Истории странного дома

» Дорогой дневник. Ха. Звучит ну очень по-дурацки. И… я что, серьезно разговариваю с вещью? Ну, с учетом всего, это еще не самое странное. Вот так. Вообще, этот дневник я нашла на чердаке, так что, может быть, дом подкинул его мне не случайно. Ага. По словам Киры, дом живой. Прикиньте? Ладно, шутки в сторону. На самом деле, я до сих пор немного (много) в шоке. А Макс считает это «прикольным». Мама… ну, кажется, ей пофиг. Всмысле, дом не нужно кормить? Ну и ладушки. А теперь о грустном. Папа отрицает все, что говорит и делает Каринат. Кажется, он в принципе ее не переваривает. Непонятно только, почему. Когда она заставляет свои глаза светится, он утверждает, что это такие линзы. Когда она разговаривает с домом, а он отвечает хлопаньем окон и скрипом половиц, папа ворчит, что это все сквозняк. Он продолжает все это даже после того, как домовая прошлась по стенам и погуляла на потолке. А это видели все! И вот тут возникает диллема. С одной стороны, будет предательством оставить родного отца без поддержки. Почему это должна делать я? А просто больше некому. Мама на днях улетела в Питер с сестрой, а Макс еще мелкий, его мнение не учитывается. А с другой стороны… Ну, я просто не могу принять его точку зрения после всего увиденного. Так что проблемка. Все, хватит так много думать. В конце концов, скоро обед, а ничего нет. Пойти, что ли, сосисок сварить? » Вика отложила ручку в сторону и облегченно вздохнула. Не то чтобы ей не нравились дневники… Скорее наоборот. Она не принимала их от слова совсем. Но девочке страшно хотелось как-нибудь выразить свои мысли. А аудио не годились из-за того, что Вике не нравилось, как ее голос звучит на записи. Вот так вот. Ладно, хватит прохлаждаться, ей еще всю семью кормить. Таак, берем себя в руки! На удивление это получилось довольно быстро. Всмысле, сварить макароны и сосиски вообще недолгое дело. Но обычно девочка, как всякий подросток доолго бы ломалась, прежде чем начать что-то делать. Собственно, обычно так и происходило. Но не в этот раз. Почему-то. Может, все из-за того, что в противном случае папа закормит их дошираками? И другой несложной в приготовлении пищей. Вообще-то они были не против. Даже за, потому как нечасто удается покушать доширак. Но питаться ими почти две недели… Ну уж нет. Когда завтрак наконец был готов, подан и в лучшем виде лежал на столе, Вика наконец соизволила всех созвать. Но, что было ожидаемо, никто не пришел. Ну, почти. На громкий крик, извещающий о еде откликнулась Кира. Домовая буквально выглянула из стены прямо над печкой, чтобы посмотреть, кто это тут орет. Когда девочка перестала хвататься за сердце (они еще не вполне привыкли, и такие «случаи» по прежнему были для них шоком) и объяснила ситуацию, Кира согласилась помочь и исчезла в стене. Буквально. Через минуту она вернулась и сообщила, что папа в сарае что-то мастерит, а Макс наверху играет в телефон. — Еще раз спасибо. Полезная штука, эти твои окна! — И не говори. Вика забрала «мальчишек» и усадила за стол. Папа что-то читал в телефоне, а Макс игрался, потому что выключи он телефон, есть вероятность что больше не включат. В общем, было совершенно нормальное утро. И тут началось. — А что ты тут делаешь? — неожиданно оторвавшись от прочтения, спросил папа. — Кто? Я? Ем. — ответила девочка. — Да не ты — отмахнувшись, сказал он — я про нее говорю — и указал рукой на Киру. С чего она его смутила — непонятно. Сидит на краю ребенок, никого не трогает. Она, правда, не совсем человек, но это мелочи. В общем, неясно. Хотя, судя по папиному лицу, довольно скоро они все узнают. — Она же, вроде, «домовая» — он сделал пальцами кавычки — разве ей нужно есть? Все за столом сразу, как по команде, повернули головы к ней. Каринат определенно смутило такое внимание. — Вообще-то нет, но можно. Имею ввиду, что еда мне не нужна, так как я дух, но мне вполне можно есть. Кажеться, всех, кроме отца, такое объяснение удовлетворило. — Так зачем ты тут сидишь? — раздраженно спросил он. На это домовой нечего было ответить, так что она встала, и пройдя пару шагов, провалилась в пол. Ну, это так показалось: на самом деле Кира нырнула в одно из своих окон. Завтрак они закончили в полнейшем молчании. Назавтра об «инциденте» уже ничего не напоминало. А вскоре он и вовсе затерялся в пучине ежедневной рутины, неожиданно свалившейся на Вику. Приготовь, приберись, перегладь, наведи порядок… А у мамы все выходило так ловко, словно дела делались сами собой. Папа почти все время пропадал на работе, а мелкие… " Вообще, это довольно странно, — писала девочка — Макс и Кира поладили очень быстро. Они уже ведут себя как лучшие друзья. Хотя… Наверное, это так и есть. Вряд ли у домовой когда-нибудь были друзья. Так вот, они уже и шалости устраивают вместе. Недавно вот, катались на двери, стоя на ручке и держась за верх. Хорошо хоть, что не поранились. Но нагоняй получили оба. Ага. Папа наорал на духа. Но так, будто на своего ребенка. Я не знаю, хорошо это или плохо, но ощущается, словно Кира — младшая сестра. В принципе, я не против. Ой. Забыла упомянуть одно странное проишествие. Когда сегодня днем я проходила по коридору, то краем глаза заметила, как зеркало… пошло волнами? Не трещинами, а именно волнами, что странно, поскольку так не бывает. Хотя, знаете что? В этом доме я ничему уже не удивлюсь!» Самый обычный день изменился, едва Макс достал арбалет. Папа вытащил свои… Пушки? Непонятно, да и Вика в таком не сомневалась. Самое главное то, что они устроили перестрелку. И не они одни. Каринат стянула пистолет. Ненастоящий, он издавал довольно громкие звуки, заставляющие нервно вздрагивать. Особенно, когда домовая высовывалась из окна и стреляла буквально под ухом ничего не подозревающего человека. В общем, весело. Спустя пару стрел, с десяток мягких шариков и одно оглушенное ухо, Вика покинула поле боя. Не то чтобы она вообще участвовала во всем этом, но безопасно пройти по двору было невозможно. Идя по кридору, девочка думала лишь о покое и отдыхе. Но услышала странный звон и остановилась. А когда увидела манащее волнение зеркало, без колебаний протянула руку… Сам момент касания она не запомнила. Зато отчетливо помнит то, как рука в первый раз прошла прошла сквозь стекло. Вика оказалась в комнате. Она была небольшой, но уютной. У стен стояли пустой стеллаж и диван со странной расцветкой. Также там был стол, по виду — рабочий. На полу лежал мягкий ковер, а на потолке висела единственная лампочка. Но… Несмотря на вещи, здесь было пустовато, и как-то безлико. Единственной вещью, выглядевшей хоть сколько-нибудь нормально, была бумажка, лежащая на столе. «И что это — подумала девочка — записка?» И она бы решила, что это опять от Каринат, если не одно «но». Почерк. Он был красивым, с завитушками, но… таким обычным? Странно. Поднеся руку к глазам, Вика принялась читать: " Приветствую тебя, Владелец Зеркала. Если ты это читаешь, то находишся в странной комнате, пройти в которую можно лишь через Зеркало» На этих словах девочка обернулась. На противоположной стене висело оно. Зеркало было точной копией того, что висело у них дома. Тот факт, что эта комната находиться не в доме, был довольно очевиден. Видимо, подпространство… " Более того, войти и выйти сможешь лишь ты и те, кого ты возьмешь с собой. В ином случае, проход невозможен. Вероятно, с течением времени проявятся какие-то особенности, связанные с Зеркалом. Одни Владельцы могли смотреть через все зеркала мира. Другие — изменять внешность человека, манипулируя отражением. У каждого что-то свое. Не бойся, ты всему научишся. Удачи!» Вика повертела записку в руках, надеясь обнаружить что-нибудь еще. Какое-то послесловие, наверное. Или хотя бы подпись. Но… Ничего не было. Пожав плечами, она положила бумажку и села на диван. Все это нужно было хорошенько обдумать… — А где Вика? — внезапно спросил Макс. Усталые, потные и раскрасневшиеся (даже дух!) они сидели прямо на траве, довольным взглядом обводя «поле боя». От этого вопроса Кира и папа прервали свой вполне мирый разговор и недоуменно на него уставились. — Я… Есть хочу. Папа фыркнул и понимающе улыбнулся. — Пойдем, поищем ее — сказал он, понимаясь с земли. Как ни странно, поиски ничего не дали. Ее не было во дворе. В доме тоже, а на улицу она не выходила. На звонки не отвечала. Ими стало овладевать легкое беспокойство, когда дверь открылась, и на пороге предстала она. — А мы тебя искали. — Видимо, плохо. — насмешливо ответила Вика — ну как, повеселились? А убирать это все кто будет? — Может, тебе интернет обрубить? А то что-то ты слишком наглая — сказал папа в шутку. — Уж какая есть! — парировала она, прежде чем повернуться и уйти в дом. Кире показалось, или тон голоса был гораздо уверенее, чем до «битвы»? Она отчетливо почуствовала в изменившемся настроении какую-то тайну, но не стала расспрашивать. У всех свои секреты.