Его сумрак

POV Лео В голове вихрем приносились мысли, которые не задерживались дольше одной секунды. Я судорожно пытался осознать, что сейчас произошло, пока внутри не стала набатом бить одна-единственная мысль: «Господин Басараб поцеловал меня». И самое ужасное, что мне, кажется, понравилось. Я резко схватился за голову, ощущая как краска заливает лицо. Мимо прошествовал дворецкий, очевидно направляясь к «сбежавшему» господину. Оказавшись у самого порога, он медленно обернулся и посмотрел на меня многозначительным взглядом. После чего, едва заметно ухмыльнувшись, покинул помещение. Я застыл на месте. Что это сейчас было? Генри насмехается надо мной? Или его рассмешила сложившаяся ситуация? На губах теплился терпкий вкус мужских губ. Я заходил по комнате от одной стены к другой, агрессивно обдумывая произошедшее. И как всегда это понимать?! Стало быть, господин Басараб питает ко мне…чувства? А что же чувствую я? И что это за ехидная ухмылочка на губах дворецкого?! Из груди вырвался рык гнева вперемешку со смущением. Генри стал невольным свидетелем этой сцены. Как стыдно. Закрыв лицо руками, я медленно сполз со стены. Но тут же вскочил, пытаясь понять что же делать дальше и опять заходил по комнате. Остановился. Стараюсь перевести дыхание, чтобы думать холодной головой. Вдох, выдох, вдох, выдох. Так, спокойно. Надо мыслить здраво. Начнëм с самого начала. С танца. Впрочем нет. Всё началось задолго до этого. Во время игры в карты? В процессе метания ножей? В первую же встречу. В сознании пронëсся первый внимательный взгляд чëрных очей от которых замерло сердце. А затем это трепетное чувство крепчало изо дня в день. С губ сорвался томный вздох. Вывод прост: господин Басараб мне небезразличен. Совсем небезразличен. В ушах отдавался бешенный стук собственного сердца. Господин Басараб…Влад…поцеловал меня. Но затем оттолкнул... Значит ли это, что мои чувства взаимны? Значит ли это, что он сбежал лишь испугавшись собственных действий? Или же это значит, что он не готов к чему-то такому? Не знаю сколько времени я провëл за размышлениями, голова гудела от разнообразных мыслей. Я устал гадать о намерениях Влада и не вполне понимая что делаю, я сжал кулаки и решительным шагом направился на выход. Руки горят от нетерпения, да и во всëм теле будто разгорается пламя. Быстрой поступью приблизился к дверям чужих покоев и миг застыл. Глубоко вздохнул и резким движением толкнул дверь. Я ворвался внутрь с фразой «Объясните мне, что всë это значит!», но обомлел от увиденного. Влад стоял с растерянным лицом, полотенце что едва прикрывало торс, замерло в сантиметре от мокрых волос. Ощущаю, как заливаюсь краской от лица до кончиков пят, но не могу отвести взгляд. Я совершенно бестактно разглядываю крепкое тело с бледноватым оттенком кожи. Хочется прикоснуться, нащупать руками каждую впадину, пройтись губами по каждому милиметру. Ощущаю огонь внутри, от которого становится тесно в штанах. Влад не в силах отвернуться, смотрит на меня тем же пристальным взглядом. Наши глаза будто сцепились намертво. Жарко. Тут слишком жарко. Стремительным шагом приблизился к нему и притянул к себе. Губы слились в неистовом жарком поцелуе. Его руки обвили талию, мои пальцы запутались в чëрных волосах. Поцелуй всë более углублялся. Он потëрся грудью о мою рубашку. Присутствие одежды начинало раздражать. Я прикусил губу и он глухо застонал в поцелуй. Чужие руки блуждали по моему телу, пока пальцы не проскользнули под рубашку, касаясь обнажëнной спины. Я сдавленно зарычал и закинул на его бедро, прижался тазом к его паху, отчëтливо ощущая его возбуждение. Это стало последней каплей. Он подхватил меня под ягодицы и повалил на кровать. Я чувствовал его губы повсюду: на шее, на ключицах, на обнажëнной груди — я даже не понял когда остался без верха — они блуждали по моему телу, обжигая своим касанием. Влад прикусил чувствительную кожу шеи, из горла вырвался глухой стон. Чужие губы сминали мои, я потерялся в ощущениях, в голове ни одной мысли кроме жгучего желания. В штанах становилось невыносимо тесно и в туманном сознании, я слабо цеплялся за пояс его брюк. Влад избавил меня от этой муки, и самостоятельно спустил штаны, после чего стянул их и с меня. Его возбуждение упиралась мне в бедро. Горячие поцелуи спускались всë ниже пока не дошли до ноющей точки. Я издаю слабый стон, ладони надавливают на тëмную макушку. Язык движется то вверх, то вниз, вызывая у меня судорожные вздохи. Я был почти на пике, когда он перевернул меня на живот, и осторожным движением заполнил ноющую пустоту. Мы застыли на пару мгновений, привыкая к ощущениям. В определённый момент начинаю нетерпеливо ëрзать и тут же почувствовал слабый толчок. С губ срывается громкий стон. Затем ещë один и ещë, становясь всë быстрее. Влад то дразняще замедляется, то ускоряется, срывая с моих уст крики наслаждения. Мы движемся в полумраке, по комнате раздаются бесстыдные шлепки тел друг о друга, и я чувствую как приближаюсь к разрядке. С губ слетает последний громкий стон и силы покидают моë тело. Он делает ещë несколько толчков, глухо рычит и мы вместе обессиленно падаем на кровать. В помутнëнном сознании, я ощущаю как он прижимает меня к себе, чувствую терпкий аромат его кожи и проваливаюсь в сон.