Безумства мне укажут путь

      Называя себя зависимым трусом мне лишь оставалось ждать. Единственным светлым пятном в моей тоске было кольцо. Оно служило напоминанием, что скоро все изменится, нужно только потерпеть.       Мы с Киром продолжали созваниваться и делиться всем, что происходило. Но даже этого мне было мало, ведь с последней встречи прошел уже год и семь месяцев. Мысленно подсчитывая, что через пять месяцев мне уже стукнет четырнадцать, я успокаивал себя в том, что осталось всего ничего.       Мысль о том, чтобы избежать нашей встречи пришла осознанно. Пусть мне не хотелось этого делать, ведь я был рад хоть ненадолго встретиться. Но я начал бояться, что могу проколоться в какой-то мелочи. Я не считал Кириана глупым, скорее он просто не видел во мне взрослого. Но за это время я уже не походил на того малыша, каким жил с ним.       Вероятность того, что теперь его взгляд изменится слишком высока. Поэтому я решил всеми способами изолировать себя от него, оставляя отдушиной частые разговоры. Которые заканчивались каждый раз в одном и том же месте. Как только связь обрывалась я уже находился в ванной и снимал напряжение единственным доступным мне способом. Но со временем все чаще начал замечать, что это не сильно помогает. От собственных прикосновений эффект не был таким, как в тот раз и времени требовалось намного больше.       ***       Проблема в задуманном состояла лишь в том, что в академии были предусмотрены каникулы. Ни одно учебное заведение не запирало в себе адептов на долгие годы. И после окончания первого года я ломал голову как бы избежать возвращения.       Решение подвернулось быстро. Наставник предложил поднабраться опыта и вместе с ним отправиться на полевую практику к четверогодкам. Предполагалось, что я буду помощником профессора, когда он станет проводить проверку и возиться с документами. Я не стал отказываться, ведь полевой лагерь находился в четырех днях пути от академии. И прикинув сколько понадобится времени на дорогу и помощь на месте понял, что все каникулы будут использованы. Не останется ни дня свободного времени на встречу с Киром.       Шин сказал, что я идиот так себя нагружать, но не стал вмешиваться в мои дела. Кириан же удивился, когда я рассказал ему о своих планах, но воспринял все более сдержанно. Я знал, что он планировал встретиться, но принял мои объяснения в пользу нового опыта.       И да, я отправился туда не один. Нашлось еще несколько добровольцев с моей группы, с которыми после этой поездки я стал больше общаться. Две девушки и три парня. Одна из них даже признавалась мне в начале обучения, но я отверг ее чувства. И сейчас это было немного неловко по-дружески общаться в одной компании.       ***       Когда же время подошло к каникулам после второго года обучения я приуныл. Не зная, как выкрутиться я спалил шкаф с книгами в библиотеке, и оказался на исправительных работах по восстановлению данных. Это чуть не дало обратный результат, Кира хотели вызвать как опекуна, но я упросил профессора этого не делать.       И вот теперь я мог выдохнуть. На следующих каникулах мы можем встретиться. Пройдет уже достаточно времени и до моего совершеннолетия останется всего полтора года. Но ждать исполнения шестнадцати вовсе не обязательно, даже такой человек как Кир уже будет смотреть на меня как на взрослого.       Отличный план потихоньку притворялся в жизнь. Только одно я не учел, что от работы дохнут кони и я не исключение. Спустя неделю после своего четырнадцатого дня рождения я свалился с простудой.       Все это время я редко болел. Более того, считал, что мой иммунитет крепкий и не подведет. Но видимо усталость, накопленная годами и плохая осенняя погода вместе пробили брешь.       Это случилось ночью. Температура и саднящее горло вырвали меня из сна. Перед глазами все плыло, голова была неподъемной и совсем не было сил двигаться.       — Шин… — я еле слышно прохрипел имя друга, но не дождавшись реакции, повторил еще несколько раз пока не услышал шорох.       — Чего тебе?       — Я кажется заболел. — это единственное что я успел сказать, когда почувствовал, что погрузился в темноту.       Приходил в себя я долго. Мне до сих пор было нехорошо, но я понимал, что нужно принять лекарство. Немного погодя я начал различать шепот двух людей, которые о чем-то рядом спорили. И один из голосов я узнал даже через помутнение рассудка, но откуда здесь Кир?       Я резко передумал приходить в себя, решая для начала послушать, о чем идет речь. Если Кир здесь, то могу поспорить, что мне ничего не угрожает, хоть и было так плохо.       — … почему я?       — А кто это должен делать? Я что ли? — тон Шинли не давал повода усомниться в его словах.       — Но…       — Вы его опекун и с точки зрения морали лучше подходите для этого. К тому же пока мы тут спорим ему может стать хуже.       На некоторое время воцарилась тишина, после чего послышался тяжелый вздох и тихое:       — Ладно, раз говоришь по-другому не получается, я попробую.       — Отлично, а я пока пойду на занятия. Пока вы здесь я могу не волноваться о своем друге.       Через некоторое время послышался скрип двери и снова все затихло. Мне стало любопытно, о чем шла речь. Что же такое должен сделать Кир? Рядом зашуршало, Кириан сел ко мне на кровать и заученным движением коснулся ладонью моего лба. Еще один раз вздохнув, видимо смирившись с неизбежным, он убрал руку и взял что-то со стола. После чего до меня донеслось:       — Прости Ами, но это необходимо сделать.       И тут я услышал сюрп, явно чего-то жидкого и до меня дошел смысл ситуации. Кажется, сейчас…       Меня подхватили в полу сидячее положение и слегка нажали на челюсть, приоткрывая рот. Тут же ко мне прижались чужие губы, и я почувствовал, как горькое лекарство полилось ко мне в рот. Я закашлялся, по инерции содрогаясь всем телом и неосторожно прикусываю чужую губу.       Близкое присутствие тут же исчезает, а меня кладут в прежнее положение. Проклиная себя за неуклюжесть и такую упущенную возможность, я не заметил, как снова медленно заснул.       ***       Сколько прошло времени непонятно. Я открыл глаза и начал понимать, что мне становится лучше. Температура спала, и только слабость напоминала о недавнем самочувствии.       Сейчас было утро, и я прекрасно видел, как вместо Шина на соседней кровати беспокойно спит Кир. Это не было похоже на кошмар, просто казалось, что он не хотел глубоко засыпать, вздрагивая при каждом шорохе. И как только я пошевелился он резко открыл глаза, безошибочно посмотрев на меня.       Через секунду в глазах отразилось понимание, и он тут же бросился ко мне. Дотронувшись лба, он облегченно выдохнул, но тут же пришел в себя спрашивая:       — Как себя чувствуешь?       — Лучше, но сил нет.       — Тебе надо поесть. Не удивительно, что ты слаб, четверо суток прошло как ты заснул. Совсем отказывался приходить в себя. Как ты можешь так беспечно относиться к своему организму?       — Прости.       Четверо суток? И все это время он был здесь? Но откуда? – вопросы, которые тут же появились были перезаданы Киру.       — Сюрприз тебе хотел сделать. Заранее договорился с наставником, чтобы тебе дали несколько выходных. Но когда приехал, нашел тебя в таком состоянии. Ты хоть знаешь, как я перепугался?       — Не переживай, просто я немного устал и, возможно, замерз. А в остальном все хорошо.       — Ладно, отдыхай пока, а я принесу еды.       Кириан вышел из комнаты, а я снова откинулся на подушку. Значит он волновался обо мне и скучал. Только такой вывод можно было сделать исходя из его слов. И только сейчас я вспомнил одну маленькую деталь – его нижняя губа все же была немного пухлее верхней. А это значит, что тот инцидент мне не приснился.