Два интроверта

      Феликс ушёл, оставив Хёнджина одного осматривать свой блокнот, который будто тот впервые видел, и вертеть его, прикусив губу. Конечно, верить, что Феликс всё же не смотрел блокнот, будет трудно. По крайней мере, Хёнджин таких людей ещё не встречал. Все обязательно сунут свой любопытный нос. Однако ему хотелось верить, что младший всё же не соврал. Присев на подоконник, Хёнджин вгляделся в очертания деревьев через окно, оглядывая каждый листок. Ему встретился, среди зелёных, почти уже пожелтевших листиков, один красный, одинокий, находящийся далеко в тени. И как только тот его увидел? Ему было грустно смотреть на него, но он знал, что совсем скоро осень войдет в разгар, и все они будут одинаковые по цвету. Но всё же этот лист напоминал ему кого-то. Не желая вдаваться в меланхолию, Хёнджин со скрипом приподнялся с подоконника и пошёл в столовую. С чувством выполненного долга, Феликс вышел из-под лестницы и прошёл в общий зал, услышав объявление препода. Наверняка опять фигня какая, — подумалось ему, но он всё же решил узнать, что же там такое. — Дорогие студенты! На данный момент учёба только вошла во вкус, но по просьбе моей правой руки — Чжуцы, я решил устроить для вас объединяющие кружки, где вы можете познакомиться с людьми, у которых такие же интересы, как и у вас. Разве не здорово? ‐ мужчина потирал вспотевшие ладони, волнуясь, но всё же стараясь сохранить улыбку на лице, что больше делало его похожим на психа. — И это всё? — перебила его одна ученица, явно недовольная тем, что такая фигня считалась чем-то восхитительным, — Да туда никто не пойдёт! — Говори за себя, — внезапно встрял Феликс, считая, что это хорошая идея, да и отличная возможность для него. — Господин Чен, я с удовольствием буду ходить на них, — зыркнув на неё в последний раз, он повернулся и стал наблюдать за изменившимся лицом преподавателя. — Ой, я и не удивлена! Так и думала, что даже там ты всё равно будешь один! — Кичи была популярной идиоткой этого университета, которая очень бесила Феликса, кстати, вчера она и была той, кто опровергнул теорию о том, что той девушкой был Феликс. Пока те спорили, в зал вошёл Хёнджин, немного опоздав. Он присел на задние ряды, прикрылся капюшоном и стал слушать. — Вот именно, верно подчеркнула, Ки! Он навсегда будет один, ты же видела его, скелет, да еще и урод! — в эту беседу влезла её подруга, — Ким. Они были не разлей вода. Ну, вообще, Феликс знал, что Кичи всех использует ради себя любимой, но было интересно смотреть, как эти две идиотки лгут друг другу в глаза. — Кто сказал, что он будет один? — уверенно сказал парень с задних рядов. Феликс обернулся на знакомый голос и был немного в шоке. — Господин Чен, не будете ли вы против, если я пойду в один кружок вместе с Феликсом? Преподаватель, до этого стоявший в ступоре и ничего не понимающий, наконец, подал голос. — Ради бога, Хёнджин! Для меня будет честь, если… — Прошу, давайте без этого. Я такой же ученик, как все остальные. Не выделяйте меня, — Хёнджин явно был разозлен тем, что его всё время выделяют и считают популярной личностью. Но ему ведь такое не по душе. — Я вас услышал, — господин Чен, наконец, продолжает свою речь, пока Хёнджин секундно смотрит в сторону Феликса. — Студентка Кичи, — обращается он к ней. — Нет, это не всё, в конце зимы будет бал, где будет выбрана самая красивая пара. — О, вот это уже интересная новость! — радостно воскликнула Кичи, и сразу повернулась к подругам рассказать, с каким платьем она наденет корону победителя. Пока все перешептывались насчёт бала, Феликс недоуменно поглядывал на Хёнджина, не понимая, почему тот вдруг за него заступился. Вообще, его пугала эта разность Хёнджина, то он был среди всех, то в тени, то пугливый и странный, то уверенный и настойчивый. Что у тебя в голове, Хёнджин? Хёнджин оглядел зал и заметил, как Феликс стал выходить из зала, что-то буркнув господину Чену перед уходом. Ему здесь было как-то не по себе. Единственный, с кем он ощущал себя более или менее собой, был Феликс, который уже смотал отсюда. Пора бы свалить. Хёнджин даже не стал ничего говорить, встал из-за рядов и молча ушёл из зала, не обращая никакого внимания на остальных. Феликс впервые решил пойти купить себе что-то в столовой. Это, конечно, был не совсем его первый раз, просто, не очень хотелось вспоминать, что было в прошлый. — Эй, чуваки, видали, чё тот ест? — довольно низкий подросток с полным телом уже давно подлавливал Феликса в столовой. — Ага-да, купить себе ничего не может, — хмыкнула Чикшы, посмеиваясь с вида Феликса. — Тот салат, вроде бы, стоит меньше десятки, нет? — Да-ах, — воскликнули остальные. — А сок, видели? Небось и пяти не стоит. Феликс молча ел, стараясь не реагировать. На свои последние деньги он решил перекусить в столовой, ибо мать отобрала все остальные, которые давала на учёбу иногда. — Так, хряк, свиньи едят не здесь, да и еду, подобную твоей, хавают на помойке, бомжики такие, знаешь их же? — Пыман подсел к нему, облокачиваясь о стену. Феликс проигнорировал его, подчерпывая очередной кусок. — Он тебя игнорирует, чувак! — Щас перестанет, — хмыкает тот и толкает Феликса лицом в тарелку. — Так-то лучше. Феликс, сдерживаясь, пытается встать, но сильные руки держат его. Гогочущие подростки, казалось, столпились рядом с ним. В одно мгновение Феликс почувствовал, что ничего на него не давит, а также услышал стук каблуков. — Что тут произошло? — противный голос старой физручки бьёт по ушам. Хорошо хоть слюни не попали. — Да Феликс совсем не выспался! Видите, упал лицом в тарелку! — наигранно говорит Пыман, снова садясь рядом с ним. — Феликс, ты в порядке? И как он ещё не заржал с самого себя? Феликс приподнимается, хватает салфетку и что-то мычит. Старухе достаточно и этого, и она с громким: — ничего удивительного, Ли Феликс, — уходит из столовой. Пока все находятся в зале, он может легко пойти в столовую и поесть, что и делает, ибо не ел уже который день, да и не взял с собой ничего. Однако надпись закрыто говорит о том, что он может ещё пару дней прожить без еды. Устало оглядев пустое помещение, он проходит дальше по коридору, надеясь спрятаться ото всех и побыть в тишине. Хёнджин находит Феликса, когда тот с грустным взглядом осматривает столовую и уходит опять куда-то. Медленно идя за ним, он понял, что тот снова идёт в их место под лестницей. Тот тихонько кидает рюкзак, садится на подоконник и молча вздыхает, прикрывая глаза. Хёнджин, желая побыть в тишине и понаблюдать за Феликсом, присаживается на полу, почти возле него. Живот Феликса противно урчит, а тот корчится, пытаясь заткнуть пустой желудок. Хёнджин взглянул на него, а после залез в свой портфель, доставая сэндвич, который делал для себя. Почуяв запах еды, Феликс осторожно открыл глаза и уставился на Хёнджина, протягивающего ему сэндвич. — Держи, я всё равно поел, — Хёнджин уверенно отдаёт его в руки Феликсу, пока тот не решается даже моргнуть. — Феликс, я не буду спрашивать, почему ты не ел, но видеть тебя грустным, когда ты голоден, это просто. больно видеть моим глазам. Феликс молчит, принимая сэндвич и пока что только перебирая его в руках, привыкая к ощущениям и надеясь, что это не сон. А Хёнджин в это время не хочет смущать его, отворачивается, достаёт книгу и тихо читает. Наконец, Феликс откусывает первый кусок и чувствует хоть какую-то наполненность желудка. Пока Хёнджин потихоньку перелистывает страницы, Феликс жуёт сэндвич, поглядывая через его плечо, про что же тот читает. Заинтересовавшись книгой, он придвигается ближе, читая более внимательно. Звуки жевания еды прекращаются, когда Хёнджин листает дальше и начинается сцена поцелуя главных героев. Феликс мгновенно краснеет, прочитав пару предложений, и тут же пытается быстро отсесть обратно, сделав вид, что ничего не читал. Но Хёнджин резко оборачивается к нему, и всё, что успевает сделать Феликс, так это подавиться непрожеванным сэндвичем. Хёнджин тут же стучит ему по спине, а после поглаживает, когда тот, наконец, не ощущает комка в горле. — Всё хорошо? Феликс кивает, отодвигаясь от него на пару метров. Хёнджин, удивившись такой реакции, молчаливо смотрит. — Извини, я вторгся в твоё личное пространство и читал вместе с тобой, — Феликс неуверенно произносит слова, а после пытается приковать свой взгляд куда-то ещё. — Ничего страшного, — пожимает плечами Хёнджин, снова берёт книгу в руки и теперь Феликс может не наклоняться, не придвигаться, а просто смотреть и спокойно читать. Феликс, всё ещё смущенный, сидит и еле как читает сцену с поцелуем. Поглядывает на реакцию Хёнджина. Тот без эмоций читает, а после поднимает взгляд на него. — Дочитал? А Феликс дальше пяти строк не прочёл. — Да-а, — заикаясь, он кивает, желая поскорее перелестнуть страницу, но Хёнджин делает это быстрее и их пальцы сталкиваются. Феликс не знает, что и думать. Неловкие ситуации так и прут весь день. — Эй, всё точно хорошо? — Хёнджин заглядывает в его глаза, а после отводит взгляд, видя, что тот испуганно переводит свой в другое место. — Думаю, окей, — говорит он и тут же добавляет, — мне лучше уйти. Точнее, мне пора идти. Феликс быстро собирает свои вещи и уходит, оставляя Хёнджина снова сидеть одному. Сидя на паре, Феликс устало клюёт носом, почти засыпая на учебниках. Когда он ушёл от Хёнджина, сразу вспомнил, что пару, оказывается, поставили чуть раньше, и поэтому он сейчас сидит на ней и почти спит. Надо было ложиться раньше. И спустя секунду, про себя добавляет: Надо было задавать меньше. И сразу соглашается со второй мыслью. — Так, остаётся несколько минут, доделаем задачу и можете быть свободны, — монотонно произносит преподаватель, а Феликс тихо кивает, не осознавая почти ничего. Пара оканчивается, препод задаёт домашку, как всегда несколько проектов, пару письменных и десять на компьютере. Волшебно. Пока Феликс шёл на следующую пару, увидел расписание кружков. Оглядев весь список, который был довольно разнообразен, он всё же выбирает два кружка и кидает свой талон в коробку. Его выбор пал на чтение и обсуждение книг, и какой-то не особо развитый кружок про интровертов. Второй его больше интересовал, ибо про первый он уже слышал, да и увлекался частенько чтением. Занятия начнутся со следующей недели. К этому времени Феликс уже морально подготовиться к ним. — Так-так, Феликс выбрал кружок себе, — снова Кичи крутится вокруг него. А рядом Вонши. Блять. Вонши подходит к стеллажу и оглядывает список. Найдя то, что искал, он довольно гогочет. — Ки, Феликс, походу, мусор пойдёт вытаскивать. Тут даже такой кружок есть, — Вонши чуть ли не задыхается от смеха, а Кичи тоже подходит к ним. — Ты видел, тут и про свиней есть, — со смешком заявляет она и смотрит дальше. — Уборщик.. так, наверное, навоза, нет? Они продолжают смотреть список, смеяться и комментировать самое смешно вслух. — Обычный уборщик, фермер и мусорщик, вы совсем отбитые? — равнодушно плюёт Феликс, собираясь уходить. — Стой, а тут есть группы для изгоев? — задаётся вопросом Кичи, игнорируя Феликса. — Ээ, — тянет Вонши, не припоминая ничего такого. — Нет, вроде. — Блять, какие вы тупые. Какие, нахуй, изгои? — Феликс вне себя стоит и почти разрывается от агрессии. Он и сам не знает, почему так сильно взбесился. — Ты за еблом следи, для меня ты — изгой. — А ты за собой следи, ублюдок, — Хёнджин подходит к ним, тоже всматривается в список и тут же кидает свой талон на два кружка, практически не думая. — Хёнджин? — всё, что говорит Вонши, затыкаясь сразу же. Хёнджин молчит, берёт Феликса за руку, пока тот не попал в неприятности, и уводит его. Феликс не говорит ни слова, крепко сжимая его ладонь из-за агрессии. — Что тебя так взбесило? — наконец, Хёнджин задаёт вопрос, переплетая их пальцы. — Не знаю, — сначала произносит Феликс, а потом: Блять, да они офигели. Интроверты=изгои. Что за бред, блять, откуда такое взяли вообще? Они в курсе, чем отличаются они? Им зачитать определения или. — Извини, я тебя перебью, — Феликс непонимающе смотрит и замолкает, перестав доказывать их неправоту. — Феликс, я знаю, что для тебя приравнивание этих двух понятий просто полный абсурд, как и для меня, но, ты не думал, что они вообще ничего не поймут, даже если ты им что-то докажешь. — Я не думал, а знаю, — Феликс цокает, а после продолжает. — Просто, блять, выбесили уже. Меня уже почти до срыва из всех моих срывов довели. Я еле сдержался. Они такие тупые. Я заебался, Хёнджин, настолько, что сегодня чуть ли не высказал им всё. А Хёнджин верит, что такое могло произойти. Вот и предотвратил это. Не хотелось лицезреть драку. — Я понимаю, Феликс, прекрасно понимаю тебя, — он похлопывает его по плечу. — Но тебе лучше будет, если ты не будешь обращать на них внимание, как делал раньше. Конечно, если они будут делать что похуже, тогда матом крой их всех. Феликс тихонько смеётся, всё также не отпуская тёплую ладонь Хёнджина. — Всё, повеселел? А то видеть тебя разозленным, это такое себе зрелище. — Да вроде, спасибо тебе, — Феликс хочет уж его приобнять хотя бы, но не делает этого, считая, что они ещё не в таком статусе. Феликс напоследок улыбается, отпускает его руку и уходит, придерживая ручку рюкзака. — Тогда до встречи, — брошенные слова Хёнджина остаются пустым звуком.