Там меня ждут

Близился рассвет. Каштановые волосы рассыпались по белой подушке. Слышалось спокойное дыхание. Он наконец заснул, значит ему стало лучше. Чуя с горьким облегчением смотрел на своего бывшего напарника, на то, как во сне он улыбается - ему не больно. 10 месяцев назад у Дазая диагностировали рак поджелудочной железы. Эту болезнь называют «Тихим убийцей», потому что её трудно диагностировать на ранних этапах, и Осаму не вошёл в число везунчиков, которым удалось это сделать. Рак обнаружился уже на 3 стадии и активно прогрессировал, вскоре он перешёл на печень. Врачи изначально не давали никаких, положительных прогнозов, а пару дней назад его отправили домой «Отдыхать». Но Чуя, как и сам Дазай, прекрасно понимал, что они имели в виду.

***

Ночью Накахара проснулся от тихих стонов боли. Было очень тяжело делать вид, что он ничего не слышит, но любимый очень просил не подходить к нему в такие моменты. Сначала Чуя не слушал, говорил, что все равно будет рядом, что не будет молча игнорировать его крики, сидел рядом, гладил по голове и приносил лекарства. Но однажды, когда парень снова сидел и держал исхудавшую руку, Осаму посмотрел на него измученным взглядом, из глаз текли слёзы. Когда-то, во времена когда они вместе работали в мафии, Чуя не мог и представить, что когда-то застанет плачущим своего напарника. Хотелось вернуться в те времена. За последнее время он видел слёзы Осаму множество раз и от этого было невыносимо. Тихим ослабшим голосом Дазай сказал своему товарищу и самому дорогому человеку на свете: – Пожалуйста, не смотри, уйди, пожалуйста, ты меня мучаешь, Чуя, я тебя очень, очень прошу! Накахара работал в мафии. Ему приходилось видеть, как пытают людей, как им вырывают ногти и ломают пальцы, но никто из этих людей не просил прекратить свои мучения так сильно, как тогда просил его Осаму. С тех пор он старается хотя бы ночью не тревожить любимого, если ему от этого будет не так тяжело. Спустя пару часов стало тихо. В такие моменты Накахара всегда боялся, что Дазай уснул навсегда, но не мог проверить, всё ли хорошо, боялся разбудить, ведь Осаму теперь спит так редко, но только во сне получается обрести покой. Тихонько подойдя к его постели Чуя услышал дыхание и увидел на губах улыбку - все хорошо, видимо препарат на время подействовал. Когда-то рыжий паренёк и подумать не мог, что с такой любовью будет смотреть на эту бесячую Скумбрию. Сейчас он бы все отдал за то, чтобы Дазай снова стал таким, каким был в 15 лет, но это невозможно. Он понял это, когда пару дней назад забирал его из больницы. Осаму настолько ослаб, что не способен был идти на своих двух и ему выдали коляску, но он рад был вернуться домой, к своей семье, которой для него стал Чуя. – И как тебе, смотреть на меня сверху вниз? - С легкой улыбкой произнес парень. Чуе не было смешно, но это были не те чувства, которые вызывали шутки Дазая когда-то, хотя, они тоже были не смешными. Когда Осаму понял, что разрядить обстановку не удалось, его лицо стало таким печальным, как у маленького ребёнка, который не получил, что-то, чего очень хотел. А ему просто хотелось, чтобы ему улыбнулись. За последнее время жизнь стала еще хуже, чем казалась когда-то, хотя по настоящему парень никогда её не любил и сейчас не прочь был бы быстро умереть, без боли. Боль, конечно, была жуткой, иногда невыносимой. Настолько, что если бы во время этих мучений ему отрубили руку или ногу, то он бы не сразу это почувствовал. Но еще большую боль причиняло то, что в глазах людей, смотрящих на него, была только жалость и скорбь, будто бы он уже перестал быть живым человеком, которому можно улыбаться. Это заставляло чувствовать себя ужасно, ему было стыдно, ведь если он вызывает жалость, значит выглядит слабым, а этого он всегда боялся. С детства Дазай привык смеяться над собой, над своими слабостями, чтобы казаться неуязвимым. Но когда боль разрывает изнутри, то ты не можешь смеяться над ней и не можешь игнорировать, как бы ты не был силён. Не можешь. Парень не хотел, чтобы кто-то видел, как он каждый день проигрывает в схватке со своей болезнью. Каждый раз, когда Чуя сидел рядом, Осаму казалось, что любимому мерзко смотреть на его лицо, искажённое страданиями, на пожелтевшую кожу, на тело, похожее на скелет и скрюченное судорогами. Дазаю не хотелось, чтобы его запомнили таким, по этому боль хотелось пережить в одиночестве, часто не хотелось переживать, хотелось тихо умереть. Хороший сон был подарком судьбы, но сне ничего не болело, обычно снились какие-то бредовые болезненные сны, которые не напоминали о реальности, похожей на кошмар.