Красное вино

Всю оставшуюся ночь Мэйс Винду провёл в палате медкорпуса. В другое время ему возможно позволили бы уйти сразу, но сейчас у него выкачали почти литр крови и это могло иметь последствия даже для такого крепкого и тренированного организма, какой был у Винду. С этой целью его и оставили под наблюдением до утра. Накануне вечером ему прокапали кровезаменитель, напоили крепким и сладким чаем и посоветовали скорее заснуть, для верности вколов успокоительное. Мэйс и не думал спорить, а едва коснувшись головой подушки, провалился в глубокий сон, ведь прошедший день вышел суматошным, да и вечер был не лучше. Раскрытие канцлера, попытка его ареста, закончившаяся боем и перестрелкой, а напоследок дежурство в медкорпусе возле операционной, куда в спешном порядке увезли Скайуокера. Но и тогда кончилось не всё, оказалось, что ему нужно переливание крови и Мэйс, не думая о последствиях, предложил свои услуги, желая тем самым сказать Энакину давнее прости за ужасное отношение в прошлом, за которое он отплатил ему спасением жизни. Однако сейчас уже точно ничего не будет и Мэйс мог спокойно отдыхать, что он и сделал, едва узнал, что жизнь Скайуокер вне опасности. Наутро Винду проснулся свежим и бодрым, его тут же навестил дежурный целитель, который осведомился о самочувствии Мэйса и померил ему давление. И поскольку, то и другое являлось удовлетворительным, то его, предварительно накормив завтраком, сразу же отпустили. Мэйс вышел в коридор и несказанно удивился, увидев сидящую на банкетке возле палаты Магистра Шаак Ти. Заметив его, тогрута поднялась навстречу и стало понятно, что ждала она именно его. - Приветствую тебя, Шаак, что за причина быть здесь? - спросил он с вежливой улыбкой. - Здравствуй, Мэйс, - ответила женщина, улыбаясь ему в ответ - Я пришла как только обо всём узнала. Оби-Ван рассказал мне. Мэйс, я очень горжусь тобой, это поступок. Сказав это, Шаак посмотрела на него и положила руку ему на плечо. - Это меньше, что я мог сделать, - ответил мужчина, положив свою смуглую ладонь поверх её и явно не торопясь убрать - Ведь я так перед ним виноват, за плечами годы жестокой неприязни. - Не вини себя ни в чём, - ответила Шаак, когда они уже спускались - Ты не мог знать, что так случится, ты знаешь, вчера утром, войдя в глубокую медитацию, я заметила там энергетическое поле Скайуокера и заглянула туда, я видела рядом с ним кровь и страдания, но не тебя, ни Оби-Вана там не было. - То то и оно, - покачал головой Мэйс, не слишком-то успокоенный её словами - Будь мы рядом, ничего бы не произошло, если только он раньше пришёл бы к нам и доверился, то мы сумели бы ему помочь… - Я говорила сейчас с товарищем Сайдом, - продолжила тем временем Шаак - Да, состояние тяжёлое, но не критическое. Операция прошла без осложнений, а после переливания оно улучшилось ещё больше. И теперь, при надлежащем лечении и уходе Энакин непременно поправится. Рана заживет и вернётся он в строй и опять будет с нами. - Я навещу его, как только позволит целитель, - произнёс Мэйс, отводя взор - А Магистр Йода явно представит к награде. - Если только Энакин не станет возражать, - сказала Шаак уже совсем весело - А сейчас я предлагаю тебе зайти куда-нибудь и немного отвлечься, думаю, это именно то, что нам нужно. Мэйс с радостью принял предложение тогруты, ведь идти в храм ему сейчас не слишком хотелось. В итоге остановились на одном небольшом ресторане, вполне приличном и не слишком дорогом. Заказали по бокалу красного вина, которое Мэйсу было сейчас крайне полезно в виду прошедшей кровоотдачи. В качестве закуски взяли отбивные из нерфа с гарниром из овощей и легкий салат. Давно уже они так никуда не выбирались, война не позволяла этого, но сегодня был особенный день и было очень приятно сидеть вот так, друг напротив друга, глядя на то, как их улыбки отражались в бокалах с красным вином.

***

Он любил её не меньше трёх лет, с того самого дня, когда они плечом к плечу сражались на Джеонозисе, в самом начале Войны клонов. Нет, Мэйс и раньше находил крайне приятным общество этой красивой и темпераментной тогруты, но вся глубина чувства проявилась именно в тот день. Его просто завораживала её смелость, умение обойти противника, не прибегая к агрессии, сопряжённое с невероятной красотой и обаянием. Мэйс видел её улыбку и часто жалел, что она не имеет к нему никакого отношения. А так хотелось бы услышать её смех, почувствовать прикосновение её руки, узнать нежность её кожи и вкус молочно-белых губ. Но Винду знал, что это вряд ли когда-либо сбудется, ведь они-джедаи, служители Силы и Ордена. Им нельзя быть привязанным к кому-то одному и любить только его, отрывая своё внимание от остального. Да если бы и было не так, то всё равно Шаак бы его не заметила, она такая эффектная и привлекательная, а он грубый, озлобленный, да и внешне далеко не красавец. Здоровый, лысый, смуглый. Как такого любить? Так, что это и к лучшему.

***

Она полюбила его ещё в юности, поражённая до глубины сердца внутренней сущностью грубого и сурового на вид мужчины. Шаак с детстве умела видеть в людях и гуманоидах то, что они никогда не выставляли напоказ. И это часто оказывались самые лучшие их качества, так Мэйс упорно прятал богатый внутренний мир, чуткую сострадательную душу и доброе сердце. Она понимала отчего тот сделался таким и от всей души жалела, зная о тяжёлой истории с его падаваном. Дэпа не оправдала его ожиданий ни в каком смысле и мужчина тяжко пережил предательство возлюбленной и более решил не искушать Силу и навсегда служить лишь ей одной. Вряд ли Шаак сумеет растопить этот лёд, ведь она совсем не похожа на Дэпу, а посему вряд ли понравится Винду, так, что это и к лучшему.

***

Вино плавно перетекало из бокалов в сознание двух джедаев, которые уже иначе смотрели на то, что происходило в их жизни и друг на друга. Оно делало краски более яркими, а проблемы не слишком значительными. А друг друга всё более приятными и привлекательными. Одна бутылка была уже пуста, когда Мэйс решился заговорить о чём-то ещё, помимо проблем Ордена и Республики за последнее время: - Шаак, скажи мне такое, я очень противный, да? Зануда, сахар, как там ещё меня юнлинги называют? - Нет, я всегда видела совсем другое, - ответила тогрута, отпивая в очередной раз из бокала - Ты очень чуткий, добрый и стараешься делать всё, чтобы помочь другим, но не все понимают это правильно. - А ты, Шаак, - неожиданно спросил Винду - Ты считаешь меня таким? Или я совсем не способен понравится? - Мэйс, не говори ерунду, - произнесла Шаак и неожиданно для себя пересела к нему на мягкий узкий диван - Я всегда тебя уважала и находила приятным, даже когда ты и не видел. - Правда? - недоверчиво спросил Мэйс - Но раз так, то почему ты так далеко от меня? Даже твоё кресло в Совете. Шаак не привыкла теряться в сложных ситуациях, тем более тех из них, которые сулят ей наибольшую выгоду, а сейчас был тот момент, который способен хотя бы отчасти подарить ей давнюю мечту. И она решилась, а возможно решающую роль тут сыграло выпитое после большого перерыва вино. И подвинувшись ещё ближе, чуть ближе, Шаак положила руку на плечо Мэйса и приобняла. Ответом послужило ответное объятие, только чуть более решительное и истинно мужское. Обе руки Мэйса обхватили её за шею и притянули к своему крепкому и горячему телу. Шаак осмелела и добавила вторую руку, опустив её на спину Мэйса. Винду не потерялся и наклонив лицо, ловко поймал желанные губы своими, сработала реакция джедая. Поцелуй сперва был лёгким и почти детским, нося разведывательный характер, но постепенно нарастал, на глазах взрослея и становясь горячее и дольше. Мэйс при этом поглаживал руку тогруты, а та и не думала противиться. Это заставляло гореть и всё внутри, причём, совсем не от вина. Тепло было иной природы, поднимавшееся снизу и идя прямо к сердцу, что порождало желание соединиться ещё больше, так, чтобы никогда не разлучаться, не разрывая этот контакт. Мешало только присутствие других людей и большое количество одежды. Но и это легко исправить и с большой неохотой оторвавшись друг от друга, Магистры встали из-за стола и бросив на него все кредиты, что у них были, и устремились на выход. До храма оставалось совсем немного, достаточно для того, чтобы не успеть передумать и усомниться в дальнейших намерениях относительно себя. В них никто не сомневался и войдя в первую комнату по коридору, принадлежавшую Шаак, они вновь прильнули друг к другу, сливаясь в ещё более жадном поцелуе. Этого было уже недостаточно и не могло в полной мере удовлетворить их желания. Желая познать друг друга и доказать их принадлежность. Не Ордену, но друг другу. Показать это яростными пальцами врывая друг с друга бежевую робу и коричневое длинное платье. Смуглые ладони чуть грубовато, но с удовольствием гладили длинные лекку и высокие монтраллы, заставляя тогруту постанывать и сорвав с Мэйса тунику, добравшись наконец до обнаженной кожи, едва не облизываясь, проводить руками по упругим мышцам груди и пресса. Вот эти же руки добрались до крючка бюстгальтера и жадно припасть губами в объемной, но упругой груди, как и у всех тогрут с тёмными сосками. Те отозвались немедленно, начав твердеть и наливаться кровью, открывая стоявшему рядом мужчине тайны женского тела, щедро делясь ими, позволяя взять и другие, ввиду восставшей мужской плоти, показавшейся из сорванных штанов. Шаак коснулась его ладонью и легко провела сверху вниз, заставив Мэйса попросту озвереть и подхватив тогруту на руки, опустить на кровать, а самому устроиться поверх. Шаак, несмотря на достаточно зрелый возраст, не имела до сих пор близости с мужчиной, но вовсе не боялась этого, а хотела с большой жадностью. Едва тяжёлое смуглое тело оказалось поверх, тогрута с готовностью раздвинула ноги, открывая путь к своему женскому началу, блестевшему прозрачной смазкой. Мэйс увидел эту тайну, что вот вот откроется ему и не сумев выдержать, стремительно вошёл, накрывая губы тогруты очередным страстным поцелуем. Боли она не ощутила, только страсть, которой хотелось отдаваться снова и снова. Познав один раз мужчину, Шаак готова была снова и снова расширять свои знания, дополняя их практикой. До самой ночи продолжался этот эксперимент, утомив новоявленных влюблённых настолько, что сил заметать следы не осталось, а сон свалил обоих прямо так, как они были. То есть, полностью обнаженные, лежащие в одной постели, кое-как прикрытые пледом. Такими и встретили новое утро, первое для них обоих. И это ведь только начало всего, например, проблем с Кодексом и отношениями в тайне. А через пару недель ещё одного, из-за чего Шаак стала себя неважно чувствовать и слишком часто посещать санузел. Как в этой ситуации быть? Ведь им обоим уже не по двадцать. И главное, неужели Орден им разрешит? Или у него и так проблем хватает?