Свет и тень на закоулках славы

      Скарамучча сидел под кленом. Поразительно, насколько непривычными на ощупь могут быть трава, кора дерева и редкие опавшие листья. Он едва ли мог вспомнить, когда в последний раз к ним прикасался, а все потому что на улицу парень выходил только по понедельникам к психологу и по необходимости до ближайшего магазина. И чего тогда он выбрался ни с того ни с сего в этот парк? Да еще и в такую рань: часы на телефоне показывали 11:12. Он как бы и сам не знал, почему пришел.       В последнее время что-то регулярно заставляет его делать что-либо без особых причин. Будь он фаталистом, обязательно назвал бы это ведением судьбы, или Судеб, будь он вдобавок ярым сторонником древнегреческого пантеона, но он вообще-то и не задумывался об этом ни на минуту. Просто шел за этим еле заметным ощущением. Вряд ли он когда-нибудь это признает, но вероятнее всего он шел за ощущением нового. Повторяющийся цикл его жизни пусть и стал привычным и вполне удобным, но начал порядком раздражать предсказуемостью и надоедать знакомыми путями и сценариями. Последняя неделя показала максимум отличий от всей его жизни до этого, и, возможно, уцепившись за это, он и решил слепо довериться тому, что его так уверенно вело по новым путям. В конце концов, это точно не был человек, а значит этому точно можно хоть немного, но доверять.

***

23:15

Этот чат зашифрован технологией

SecureText

Пользователя MoonlitLeaf нет у вас в друзьях. Желаете добавить?

Вы:

почему ты это пишешь? —

DarkmoonLeaf: — Ты о моих комментариях? — Я хотел немного поднять тебе настроение. — Если тебе неприятно, я не буду. Прости.

Вы:

делай что хочешь -

***

      Снова Скарамучча не церемонится и не выбирает слов. Но в этот раз не столько от нежелания, сколько от того, что ему нечего ответить. Как может он общаться с человеком, который так пишет? Еще и извинился. Парню вдруг показалось, будто у него самого терминальная стадия какого-то психического заболевания, название которого он точно не знает. Что-то связанное с тем, что человек разучивается говорить. Он не только не мог написать ничего кроме банальной для него отмазки от любого разговора, но и не мог ничего думать. Мысли все друг другу противоречили, и ничего не было ясно. У него оставалась куча вопросов к этому незнакомцу, которые он может и хотел бы задать, только вот сам он их не знал. Не писать же ему просто «как?» следом за уже прогремевшим «почему?».       Следуя мимолетному желанию узнать больше об этом человеке, никак с ним не контактируя, Скарамучча перешел на его страницу. Вырвиглазная яркость дневного света на каждой второй фотографии, бумажно-белая луна на каждой третьей, а большинство строк, вмещенных в посты, поэтично уложены в звучные композиции, напоминающие стихи. Этот кто-то явно вложил много сил в свой блог, обдумывая строки и подбирая красивые (а некоторые Скарамучча даже назвал бы трогательными!) кадры. Неудивительно, что его владелец стал довольно популярен, количество его подписчиков неумолимо росло, хоть и не с самой большой скоростью.       В глаза бросилась стабильная закономерность: каждый день примерно в полдвенадцатого этот парень, чье не обделенное красотой лицо теперь было Скарамучче известно, выкладывал фотографию дерева. Это был клен, часто изображенный вместе с самим владельцем страницы, но иногда и просто так или с каким-нибудь жестом руки парня в кадре. Этот клен никогда не был сфотографирован целиком: уж слишком он большой чтобы полностью войти в удачный кадр. Но вот что странно: Скарамучча целиком воссоздал это дерево — он его узнал.       Каждый понедельник каждого месяца каждого года он стабильно шел мимо большого парка. Над остальными деревьями возвышалось лишь одно, самое высокое, до такой степени выделяющееся, что врезалось в память Скарамуччи, — клен. Единственный в парке.

***

— Двадцать минут. Зачем я только сюда пришел.?

***

      Темноволосый парень практически начал засыпать в тени ветвистого дерева, как вдруг к нему начала приближаться другая тень. Тень человека. Скарамучча вновь проверил часы — 11:26. Значит — он.       Сидящий до этого под кленом, юноша поднялся, скрестил руки и, немного помедлив, отчего-то занервничав, заговорил: — Ты тот странный парень?       Почти не заметивший Скарамуччу, занявшего его место, Казуха чуть не отскочил от удивления. Но он слегка догадывался, кто это. — Казуха, — мягко, но с некоторой настороженностью произнес парень. — А кто ты? Прости, но выглядит так, будто ты меня подкараулил…       Подумалось, что на самом деле так-то оно и есть. Только отмороженные сталкеры по социальным сетям выискивают, а после — поджидают людей. Вздохнув, Скарамучча снова сел под дерево и пристально посмотрел на парня, стоящего рядом. — Ты мне писал, — безэмоционально проговорил парень. — Зачем?       Казуха лишь мило улыбнулся, неслышно рассмеявшись. Даже улыбка у него какая-то поэтичная. Видно, он тот редкий человек, что выставляет в интернете всю свою душу напоказ без задней мысли. Вот идиот… — Вообще-то это ты мне писал, — теперь уже вслух немного хихикнул Казуха. — Как ты меня нашел? — По фоткам. Каждую неделю этот проклятый клён вижу, — прислонившись к стволу дерева спиной, Скарамучча, кажется, укололся выпирающим сучком или отломившимся куском коры. — Неужели тебе тут нравится? — с раздражением спросил парень.       Беловолосый сел рядом в тени листвы с довольным выдохом. — Очень… Даже не знаю почему, — он повернулся и посмотрел на Скарамуччу. — Тебе только это было непонятно? — Н-Нет… Твои комментарии… — Стало еще более неловко. Такие разговоры были парню совсем не по душе, и он опустил голову на сложенные на коленях руки, чтобы не скривиться от неловкости в лице. — Зачем? — он повторил вопрос.       Совсем неожиданно подкралась волна стыда. Скарамучча всячески избегал социальных взаимодействий, но всю жизнь думал, что общаться с людьми проще простого. Оказывается, годы отсутствия «практики» все же дают свои плоды, и выдавливание из себя слов, особенно по темам, в которых парень совсем не силен, дается с трудом. Но Казуху такое зрелище по-доброму позабавило. Для него такие разговоры вполне вписывались в норму, и то, как на них реагирует парень напротив, выглядело очень мило. В какой-то мере это может показаться даже немного злорадным — так наблюдать за человеком, будто в первый раз пробующим социальный контакт. — Ну… Если человеку сделать что-то хорошее, то он начнет себя лучше чувствовать. Прозвучит не очень красиво, но мне показалось, что тебе это нужно.       Это было и правда нужно. Хотя Скарамучча этого, конечно, не показывал, но его выдавало все больше и больше закапывающееся в руки лицо. Зато он вспомнил, что проигнорировал первый вопрос Казухи. Он не представился. Сначала не хотел, а сейчас почему-то показалось, что надо бы. Пришло время. — Скара, — выпалил он. — Что..? — Имя. Скара.       Его имя частенько вызывало смешанные эмоции у тех, кому он его говорил, поэтому решил его сократить. Звучало непривычно. Он никогда раньше себя так не называл. Его вообще не волновала реакция окружающих, а потому он и о звучании имени не беспокоился. Почему вдруг «Скара» решил так сделать именно сейчас? В попытках не думать об этом, он снова сбросил все на что-то невидимое и неосязаемое, что движет его действиями. Как будто кто-то, кто управляет им в «Симс», вдруг решил поэксперементировать. Так представить — какое же всемогущее нечто, что столь легко манипулирует парнем! Конечно, ответ был сложнее. Но человеку свойственно пытаться упростить все, что он представляет, а потому Скарамучча совсем не хотел уходить от такого удобного объяснения. — Интересно… Никогда не встречал никого с твоим именем… — А я никогда не видел ни одного Казухи.

***

      Повисла тишина. Апогей неловкости — хоть дальше, казалось, уже и некуда. Что еще спрашивать? Узнать-то вроде как кое-что и хочется, но верных вопросов в голову совсем не приходило. Чтобы не встречаться взглядом с «собеседником», Скарамучча не поднимал головы, поэтому не видел, что Казуха, не отрываясь, наблюдает за странным парнем.       Но вот молчание затянулось даже по меркам драматических сцен в кино. Даже люди перестали ходить по парку: обеденное время скоро подойдет к концу. — Где ты живешь? — внезапно спросил Казуха. — Ну, просто если вдруг тебе нужно домой или ты спешишь… — парень не успел договорить. — Хм, — с едва различимым из-под опущенной головы звуком Скара указал на одну из трех одинаковых многоэтажек неподалеку, затем ненадолго поднял голову и сказал: — Там. В средней. — Правда? — Казуха слегка приободрился. — Я каждый день мимо них хожу!       Снова тишина. Это тот самый до абсурда неловкий диалог, на уровне с теми, что заводятся с давно потерянными друзьями, одноклассниками и прочими знакомыми, но уже совсем другими людьми. Почему эта нить разговора вообще все еще не оборвалась? Двое парней просто сидели под деревом молча, даже не вместе, а как-то по отдельности, хоть некая связь между ними и ощущалась. — Так… Ты не торопишься домой? Может тебя проводить.? — Тц, — Скарамучча резко поднялся и отряхнулся. — Не нужно. Я пошел, — безразлично сказал он. Быть может, он все это время просто искал предлог, чтобы наконец уйти? Но тут внезапно парень развернулся. — А ты… где живешь?       Глаза Казухи раскрылись от удивления. Простой, но очень неожиданный в этой ситуации вопрос. Может, он решил так «отомстить»? Или даже поддержать разговор? — Н-Недалеко, вон в том доме, — пальцем он показал на небольшую пятиэтажку, стоящую чуть поодаль от дома Скарамуччи. — А что?       Ответа не последовало. Темноволосый парень снова встал спиной и размеренно направился к выходу из парка. Что с ним такое? Казуха глубоко вздохнул и прислонился к клёну. Ну вот, теперь этот момент пополнит список неловкостей, которые люди обычно вспоминают в 3 часа ночи, когда не спится… И все же, мысли о нем не покидали и сейчас. Теперь Казухе было интересно, не сделал ли он действительно хуже своими сообщениями и комментариями? Может, не стоило лезть туда, куда не просили? Или же то, что этот странный тип пришел сюда поговорить, если это можно так назвать, — хороший знак? Так или иначе, Казуха пока что отбросил эти мысли. Все таки, он даже не знает, встретятся ли они когда-нибудь еще раз — Скаре явно не пришелся по душе этот диалог, а это значит, что он вряд ли захочет начинать еще один. Но сам этот момент, странный юноша и его немногословные и иногда неуместные ремарки надолго осели в памяти.

***

12:37

«Немного поздно — благодаря кое-кому — но я снова под чудесным кленом!»