Первый меч короля

— Если ты не слезешь с меня, я тебя сейчас же прикончу, — короткие волосы падали на лицо, закрывая обзор, и всё же лежащий на холодной плите парень изо всех сил пытался вырваться, ёрзая во все стороны, чтобы дотянуться до своего отлетевшего на метр меча… — Кажется, фехтовальщик из тебя не очень, — чужой голос звучал почти что ласково. И если бы незнакомец в плаще магической академии не сидел на его теле, то Лай бы ещё подумал о том, как можно с ним пообщаться, но… — Пошёл к дьяволу! — раздражённо выдал парень, следующим рывком дотянувшись, наконец, до рукояти меча.       Его тонкие пальцы в чёрной перчатке сжались вокруг неё, и уже в следующую секунду Лайфастер — именно такое имечко выбрала для него покойная матушка — стоял на ногах, сбросив с себя очень наглого и очень растрёпанного аристократа с ярко сверкающими даже в ночи рыжими волосами.       Они поменялись местами.       Теперь Лай, держа меч одной рукой, направлял остриё на незнакомца, не позволяя тому отлепиться от сложенной из камней замковой стены. Так вышло, что схлестнулись они на балконе… Ветер трепал длинные волосы новоявленного пленника и почти не касался головы Лая с его короткой стрижкой, которая только едва-едва ниспадала на глаза. — Повторишь свои слова насчёт фехтовальщика снова? — парень слегка надменно улыбнулся.       Конечно, он прекрасно чувствовал разницу между собой и этим человеком: его собственная одежда состояла из дешёвой крашеной кожи чёрного цвета, без гербов и символики, а вот на полу, прижимаясь спиной к холодной стене, явно находился настоящий аристократ. Знаков было целое множество: длина волос, чёртов плащ из академии, расшитый золотом, сапоги на каблуке, накрахмаленная белая рубашка…       С такими ни за что не следовало связываться, если находишься в розыске по всей стране. И всё же задетая гордость вынуждала потратить ещё несколько мгновений на восстановление справедливости. — Я же не дурак, чтобы говорить такое, когда мне угрожают мечом, — неловко улыбнулся мужчина. — Однако признай: твои навыки — это не совсем фехтование. Я сотню раз видел, как это делается, и твой меч объективно чересчур лёгкий для того, чтобы им можно было по-настоящему убивать.       Лайфастер нахмурился. Вернее, только едва-едва свёл брови, поскольку привычка не демонстрировать настоящие эмоции, выработанная годами, всё же брала своё… Но внимательный аристократ не мог упустить этого из виду. Парень подозревал, что этот наглец владеет чем-то вроде «холодного чтения», обычным человеческим умением следить за собеседником по малейшим изменениям в организме, поскольку магии в его теле было совсем мало — может, только свечку зажечь.       Он не собирался делиться своим секретом. И уж тем более — с незнакомцем из академии, склонным к пустым разговорам. — Как ты хочешь умереть? — Давай не будем торопиться! — поспешно замахал руками незнакомец. — Смотри, я безобидный, и зовут меня Фео, как крестьянина, давай просто забудем о случившемся: я пойду в зал и напьюсь, а ты отправишься по своим делам… — Нет, — холодно отрезал Лай. — Ты не сможешь напиться, поскольку будешь мёртв, как и все те, кого я сегодня отправил в полёт.       Откровенно говоря, в таком дерьмовом положении парень очутился по собственной глупости. Явиться на банкет по приглашению магической академии, являясь при этом разыскиваемым преступником?! Он сам себя проклинал за нежелание прислушиваться к голосу разума. Это было спонтанное желание взглянуть на аристократов и тех людей, которых ему предстояло обучать, и оно могло стоить ему жизни…       Лай заключил с академией очень простую сделку: они избавятся от состава его преступления против короны, а он будет обучать местных новичков магии. Дело неблагодарное, но при этом парню предоставляли и защиту, и полную свободу действий вне времени занятий — лучшее решение в его непростой ситуации. — Ну… может, хочешь чего-нибудь? — попытался снова незнакомец, заметив секундное промедление в действиях Лая. — Знаешь, я ведь из столицы, умею всякие штуки… Познакомлю тебя с девушками или помогу с повышением — что хочешь, только, пожалуйста, мне ещё нужна моя жизнь! — С девушками? — Лай иронично улыбнулся и опустил меч. Аристократ перед ним выглядел откровенно жалко, и лишать такое существо жизни, вероятно, было обычной тратой времени. Да и что этот Фео сможет рассказать? «Я считаю, тот парень не фехтует, а делает что-то иное»? Ему никто не поверит.       Ни одна живая душа.       Следующим движением он убрал оружие в ножны, плавно защёлкнув их, и повесил на пояс. Ему следовало идти — до тех пор, пока кто-нибудь не обнаружил под окнами мертвецов и не решился задать резонный вопрос о том, что с ними случилось… — Могу и с мужчинами, если тебе такое по душе, — не веря своему счастью, Фео не шевелился, пока Лайфастер не отошёл к металлическим перилам балкона, через которые не так давно перебрасывал трупы своих противников. — Нет, — резко бросил парень, даже обернувшись к бывшему пленнику. Однако на дне его глаз и в выражении лица, нервно сомкнутых губ, было что-то… и это «что-то» выдавало все секреты внимательному аристократу. — Да ладно, не стесняйся, никто за это давно не осуждает! — Фео даже встал, ощутив себя на родном поле.       Лай попятился. Он не отличался значительным ростом, и по сравнению с ним даже среднестатистический человек казался высоким, а уж этот незнакомец — и вовсе великаном, способным коснуться небес… в бою разница в таких параметрах помогала парню выигрывать за счёт ловкости, но и одновременно частенько создавала неприятности, как сегодня: банальная разница в весе позволяла более крупным противникам легко обездвиживать его. — Будешь должен, — поморщился он, в один прыжок оказываясь на перилах. Те были не слишком-то широкими, но Лай привык пробираться в дома, словно вор… — Может, я отработаю сейчас? — мужчина едва улыбнулся. — Кажется, тебе по душе близкое общение с такими, как я. И поверь, тебе будет очень… очень приятно.       Осознание заставило Лайфастера нервно вздрогнуть, и если бы не природный баланс — точно бы полетел в кусты вслед за теми, кого сам умертвил. Он собирался отказать и исчезнуть, но усиленный магией слух внезапно различил не вписывающийся в гул спокойной вечеринки звук бьющегося стекла… нет, это его не касалось. Абсолютно точно не касалось, только вот следом послышался беспомощный женский крик — мысленно поминая судьбу на чём свет стоит, Лай спрыгнул обратно на балкон. — Ты, — он знал, что не может оставить идиота Фео здесь — слишком велика вероятность, что после придётся вернуться и спасти его, — идёшь со мной. И без фокусов, понял? — Понял, понял… — нервно улыбнулся мужчина, кутаясь в свой плащ. — Стой, — Лайфастер прищурился. В чёрном прикиде его быстро опознают королевские ищейки, поскольку денег на иной у парня попросту не было. — Снимай плащ.       Он ожидал, что Фео заупрямится, но тот только пожал плечами и, стянув с себя яркую тряпку, отдал своему «похитителю». Лай сглотнул. Его преподавательская форма была ещё не готова, но, вероятно, он снова испытает подобный трепет, когда наденет её на себя… А сейчас ему трепетать было запрещено.       Парень вытащил меч и безжалостно отрезал сантиметров двадцать плаща (иначе, учитывая рост владельца, Лайфастер попросту запутался бы в ткани посреди боя). Эта полоска, в которой Лай не слишком ровно сделал прорези для глаз, пошла на голову, а в плащ он замотался, как недавно Фео. Теперь вряд ли кто-то заподозрит его… Вероятность, конечно, оставалась, но других вариантов быстро сменить внешность тоже не нашлось. — А теперь пошли, — парень удобнее перехватил меч: заварушка набирала оборотов. — За кого ты собираешься сражаться? — внезапно серьёзно, чего от него вообще сложно было ожидать, спросил новый знакомый. — За правых, — фыркнул Лай. — А ты? — Глупый вопрос, ты прав, — тихо вздохнул Фео. — А я, пожалуй, постою за тобой и постараюсь не умереть, чтобы после получить компенсацию за мой прекрасный плащ. — Если в нынешнем виде он тебя устроит… — пожал плечами Лайфастер. — Но времени нет. Не потеряйся.       И он ногой пнул дубовую дверь, ведущую в зал, где ещё полчаса назад играла музыка и веселились гости.       Внутри царил погром. Кто-то перевернул вверх ногами стол, и белая скатерть окрасилась во все цвета радуги благодаря напиткам и закуске, деревянные скамьи раскидали по углам… Лай поморщился при виде первого мертвеца, которому скрутили шею. Сотворить подобное мог исключительно крайне сильный боец, и ещё до того, как парень увидел, что зал заполонили люди в чёрных нарядах и с нарисованными на щеках крестах, он уже знал, кто перед ним. Чёртовы королевские псины…       Специальный отряд «Крест», о котором знали только те, кому не повезло стать мишенью для этих ребят, находящийся под личным командованием нынешнего правителя. Откровенно говоря, Лай бы с удовольствием ничего не знал о нём… Ему просто не повезло стать одним из тех, кто в числе первых получил приглашение вступить в их ряды. — Прочь! — раздражённо бросил он первому, кто попался ему под руку.       Незнакомец в чёрном стоял, согнувшись, над умолявшей пощадить её женщиной. Услышав голос, тот разогнулся… они с Лаем встретились взглядами. На дне чужих отливающих синим глаз парень видел только желание убивать: фыркнув, он перебросил меч в левую руку, а затем рывком оказался перед своим противником. Буквально разрывая пространство…       Враг не ожидал этого. Он ещё даже не принял решение, как ответить наглецу, а Лайфастер уже стоял рядом с ним. В следующее мгновение парень взмахнул лезвием меча, перерубая тонкую, ничем не защищённую шею… голова упала на ковёр, пачкая его следами крови. — Я теперь точно знаю, что был прав насчёт твоего фехтования, — Фео, как и обещал, следовал за ним, и сейчас стоял рядом, нервно осматриваясь. — Тогда мне стоило одним движением избавиться от двух голов, — Лай сплюнул на пол и внезапно усмехнулся, заново изучая своего невольного спутника. — Какого чёрта такой, как ты, вообще делает на этой вечеринке? Ты слишком похож на того, за кем они могли бы прийти, аристократик. — Мой д… не стал бы он в открытую посылать за мной, — покачал головой мужчина. — Яд подсыпать могли бы, но у этих ребят в чёрном слишком длинные языки, чтобы они могли устранить меня и не наследить. — Уверенности тебе не занимать, — парень фыркнул и резко поднял меч, чтобы отразить летящий в него дротик. — Я на минуту.       Он бегом преодолел половину зала, пригибая голову ниже плеч… старался не наступать на трупы, и не столько из чувства прекрасного — поскользнуться на луже крови было проще простого. Мертвецы не могли причинить ему вреда, а вот члены «Креста» — очень даже.       Из ниоткуда выскочил ещё один враг, собираясь ударом размозжить парню голову; он кувыркнулся на ковре и в секунды снова оказался на ногах, чтобы острым лезвием меча покончить с первым, а после ногой отправить в полёт второго. Приближение третьего Лай ощутил буквально кожей… Парень стиснул зубы и развернулся на двести семьдесят, чтобы, перебросив меч в правую руку, пронзить сердце своего противника. Кровь, кровь, кровь — он рывком вытащил меч из чужой груди и пинком отправил врага прочь, чтобы, вернувшись ко второму, оборвать и его жизнь тоже. — Беспомощные, как котята, — Лайфастер убрал с лица мокрые от пота пряди. — Скорее уж ты… где-то за гранью человеческого. Тебе так не кажется? — Фео осторожно переступил через дёргающегося в конвульсиях члена группировки. — Только самозащита, — пожал плечами парень, стянул с головы полоску красной ткани и зевнул. — Кажется, они уже всех прикончили. — Кроме той девицы, которую ты спас, — напомнил мужчина, кивнув в сторону забившейся в угол леди. У неё откуда-то появилось одеяло, и Лай имел все основания винить в этом своего нового «друга» — у него тоже наблюдалось какое-то нездоровое желание спасать окружающих.       Они молча смотрели друг на друга. Сумасшедшие, которые от всей души хотели счастья каждому человеку, — та ещё редкость в подобные времена, когда на троне сидит жестокий тиран, создавший тайную группировку для устранения неугодных… Обычно Лайфастер сталкивался только с осуждением. Люди говорили ему, что спасать ближнего — занятие идиотское и абсолютно неблагодарное, что он тратит свою жизнь зря, а спасённые никогда даже не вспомнят о нём.       И он бы бросил, если бы не внутренняя тяга к играм в героя. Что уж с ней поделать? — Теперь я убью её и тебя и уйду, — Лай сунул меч в ножны. — Подожди, — Фео шагнул ближе, невольно прижимая парня к стене и нависая над ним с высоты своего немаленького роста. — Разве я не должен тебе кое-что за сохранение моей бесценной жизни? — Что? — он отвёл взгляд. Следовало потребовать освободить его и уходить, пока ещё кто-нибудь не заявился на эту чёртову вечеринку, но… от человека напротив не исходило угрозы. Будь Фео воином или магом, Лай не позволил бы ему даже приблизиться, только вот тот не казался опасным даже настолько, чтобы оставаться настороже.       Аристократ — этим всё сказано.       Парень мог бы остановить чужие руки, уйти от прикосновений или же просто сказать, что не хочет; любое из этих действий «спасло» бы его, и он об этом прекрасно знал. Однако Лайфастер не шевелился. Фео наклонился к нему, замерев на одном уровне с его лицом, а затем внезапно поцеловал, мягко касаясь чуть приоткрытых губ.       Сумасшедший. У парня перехватило дыхание. Кто вообще поступает подобным образом, за секунду переворачивая мир с ног на голову? Он хотел было оттолкнуть этого странного человека, но вместо ответил на поцелуй, подаваясь вперёд и будто бы не зная, что делать со своими руками. — Ты впервые, что ли, целуешься? — мужчина фыркнул и хлопнул себя по плечу. — Сюда. Твои пальчики следует положить вот сюда. — Иди к чёрту, — выдохнул Лай, желая освободиться, но когда Фео снова поцеловал его — подобные мысли улетели прочь, не прощаясь. Последовав совету, он приобнял мужчину за плечи, позволяя делать с его телом буквально всё, что партнёру только захочется…       Кислород закончился слишком рано. Парень смущённо оттолкнул Фео и нервно отвёл взгляд, одновременно вытирая губы рукавом и с трудом понимая, какого чёрта отказался от всех своих правил и принципов только потому, что его нежно припечатали к стенке. Разве подобное не происходило тысячу раз до этого? Разве не давал он в челюсть каждому, кто считал, что может позволить себе силой взять его? О нет, шутка была в том, что в этот раз Лайфастер сам одобрил каждую секунду происходящего. — Так ты и правда ни с кем не целовался? — Фео даже присвистнул, хотя дышать ему тоже всё ещё было тяжеловато. — Если и так, то… что? — Лай спокойно поднял голову. — Ого, — мужчина усмехнулся. — Вообще-то среди аристократии очень и очень престижно лишить какого-нибудь юного мальчика девственности. Особенно если он уже закутан в твой плащ… А с меня, между прочим, за него шкуру сдерут в академии, и не посмотрят на происхождение! — Твоя шкура будет очень хорошо смотреться на какой-нибудь стене, — он снял плащ и бросил Фео. — А теперь мне действительно пора.       На лице нового знакомого промелькнуло нечто сродни разочарования. Ну конечно — ему-то хотелось попробовать всё, что следовало после поцелуев; но вот Лай совершенно не хотел задерживаться в опасном месте, чтобы заняться не самым приятным, по его мнению, занятием. Тряхнув головой, чтобы вернуть причёске некоторый элемент порядка, он молча махнул рукой. — Мы ещё увидимся? — мужчина смотрел на плащ в своих руках, который теперь годился только в качестве половой тряпки. И если следы крови отмыть бы вполне получилось, то пришить на место полоску изорванной ткани — вряд ли. — Надеюсь, что нет, — Лайфастер вышел на балкон, поправил рукав рубашки и ловко перемахнул через перила, оставляя позади странного человека, который вызывал в нём необъяснимое никаким логическим способом чувство.       И так как оно пугало парня, он не собирался давать ему и шанса.       Его верная лошадка терпеливо дожидалась своего всадника в кустах. Сходу запрыгнув в седло, Лай пустил её галопом, разрывая ночную тишину стуком копыт по усыпанной гравием узкой дороге. Он ехал до самого рассвета, а после спешился и двинулся сквозь заросли кустов в родной деревянный дом, где и обитал с того времени, как из «почётного гражданина» превратился в человека, при виде которого королевская стража вскидывает копья.       Тоска да и только… освободив лошадь от седла, Лайфастер устроил её в загоне, а сам двинулся в дом. Следовало бы влезть через окно и притвориться спящим, но после сегодняшней ночи и благодаря предстоящему переезду в академию магии, где жизнь его, очевидно, вскоре наладится, парень решил не прятаться. — Ну и где ты был? — вопрос прозвучал даже раньше скрипа двери, и когда Лай заглянул в свой «уютный домик», состоящий из одной комнаты, в которой располагалась и спальня, и кухня и всё остальное, то увидел не на шутку рассерженную девушку.       Она походила на фурию. Растрёпанные волосы; взгляд, не терпящий непослушания… Любой назвал бы её красивой. Да и это было очевидно, и ни злость, ни простая одежда не портили тех природных данных, которыми обладала эта своевольная девица. Иррол. Девушка, которую назвали в честь великодушного дракона из старой сказки. — Ходил проветриться, — парень стянул перчатки и бросил к огню. — За пару десятков километров? — она скептически свела брови. — Боже, Эл, ну как ты можешь… Тебя ищут по всей стране, а ты шляешься всю ночь напролёт! И как я должна это понимать? — Никак, — он взглянул на своё отражение в чаше воды и улыбнулся. — У нас просто фиктивный брак, так что успокойся уже и займись делом.       Иррол встала со своего места. Она была выше парня сантиметров на пятнадцать, и это каждый раз придавало её угрозам некоторой… силы. Хотя в бою Лай легко одолел бы её, если бы захотел, порой даже он ощущал, насколько сильно влияние этой девицы на мир вокруг. Возможно, именно поэтому они и решили «создать семью» — девушке хотелось сбежать от родителей, которые угрожали выдать её за местного любителя горячительного, а парню нужно было прикрытие, объясняющее полное отсутствие интереса к женскому полу.       Так и родился этот странный союз. — Если бы мне было наплевать на тебя, я бы не сидела и не дожидалась твоего возвращения, так что отвечай, где ты был?!       Он раздевался, отвернувшись к стене, и только после того, как натянул простую рубаху (она была ему почти что до колен), повернулся и спокойно ответил: — На приёме. — Скольких человек ты там убил? — девушка опустилась обратно на скамью, и всё же не отводила от него взгляда, пока парень раскладывал свои вещи по местам, двигаясь по небольшой площади дома. — Не больше пятнадцати, — пожал плечами Лай, забираясь на кровать. — И, знаешь, я встретил одного интересного человека…       Иррол чуть удивлённо посмотрела на него. Лай и сам себе удивлялся: обычно он не заговаривал о других людях, а во время попыток «жены» узнать о том, какие мужчины ему нравятся, отмалчивался, стараясь делать вид, что подобное его совершенно не интересует. Да… парень мог бы давно выбрать себе партнёра — вариантов перед ним лежало настолько значительное множество, что просто глаза разбегались, но он всё тянул и тянул, не желая признавать свою сущность и раскрывать её другому человеку, поэтому в свои восемнадцать Лай всё ещё был девственником, когда у большинства его ровесников уже насчитывалось от двух детей. — Что это за человек? — она отложила свою вышивку и присела на край кровати, рядом с ним. — Кажется, неплохой, — пожал плечами парень. — Я собирался его прикончить, потому что он прознал мой секрет, но в итоге пощадил. — Неужели этот кто-то понял хитрость твоего меча? — удивлённо спросила Иррол.       Лайфастер фыркнул, демонстрируя, что узнать подобное без его разрешения попросту невозможно, а затем вытащил меч из ножен и показал девушке. Пальцы ловко ощупали поверхность рукояти, и только спустя несколько секунд отыскали кнопку, активирующую потайной механизм; после второй рукой парень снял лезвие, демонстрируя скрытый под ним тонкий металлический стержень, отдалённо напоминающий шпагу. Это было драконье стекло — невероятно редкий и дорогой материал, который Лай добыл в сражении с настоящим драконом… и использовалось это стекло для создания магических посохов. Можно сказать, внутри меча парень хранил «волшебную палочку», и это было единственным доказательством того, что он не сражается, а колдует.       Иррол, как и всегда, с возбуждением смотрела на внутренности оружия. Как девушке, ей запрещалось учиться магии, даже несмотря на природную склонность, потому Лайфастер и раньше время от времени давал своей едва ли не единственной подруге уроки. Отсюда и появилась идея стать преподавателем в академии: он считал, если может обучить одну девицу, то и местных оболтусов тоже. — Тогда как? — она наблюдала за тем, как Лай ловко прикручивает лезвие на место. — Он просто умён, и ничего больше, — парень вернул своё оружие в ножны и плюхнулся обратно на кровать. — И ещё аристократ. Я их на дух обычно не переношу, но этот… — Неужели тебе кто-то пришёлся по вкусу?! — Иррол радостно подскочила на месте. — Божечки, божечки, по этому поводу непременно следует выпить!       Лайфастер положил руки под голову и тихо вздохнул: — Может, и так. Но если бы ты встретила этого человека, то определённо посоветовала мне никогда с ним не связываться, Ай. — Как будто мои советы до тебя доходят, — она махнула рукой. — Ты всё равно делаешь только то, что сам хочешь…       Он едва улыбнулся. Девушка говорила правду: если находилось что-нибудь, чего он по-настоящему желал, Лай каждый раз бросался на это, словно дикий зверь, и наплевать ему было на все условности происходящего. Только в этот раз, возможно, ему бы действительно стоило прислушаться если не к жене, то хотя бы к голосу разума. — Я так беспокоюсь за тебя, — тихо и как-то обречённо произнесла она. — Уедешь в свою магическую академию, а мне придётся вернуться домой… — Мои деньги позволят тебе жить так, что никто и не посмеет тебя обидеть, — Лай закрыл глаза. — Да и кто станет нападать на жену профессора? Собирай себе сливки да живи в удовольствие: всяко лучше, чем быть женой изгоя и убийцы. — Если бы я могла выбирать, — она решительно взглянула на него, и он чувствовал огонь в её глазах даже сквозь прикрытые веки, — я бы осталась с тобой, куда бы ты ни пошёл. Плевать, что я тебе не нравлюсь, что ты не хочешь меня… Эл, кто защитит тебя, если не я? Эта твоя академия… Мне страшно даже подумать о том, что они с тобой сделают. — Всё будет в порядке, — он перевернулся на бок. — Не беспокойся, Ай. Просто дай мне немного поспать…       Он отправился в академию через неделю, ровно ко дню начала занятий. Не только потому, что не хотел проводить и одной лишней минуты в обществе аристократов, но ещё и потому, что Иррол совершенно не хотела отпускать его — последние совместные деньки (отлучаться из учебного заведения запрещалось) они провели в спокойном перемирии, гуляя по лесу, собирая грибы и в шутку размышляя о будущем, словно настоящая семейная пара. Перед отъездом Лай преподнёс своей «жене» ключи от нового дома, купленного на все собственные сбережения, затем попрощался с ней так, будто бы больше никогда не вернётся, запрыгнул на лошадь и ускакал прочь.       Лесные тропки довели его до самых ворот города магов, Роаркастла. Пришлось спешиться, продемонстрировать двум стражникам удостоверение профессора и дальше двигаться на своих двоих: несмотря на то, что «поселение» занимало невероятно большую площадь, улочки были узкими и вонючими — двум всадникам и не разминуться…       Лай пониже натянул капюшон, инстинктивно поправил меч, висящий на поясе, и медленно двинулся вперёд. Дворец, который занимала академия, располагался на противоположном конце города и был с трёх сторон окружён водой, потому и приходилось идти мимо людских жилищ… Он тяжело вздохнул. Откровенно говоря, в профессора никогда не брали «адептов» младше тридцати, и то — те должны были как минимум пять лет отучиться в заведении. Но Лайфастеру повезло: ректором являлся такой же, как и он сам, один из бывших членов «Креста», который был в курсе всей ситуации и на практике видел боевые навыки парня — поэтому для него сделали исключение. Только это не означало, что первокурсники (многие из которых будут даже старше самого «профессора») не станут над ним издеваться.       Стиснув зубы, поскольку выбора у него не оставалось, Лай ускорил шаг.       Площадь оглушила его своими звуками. Здесь торговали всем и сразу: рядом с прилавками, заполненными фруктами, располагались оружейные стойки, а ещё через несколько метров продавали рабов. При виде последних парень поджал губы. Недавно взошедший на трон король Люнос обошёл в порядке очереди наследования сыновей предыдущего правителя, и вскоре все жители страны ощутили его «ежовые рукавицы». Попустительства теперь распространялись исключительно на тех, кто благоволил короне, а всех остальных даже за мелкие проступки отправляли под стражу. Работорговля, чёрный рынок, контрабанда из соседних стран — всё то, с чем так долго боролся предыдущий король, снова расцветало в подполье, и всем, кто умел думать, становилось очевидно, благодаря кому это происходило.       Лай мог бы закрыть на это глаза, как и большинство людей его финансового состояния, но он походил из богатой семьи и всё детство провёл в иных, более высоких кругах общества, потому и теперь тоже… очень хотел сражаться за мир во всём мире.       Возможно, именно потому его и пригласили в «Крест»? Хотел бы он знать…       Наконец, город стал сходить на нет, затем впереди показались высокие шпили башен, выглядывающие из-за громадной замковой стены, ограждающей всю территорию строения от внимательных взглядов. Мост через реку был перекинут, потому Лайфастер, не останавливаясь, двинулся прямо в академию. Редкие зеваки провожали его заинтересованными взглядами: студенты прибывали только завтра, а хрупкой фигуркой в чёрном плаще мог оказаться буквально кто угодно. — Стой, кто идёт? — перед ним вскинули рапиру. Ржавую, хотя когда-то она была достоянием королевской сокровищницы — на лезвии ещё виднелся след от знака семьи.       Уже привычным движением парень сунул высокому стражнику своё удостоверение. Тот мельком прочёл написанное и серьёзно кивнул, вежливо кланяясь (редкость, поскольку один статус преподавателя на деле мало что значил). — Лай, — представился он, протягивая руку в перчатке. — Агнус, — сжал его ладонь мужчина. — У Вас, кажется, интересный вкус в оружии, — Лайфастер едва улыбнулся, взглядом указывая на выгравированный знак. Хоть он и не был ярым сторонником предыдущего короля, однако его близкие подчинённые придерживались того же мнения: нынешнего правителя нужно «убрать». И желательно — как можно скорее. — Так Вы — ценитель, — Агнус едва наклонил голову. — Буду рад при случае поговорить об этом. Преподаватели магии редко разбираются даже в мечах, не говоря уже о более сложных подвидах…       Парень кивнул, махнул рукой на прощание и повёл лошадь во двор. Иметь хотя бы одного союзника или по крайней мере однодумца — даже лучше, чем он рассчитывал, поскольку большинство аристократов крайне любили баловаться тёмными делишками, а чтобы их проворачивать, необходима была поддержать именно короля-диктатора… Но долго размышлять Лаю не позволили: только он пересёк уложенный камнем двор, как у основного корпуса зашевелился высокий и худой незнакомец, до того усердно размахивавший своей дорогой волшебной палочкой, словно мечом. Человек бросился буквально ему наперерез (поскольку Лайфастер со своей лошадью и пожитками направлялся в общежитие для учителей). — Ну-ка! — окликнул наглец Лая.       Можно было сбежать. Да, откровенно говоря, по скорости парень в несколько раз превосходил самоуверенного обитателя замка, и будь они в лесу, а не посреди двора академии магии, он бы уже приставил кинжал к чужому горлу и показал, что такое настоящая власть, но… Лай обещал вести себя примерно. Более того, он перестал называть себя «Эл», поскольку под этим именем его знали в «Кресте», и собирался делать вид, что меч у него исключительно красоты ради. Не то чтобы его могли узнать на улице… однако вполне вероятно, что кто-нибудь из местных учеников-аристократов знал об организации и даже сталкивался с «невероятным мечником» по имени Эл.       Лайфастер остановился и обернулся, но не произнёс ни слова. Высокий и худой был в форме академии — явно преподаватель, и судя по его заносчивости, преподаватель какой-нибудь боевой магии. Той самой, на которой парень спал бы со скуки. — Ты разве не знаешь, что до завтра студентам вход воспрещён?       Можно было предъявить документ и обойтись без шоу, но… Парень в одно движение выхватил из чехла на поясе тонкую простую деревянную палочку, которую в честь отъезда подарила ему Иррол, и рывком приставил её к горлу своего собеседника. Если бы он выбрал кинжал или меч, чужая голова, вероятно, уже лежала бы на камнях, а тело билось в конвульсиях… Наглец побледнел и явно оценил шутку. — Прошу прощения, — Лай уже медленно убрал своё деревянное «оружие». — Рефлексы. Я — новый преподаватель для отстающих первокурсников, профессор Лайфастер. Очень рад познакомиться. — Я тоже… рад, — нервно сглотнул высокий и худой незнакомец. — Фаулер. Преподаватель боевой магии, адепт третьей ступени.       Ещё и ниже по званию… парень едва улыбнулся, демонстрируя наигранное дружелюбие. Хотя он и не ожидал, что на него бросится какой-нибудь профессор: обычно они были лет на тридцать старше него, а в таком возрасте не всякий сможет угнаться за молодёжью или вообще держать в руках меч. — Отлично, тогда я пойду, — он потянул за собой лошадь. Видимо, Фаулер действительно растерялся, поскольку не стал следовать за ним, а так и остался стоять почти что посреди площади академии, неловко переминаясь с ноги на ногу.       Лай мысленно посетовал на то, что вряд ли сможет избавиться от остальных проблем так же легко, как и от этой…       Он оставил лошадь почти что дружелюбному конюху, взвалил свой мешок с незначительным количеством пожитков на плечо и встал перед входом в высокое здание. Его серость и холод ощущались даже снаружи, и парень прекрасно понимал, что зимой будет тратить чертовски много золотых монет на то, чтобы хоть как-то согреться… тоска да и только. Однако, тряхнув головой, Лайфастер решительно толкнул тяжёлую дубовую дверь и оказался в мрачном холле.       Прямо напротив двери стояла простая деревянная кровать, на которой располагался почти что круглый мужчина со множеством бумаг в руках. Лай ожидал увидеть толпу прибывающих преподавателей, но никакой очереди не наблюдалось, так что он сразу подошёл ближе. — Я хотел бы поселиться, — парень опустил свой мешок на пол и снова продемонстрировал удостоверение. — Пф-ф, скоро в профессора будут назначать новорождённых… Не удивлюсь тогда, если в восемнадцать кто-то получит степень королевского магистра, — комендант с трудом сполз на пол, схватил связку ключей, висевшую на стене, и кивнул в сторону лестницы. — Наша академия плохо укомплектована только учителями, поэтому, если кому места не хватит, студентов сюда поселят… Надеюсь только, что не первокурсников — иначе от здания камня на камне не останется до выпуска.       Они двинулись вверх по витой лестнице. Лай задумчиво считал ступени, выглядывая наружу во время от времени появляющиеся узкие бойницы-окна, а комендант всё говорил и говорил. Он предложил комнату на втором или на четвёртом этаже, под крышей, и парень тут же согласился на последнюю — ему не хотелось обитать в окружении преподавателей, поскольку даже студенты, вероятно, будут ненавидеть своего наставника меньше, чем коллеги.       «Чётвёртый этаж» представлял собой узенький коридор и две комнаты с дверями друг напротив друга. Здесь было не так холодно, как внизу, однако зимой, вероятно, все жители будут в равных условиях… — А напротив кто-нибудь живёт? — Лайфастер наблюдал за тем, как его провожатый ищет подходящий к замку ключ. — Да, это местечко ещё в прошлом году заняли для какого-то аристократа… Он перевёлся к нам из академии дипломатов, где только языком трепать и умеют, поэтому не удивительно, что его решили отселить. Неприятный тип, как говорят. — Тем лучше, — хмыкнул парень.       Наконец, замок пал, и они вошли в комнату. Небольшое помещение с наклонным потолком и большим (даже по меркам Лая, видавшего стёкла высотой в четыре его роста) окном почти до самого пола. Отсюда можно было наблюдать двор академии, а если приноровиться, то, вероятно, и вход… Из мебели полупустую комнату заполняла кровать на одного, деревянный шкаф и один стул. Всё это было хорошенько покрыто пылью — несмотря на «заполненность» общежитий, явно мало кто хотел каждый день бегать четыре этажа вниз, чтобы после бродить по не менее высокому учебному корпусу, а под вечер без сил брести назад.       Вскоре комендант передал ему ключи, объяснил, где находятся общие бани, оставил пропуск и ушёл по своим «крайне важным делам». Оставшись в одиночестве, парень бросил свой мешок в угол и тихо вздохнул.       Самое трудное начнётся послезавтра, одновременно с началом занятий, и он прекрасно знал, как студенты отнесутся к своему невысокому и юному преподавателю. Придётся драться, без этого никак, и жалел Лай только о том, что на эту битву ему придётся идти без привычного меча, взяв в руки только волшебную палочку… следовало купить посох — им хотя бы в случае чего можно было хорошенько наподдать наглецу.       Невольно улыбнувшись своим кровожадным мыслям, неуместным в стенах академии, парень снял плащ и закатал рукава: следовало приниматься за уборку.