На языке цветов

В назначенное время, за полчаса до начала сеанса, одного Со Чанбина родом из Кёнгидо ослепил своим видом один Ли Феликс родом из Австралии. Парень заметил флориста, когда тот переходил пешеходный переход. Феликс был одет в мятного цвета свитер крупной вязки, под которым виднелась белая футболка, в прямые джинсы голубого оттенка, на ногах красовались белые кроссовки на массивной подошве. Голову украшал бирюзовый берет. Феликс весь такой небесно-чистый Чанбина выбил из выбитого состояния. У последнего участилось сердцебиение и сбилось дыхание. Доктор, все признаки влюбленности в острой форме! Феликс словно с неба свалился. Со бы это ему сказал, но заезженная фраза к такому существу неприменима (хотя кто бросил двусмысленную несколько часов назад?). Ли заметил Чанбина не сразу, несколько минут спустя, почти у входа в кинотеатр, поприветствовал его легкой улыбкой и помахал рукой. У Чанбина треснуло лицо, вида он не подал, хотя щекочущее чувство в районе сердца распускало его сдержанность по швам. — Здравствуй! — чуть-ли не кричит Со, подпрыгивая. — Привет…– едва заметно подняв уголки губ, отвечает. — Ослепительно выглядишь, словно с подиума! — чего нельзя сказать о Чанбине. Парень решил, что не будет выпендриваться и лишь сменит футболку (читать как: все более-менее вещи в стирке). Чанбин был в темно-синем джинсовом костюме, под который была надета черная футболка, тандем с повидавшими жизнь черными конверсами. Еще один забавный факт, который буквально вцепился парню в глаза, Феликс был выше него. Практически на голову. Сейчас, этот вставший на голову выше факт, был фаталити. Феликс сошел с подиума, а Чанбин рядом на ходулях. Такой трогательный комплекс. Белоснежка и гном, который смог. У Чанбина сейчас нервный тик начнется. Как жить вообще? — Да? Спасибо большое! К слову, я забыл спросить, а какой фильм? — совершенно невинно интересуется. Чанбин боялся этого вопроса, как снеговик температуры выше нуля. — Ну… Эм… Знаешь… — смекалка оставила поле боя, — Я решил взять на себя ответственность и… В общем… « Назови меня своим именем» — мозг держит оборону, — Ты не подумай ничего такого! Это мой любимый фильм… — так ты ж нечаянно два билета купил, не? Чет не сходится… В умении врать ему остается только посочувствовать. — Вау! Серьезно?! О мой бог! — восторгается светловолосый парнишка, — Это и мой любимый фильм тоже! У Чанбина треснуло лицо и отвисла нижняя челюсть. — Пр-правда? — Со своим ушам не верит, матушка-удача подсобила. — Да… Обожаю Шаламе. Не верится… Ты что за мной следишь, хен? — и снова мило улыбается, прикрывая лицо рукой. — Просто забавное совпадение. — рефлекторно чешет затылок. Ага, как же, следит конечно. — Скоро начало, может стоит идти? — А, да-да, конечно… — мысли кинулись на амбразуру и скончались, — Ты попкорн любишь? — спрашивает Бин, проходя мимо кассы. — Ага…– отвечает Ли, разглядывая афиши. — Нам два…сладких? — вопросительно, снизу вверх. — Ага… Стоп, чего! Нет! Нет, не нужно! — тянет блондин. — А все, уже все… — оплачивает и вручает Феликсу картонное ведерко с попкорном. В голове продолжает: « Такой же сладкий, как ты. ». Чанбина проще закопать, чем остановить поток глупых подкатов. Что поделать, часть его шарма. — Не нужно было…– не унимается. — Ну я же пригласил. — сдержанно тянет уголки губ вверх. Эх, сейчас бы его поцеловать… На этой фразе их разговоры прекратились. Оба вошли в зал и заняли свои места, в ряду для поцелуев. Весь фильм они сидели молча: Феликс был поглощен просмотром фильма и поеданием попкорна, Чанбин — Феликсом. Он украдкой смотрел на парня, ловил его мимику, жесты, эмоции, реакции. Особенно Чанбин ждал момента близости героев и реакцию Феликса на эту сцену. Парень боялся, что Ли все-таки не его поля ягода. Очень боялся. Вдох — сцена интимной близости, задержка дыхания, выдох — Феликс слегка покраснел, но глаз не отвел, внимательно наблюдал, с неким теплом, оттенком грусти. А у Чанбина внутри бомба взорвалась, жутко захотелось поднять парнишку с места и убежать вместе с ним неведомо куда, рассказать ему о своих чувствах, обнять крепко-крепко и поцеловать. Не в губы, нет, в щечку, так искренне и по-детски. Феликс заслуживает чисто и невинно. Чанбин с ним по-другому не сможет. У Чанбина внутри расцвело нечто хрупкое, воздушное, уязвимое, такое лепестковое… Со ни к кому никогда такого не питал, все сводилось, зачастую, к примитивному желанию, но не с ним. С Феликсом как-то все иначе, благороднее что-ли. Парень сам не до конца сознает, что с ним творится. Одно только понимает, ему с ним хорошо. Хочет, чтобы хорошо это длилось как можно дольше. Спустя два часа экран погас, лампочки в зале начали постепенно увеличивать яркость. Свидание закончилось. А может и нет. — Хух…– встает с места и потягивается Со, — Спина чертовски затекла… — Да… — потягивается, не вставая с места блондин, — Ты чего попкорн не доел, хен? — замечает, —Ну вот, теперь мне неловко. — чуть надувает губки. — Эй ты чего? — незаметно для себя хватает Ли за плечи и чуть сжимает, — Просто я настолько люблю этот фильм, что мне не до еды. — уводит в другую сторону и виновато улыбается. — Хороший фильм. Жизненный. — В каком плане? — парень ловит нотку разочарования в голосе Феликса. — Ну… Да так… Ничего такого, пустое… Не бери в голову.– и снова улыбка, только на этот раз, как маска. — Послушай, Феликс, — серьезно заявляет, — я не люблю, когда люди что-то не договаривают, так что, пожалуйста, если не сложно, не оставляй этот момент в воздухе. Я все равно задам вопрос, неважно когда. — Чанбин давит, он сам чувствует этот натиск, но ничего поделать с собой не в силах. Ему больно возвращаться в реальность, где Феликсу могли сделать больно. Есть вероятность, что очень. — Если можно, то без подробностей, ладно? — получает одобрительный кивок, — Без подробностей — точь-в-точь сценарий фильма: я влюбился в человека старше, мы любили друг друга, вернее, я любил, а он… Возможно нет, не могу знать. Конец ты видел… Он… — грусть с болью заставляют поджать губы, в глазах скапливаются капельки. Вопрос задел рану. — Понятно… Извини, что спросил… Я думаю этот мужчина очень сожалеет. В ответ ничего. Всегда ли молчание знак согласия? — Послушай, Феликс, ты самый невероятный парень, которого я когда-либо встречал, серьезно, — язык у Со сам по себе начал говорить диктуемое сердцем, а руки начали сжимать плечи Ли крепче,— То, что так сложилось, не твоя вина. Твоя вина лишь в том, что ты сожалеешь об этом человеке, горюешь. Я не знаю всех подробностей, да мне и не нужно. Я только знаю, что ты заслуживаешь самого лучшего. Не только человека. Ты невероятный. — секунду на вдох, — И … Ты мне нравишься! — на выдохе, с зажмуренными глазами. Чанбин попал в петлю молчания и в глаза, как у олененка, в которых читается… Согласие? Облегчение? — Спасибо большое, хен. До встречи. — парнишка вырывается из рук Бина, встает с кресла и покидает зал. Бирюзовый берет скрывается из поля зрения. — Пока…– битва проиграна. Со проклинает свою самонадеянность. Чанбин ненавидит свою эмоциональность, свое безудержное стремление сказать, неумение молчать, сдерживаться. Сейчас, допустим, он идет и отыгрывается на жестяной банке энергетика, гневно пиная ее. Все должно было быть иначе. Чанбин не должен был тянуть, не должен был давить. Должен был проводить Феликса до дома, попутно рассказывая какую-то чепуху, Феликс должен был лучезарно улыбаться и заливисто смеяться, по дороге Со должен был купить ему мороженое и предложить встретиться снова. Но эмоциональность Чанбина решила все за него. Кажется, Феликс теперь закроется от него еще больше. Чанбин ввалился в квартиру разбитым, мрачным, одним словом, огорченным. Как тут не грустить, когда своими же руками счастье рушишь? Около одиннадцати ночи экран телефона Бина загорелся. Новое сообщение. Со понятия не имел, от кого оно может быть, но, увидев отправителя, мгновенно пришел в себя. Одуванчик: Здравствуй, Чанбин, извини, что так поздно. Я бы хотел извиниться за сегодня. Мне предельно неловко. Не знаю, что на меня нашло. И спасибо. Ты меня вдохновил! Я бы хотел загладить вину, так что, если не занят, пожалуйста, приди завтра вечером в магазинчик, ближе к закрытию. Буду ждать. Доброй ночи.

Халк:

Привет, Феликс. Хорошо. До завтра. Доброй ночи.

Статус: отправлено.

Чанбин за долю секунды прочел сообщение, еще за долю написал ответ, через секунду понял, что получилось очень сухо, скомкано и грубо, откинул телефон в сторону и ударил себя по лицу. За что Феликс хочет загладить вину? Единственный виноватый здесь — Чанбин. На что он мог вдохновить? С него пример брать точно не стоит… В монотонном ожидании и тумане неведения Со провел половину следующего дня, так и не заснув ночью. Дедушка, как на зло, закрыл кафе и уехал к родителям в деревню, смены по доставке еды у Бина сегодня нет, цветы в салон доставлять не нужно, да и последнее это место, куда хотелось бы идти. Стыдно ему перед флористом и все тут. Нелепо вышло. В двадцать два мозгов, как у комара. Выпал полноценный выходной, а он будто не дома, а в тюрьме отбывает. До нужного часа Чанбин проходил на иголках. Дома убрался, вещи перебрал, три стирки закончил, высушил. Занимал себя чем угодно, лишь бы не думать. Наконец он решил приземлить пятую точку в районе софы и включил телевизор. Моментально ушей коснулась знакомая мелодия: « Memories follow me left and right I can feel you over here, I can feel you over here You take up every corner of my mind (of my mind) »… Чанбин вскочил и побежал в свою комнату; натянул на себя футболку, джинсы, толстовку и кепку; взял телефон и ключи, обулся и выбежал из квартиры, словно ошпаренный. А по комнате продолжало разноситься: I can feel you over here, I can feel you over here You take up every corner of my mind (what you gon' do now?)… Такси доставило Бина прямо к порогу Эдема. По телу разносилась дрожь, ноги обернулись ватными, суставы шарнирными, в голове пустота. Поднявшись по лестнице, Чанбин не решился войти, застрял на пороге, наблюдая через стекло, как светловолосый флорист кропотливо собирает букет в фиолетово-голубой гамме. Чанбин любил вот так наблюдать, как Феликс занимается тем, что любит. Каждое движение Ли выдавало, что он обожает свою работу: то как он старательно творит букеты, то как трепетно заботится о цветах, то как ведет блог в инстаграм и рассказывает о том, как продлить удовольствие созерцания растениями. Чанбин сам пропитался этой любовью, от того и влюбился. В искренности вернее всего пропасть. Со залипает так на несколько минут, пока флорист не замечает его и не подзывает к себе. Вдох-выдох, дверь открывается и Чанбин входит внутрь без возможности отступить. Шаг навстречу сердцу без возможности на попятную. Его встречает Феликс, с улыбкой и букетом в руках. Букет этот состоит из трех веток фиолетовой сирени и нескольких десятков незабудок ярко-голубого цвета вокруг, обернутых в ярко-синего цвета бумагу. — Здравствуй. — Привет… — Послушай, я…– продолжить у него не получается. — Нет, — мотает головой, — не нужно ничего говорить, пожалуйста. Просто прими этот букет в знак моих извинений. — пока блондин говорит это, Чанбин замечает, как у него дрожат руки, как краснеют щечки, а губки чуть сжимаются. Он волнуется, ежу понятно. — То, что я сказал вчера… — Нет! Прошу, не продолжай, я начинаю чувствовать себя глупо… — и впихивает Бину в руки букет, обнимая себя за локти. — Хорошо, спасибо и… Извини за вчера, я то же не знаю что на меня нашло. И…– пауза, — Я бы тоже хотел загладить вину… Правда, я не знаю как… — Все хорошо, правда. Все просто отлично. Не нужно извинений. Пожалуйста, возьми букет и иди домой, хен. — Но… — Не нужно. Это моя просьба. Прошу. — в глазах у парнишки читается неловкость в миксе с чем-то… Чанбин пока не понял, но будто чувствовал похожее. — Ладно. Пожалуйста, прошу, напиши, когда будешь готов встретиться. Я буду ждать. — Хорошо! — такого ликования Бин не ждал. — До встречи. — Да. Все же все вышло неловко и сумбурно и на этот раз. Чанбин собирался извиниться по-человечески, объяснить ситуацию и донести более деликатно свои чувства. Он вышел из салончика, спустился по лестнице и перешел дорогу, как вдруг телефон издал вибрацию — пришло новое сообщение. Со вытащил его из кармана, глаза расширились — на экране сообщение от Феликса, затем еще одно и еще… : Одуванчик: ! 1 новое сообщение! Знаешь, есть не только язык как средство речевой и письменной выразительности, думаю, ты знаешь, что есть масса иных способов донести свои мысли и чувства до другого человека. ! 2 новых сообщения! На языке цветов… ! 3 новых сообщения! Незабудка означает постоянство, воспоминания, верность, а еще … ! 4 новых сообщения! Искреннюю и истинную любовь… ! 5 новых сообщений! Фиолетовая сирень — … ! 6 новых сообщений! «Мое сердце принадлежит тебе!» ! 7 новых сообщений! Ты мне тоже очень нравишься, Чанбин… А Чанбин словно не здесь, словно то, что он увидел не реально. Он что уснул пока ждал?

Халк:

Завтра, в семь, у салончика. Теперь моя очередь дарить тебе цветы.

Статус: просмотрено.

А у Феликса в голове: « Моя очередь дарить тебе любовь».