Más tarde

      Ему было дерьмово. Нет, даже не так, невыносимо, отвратительно, до охренения паршиво. Он держался, как мог, всё это чертово время, с момента, как получил письмо от матери, где она писала, что он должен присутствовать на заседании. Услышав приговор и увидев отрешённое лицо отца, сидящего в кресле в цепях, Хантер не ощутил ничего, кроме пустоты.       Удивительно, ему казалось, что он всё же любит отца, и такая, казалось, страшная новость не принесла ему даже невыносимой боли. Была только пустота и раздражение, от того, что каждый в зале суда решал своим долгом подойти и сказать «сочувствую», будто это решит все проблемы.       Особенно мать. Он чувствовал всеми фибрами души, с каким состраданием она смотрит на него. Ей даже не требовалось говорить что-то на эту тему, он это просто ощущал, сочувствие сочилось из неё. Ему было невыносимо находиться рядом с ней и ловить все эти грустные взгляды. Он хотел стереть это выражение с её лица. И, когда она наконец заговорила об этом, он сорвался. Не только на неё — на себя, на всех. Собрал вещи и просто сбежал. В чёртов Лондон.       Интересно, что бы подумал отец на то, что он водится со сверхъестественной хренью?       Хантер мрачно усмехнулся своим мыслям. Его убили, вернее казнили, поэтому, собственно, нет никакой разницы, что он там подумает. Теперь нет.       Хантер всегда умел искусно врать, особенно когда находился с отцом. Ложь и притворство были частью его жизни несколько лет, и иногда он сам поражался тому, насколько он прекрасный актёр. Но он никогда не лгал самому себе. И сейчас, стараясь быть честным с собой, он безрадостно понял, что ему приятно общество этих психов, которые пытаются открыть нечто невероятное. Да и он сам был таким, как они.       Какой кошмар. Ему действительно было приятно находиться рядом с этими людьми. Почти всю его херову жизнь отец втирал ему простую истину о том, что люди бывают либо элитными аристократами, либо неудачниками, и уж лучше относиться к первым, а если ты будешь сопли жевать, кто-то другой сделает этот выбор за тебя. Только ты об этом не узнаешь. Поэтому жизнью, желаниями, мнением и предпочтениями Хантера никогда не интересовались, иногда он считал, что его воспитывают как робота, на которого можно возложить большие надежды. Рассказывали, что неудачники подобны предателям крови или что-то в этом роде, что чудес не бывает и всё тому подобное.       Хантер видел, как проливается кровь «неудачников», как же много крови он видел за эти годы. Тёмно-бордовая, вязкая, отвратительно пугающая. Чистая. У них была такая же кровь, как у него, у отца, у любого. Херова бордовая кровь, абсолютно не грязная. Все его убеждения о чистоте крови полетели к чёрту, когда он так много видел её за последнее время. Словно всё, во что он верил все эти годы, было фальшивкой. И, как оказалось, вымысел — правда, запрятанная в ложь, и правда вымысла достаточна проста: магия существует.       — Эй, блонди, всё в порядке? — только сейчас Хантер увидел в проходе Эмиру.       — Да, всё нормально, — кивнул парень и жестом пригласил близнецов войти, — просто задумался.       — На тему? — спросила Эмира и села на пол рядом с диваном, на котором расположился Хантер.       — Что мы будем делать, — парень кивнул на свою руку, — у Луз вечные сны, эти камни постоянно светятся, а Белос, кажется, что-то знает, но скрывает. Что, если в итоге всё обернётся чем-то ужасным? Нужно всё продумать.       — Всё становится гораздо сложнее, когда ничего нельзя сделать. Когда задыхаешься, например, — ответила Блайт, закусив губу, — но решение можно найти даже в подобной ситуации. А твоя рука... Уиллоу готовит тебе чаи, которые уменьшают боль, думаю, мы справимся.       — Ладно, не будем о грустном, — улыбнулся Хантер, — а где Эрик?       — Я к тебе как раз по этому поводу, — на лице девушки тут же появилась ухмылка, — ты на него запал?       — Что? О чём ты?       — Не строй из себя, — фыркнула Эмира, — я же вижу.       — Допустим, — кивнул Хантер, — это проблема?       — Нет конечно, у меня просто появилась гениальная идея.       — Пахнет самокритикой, — съязвил парень, но всё же продолжил слушать.

***

      Эмити с Луз сидели в библиотеке, окружившись книгами, в которых можно было найти какой-нибудь перевод. В руках Блайт сейчас был дневник, открытый в середине, они уже около двух часов сидели на полу и ничего не могли понять — на страницах были нарисованы какие-то странные рисунки, чуть позже Носеда узнала в одной и книг, что это глифы, но что с ними делать девушки не знали. Брюнетка даже предлагала испытать их, нарисовать на листе, но вторая лишь усмехнулась и сказала, что это глупо, сама она даже предположений не имела по этому поводу.       Под рисунками, которых было всего четыре, Эмити нашла какие-то записи, сделанные на испанском — тут на помощь пришла как всегда Луз, которая с лёгкостью перевела.       — Смотри, здесь написано, — девушка указала пальцем на первую строку. — «Это магия, которую может использовать обычный человек».       — Чего? Какая магия? — удивлённо уставилась на неё Блайт.       — «Волшебники и ведьмы использовали специальные посохи, чтобы колдовать, но я, не умеющий этого делать, смог придумать глифы», — продолжала брюнетка. — Очень интересно, где он смог найти волшебников?       — Что-то мне кажется, что человек, который всё это писал, был под чем-то. Надо же такое придумать, — заулыбалась девушка. — Ты веришь в это?       — Ну, если мы можем найти какие-то волшебные камни, что описаны в этом дневнике, то, наверное, стоит поверить, — пожимая плечами, ответила Носеда. — Так, давай продолжим узнавать насчёт этих глувов.       — Глифов, — поправила её Блайт, смеясь.       — Я так и сказала! — нахмурившись, но потом резко заулыбавшись, ответила Луз. — «Глифы — стихии, которые я смог покорить. Основные и самые важные из них: огонь, лёд, растения и свет».       — А почему нет воздуха и воды? — в слух поинтересовалась Эмити, рассматривая картинки. — Какие-то они странные.       — Ну, лёд и вода это теоретически одно и тоже, а вот насчёт воздуха не знаю, — пожимая плечами, продолжила брюнетка. — «Комбинируя эти четыре глифа, я смог сделать девять заклинаний, которые тоже используются на письме».       — Заклинания? Такое тоже может быть?       — Угу, — кивая, произнесла Носеда. — «Чтобы получить заклинания, нужно скомбинировать несколько глифов. Все четыре я никогда не использовал одновременно, потому что это опасно — неизвестно, что может получиться в итоге».       — О. Это то, что нам нужно, — засмеялась девушка.       — Эмити, ты уверена? — брюнетка перевела взгляд на подругу, которая сейчас выводила все четыре глифа на листке бумаги. Конечно же никто не знал, какая именно должна быть комбинация и как правильно их писать.       — Абсолютно, — Блайт нарисовала их в ряд, откидывая карандаш в сторону и начиная смотреть на них, пытаясь придумать как сделать так, чтобы они заработали. — Есть предположения?       Луз лишь кинула взгляд в дневник, пытаясь найти нужную строчку, в которой говорится, как можно это сделать. Все попытки найти что-то были тщетны.       — «Эта магия опасна в человеческом мире, поэтому я всегда использовал её за дверью».       — Что за дверь? — нахмурилась девушка. — Почему он не мог подробно всё расписать в своём дневнике, так ещё и на английском? Зачем нужно было на испанском? — продолжала она.       — Потому что тогда бы всем всё было бы понятно. Может быть он хотел, чтобы это узнали лишь избранные?       — Ты думаешь, что мы избранные? — усмехнулась Блайт.       — Ну да, — заулыбалась Носеда.       — Самоуверенная.       — Кто бы говорил, — толкнув в плечо девушку, продолжила Луз, смеясь.       — Так ты поможешь? — спросила Блайт, указывая взглядом на листок с глифами.       — Ну, куда мне деваться? — риторический вопрос и поворот в сторону девушки.       Брюнетка уселась в позу лотоса, ставя локти на колени и упираясь в них головой. Теперь стоило напрячь мозг и попытаться придумать, как и что с ними делать. Ничего в голову не лезло. Девушка просто смотрела на эти рисунки, не зная, что с ними делать. Были предположения прочитать какие-то заклинания, это ведь магия наподобие магии волшебников и ведьм, а они, когда колдуют, что-то произносят.       — Может стоит что-то произнести?       — А в дневнике об этом что-то написано? — не отрывая взгляда от листка, поинтересовалась Эмити.       — Не-а.       Блайт лишь кивнула, пытаясь придумать. Что можно сделать с листом бумаги, чтобы получилась магия? Взяв в руки листок, она начала его вертеть из стороны в сторону.       — А если коснуться его рукой? — поднимая взгляд, девушка просмотрела на подругу, у которой в глазах был некий вопрос.       — Ты думаешь, что из-за касания рукой что-то получится? — не веря в слова Эмити, брюнетка недоверчиво кинула взгляд сначала на девушку, а потом и на листок с глифами.       — Попробуй, — подтолкнув лист к Носеде, Блайт поудобнее устроилась, включая видео запись на телефоне, чтобы хоть как-то это запечатлеть.       — Ты серьёзно? — то ли насчёт глифов, то ли насчет съемки.       — Вполне. Давай уже.       — Ладно, — посмотрев сначала в камеру, а потом на Эмити, брюнетка улыбнулась. — Мы проводим эксперимент, так что если он не получится, то мы даже, — показывая кавычки, продолжила Носеда, — не обидимся.       Эмити лишь тихонько засмеялась, наблюдая за тем, как Луз сосредотачивается, прикрыв глаза. Почему-то девушка была уверена, что у подруги всё получится, но торопить её не стала, ожидая, когда та сможет собраться с духом. Носеда перевела дыхание, открывая глаза и смотря на Блайт, та лишь кивнула. Брюнетка улыбнулась и перевела взгляд на листок.       — Удачи мне, — тихо прошептала она, медленно опуская руку на глиф, при этом боязно прикрывая глаза, потому что она не знает, что ожидать.       Когда рука коснулась рисунка, то Луз почувствовала, как кожу что-то обожгло, и она интуитивно открыла глаза, видя перед собой небольшой оранжевый шар, который издавал свет. Открыв рот в немом шоке, Носеда перевела взгляд на Эмити, которая, подняв брови вверх, продолжала снимать, улыбаясь.       — Серьёзно? — воскликнула брюнетка, отскакивая подальше от шара.       — Ага, — прохрипела Блайт, выключая телефон и кладя его на диван. — Офигеть. А почему он написал, что это опасно?       — Не знаю.       — Ладно, это один вопрос, а второй: как выключить эту фигню? — спросила девушка, недоверчиво поглядывая на этот огненный шар.       — Не знаю.       — Боже, у кого я спрашиваю? — возмутилась Эмити, беря с пола кружку с остывшим чаем и поливая его водой — потух.       — Ого, — восхищённо произнесла Носеда, поддавшись чуть вперёд. Девушка оказалась в паре сантиметров от лица Блайт. — Спасибо, принцесса, ты прям спасла нас.       — А то, — Эмити самодовольно улыбнулась, даже не думая смущаться.       В этот момент в библиотеку почти вбежал Август. Парень прокашлялся в ладонь, привлекая к себе внимание. Луз слегка раздражённо выдохнула, повернувшись к другу.       — Детка, я ухожу на встречу, — Гус подмигнул подруге, покрутившись перед ней. — Как я выгляжу?       — Ты хотел сказать «на свидание»? Потрясно, как и всегда, дорогой, — улыбнувшись, ответила Носеда.       — Вы ещё поцелуйтесь для полного счастья, — фыркнула Эмити. — С кем идёшь?       — С твоей мамочкой, — язвительно заметил Портер, ухмыльнувшись, — она тебе разве не говорила?       — Фу, друг, надеюсь, ты никогда не пошутишь так про мою мать, — скривилась Луз.       — Не переживай, детка, с ней мы уже расстались.       — Иди на хер, Портер, — Луз рассмеялась, показав другу средний палец. Тот рассмеялся и, послав подруге воздушный поцелуй, пританцовывая, вышел из библиотеки.       — Носеда, я видела тут недалеко реку, не хочешь сходить туда?       — Да, можно, — Луз слишком быстро согласилась, что могло быть похоже на то, что она только этого и ждала, хотя, может, так и есть. Девушка спешно попрощалась с Эмити и почти вылетела из библиотеки, вернувшись к себе в комнату. Луз глубоко вздохнула, закрыв за собой дверь.       — Так, девочка, успокойся.

***

      В дверь кабинета настойчиво постучали. Идалин откинулась на спинку кресла, предварительно бросив ленивое «войдите». Посетитель не заставил себя долго ждать. Дариус захлопнул за собой дверь и тут же уселся напротив женщины.       — Клоторнчик, послушай, — начал тот, но Ида одарила его недовольным взглядом.       — Сколько раз я просила не называть меня так.       — Ладно, — с усмешкой фыркнул Дариус, — как дела, дорогая?       — У нас осталось два камня, — Ида закинула ноги на стол и зажала карандаш между верхней губой и носом.       — У меня предложение, — Дариус скрепил руки в замок, — сходим в ресторан через пару часов?       — Серьёзно? Мы только недавно домой вернулись, да и будет поздно.       — С каких пор одиннадцать часов для тебя поздно? Давай же, даже Рейн согласились, — сказал Дариус, покрутив в руках пустой стакан, стоящий на краю стола, — к тому же, я видел у тебя там охренительное чёрное платье, тебе надо бы в нём прогуляться.       — Ладно, пошлите, — улыбнулась Ида, — я и в правду как-то слишком заработалась       — Неужели, — Дариус закатил глаза, — неужели до тебя дошло, иди собирайся. Рейн будут ждать тебя в ресторане.       — Рейн?       — И я конечно же, что ты к словам прикопалась, — возмутился мужчина и вышел из кабинета.       Ида проводила его взглядом и, глубоко вздохнув, подошла к шкафу. После появления Хантера, да и всех остальных её жизнь чертовски изменилась. Она, конечно, подозревала, что когда-то это произойдёт, но думала, что будет к этому готова. Но, как оказалось, нет. Эти ребята за несчастный месяц стали её семьей.       Клоторн быстро переоделась и вышла из комнаты. Проверив телефон, она лишь увидела сообщение от Дариуса с адресом ресторана. Женщина быстро спустилась в гостиную, где сидели Эмира и Хантер.       — Я ухожу, меня, наверное, долго не будет, — предупредила Ида.       — Ага, мы уже в курсе, Дариус рассказал, — быстро ответила Эмира, не отрываясь от фильма.       — Ну, конечно, — хмыкнула Ида и вышла из дома. Она села в такси, которое уже подъехало, хоть она и не заказывала. Даже гением быть не нужно, чтобы догадаться, кто это сделал.       Дорога до ресторана не была долгой, а, может, Ида и не заметила счёта времени за своими мыслями. Женщина вышла из машины, поправила чёрное платье чуть выше колен и, откинув волосы назад, зашла в помещение. Яркий свет первое время ослеплял, но когда глаза привыкли, Идалин осмотрелась. Найдя в самом дальнем углу у панорамного окна знакомого человека, Клоторн, улыбаясь, подошла к столику.       — Рейн, — она учтиво кивнула, будто это была важная деловая встреча, и рассмеялась, когда Уиссперс поклонились, поцеловав её ладонь. Женщина села за столик, посмотрев в окно, за которым открывался прекрасный вид на лес. Почему-то от этого зрелища становилось легко.       — Дариус? — спросили Рейн, смотря на Иду.       — Столик на двоих, — парировала женщина, — этот чёртов гадёныш заказал нам столик, а сам сейчас скорее всего сидит с бутылкой виски.       Рейн рассмеялись, согласно кивнув. Уиссперс подозвали официанта, делая заказ.       — И можно, пожалуйста, креветки для дамы, — Рейн запнулись, посмотрев на Иду, — ты же, полагаю, всё ещё любишь креветки?       — Да.       — И, пожалуйста, красного вина, — официант кивнул и, улыбнувшись, ушёл, предупредив, что заказ будет готов через минут двадцать.       За это время пара обсудила неважные темы. Пару раз затронули работу и, наконец, приступили к еде. Ида восхищённо промычала и откинулась на спинку стула. Ruth B — I see forever in your eyes (Slowed Reverb)       — Просто великолепно, — Клоторн наколола на вилку картошку и, улыбаясь, протянула Рейну, который, недолго думая, наклонился чуть вперёд, чтобы съесть.       — Да, ты права, — Рейн закусили нижнюю губу и слегка нахмурились, что не скрылось от внимательного взгляда Клоторн. Но она не стала давить на него, поэтому молча посмотрела в окно, наблюдая за тем, как ветер играет с деревьями. Почему-то захотелось запомнить этот момент. Будто это было в последний раз.       — Ида, — из размышлений женщину вырвал голос за спиной. Она развернулась, увидев перед собой Рейна, стоявших на одном колене. От увиденного Клоторн на несколько секунд перестала дышать.       — Рейн?       Уиссперс достали из кармана брюк тёмно-синюю бархатную коробочку и, открыв её, продолжили:       — Мы с тобой уже давно знакомы, даже слишком, — они слегка неловко улыбнулись, — в общем, я не буду тянуть. Ты самая прекрасная женщина, которую я знаю. Ты выйдешь за меня?       — Я, — Ида не была так растеряна ещё никогда в жизни. Воздух выбился из лёгких, а руки дрогнули.       Уиссперс пристально посмотрели на неё, их губы приоткрылись.       Идалин тысячу раз видела нечто подобное в фантазиях, но никогда это не было так… Она закрыла глаза, умоляя, чтобы видение продлилось, чтобы её сердце билось ещё немного, прежде чем всё исчезнет, словно туман.       Она открыла глаза, всё осталось прежним. Ида улыбнулась.       — Конечно выйду, — Рейн одели на палец девушки кольцо, выполненное в виде цветка. Женщина довольно просияла и, взяв лицо мужчины в руки, притянула для поцелуя.       — Наконец-то, — рядом раздались хлопки. Пара тут же повернулась в сторону, увидев перед собой Дариуса.       — А ты, говнюк, я сразу всё поняла, — рассмеялась Клоторн.       — Я ещё и говнюк, — возмутился Дариус, — Рейн, скажи своей жёнушке, чтобы хотя бы поблагодарила меня.       — Иди сюда, сводник херов, — Ида притянула того, крепко обняв.       — Дай посмотреть кольцо, он мне его даже не показал.       — Потому что если бы показал, то ты бы всему городу растрындел, — фыркнули Рейн.       — Да ладно тебе, не бухти, — Дариус усмехнулся и уселся за стол, — так, думаю, я заслужил хороший ужин. Вы платите.       Ида лишь рассмеялась, стукнув его в плечо.

***

      — Эм, я уже выбрала, что надеть, зачем ты выбрасываешь мои вещи из шкафа? — натягивая на себя фиолетовый топ, спросила Эмити.       — Так ты же вроде её ненавидела, — начал Эдрик, лежавший на кровати, — а теперь позвала её погулять.       — Как подругу, хочу наладить отношения.       — Ну да, — в один голос заметили близнецы, — как подругу, а ещё вы будите гулять по дружеской дружбе.       — Так, все успокойтесь, я серьёзно, — Эмити подавила улыбку и, поправив юбку, послала старшим воздушный поцелуй, выходя из комнаты. Закрыв дверь, Блайт подняла голову и увидела перед собой Луз, из-за неожиданности вздрогнув.       — Прости, принцесса, не хотела тебя напугать.       — Ты и не напугала, — Эмити приподняла подбородок. — Ты готова?       — Как ты угадала? — рассмеялась Луз.       — Не поверишь, я умею читать мысли.       Девушки шли по узкой тропинке. Река журчала дразняще близко, тропка петляла между деревьями — то тут, то там им открывался вид на подъездную аллею, — но всё время под уклон, дальше от дома. Лес закончился, начался каменистый луг. Луз взяла Эмити за руку, помогая ей спуститься.       Река текла стремительно, лёгкая рябь поблёскивала при свете луны; по обоим берегам трава спускалась к самой воде, жёлтые и голубые цветы склонили свои головки. За пологим склоном начинался ещё один луг, а за ним, далеко — высокие холмы, так же озарённые луной. Ruelle — War of Hearts       — Здесь очень красиво, — заметила Эмити. Девушки сели на каменистый берег.       — Почему у тебя руки холодные? Ты замёрзла? — спросила Луз, наконец отпустив Эмити. Девушка взяла один камешек, бросив его в воду. — Ого, а тут глубоко.       — Нет, я не замёрзла, — ответила Эмити, — они всегда холодные.       — Поэтому Эдрик всегда делает тебе горячий шоколад утром? — не сказать, что Луз прямо наблюдала за ними, нет. Скорее, она была внимательной.       — Да, у них с Эмирой эта привычка появилась, наверное, ещё когда мне было лет десять, — улыбнувшись, заметила Блайт.       — Как ты познакомилась с Уиллоу и Августом?       — О, это забавная история, — Луз легла на спину. Блайт решила последовать её примеру, — они пришли в кафе, где я работаю. Официант заболел, и я в тот день была одна за двоих. И так вышло, что я приготовила Августу не тот кофе, он разозлился, мы устроили скандал прямо посреди заведения. Только Уиллоу смогла нас успокоить.       — Наверное, они хорошие друзья, — заметила Эмити.       — Знаешь, нет хороших друзей и нет плохих друзей. Есть только люди, с которыми тебе необходимо быть рядом. Люди, которые навсегда поселяются в твоём сердце.       — Смотри, — Эмити подняла руку вверх, показав на одно из созвездий, — это Кассиопея. Одно из самых ярких созвездий.       — Принцесса, да ты у нас звёздная фанатка? — Луз повернулась на правый бок, чтобы лучше видеть лицо собеседницы. Подул лёгкий тёплый ветер, который донёс с собой уже знакомый запах карамели.       — Заткнись, — смеясь, ответила Эмити.       — Ты пишешь стихи? — Луз как-то слишком резко сменила тему, что могло показаться странным, хотя вряд ли.       — Да, — кивнула Блайт. Девушка не знала, чем думала в этот момент, видимо, ничем, либо что-то в ней изменилось, поэтому она продолжила: — Могу прочитать одно из них, правда, оно незаконченное.       — Да, конечно давай, — восхищённо воскликнула Луз.       — Её волосы пахнут дёгтем, плойкой и лавандовым маслом, Неисправным феном, чужой подушкой, корицей и тмином. Отвратительно притягательно, до безумия живо. Она улыбается мне и проходит Мимо.       Эмити немного поморщилась. Она никогда никому не читала свои черновики. Не то чтобы не доверяла, просто не любила незаконченное показывать. Почему Луз? Почему именно ей? Она не знала.       — Вау. Это очень красиво, — воскликнула Носеда, — у тебя талант, принцесса.       — Слушай, — начала Эмити, — может, я лезу не в своё дело, но почему ты решила всё оставить и ввязаться в это?       — Я поссорилась со своей матерью. У нас с ней не лучшие отношения. И в тот день, когда я ночевала у вас, я ушла из дома, — Луз села, рассматривая свои руки, — мы до сих пор не помирились. Я не знаю, почему.       — Каждый из нас чего-то боится, может, именно поэтому вы ещё не помирились. Ты боишься, что у вас не получится?       — Может быть.       — Послушай, — Эмити положила руку на плечо девушки, — может, ты попробуешь, просто поговорите. Вдруг она захочет изменить ваши отношения.       — Я схожу к ней, — пообещала Носеда. — Завтра.       — Если хочешь, я могу сходить с тобой.       — Спасибо, — Луз кивнула, положив руку на ладонь девушки и посмотрела на воду. Из-за ясного неба и яркого света луны было светло, можно сказать, как днём. Носеда внимательно всмотрелась в прозрачную гладь, на дне что-то сверкало. — Смотри.       — Что это? — спросила Эмити, проследив за взглядом Луз.       — Сейчас узнаем, — девушка стянула с себя толстовку, оставшись в одном топе и шортах. Носеда зашла в воду по колено. — Там глубоко, я сейчас нырну, ты стой здесь.       — Хорошо, — Луз кивнула, проходя дальше. Когда она вода стала примерно выше пояса, Луз набрала в лёгкие воздуха и нырнула.       Эмити обеспокоенно стала ждать, переминаясь с ноги на ногу. Прошло уже достаточно времени.       — Она уже должна была вынырнуть, — в пустоту сказала Эмити. — Вот же чёрт.       Девушка сняла кроссовки и начала осторожно входить в воду. Острые камни впивались в стопы, из-за чего приходилось останавливаться. Но проходить дальше не пришлось. Луз вынырнула, оказавшись в нескольких шагах от Эмити. Блайт облегченно вздохнула и почти подбежала к Носеда, крепко обняв её.       — Ты почему так долго? — возмутилась Эмити. — Я испугалась.       — Я долго искала камень, — шмыгнув носом, ответила Луз. — Переживаешь за меня, принцесса?       — Ещё чего, — фыркнула Эмити, отстранившись, — просто потом мне предъявят, что я тебя утопила.       — Ну ладно, — Носеда скрыла улыбку за кашлем, — пойдём домой, а то заболеем.       — Да, идём.

***

      Все собрались в гостиной, чтобы отдать Иде камни, которые нашли. В общей сумме их насчитывалось около пять штук: самым первым был красный, который нашёл Хантер, потом фиолетовый, который был у Эмити, третьим был синий, который хранился у Августа, зелёного цвета был у Мэтта и желтый, который хранился у Луз.       Они все расселись на диване, ожидая, когда подойдёт Ида, которой нужно было отдать камни.       — А что она с ними будет делать? — в слух поинтересовался Эдрик.       — Съест, — ответила Эмира. — Эд, голову включай.       — А ты не дерзи, — возмутился парень.       — Прекратите, — крикнула Эмити, нахмурившись. — Что вы, как дети малые?       — Мелким слово не давали, — заулыбалась близнец.       На эти слова Блайт лишь закатила глаза, поворачивая голову в сторону друзей, которые о чём-то оживлённо говорили, смеясь. Носеда что-то рассказывала, жестикулируя руками и улыбаясь, часто кидая мимолётный взгляд на девушку. Эти действия от брюнетки она пыталась игнорировать, осматривая комнату, как будто делая вид, что тут что-то изменилось. Ей хотелось, чтобы поскорее пришла Клоторн.       — Прикинь, огромный шар. Я сама аж офигела! — вскрикнула Носеда, показывая руками масштабы.       — Правда? — поинтересовалась Парк, радуясь за подругу, что она смогла что-то узнать новое.       — Ага. Спасибо Эмити, которая спасла нас, потому что я не знала, как можно было бы потушить эту фиговину.       — Меня бы позвали, я бы вас точно спас, — заулыбался Портер.       — Гус, ты всегда будешь нашим героем, — положив руку на сердце, проговорила Луз, рассмеявшись.       — Я вообще-то серьёзно, — немного обиженно произнёс парень.       — Ну не обижайся, — нежно улыбнувшись, брюнетка крепко обняла друга, положив голову ему на плечо. — Люблю тебя, мой друг.       — Фу, — захихикал брюнет.       Их веселье прервало хлопание двери и чьи-то голоса, что доносились из коридора. Через пару минут в комнате появились Рейн и Клоторн, которые держались за руки и улыбались.       — Так, детишки, у меня для вас хорошая новость, — заулыбалась женщина, косо поглядывая на своего жениха.       — Мы все во внимании, — проговорил Дариус, зная, о чём Идалин будет сейчас им говорить.       — Я знаю, что сейчас мы собрались здесь для того, чтобы собрать все камни в кучку, но есть новость, которая обрадовала меня, и я думаю, что вы тоже будете рады.       — Ид, не тяни, — улыбнувшись, произнесла Носеда.       — Мы с Рейном женимся! — закричала она, показывая их сцеплённые руки, если приглядеться, то можно заметить на её безымянном пальце кольцо с камнем.       — Ого… Это круто! — завизжала Луз, вскакивая с дивана и подбегая к женщине, обнимая её.       За девушкой последовали и другие. Все стали их поздравлять, крепко обнимая и говоря, что они рады за них. Клоторн даже успела пустить слезу, которую сразу же вытерла рукавом, улыбаясь и благодаря всех.       — Так-так, ладно. Мы здесь собрались не за этим, — Идалин кинула быстрый взгляд на Луз. — У нас все камни?       — В дневнике написано, что их пять, и у нас их тоже пять, — брюнетка подошла опять к Клоторн и положила ей в руку камень жёлтого цвета, её примеру последовали и другие, у кого в карманах лежали артефакты.       — Ого, — усмехнулась она, потому что одной руки не хватило.       — Ид, а что ты будешь с ними делать? — всё-таки спросил Эдрик.       — Секрет, — подмигнув ему, женщина положила камни в сумку, закрывая молнию, чтобы не потерять. — Хорошо, что мы смогли их все найти. Это радует. Думаю, что дальнейшие действия мы проделаем завтра, потому что сейчас уже поздно, и маленьким деткам пора спать, — это Клоторн, и никто даже не удивился.       Все просто дружно посмеялись и разошлись по своим комнатам.

***

      Август и Луз сидели на кухне. Было уже поздно. Кажется, час ночи. Носеда сделала себе кофе, достав из шкафа маршмеллоу.       — То есть, ты ходил на свиданку с Метом? — спросила Луз, постучав пальцем по столу.       — Это не свидание, а деловая встреча, — парировал Гус.       — Ага, я так и поняла, — улыбнулась девушка. — Ты запал на него?       — Так, детка, успокойся, я ещё сам не знаю, — рассмеялся парень.       В кухню вошла Эмити. Она выглядела немного растрёпанной. Неудивительно, нормальные люди в это время спят.       — Ладно, дети, я пошёл спать, — сказал Август, поставив пустую кружку в раковину. — Помоете за мной?       — Эй, твоя очередь, — но Портер уже поднимался по лестнице.       — Ты почему не спишь? — спросила Эмити, посмотрев на девушку, которая высыпала несколько зефирок на стол.       — Не знаю, не могу уснуть, какое-то странное чувство внутри, — Луз закинула в рот зефир, — а ты?       — Вышла воды выпить, — ответила Эмити и потёрла глаза.       — Понятно, — Луз расстроенно выдохнула, смотря на стол. — Ну вот.       — Что такое?       — Я ела зефирки по парам, а эта осталась одна, — сказала Луз, — ей теперь будет одиноко.       Девушка взяла в руки упаковку, достав оттуда одну штуку, и положила её на стол.       — Вот, теперь ей будет лучше, — Носеда улыбнулась и, вымыв кружки, пошла на выход. — Спокойной ночи, принцесса.       Эмити молча кивнула, продолжая смотреть на стол, где лежали маршмеллоу. Девушка взяла их в руки и, выключив свет, быстро побежала наверх. Она вошла в комнату близнецов, закрыв за собой дверь.       — Эмира, Эдрик, — оба тут же обернулись, посмотрев на сестру.       — Что-то случилось? — обеспокоенно спросили близнецы, встав с кровати. Эмити раскрыла руки, показав то, что держала.       — Маршмеллоу, она объединила кусочки, чтобы они не скучали, — объяснила Эмити.       — Луз? — спросила Эмира, младшая лишь кивнула.       — Это так мило, ещё она называет меня принцессой, — воскликнула девушка. — У меня от этого так сердце биться начинает, а потом так тепло. Я не знаю, что с этим делать. Что?       — Ооу, — Эдрик и Эмира переглянулись, положив головы на плечи девушки. — Нет, с этим ничего нельзя сделать.       — Но почему? Это так странно и больно.       — Чувства стоит испытывать, даже когда тебе больно, — ответила Эмира, погладив сестру по голове.

***

      Утро было неплохим. Луз проснулась довольно рано. Быстро собравшись, девушка спустилась на кухню. Она планировала пойти с Эмити, но решила не будить её и пойти до матери сама. Покормив Короля, девушка взяла с вазочки яблоко и, вызвав такси, вышла на улицу.       Через пару часов Носеда уже была в кафе, где работала. Купив кофе, девушка с энтузиазмом пошла в сторону дома. Это не заняло у неё особо много времени. Поэтому теперь девушка стояла перед домом. Сердце словно выпрыгивали из груди, собираясь разорвать её. Ноги так и не решались ступить дальше.       — Так, Луз, ты идёшь поговорить с мамой, в этом нет ничего страшного, — девушка вздохнула и подошла к двери. Та оказалась незаперта. Носеда, нахмурившись, толкнула дверь и шагнула вперёд. — Мам, ты дома?       Тишина.       — Мам? — Луз поставила рюкзак на пол. И прошла к лестнице, но увидела лежащую у дивана женщину. — Мам, ты в порядке?       Носеда прошла в гостиную. Девушка не смогла больше ничего сделать, даже дышать перестала. Посредине комнаты лежало окровавленное тело Камиллы. Её лицо исказила гримаса ужаса.       — Мам! — Луз не сразу осознала, что перед ней. Она подлетела к женщине, взяв за руку. — Мам! Это не смешно, я всё поняла, прости меня, я не хотела. МАМ!       Внутренности разрывало и сворачивало в тугой узел одновременно. Хотелось кричать. В глазах всё плыло из-за слез. Девушка не знала, что делать. Не понимала. Она не хотела воспринимать информацию о том, что Камилла умерла.       Луз сидела на полу, держа её за руку, когда кто-то взял её за плечо. Это был Август. Он помог девушке девушке подняться. Луз стояла, смотря на парня, который пытался ей что-то сказать, но она его не слышала.       — ЕЁ БОЛЬШЕ НЕТ! Этого не может быть, — продолжала отрицать Луз. — Мам, прости, я не хотела.       Носеда начала вырываться из рук Портера, но тот уже выводил девушку из комнаты, где стояли близнецы и Эмити. Всё происходило как в тумане. Луз надеялась, что сейчас проснётся, но этого не происходило, она продолжала извиняться и плакать на протяжении долгого времени.       — Луз, нам пора, — сказал Август, когда из дома стали выносить тело Камиллы. Девушка подняла пустой взгляд на парня.       — Я никуда не пойду. Оставь меня.       — Луз, — начала Эмити, но Портер удержал её.       — Просто подождём, — Блайт кивнула, поджав губы, и пошла вместе с остальными к машине.