Caught in the Act: Angelo

— Вам по-прежнему всё нравится? Как вам тирамису, хорошее получилось? — Анджело выжидающе переводил взгляд с одного мужчины на другого. — Знаете, это старый семейный рецепт. — Превосходное, Анджело, действительно очень вкусно, — ответил Джон Ватсон. Его партнёр, известный Шерлок Холмс (кого Анджело был очень горд иметь среди своих постоянных посетителей), согласно промычал. — Ах, рад это слышать. Искренний комплимент по-прежнему заставлял сердце Анджело пропустить удар, даже после стольких лет в бизнесе. Особенно когда он исходил от таких дорогих посетителей, как эти двое. — Не хотите ли чего-нибудь ещё? — спросил он в основном по привычке, потому что сомневался, что в их желудках еще осталось место, особенно после всего выпитого вина. — Знаете что, я подам вам кофе за счёт заведения. Эспрессо? Джон и Шерлок переглянулись, словно сверяясь, чего хотел бы другой. В любом случае, было уже определённо слишком поздно возвращаться домой пораньше. — Это было бы чудесно. Спасибо, — сказал Джон с улыбкой. Даже Шерлок вежливо поднял уголки губ, любезно кивнув. — Сию минуту, — усмехнулся в ответ Анджело, быстро убирая с их стола тарелки из-под пудинга и бокалы для вина. Идя обратно на кухню своего маленького, но достаточно популярного ресторанчика, Анджело был уверен, что в этих двоих что-то изменилось по сравнению с последним разом, когда он их видел. Во-первых, ни один из них не протестовал против свечи на их столе. B течение всего вечера они казались более расслабленными, чем когда-либо; очевидно, они не были на деле, в кои-то веки. Также он не мог припомнить, когда ещё они оставались так допоздна. Уже приближалось время закрытия, а они всё ещё оставались здесь, разговаривая, но также проводя немалое количество времени просто глядя в глаза друг друга. Очевидно, ещё более влюблённые, чем когда-либо. Он улыбнулся себе, добавляя тарелки к грязной груде на столешнице в углу Тони и подходя к кофемашине. Oh dolce amore. Он вздохнул и попытался не обращать внимания на укол в сердце, когда образы Джованни всплыли в его сознании, и он представил — как будто видел буквально вчера — его сияющую улыбку, которая практически всегда присутствовала на его лице в те бесконечные дни, которые они проводили вместе на покрытых травою холмах меж оливковыми садами Тосканы. Анджело проглотил болезненный комок в горле, не глядя потянувшись за кофейными чашками. Чёрт побери, там осталась только одна. — Тони! Мне нужно больше чистых чашек! Займись этим, ладно? Анджело вздохнул, небрежно считая количество чеков, нанизанных на иглу, пока он ждал чистые чашки, и попытался сосредоточиться на настоящем — в частности, на приятном шуме вечера и том факте, что кухня сегодня работала на редкость гладко. Он улыбнулся, когда Тони поставил башенку аккуратно составленных чашек на прилавок рядом с ним.

* * *

Когда все стулья были подняты на столы, подготовленные для уборщицы, которая приходила помыть полы по утрам, Анджело выключил свет с довольной улыбкой. Это был хороший день, решил он, отправляясь к чёрному выходу, чтобы выполнить свою последнюю задачу на сегодня. Он взял мусорные мешки из кухни и вышел в переулок. Он уже собирался бросить их в большой мусорный контейнер, когда заметил две фигуры, почти невидимые в тени, теснящиеся позади кучи соседских бочек и двигающиеся в едва уловимом, но безошибочном ритме. Ему не понадобилось много времени, чтобы понять, чем они там занимались. Но когда он уже собирался крикнуть и прогнать их, его язык будто прирос к нёбу, а лицо расплылось в улыбке. Это были Шерлок и Джон. Они даже не смогли дождаться момента, когда окажутся дома. Джон прижимал Шерлока к стене; ноги Шерлока были обвиты вокруг его торса. Джон склонил голову над местом, где шея Шерлока переходила в его ключицу — как лев, тихо удушающий свою добычу, весело подумал Анджело — и размеренно вбивался в него. Добыча, в свою очередь, очень охотно соглашалась на такое обращение с ней, свесив голову в другую сторону — рот широко раскрыт в безмолвном крике удовольствия — и крепко держась двумя руками за выступ в стене для баланса. Несмотря на то, что было темно и они были всего лишь тенями между мусорными баками и грудой пустых ящиков, это, несомненно, были они. Лунный свет этой на редкость ясной лондонской ночи коснулся характерной скулы, торчащей из-под массы диких тёмных кудрей, и отскочил от седоватых светлых волос мужчины пониже. Когда Анджело услышал их тяжёлое дыхание, не заглушённое никаким другим шумом в тихом переулке, он также отчётливо уловил сдавленные стоны и невнятный настойчивый шёпот, передающий страсть между ними. Он внезапно побоялся пошевелиться, побоялся их спугнуть. Несколько долгих моментов он просто стоял, сжав губы в попытке удержать свою улыбку под контролем, пока его сердце медленно таяло. Он упивался образом юной энергии и любви, говоря себе всегда помнить о том, что, какой бы серой и пустой иногда ни казалась жизнь, красота и страсть всё ещё существуют в этом мире. Затем, не утруждаясь шумным открыванием мусорного бака, он очень тихо поставил мусорные мешки, с радостью принимая риск того, что ночью их могут разорвать крысы, и удалился. Ему пришлось приложить усилие, чтобы снова принять нейтральное выражение лица — дабы не привлекать внимание остальных парней — когда он проскользнул обратно в ярко освещённую кухню. Внутри Тони встретил его лёгким поцелуем в губы. — Всё сделано? — Всё сделано, — улыбнулся Анджело. — Пойдём в постель.