вон как усыпан веснушками. Он даже пытался пересчитать их все. Но решил, что из этого ничего не выйдет, и решил ограничиться тем, что он поцелованный солнцем несколько десятков раз. Признаки жизни были обнаружены при приближении к самому учебному заведению. Высокое многоэтажное кирпичное здание с полукруглой крышей, завершённой шпилем. На территории кампуса вели оживленные беседы студенты. Кто-то скрывался в тени причудливых крон деревьев, читая книгу, сидя на скамейке. Кто-то расположился прямо на коротко стриженом газоне, залипая в телефоне. Кто-то и вовсе расположился на мраморных ступенях перед входом, поглощая холодный кофе. Макс открыл расписание в телефоне и сверился с номером аудитории. Пружинистой походкой он направился по широкому светлому коридору с большими окнами, залитому теплыми лучами солнечного света, отстукивая каблуками по полу, уложенному абрикосовой плиткой. Зайдя в аудиторию, он увидел своих будущих одногруппников, которые ему сразу не понравились. «Они что, все интроверты? Вот спасибо». Парни и девушки сидели за партами, спокойно переговариваясь друг с другом, не обратив внимание на нового сокурсника. — Ну, привет, — растянулся в улыбке парень. — Я Макс, буду учиться с вами. «И да, мы обязаны подружиться, у вас просто нет выбора». Вероятно, будет непросто. Но Макс любит сложности. Он всегда добивался своего, шёл до конца. Ему незнакомо поражение. И если ему кто-то скажет, что он немного упрям, то, улыбнувшись, он кивнет, ответив, что, пожалуй, даже слишком. Он не привык останавливаться на полпути, если уж браться за что-то, то доводить до конца, иначе затея не стоит сил и времени. На него уставились пары глаз — кто-то дружелюбно помахал рукой, кто-то ответил улыбкой. Ладно, себя он достойно представил, внимание ему было уделено — напротив этого пункта следует поставить галочку. Лекции были такими скучными, что парень изучал мир за окном, пока не услышал старческий голос какого-то преподавателя. — Максимилиан, вы же новый студент, я не видел вас до этого в списке. — Можно Макс, пожалуйста, — умоляюще взглянул он в узкие глаза старика. Тот дрожащей рукой внёс какие-то правки в свой блокнот. — Просто Макс, скажите, что вам известно об античной мифологии? «Нет, только не это… Ненавижу философию. Ненавижу учёбу». На большом перерыве, к удивлению парня, вся группа так и осталась сидеть на своих местах. «Они живые вообще?» — Ребят, а где тут можно поесть? — громко, с расстановкой спросил Макс. — Есть столовая, но там дорого, и качество еды оставляет желать лучшего, — ответила какая-то непримечательная девчонка. — Да, есть там — себе дороже, но можешь попытать счастье, — отозвался парень со склоченными волосами. — Тут неподалёку кафе, можешь туда наведаться, — голос принадлежал парню в очках. — Киоск с фастфудом всегда к твоему распоряжению. «Парень или девушка? Не имеет значения». — Спасибо, — подмигнул он. — А сами чем питаетесь? — Макс окинул взглядом всех присутствующих, но никто не цеплял его взгляд, никто, кроме… Кто этот парень на задней парте? Знакомые волнушки… В голове Макса смутно стали всплывать какие-то картинки. Но парня волновало сейчас совсем другое: почему он демонстративно сделал вид, что не заметил Макса, хотя тот был достаточно громким и уж бесспорно дружелюбным? Макс терпеть не мог, когда его не замечают, тем более таким бессовестным способом — посапывая на парах, заняв почти весь стол. Они даже не знакомы, чтобы он мог так себя вести (никак), проявляя полное безразличие к Максу. А он ведь новенький. Никакого уважения. Все это задевало его эго. — Из дома берём чаще всего, — сказал кто-то за спиной парня. Но Макс не обратил внимания, направляясь к крайнему от двери ряду, самой последней парте. — Эй, я для тебя пустое место? — возопил он, уставившись на парня, что оккупировал собой весь стол. — Макс, не трогай его. Он всегда спит. Это его нормальное состояние, — вмешалась рыжеволосая девушка. — Он даже не поздоровался со мной, — возмущался Макс. — В общем-то ты прав, — зашевелился субъект, и его темные, чуть вьющиеся волосы, ниспадавшие до этого на лицо, стали перекатываться волнами. — Да это же ты! — воскликнул Макс, тыча указательным пальцем. Незнакомец лишь скривился от резкого звука. — Это был ты! Макс бы никогда в жизни не поверил, если бы кто-то ему сказал, что ему придётся учиться в одной группе с кем-то, у кого есть явные проблемы с психикой. Но блять. Это же Макс. Везение явно не его конёк. И будем честными, такая перспектива его явно не прельщает. Он напрочь забыл о самой минимальной тактичности, продолжая тыкать пальцем в парня и раскрывая рот так широко, что челюсть, казалось, такими темпами скоро познакомится с полом. Этот город, действительно, чертовски маленький. Деревня, ей бог. Должно быть, и слухи здесь разлетаются с молниеносной скоростью. Но, как бы то ни было, Макс может сделать только один вывод — тот засранец точно псих. Потому что здоровые люди не ходят по таким местам. И уж тем более не выслушивают от врача такие не радужные новости. Ведь так? — Ты можешь так не кричать, пожалуйста? — лениво протянул парень. — О, так ты еще и умеешь разговаривать? — скрестил руки на груди Макс. Тот только повернул голову, что примостилась на руках, темно-шоколадные пряди спали с бледного лица, открыв обзор на глаза, холодные и прозрачные, как лёд. — Извини, если как-то задел тебя, — зевая, протянул он. — Может, хотя бы представишься? — наседал Макс. — Тома. — Приятно что ли, Тома? — он протянул руку в знак знакомства. — Взаимно, Максимилиан, — растянулся в оскале, радужка казалась настолько прозрачной, что едва уловим был контур, разграничивающий её с белком глаз. Взгляд в самую душу, от такого хочется скорее спрятаться обратно в скорлупу. На руку Макса он даже внимания не обратил, точно его действие было сравнимо с размеренной обстановкой всеобщей отрешенности. Макс улыбнулся сжатыми губами, убрав руку. Он снова оглядел оппонента перед собой, чуть склонив голову на бок. Стоп, что? — Так ты слышал происходящее на паре? — вскипел Макс, буквально грудью ложась на парту. — С чего бы мне было не слышать? Я же не глухой, — голос, движения, взгляд — всё было таким медленным и апатичным. — А по тебе и не скажешь. Я Макс, — с расстановкой, ткнув в грудь больший пальцем, произнёс парень. — Хорошо, Максимум, — уголок рта дёрнулся, но глаза оставались такими же тусклыми. — Но, признаюсь, я не слушал тебя. — Макс. — Как скажешь, красавчик, — Тома изогнул брови. «Он что пытается кадрить меня?» — Тома-кома, ты вообще в курсе, что такие подкаты давно устарели? — усмехнулся Макс. — Какого ты о себе мнения, что видишь подкаты в обычном общении? Максу хотелось выбить из него всю эту апатичность и закинуть в самое пекло бурной жизни, которую он с таким же успехом мог благополучно проспать. Но он уж точно не собирается делать этого. Не в свой первый день в универе среди новых людей. Макс должен завоевать всеобщее уважение. И поэтому этот засранец может подождать. Он точно не достоин того, чтобы Макс просто так взял и подпортил свою же репутацию. Парень развернулся к окну, смотря на ясное голубое небо. В такую теплую погоду грех обедать в душной аудитории. — Так, кто со мной до киоска? — с энтузиазмом спросил Макс, оборачиваясь. Он нахмурил брови, видя пустое место Томы. И куда уже этот поганец успел улизнуть? — Не, я пас. — И я. — Без меня. — Давай сам. Макс мельком пробежался по испуганным (с чего вдруг?) лицам одногруппников. Он их что, спугнул? — Д-давай я схожу, — раздался голос за спиной, принадлежащий девушке с длинными каштановыми волосами. — Как раз забыла взять еду из дома, — парень повернул голову и искоса увидел, как та что-то спрятала за спину. — А ты?.. — Дина, — замялась девушка. — Отлично, — широко улыбнулся парень. — Будем знакомы, Дина, — он протянул руку, но потом опомнился и убрал, на что девушка прыснула от смеха. — Сегодня ты ведешь, — подмигнул он, и та сразу отвернулась, кивнув. Макс размашисто шагал по узкой улочке, мотая головой из стороны в сторону, разглядывая плотно стоящие друг к другу небольшие кремовые дома. Маленькие магазины и лавки занимали собой весь первый этаж. Цветные таблички, тихие звоны колокольчика, скрип дверей — всё это привлекало внимание парня, который привык к ярким неоновым вывескам и раздвижным дверям родного мегаполиса. Здесь же все было таким крохотным и тесным, тихим и размеренным. Кованые незастекленные балконы второго этажа пестрили горшками с яркими цветами. Солнце игриво разбрасывало лучи, один из которых бликовал в стеклянной двери, ослепляя глаза. Мощеная брусчаткой дорога спускалась вниз и вела к каменной арке, из которой виднелись горы, сплошь покрытые изумрудной зеленью деревьев, и необъятное синее море. Дина улыбнулась, глядя на лицо Макса, выражающее столько эмоций сразу. — Мы очень гордимся природой нашего города, — она перевела взгляд вперед, словно чувствуя, что парень посмотрит на нее. — Да какая тут учеба, когда такое море поблизости? — громко спрашивал Макс. — Единственное, чего хочется — не вылазить с пляжа, — раскинув руки, продолжил он. — Не все так просто, — прикрыв глаза, сказала Дина. — Это портовый город, а не курортный. — И? — Сам вскоре поймешь. — Чего это ты загадками заговорила? — нахмурился Макс. — У каждого города есть своя темная сторона, — Дина продолжала смотреть на свои ноги, избегая зрительного контакта. — С заходом солнца это место становится воплощением не только соблазнов, но и пороков, — тише сказала она. — Я тебя совсем не понимаю, — приуныл Макс. — Город погряз в контрабанде и преступности. А ночь — это время банд. — Банд? Типа групп всяких? — нахмурился Макс. — Преступных банд, промышляющих грабежом, разбоем и тому подобным, — поправила его Дина. — Все ли банды так опасны? — Макс поднял глаза, точно задумываясь над собственным вопросом. — Макс, ты хоть понимаешь, что такое банда? — в голосе Дины слышался легкий испуг. — Мне просто стало интересно, — парень пожал плечами. — В банду вступают кровожадные люди, которые обижены на жизнь. Это страшные люди — они хотят мести, — едва слышно произнесла девушка, смотря под ноги. — А ты сама сталкивалась с ними? — он повернул голову, вскидывая бровь. — Конечно нет. — Откуда тогда такое мнение? — Об этом знают все. — То есть все так говорят? — Просто держись от них подальше. — Но ты такие страшилки мне рассказала, словно не понаслышке знаешь это, — на это Дина лишь ускорила шаг. — Эй, да погоди ты, я же просто шучу. У меня отец как раз пытается поймать одну из местных банд, поэтому я и разведываю обстановку, — соврал Макс. Конечно, его отец действительно сейчас работал над раскрытием участников банды, поиску следов, что привели бы их к ней, но Максу не было до этого дела. Его терзало лишь собственное любопытство. — Мы пришли, — остановилась она, указав рукой. Макс поднял глаза и усмехнулся, рассмотрев выцветшую надпись. «Hot and Dog». — Надеюсь, их не из собак готовят? — хохотал парень, схватившись за живот. Дина зарделась, раскрыв глаза и рот, вскинув брови. Затем быстро замахала руками. — Нет. Конечно, нет. У хозяина есть собака, и они очень близки. На вывеске еще изображен пес и три красных перца над его головой, — Дина с Максом вновь вскинули головы, чтобы еще раз посмотреть надпись. — Раньше было… — замялась она. — Поистерлось, должно быть, — задумчиво произнесла девушка. Макс лишь пожал плечами. — Как зовут пса? — Маффин. — Я люблю животных. Пошли скорее, хочу увидеть Маффина и потрепать его за ухом, — сказал он, заходя внутрь. — Добрый день, — улыбался старик с густыми белоснежными усами, которые забавно подергивались во время его речи. — Ох, Дина, давненько тебя не было, — прищурился он, вглядываясь в девушку за спиной Макса. — Добрый, добрый, — кивнул парень, осматривая небольшую лавку, наполненную ароматом жареных колбасок. Живот Макса сразу отозвался урчанием, и парень в ту же секунду схватился за него рукой, с трудом сглатывая слюну, непонятно откуда взявшуюся в таком количестве. — Макс, что ты будешь? — спросила Дина. — Юноша, если вы затрудняетесь в выборе, я всегда готов вам помочь. — Я пришел ради Маффина. Где он? — покрутил головой Макс. — Но он прямо за тобой, — указала пальцем Дина за спину парня. Макс обернулся и скривился. — Это? — он вскинул брови, его лицо исказилось гримасой замешательства. Макс склонился к сидушке стула, на которой спал чихуахуа. — Это какой-то собакосодержащий продукт, а не пес, — бросил он, ткнув собаку в бок указательным пальцем. Пес немедля зарычал и, раскрыв маленькую пасть, вцепился в палец парня, не размениваясь на приветствия. Макс вскрикнул, пытаясь смахнуть с себя маленькое существо. Дина прикрыла рукой широко открытый от ужаса рот. Хозяин раскрыл глаза, которые оказались нежно-зелеными. — Маффин! — грозно крикнул старик, и пес послушно отпустил, заскулив. — Он чувствует намерения людей, это была лишь защитная реакция, — извиняющимся тоном сказал он. — Кусает как самый настоящий волк, — подул на палец Макс. — С ним не так страшно в случае чего, — расплывчато сказал старик. — Это да. Первым его можно подкинуть грабителю. Пока он с ним разберется, будет время убежать. Пес зарычал, и Макс сглотнул. — Но я бы так делать, конечно, не стал, — криво улыбнулся парень, искоса глянув на собаку. — Этот чихуяхуя мне очень дорог, — смягчился хозяин, на его щеках показались ямочки. — Простите, — вклинился Макс, — вы, наверное, хотели сказать «чихуахуа»? — уточнил он, поправив. — Да, я так и сказал, — улыбнулся тот. — Чихуяхуя, — кивнул головой. Нет, ну если «чихуяхуя», то тогда все вообще понятно. Макс неоднозначно скосил глаза в верхний левый угол, вскинув брови, дернув уголком рта, пожал плечами и, вздохнув, расслабил лицо. — Сделайте мне самый острый хот-дог, — широко улыбнулся парень, подавшись вперед, чуть ли не ложась на прилавок. Глаза старика сверкнули, и Макс сглотнул, предвкушая этот самый огонь остроты. Макс смахивал слезы, шмыгал носом, откусывая хот-дог. Он светился от счастья, а его щеки пылали красным. — Великолепно, — протянул он. Ему казалось, что сейчас он извергнет пламя прямо изо рта, как какой-то дракон из сказок. Дина молча улыбалась, поглощая собственный хот-дог. — Я прямо чувствую прилив сил, — бросился вверх по ведущей в небольшую горку дороге. — Дина, не отставай! — махнул он рукой, устремившись вперед и скрывшись за поворотом. Дина быстрым шагом нагнала его и спросила: — Все хорошо? — Да-а-а, — запыхавшись, ответил Макс, продолжая стоять согнувшись, уперев руки в колени. — Я немного не подрассчитал, что дорога идет в горку. — Не любишь бегать? — осторожно спросила она. — Ну, скажем так, — выпрямившись, ответил он, — плохая физическая подготовка — мой единственный недостаток, — он повернул голову в сторону девушки, растянувшись в улыбке. Макс клевал носом всю следующую пару, с трудом подавляя зевок за зевком. Он сбился со счета, в который раз меняет руку, что подпирает его лицо, чтобы то окончательно не упало на стол, прямо в пустую тетрадь. Но тут преподавательница затихла и кому-то кивнула, продолжив лекцию. Макс словил ее взгляд и посмотрел в дальний угол класса. Тома поднялся с места и стремительно покинул аудиторию. Парень вернулся к процессу увлекательного поглощения и впитывания получаемых знаний, которые конечно же пригодятся ему в будущем. Пара близилась к концу, а Тома так и не возвращался. Макса одолевало нечеловеческое любопытство. Куда можно было выйти с середины лекции и пропасть? Тот парень явно преуспел в изучении магии, либо нашел какой-то тайный ход в другой мир. Может, хоть там нет заунывных лекций? Нужно узнать. Выйдя из аудитории, Макс первым делом двинулся к окну. И… о да. Искомый объект был найден. Тома стоял сбоку от крыльца на улице и с кем-то тихо разговаривал по телефону. Макс убрал руки в карманы брюк и вышел из здания. Он остановился у стены, что отделяла его от одногруппника, пытаясь услышать хотя бы обрывок разговора. Но все впустую. Тома словно выплевывал воздух изо рта, который каким-то волшебным образом преобразовывался через телефон в связную и понятную человеческую речь. Тома убрал телефон в карман, развернулся и… Моргнул. Лишь моргнул, увидев за спиной Макса. Не испугался, не вскрикнул, даже глаза шире не открыл. Только моргнул. У этого парня точно стальные нервы. Или он просто преуспел в просмотре всех возможных ужастиков мира. Ах да, он психически болен… Об этом тоже забывать не стоит. Какая там симптоматика у психопата? Тома поднял глаза на Макса, затем опустил, намереваясь пройти мимо, как был остановлен вытянутой рукой, упирающейся в стену. — Что тебе от меня нужно? — вздохнул он, скрестив руки на груди и упираясь спиной в стену. — Ничего криминального, — мягко улыбнулся Макс. — Тогда зачем преследуешь меня? — Тома сощурил глаза, и Макс готов поклясться, что увидел, как внутри них что-то промелькнуло. Какой-то свет, точно огонек лампады сквозь густую завесу тумана. — Я лишь случайно оказался в этом месте в это самое время. — Ну да. Конечно, — Тома закатил глаза, вздохнув. — Ты какой-то мнительный, — Макс сузил глаза. — Это ты слишком навязчивый. — Я лишь пытаюсь быть дружелюбным. — Будь добр, оставь меня в покое. — Воу-воу, а то что? Вспенишься сейчас? — Макс дразнился, играя бровями. Но ответом послужил лишь ледяной взгляд. Где-то на задворках сознания Макс понимал, что играет с огнём. Но ведь так в разы интереснее, верно? Он терпеть не мог скучные будни. А ещё ему чуточку интересно, что все-таки не так с этим парнем. Совсем немножко. Макс всегда был задирой, и ко всему этому, точно в придачу ему прилагался, конечно же, острый и длинный язык. И нередки были и случаи, когда он огребал за это. Как-то раз ему не повезло столкнуться в школе со старшеклассниками. Это был обычный урок физкультуры, Макс собирался забросить мяч в кольцо, как по его затылку прилетел баскетбольный мяч. Обернувшись, он увидел довольные ухмылки на лицах высоких парней, явно более старшего возраста. Казалось бы, пустяк. Но не для Макса. Его достоинство было задето, его только что выставили в невыгодном свете перед остальными, а ведь так сложно зарабатывать авторитет в классе. И он подошел к тому типу, чья улыбка была шире двух других, сказав, что он, должно быть, вылез не из того места, раз у него такие удручающие косоглазость и косорукость одновременно, а это при его-то телосложении каланчи. Но кто же знал, что парень действительно окажется, косоглазым. Но, помимо этого, еще до чертиков обидчивым и злопамятным. А потому долго расплаты ждать не пришлось. Вернувшись в раздевалку и, оставшись в одних трусах, его отвлек разговорами другой мальчишка, который крутился вокруг того типа. Сейчас Макс даже не вспомнит, что он говорил ему, но отчетливо помнит, в каком он находился смятении, не найдя своей одежды. И, не придумав ничего лучше, он вышел из раздевалки в нижнем белье, вызывая шок на лицах всех, с кем сталкивался, идя по коридору. Он в принципе мог бы и все уроки отсидеть в таком виде, но учительница, почему-то слишком раскрасневшаяся, сорвавшимся голосом и дрожащей рукой показала ему на дверь кабинета. И потом битый час ему пришлось объяснять директору, что он не извращенец и уж точно не пытался соблазнить учительницу. Вот был бы это учитель, тогда Макс бы еще подумал. Однако, эта речь не произвела должного впечатления на директора, и он, не ограничившись замечанием, вызвал его родителей в школу. Было совсем не весело ждать, когда пламенная речь директора иссякнет, но еще хуже — заметить поджатые губы отца. Да, после того случая состоялся первый серьезный разговор с родителями, о котором Макс мечтает забыть навсегда. Потому что не так легко признаться кому-то в том, что ты, должно быть, гей. — Ладно, — Макс сдался, поняв, что парень не ведется на его провокации, — я хочу подружиться с тобой. — Для собственной галочки? Ты карму чистишь? — Вовсе нет, — помотал головой Макс. — Я не нуждаюсь в дружбе. Тем более с тобой. — Это было грубо, даже очень, — обиженно протянул он, отвернувшись. — Я не люблю обещать того, что не смогу выполнить. — Хорошо, — замялся Макс, скребя пальцами ладони. — Тогда чем я тебе не понравился? — Дай-ка подумать, — Тома прислонил палец к нижней губе, устремив взгляд вверх. — Ты слишком назойливый, шумный, неугомонный, — он загибал пальцы на другой руке. —Мне продолжить? — опомнился он, переведя взгляд. — Я знаю себя наизусть, так что в продолжении не нуждаюсь, — распрямив плечи, сказал Макс. Тома продолжал смотреть на него пустыми льдинками. — Но тебя же нужно как-то растрясти. — Кто тебе сказал, что мне это нужно? Ты меня утомляешь. Ищи друга в другом человеке. Меня оставь в покое. — Ты даже шанса не оставляешь человеку раскрыть себя и показать свои хорошие качества. — Потому что ты мне понятен, как открытая книга, — он на пару секунду задумался. — Как детская азбука. — Ха! Может, я и детская азбука, но уж точно на иностранном языке, — он развел руки, вскинув голову, и прикрыл глаз, в голове представляя, как бы выглядела обложка. Она точно должна быть яркой, цепляющей взгляд. Услышав удаляющиеся шаги, Макс поспешно открыл глаза, смотря в спину Томы. — Эй, куда ты пошел? — встрепенулся он. — Мы не договорили. Тот лишь поднял руку вверх, жестом показывая, что разговор окончен. Да кого возомнил из себя этот парень? Пупом земли? Когда последняя пара, наконец, закончилась, аудитория стала быстро пустеть, наполняясь свежим воздухом с улицы. Макс медленно покинул корпус и сощурился, глядя на солнце. — Макс, пошли домой вместе, — его быстро нагнала одногруппница. — Дина, кажется? — уточнил он, обернувшись, и улыбнулся. — Да, не думала, что ты запомнил мое имя, — девушка подалась вперёд корпусом, сцепив руки за спиной, и задумчиво взглянула на небо. Макс отследил её взгляд и тоже вскинул голову наверх, отзеркалив позу. — Почему же? — он раздул щеки и нарочито обиженно сузил глаза. Дина вздрогнула. Видимо, не ожидала, что Макс так бесшумно окажется рядом. Она быстро зарумянилась, словно слойка с карамелью. — П-просто ты… — она затихла, не договорив, сведя указательные пальцы вместе, и опустила взгляд. — Я что? — он склонился ближе к ней, заглядывая в глаза. Дина подалась назад. — Ты шумный! — чуть ли не взвизгнув, крикнула она. Макс похлопал ладонью по уху. — И немного… не от мира сего. — Вот спасибо, — хохотнул он. — Странная ты, — тихо заметил он, склонив на бок голову. — Чего так смущаешься? Я же не предложение руки и сердца тебе делаю. Дина вмиг окрасилась в багровый, начав размахивать руками перед лицом. — В-вовсе нет… П-просто не думала, что ты обратишь на меня внимание. Сегодня так много информации пришлось впитать… Столько новых людей… — она продолжала бегать взглядом по полу. — Почему нет? Я на каждого человека обращаю внимание. И к тому же, мы ведь ходили вместе обедать. — Так ты запомнил, — тонким мягким голосом сказала Дина. Ее щеки порозовели, будто их обдало холодным дыханием зимы. — Я, конечно, не могу похвастаться идеальной памятью, но, тем не менее, мой предел не три секунды, как у рыбки. — Ты ведь нездешний? — Так заметно? — На самом деле, очень. — Эх, — Макс глубоко выдохнул и ссутулился, понурив голову. — Ты слишком броско одеваешься, привлекая внимание. Здесь так не принято. Макс окинул себя взглядом: графитовые брюки, белая рубашка, малиновый пиджак и золотая цепь на шее. Броско? Да это же самая повседневная одежда в его гардеробе. — Но я люблю внимание. Люблю, когда на меня смотрят, — важно и с расстановкой сказал Макс. Дина сдержала смешок, прикрыв рот ладонью. — Но погоди, ты сказала, что не приятно привлекать внимание, так? — Макс прищурился, смотря прямо глаза Дине, та лишь молча кивнула. — Тогда что насчёт того парня за последней партой? — Томы? — Да. — Он человек настроения. — Да у него все внутри кричит о том, чтобы на него посмотрели. — Вовсе нет. — А я говорю, что да. — Макс, не спорь. Ты же не знаешь его. — Да это же видно. — У него никого нет. Ему приходится самому обеспечивать себе жизнь и платить за обучение. Конечно, он устаёт. И вообще, если ты хочешь поговорить о Томе, то говори с ним о нем! — вспыхнула Дина. Макс прикусил язык, отведя взгляд в сторону и заломив пальцы. — Я не знал… — Не суди о людях, которых не знаешь, Макс, — холодно сказала девушка, ускорив шаг. — Я живу прямо за поворотом, — указала она рукой в пространстве. — Сама дойду, здесь недалеко, — она перебежала дорогу, помахав на прощание, так и не повернувшись. Макс так и остался стоять посреди улицы. — А что я такого сказал? Они все тут такие сложные? Вообще вопросы задавать нельзя? — парень засунул руки в карманы брюк и сжал. — Что с этой девчонкой не так? Сама предложила пойти вместе, сама же в итоге и убежала. Ещё и отчитала как ребёнка. Макс двинулся вдоль по улице, не смея поднять взгляд от собственных ног. Он держал во внимании, как делает шаг то левой ногой, то правой, как пнул мелкий камень, улетевший в кусты. Заметил, как тени стали длиннее. Он поднял взгляд, оглядев незнакомую местность. Похоже он все-таки заблудился. — Только этого не хватало для полного счастья сегодня, — буркнул он себе под нос. — И где я, черт возьми? Весь город сплошь состоял из узких улочек и переулков, переплетенных между собой. Все это напоминало какую-то сеть. Дома чуть ли не стояли друг на друге, так плотно прилегая невзрачными фасадами. Холмистая местность уводила вереницы мощенных улиц далеко вверх. Бесчисленное количество лестниц с таким же бесконечным числом ступеней сводило Макса с ума, он был не против спортивных тренировок и пеших прогулок, но в пределах разумного. Хотя, пара месяцев таких подъемов вверх-вниз явно подкачала бы ему задницу и ноги, что само собой безусловно является положительным моментом. Вот только… Делать это нужно, когда есть желание, и в компании с кем-то, а не одному, когда, ко всему прочему, ты ещё и заблудился. Ветер доносил соленые отголоски моря, которые Макс вдыхал полной грудью и слишком часто. И вовсе не потому, что запыхался. Просто он вкушал все прелести того, что, по всей видимости, будут ждать его ежедневно. Он достал было телефон с намерением написать хоть кому-то из одногруппников, но вспомнил, что ни с кем не успел обменяться контактами. Чертыхнувшись про себя, он железно решил завтра это исправить. И, открыв карту, стал выстраивать маршрут до дома. Как внезапно на экран упала крупная дождевая капля, затем ещё и ещё. Макс поднял голову и посмотрел на небо, откуда выплевывалось сие явление природы. И откуда только взялась эта одинокая туча, повисшая прямо над ним? Откуда вообще дождь, если стояла такая безоблачная, чудесная погода? Макс забежал в ближайшее заведение, не удосужившись прочитать даже название. Тускло освещенное помещение с деревянной отделкой утопало в густых клубах сигаретного дыма, что так саднил горло. Пройдя к ближайшему небольшому круглому столику, Макс сел на жесткий стул, стряхнув с каштановых волос мелкие капли. Тяжело вздохнув, он углубился в телефон, который предварительно протер ладонью. Он игнорировал косые взгляды в свою сторону, продолжая изучать маршрут до дома. Снимать пиджак он уж точно не намерен. — Видел их? — раздался скрипучий голос откуда-то сбоку. — Снова зашевелились. — Не-а, — прохрипел другой. — Говорят, они только ночью показываются. Макс превратился в слух, пытаясь распознать каждое слово, пытаясь уловить смысл. — Очередной беспредел учинили. Пора уже поймать и посадить ублюдков. Удар кулаком по столу. — Мой племянник пришел побитым домой. Не дело это, — прочистил горло. — Нужно выследить их. Тихий мирный городок, да? Как только дождь прекратился, Макс выскользнул из бара и с грехом пополам добрался до дома. Умывшись холодной водой, он посмотрел на себя в зеркало и улыбнулся, подмигивая блестящими карими глазами собственному отражению в зеркале, поблагодарив всевышнего за хорошее врожденное ориентирование на местности. День 1 Этот говнюк всегда такой или только притворяется? Как же он бесит, делал вид, что не замечал меня, а стоило подойти, тут же прикинулся овечкой. Кого он возомнил из себя? О чем говорили те старики? Что зашевелилось? Или кто? Что здесь вообще происходит?